Последний аккорд Шопена

Последний аккорд Шопена
Древние греки считали, что сенатор или поэт может носить лавровый венок либо зеленого, либо бурого цвета. Зеленый говорит о пользе людям и проповеди жизни, бурый, засохший – о заказах каких-либо сословий или корпораций.
Может, в контексте современности стоит вспомнить и об основных аккордах политико-производственной сюиты Виктора Пантелеймоновича Шопена?
Аккорд первый
В своё время он был гендиректором АЭХК. Добротным исполнителем воли Министерства среднего машиностроения. Директива «сверху» всегда была для него производственным Псалтырём и Кораном одновременно. Но именно при Шопене на комбинате стали происходить падение производства, сокращение финансирования социальных программ, сокращение рабочих и технических штатов. Для понимающих людей эти ноты превратились в первых ласточек будущего разгрома АЭХК.
Он уходит на заслуженный отдых и сегодня получает 63 тысячи пенсии. Пристроены и сын с дочерью при Управлении комбината. И вдруг в 76-летнем возрасте он воспылал политическими страстями и собирается баллотироваться в Законодательное Собрание, да ещё с благословения «Единой России», включившую ангарскую кандидатуру в первую пятерку партийного списка. А это означает почти 100%-ное обладание мандатом. Но это же имя проходит и по территориальному списку! Смысл тут только один: размывание голосов избирателей.
Люди власти не любят от неё отходить. Но здесь другой случай. Человек Системы не может отказаться от предложения Системы психологически.
Второй
Другой интересный аккорд заключается в расположении предвыборного штаба Виктора Пантелеймоновича, где каждый день в 10.00 проходят совещания «штабистов». То есть, в Завкоме АЭХК. И на двери краткое объявление: «Продается». Подобная же этикетка висит на двери столовой комбината.
Согласитесь, это как-то странно и алогично: говорить о возможном перепрофилировании, перепроизводстве, упоминать о модернизации технологий и продавать социально-профсоюзные помещения почти с молотка.
Секретом Полишинеля уже является и последующая в феврале акция сокращения. Но на предприятии уже сегодня числится всего 1340 человек при 400 управленцах. Нормальное соотношение?
Третий
Третьим аккордом шопеновской симфонии, состоящим из сплошь фальшивых нот, послужила антипрокурорская компания, инспирированная власть предержащими господами Жуковым, Истоминым, Кажаевой и иже с ними. Их должности и зарплаты перечислять надо ли?
Прежде всего надо было создать некий граммофон для изъявления властных чувств. Кто-то наверху – а кто, догадаться нетрудно – решил, что две общественные палаты – в районе и городе – непозволительная роскошь. Объединили же их в одну! Слияние приняли почти единогласно. Против был только Никифоров. Но конструкция получилась громоздкой, и количество её членов было сокращено. Список новой палаты, конечно же, утверждался по принципу лояльности главе города Владимиру Жукову.
А тут протест городского прокурора Дмитрия Погудина по поводу несоблюдения властями многих законодательных актов Федерации и региона. Вроде, против Закона не попрешь. Если он есть, хороший или плохой, он должен соблюдаться. Рождается текст кляузы на прокурора, который, якобы, мешает местным властям исполнять их функции. Он и утверждается на «тайной вечере» избранных членов Палаты. И идет по инстанциям, губернским властям и в округ, в Новосибирск.
Вроде бы, при чем здесь Виктор Шопен? Но дело в том, что председатель Палаты Алексей Боринский наотрез отказывается ставить свою подпись, поднимает бунт на корабле и отказывается участвовать в этом цирке «Шапито». Роль лидера протеста предлагается Виктору Пантелеймоновичу, и Человек Системы не может отказаться от этого предложения. Собирает подписи, опираясь на свой авторитет, и тут же отчаливает на отдых во Францию.
Такова фактология. Мелочи, вроде отстранения оппозиции главе города при обсуждении кляузы и полного запрета телевещания с этих собраний антипрокурорской группы, можно не брать во внимание. Мелочи же! Но акция проведена, бумага сделана!
