Забавная деталь: Вилли Токареву в Америке присвоили звание «почетный еврей Брайтон-Бич», которым он очень гордился. Он пел в основном для эмигрантов, а те в основном были евреями, и еврейская тема в его песнях возникала постоянно («Почему евреи уезжают и бросают свой Биробиджан? Может быть, они соображают жить не хуже милых парижан?») При этом певец был чистокровным кубанским казаком. Токарев - его настоящая фамилия, а «Вилли» - чуть переделанное «Вилен», популярное в 30-е имя, образованное от инициалов и первых букв фамилии Ленина.

Родился он на хуторе Чернышев в Адыгее в 1934 году. В 40-е переехал с родителями в Дагестан - и вспоминал его потом как райское место, с пляжами и фруктами (а еще с волнами на Каспийском море высотой в трехэтажный дом - мальчиком во время шторма он очень любил под них подныривать).

В молодости он собирался стать моряком, но потом поступил в музыкальное училище при ленинградской консерватории. Научился играть на контрабасе (в этот инструмент он влюбился, посмотрев фильм «Серенада Солнечной долины» и увидев, как на нем играет музыкант из оркестра Глена Миллера). Выступал потом с популярными ансамблями - например, «Дружбой», солисткой в которой была Эдита Пьеха. Сам начал писать песни… А потом на личном примере доказал, что в сорок лет жизнь только начинается: в 1974 году все бросил и уехал в Америку со ста долларами в кармане (больше вывозить не разрешалось). Друзья сделали ему фальшивый вызов в Израиль - иначе как по еврейской линии эмигрировать было нельзя. В СССР при выезде его заставили оставить не только все материальные ценности, но и контрабас, и ноты, и даже нательный крестик…

Как многие эмигранты, он сменил несколько малотворческих работ - был почтальоном, уборщиком, медбратом, таксистом (причем вождение пришлось осваивать уже в Нью-Йорке, который в 70-е был довольно бандитским городом: Токарева четырежды грабили и чудом не застрелили). Его главный хит «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой - то мне страшно, то мне грустно, то теряю свой покой» явно был выстрадан. В конце концов он начал исполнять свои песни - и через несколько лет пришло признание, а потом грянула перестройка, и он триумфально вернулся на родину. Где в основном и жил последние годы (он говорил, что из всех городов, где довелось побывать, по-настоящему любит Москву, Нью-Йорк и Ялту). Гражданство у него было двойное, американское и российское.

Токарев был очень жизнелюбивым человеком. Он следил за своим питанием - но при этом был неравнодушен к водке, которой ежедневно выпивал по сто граммов (по его мнению, она благотворно влияла на мозг, убивала микробов и вычищала из организма какие-то «бляшки»), а еще обожал сигары (якобы полезные для сердца). За свои 84 года он стал отцом трех сыновей и одной дочери, и уже на склоне лет мечтал об еще одном ребенке. Несмотря на то, что пел «блатные» песни, настаивал, что всерьез воспевать преступников и их порядки нельзя - и был обеспокоен, например, появлением в России молодежной субкультуры АУЕ («арестантский уклад един»).