Система ощерилась

Десятилетия тоталитарного строя, видимо, меняют нашу генетику. И точно не в положительную сторону. Лучшие люди страны, сильные, честные, порядочные – попадают под секиру первыми. При обязательном молчании большинства. А иногда под его улюлюканье.

Это я о ситуации, которую вот уже несколько месяцев нагнетают в Ангарске. Областная власть, в хоре с силовыми и надзорными структурами пытается согнуть Ангарск в бараний рог. Ну не нравится им руководство города и района, которое не желает вписываться в удобную струю. Тех, кто не с нами, как известно, уничтожают. Фигуры определены. Самая старая заноза в областном филее – Владимир Жуков. Следом за ним – Светлана Кажаева. Затем в списке – без сомнения, пока не выбитые из строя руководители города и района. Какую цель преследует эта организованная травля, понятно, думаю, всем ангарчанам: вышеупомянутых закатать в асфальт, предварительно окатив их помоями на всю страну. Выбить их из политики бесповортоно, чтобы потом на нашу голову посадить благодетелей из «команды», которая за последние годы кем только не приросла, от наших опереточных коммунистов до шутов-политиков, пропивших последнюю совесть и мозги.

Жуков никогда не был человеком незаметным, потому что он личность, боец. Поэтому именно с ним и борются, и в средствах не стесняются. Самое простое – оболгать, для этого нужны деньги или власть. За эти годы как только Жукова не обозвали, каких собак на него не навесили? Предлагаю поразмышлять на эту тему. Жуков в политике примерно с 2005 года. Все эти 9 лет он занимается тем, ради чего и пришел в политику – сломать порочную коррупционную систему, которая поглотила город. Все эти девять лет ему в спину дышит прокуратура, городская и областная – наше око государево, затянутое бельмом. Вопрос: если Жуков и в самом деле вор, как его клеймят, что конкретно он украл, что преступного он совершил? Назовите предметно! Ау!.. Нет ответа.

При том арсенале, что есть у прокуратуры, полиции, тех, кто годами пилил бюджетные средства (эти господа сделали себе состояния, и наворованное так просто не спрячешь!), найти доказательства вины, если они есть, - плевое дело. Не нашли, не доказали. А ведь так старались! Перечислю навскидку: Жуков вывозил с карьера песок (по этому предлогу дела возбуждались неоднократно, но в суд следователям направлять было нечего – собранные «доказательства» вины рассыпались). Жуков виноват в том, что сгорели 22 автобуса (видимо, ночью, пробрался с факелом). Еще он стрелял в Чернышова, попал тому в причинное место. Потом, уже из мелкашки (или рогатки?) - в бывшего директора кладбища Козлова. Еще он покушался на офис адвоката Иванца, разбив тому стекло. Я не утрирую, а вспоминаю темы газетных статей последних лет. Да, еще Жуков украл «Орбиту». Ничего, что это здание до сих пор в муниципальной собственности, за что в бюджет исправно идет арендная плата? Главное, обвинить о воровстве, а там пусть доказывает, что не крал.
Но все эти комариные укусы оказались неэффективными. Жуков, черт его дери, все никак не желал быть побежденным и снова шел на выборы, и большинство ангарчан отдавали свои голоса именно за него, а не за чернышовых-петровых. А потому пришло время радикальных военных действий. Два уголовных дела, слепленные на Жукова за последние полгода – это для областной коррупции как последний и решительный бой. И то правда, дальше терпеть Жукова и его товарищей уже некуда. Время идет, бюджетные средства текут мимо. Год-другой, и народ, того и гляди, попривыкнет, что деньги, оказывается, можно тратить на нужды города и его жителей, ремонтировать дороги, благоустраивать город, поднимать заброшенные микрорайонные окраины, а не набивать свою персональную мошну. В общем, пришло время Х.

Атаковать стали одновременно, песпардонно, цинично. Над формулировкой предъявляемых обвинений особо не заморачивались. Что с Кажаевой, что с Жуковым. Сторона обвинения заручилась поддержкой суда – такое у меня сложилось мнение во время судебного процесса, - у этих господ все было решено заранее. Для тех, кто в этом сомневается: поприсутствуйте на судебном заседании – увидите своими глазами.
Кажаеву держат три месяца под домашним арестом. За время следствия ведущая дело следователь получила полковничьи погоны. Повысили по служебной лестнице и следователя, который держит под домашним арестом родственницу Жукова Наталью Королеву (о споре двух предпринимателей, из которого слепили уголовное дело, в газетах уже писали). Меня распирает от гордости за наших людей в погонах. А вас, граждане?

Те, кто был на допросах, кто видел, как проводятся обыски в администрациях (они идут до сих пор) – все эти люди могут подтвердить, что в отношении городской и районной администрации идут самые натуральные военные действия. Местной исполнительной власти намеренно создают невыносимые для работы условия. Количество проверок, предписаний, предостережений прокуратуры не вписывается ни в какие ворота. Закона нет, он, видимо, помер.

Очередные факты военных действий против Жукова смакуются в желтой прессе: в его сторону не кинул камень только ленивый. Жуков в бегах. Жуков прячется в больницах. Ему сделаны камуфляжные операции (закупорка сосудов – замечательная показуха!). Он сбегал в Ялту. Кого-то там по дороге изнасиловал. Да простят меня люди в возрасте – это темы интернет-сообщений. Его объявили в розыск. Даже в международный. Причем вынесли заочное обвинение и задержали в один день, а именно 6 июня. Вот это прыть! А ведь времени для предъявления обвинения, если есть в чем обвинять, было предостаточно – несколько часов обыска в его кабинете, несколько дней, проведенных им в БСМП. И адрес московской клиники следствие знало, и в белорусском санатории Жуков, находясь на больничном, не скрывался – он был там оформлен на свое имя. И все равно – ату!

Все это ушатом выливается на обычного гражданина. С одной целью – чтобы фамилия Жуков вызывала у людей изжогу. Человека думающего на такой мякине не проведешь. Ведь несложно пораскинуть мозгами и понять, кому это выгодно, почему в травлю так дружно вписались самые разные силы.

Говорят, каждый народ достоин своего правителя. Дадим сегодня сожрать Жукова с Кажаевой – завтра придут знакомые все лица. Те, кто в свое время город не доел, а потому вернулся.