Четвертый
Политические ноты не позволяют струнам власти замолкнуть хоть на миг. Будешь молчать, не реагировать на ситуацию, потеряешь власть.
Из Новосибирска по вертикали подчинения летит депеша со смыслом: разберитесь, что за чертовщина творится в Ангарске! Губернские власти по той же вертикали грозно хмурят брови в сторону ангарских властей. Как это получается, что главный хранитель законности у вас не достоин доверия?
И тут местным структурам можно наивно расширить глазки и всплеснуть ладошками: мы-то тут причем?
Это Почетный гражданин Шопен возглавил объединение общественных палат! Это им и его идейными союзниками подписана та бумага с данными на прокурора! Но будьте к нему снисходительны: человек на восьмом десятке возраста! То есть, весь «поцелуй» власти упал на Виктора Пантелеймоновича.
Но и в областных правящих структурах смекнули, как можно использовать ресурс экс-директора на ангарском полигоне. Убедить его участвовать в предстоящих выборах дважды: в окружном и партийном составах. Победит на округе и пятое место в партийном списке займет другой единоросс. Может, мэр Усть-Кута, может, господин Параничев из Газпрома. И тут за депутатское место партия власти может получить солидный бакшиш.
Поэтому всю историю «Погудин-Власть-Шопен» во многом спустили на тормозах.
А ведь региональная власть вполне могла спросить строже: что представляет собой новая общественная палата? Голую территорию без юридического статуса? Не город, не район. Общественная палата превращена в место для пустопорожней говорильни. Где юридически выверенное положение об этой палате и кто ее должен формировать? Мрак, подернутый туманом.
А кто должен и может разработать это Положение? Районная дума? или надо бросить клич по всем четырем субъектам района о вариантах такого Положения? но тогда насколько затянется процесс юридического утверждения новой структуры общественной жизни при власти?
Пятый элемент
Вот здесь любопытный читатель может спросить: а почему все это происходит на нашем политическом поле? Кому это все нужно? В чем потребность у «Единой России» в фигуре экс-директора АЭХК?
Вот здесь и следует последний аккорд, но для его объяснения следует немного вспомнить историю наших выборов.
На прошлых выборах всеми правдами-неправдами, властью и менеджментом «РосАтома», педалировался упор на фигуру Юрия Фалейчика. А тот клятвенно обещал голову положить за спасение АЭХК, за активную борьбу при создании социальных программ для квартальцев. Активизировалась пропаганда темы создания при Комбинате Международного Центра по переработке малорадиоактивных отходов. И во власть, и в пиар-кампанию Юрия Иосифовича были брошены огромные деньги.
В итоге Юрий Фалейчик стал не только депутатом ЗС, но и возглавил отдел по природоохране и землепользованию. И гасил все инициативы и акции Ангарско- иркутских экологов. Тормозил «зеленые» темы в прессе и на телевидении.
Но у нового губернатора, Сергея Ерощенко, и у Юрия Фалейчика возникли в отношениях проблемы личностного характера. И, заметьте, как просто и быстро кандидатуру Фалейчика сняли с предвыборной гонки этого года. Нужна была новая популярная квартальская фигура, и выбор пал на Шопена.
Почему же нет? Комбинатовец, член «ЕР», человек Системы, лояльный к властям.
сказано: чтобы погубить дело, надо его возглавить. Вот и пишутся фальшивые пиар-программы по социальным проблемам, по возрождению Детсадов, даже не входящих в округ №7. Зато уже объявлены к продаже помещения Завкома АЭХК и Столовой. И уже гарантировано место в Законодательном Собрании.
Вот эти-то выборы и есть последний пятый аккорд оперетты Виктора Шопена.
Обещая что-то в прессе и на редких встречах с избирателями, он выполняет главную задачу, поставленную «РосАтомом»: безболезненно в социальном плане сдать АЭХК на ликвидацию. А все прописанные пиар-менеджерами программы – всего лишь очередные фальшивые ноту его предвыборной кампании.
Так какого же цвета лавровый венок на челе Виктора Пантелеймоновича?
Владимир Нестеров