Братья Вокины, расстрелявшие милиционеров в Иркутске, не раскаялись в зверствах

Приговор братьям Вокиным выносили в Иркутском областном суде. В зале собрались родители и родственники погибших милиционеров и близкие двух уроженцев Средней Азии, с которыми Вокины жестоко расправились в 2010 году. На братьев пришли посмотреть их друзья и отец - Виктор Вокин. Долгих 2 часа собравшиеся ждали, какой же вердикт двум националистам вынесет суд.

На скамье подсудимых Артем и Руслан Вокины оказались после того, как 12 апреля прошлого года хладнокровно расстреляли экипаж отдела вневедомственной охраны. Напомним, милиционеры патрулировали улицы в районе аэропорта, когда начали преследовать белые «Жигули», в которых, как выяснилось позже, ехали братья Вокины. Когда лихачей удалось блокировать, милиционеры подошли к авто. Братья, понимая, что их могут арестовать с нелегальным оружием, открыли стрельбу по ним. Убив двоих - прапорщика Владимира Колесника и 21-летнего сержанта Евгения Куаткалиева - и ранив третьего, братья похитили их табельное оружие и быстро скрылись. Нашли убийц только через 2 недели в Омской области.

Во время следствия братья заявили стражам порядка, что они радикальные русские националисты и собираются очистить страну от всех кавказцев - ради этого готовы были даже начать партизанскую войну. Они купили оружие, собрали много взрывчатки, которой хватило бы, чтобы на воздух взлетело пол-Иркутска. Готовясь к своей войне, Вокины долго и тщательно тренировались, отрабатывали приемы рукопашного боя. Первой жертвой их охоты, которую между собой они называли операцией «Патруль», стал уроженец Узбекистана. Мужчина шел вечером в аптеку, когда братья напали на него и зарезали.

Через несколько месяцев старший из Вокиных - Артем - расправился с таксистом, киргизом по национальности. Он не смог застрелить его из обреза, поэтому 46 раз беспощадно ударил ножом. Мужчина умер на месте… Последними жертвами извергов стали иркутские милиционеры.

Братьев судили по нескольким статьям Уголовного кодекса: «Убийство», «Незаконное ношение и хранение оружия», «Кража», «Разбой». Слушая приговор, Вокины были невозмутимы. В глазах преступников, казалось, застыла злоба на весь мир. Артем смотрел на окружающих так, будто готов вырваться из клетки и растерзать присутствующих в зале. Руслан молча ухмылялся. Они так и простояли 2 часа на широко раставленных ногах и со сложенными на груди руками.

Слушая судью, которая в красках описывала все зверства доморощенных террористов, родственники погибших плакали, снова и снова вспоминая то страшное утро, когда им сообщили о гибели детей. Отец убийц Виктор Вокин скорбно молчал. Во время заседаний он признался, что подозревал, что его отпрыски увлекаются чем-то криминальным. Знал, что у Артема есть карабин «Сайга» и что тот ненавидит всех лиц кавказской национальности. Он помогал Артему покупать машину, на которой потом братья убегали из Иркутска. Но мужчина никогда не думал, что его дети отважатся на такие зверские убийства.

Все преступления тянули на пожизненный срок. Но приговор оказался немного неожиданным для собравшихся.

- Суд считает пожизненное наказание невозможным для Руслана Вокина (младшего из братьев. - Прим. авт.), - оглашая резолюцию, зачитала судья.

По залу прошел шепоток недоумения.

- Как невозможным? - прошептала мать погибшего милиционера Евгения Куаткалиева Оксана Викторовна. - Они отобрали жизнь у стольких невинных людей…

Судья пояснила, что Вокина-младшего нельзя посадить до конца дней, потому что он лишь выполнял приказы Артема. У убийц даже нашлись смягчающие обстоятельства - несудимость, положительные отзывы соседей и школьных учителей...

В итоге 26-летнего Артема Вокина приговорили к пожизненному заключению, а его младшему брату Руслану дали 22 года в колонии строго режима.

- Мы, в общем-то, с приговором согласны, - сказала корреспонденту «КП» после оглашения вердикта мама погибшего милиционера Оксана Куаткалиева. - И даже с тем, что Руслану дали меньший срок. Оно и понятно - он младший, был более подвержен влиянию старшего брата. Знаете, на надгробии мое сына написано: «Навеки жив, что жизнь отдал другим». Мой сын шагнул в бессмертие, а они - в ад.