Комментарии пользователя Енот.

извращенец.
в металлолом надо

плюнуть. ибо лажа

славяне почувствовали вкус к железу (и к экспансии). Первым делом — двинулись на северо-восток, к Ильмень-озеру. Будущие новгородцы. Тогда ещё было далеко до всяких Рюриков, но выход на Балтику был обеспечен. И так шведские купцы морем привозили ильменским словенам железо, в обмен на всякую там пушнину, мёды и воски, а оттуда железные изделия доставались и другим славянским племенам, и вот они смогли двинуться сначала на запад, к Висле, заделавшись ляхами, а потом и на юг в Богемию и аж до берегов Адриатики, в Илирию.

Но это уже исторический период, это уже хорошо известно, как продвигались славяне в шестом-седьмом веках.

Вот так и получилось, что славяне — и самая древняя из индоевропейских групп, и самая молодая.

Самая древняя — в том смысле, что она, по моему мнению, первой утащила наиболее раннее состояние праиндоевропейского языка и поместила его в такие условия, где скорость его изменения должна быть наименьшей. И самая молодая — в том смысле, что последней выскочила на политическую арену Евразии.©

Первое тысячелетие до н.э.

Сыграло то «страшное», что заключалось в приручении лошади. Её научились использовать не только как «тягу» для повозок и колесниц, но и для езды верхом. А это означало, что вот та «кузница индоевропейских кадров», какую из себя представляло Северное Причерноморье — превратилось в Дикое Поле. Любая гопня на лошади и с луком могла сделать (и делала) невозможным там развитие каких-то осёдлых общин.

Потому что конные степные кочевники — они мобильные. Они могут ударить в любом месте, разорить деревни, пожечь посевы. А их самих — ищи-свищи в чистом поле (князь Игорь Святославич попробовал, при гораздо более высоком развитии осёдлого государства, чем могло быть в первом тысячелетии до н.э. - так Ярославна потом плакала).

И когда в этих степях и лесостепях появились скифы — ну, естественно, они стали доминировать. Скифы, сарматы, аланы — любые конные кочевники, которые могут грызться между собой, но именно по этой причине делают невозможным земледелие и градостроительство.

У Геродота есть упоминание о неких «скифах-земледельцах». Некоторые историки говорят: «Вот то, наверное, и были древнейшие славяне».

Весьма возможно. Или — какие-то другие рабы, пойманные и посаженные скифами на землю. Ибо — какие ещё отношения могут быть между конным воином, который с детства обучен попадать стрелой трясогузке в гузку налету — и мужиками, которые землю пашут? И даже если сейчас эти мужики как бы полезны, нямку делают, то чуть какая распря между скифскими князьками — они будут подрывать хозяйственные возможности соперника, тупо вырезая его холопов-землепашцев.

А труЪ славяне — всё продолжали удить рыбку в верховьях Днепра, стараясь держаться подальше от такого сомнительного счастья, как землепашество в пользу степных отмороженных кочевников. И учились прятаться от скифских «рабозаготовительных» экспедиций.©