Комментарии пользователя Енот.

ВЧК-ОГПУ узнали новые подробности, связанные со скандалом вокруг жестокого избиения в Братске в июне этого года бывшего военного летчика Константина Маркова.

Известно, что одним из нападавших был ранее судимый Иван Жеребцов (после смены имени и фамилии - Максим Серебряников). Его с подельниками наняли для избиения потерпевшего. Заказчиками покушения являются Павел Банщиков и Алексей Нижегородцев (Нежик), которые пытаются отжать у Маркова его бизнес.
Подробности этой громкой для Братска истории можете прочитать тут.

Но вот, что интересно, Нежик является «близким» положенца по Братску Алексея Новикова, а похожие расправы произошли не с одним  Марковым. Похожим образом люди Новикова разбирались в конфликте с другим членом братской ОПГ Иваном Плетюхом (Ваня Бетон). В один непрекрасный для Бетона день его похитили неизвестные, подъехавшие на двух машинах и в форме сотрудников полиции. Заковали в наручники, отвезли на свалку и избили арматурой. Потом он с переломанной ногой дошёл до людей. Наручники от ударов деформировались, их спилили сотрудники МЧС уже в больнице. А дальше было уголовное дело о похищении. Через некоторое время задержали всех участников похищения — восемь человек, которых за 3 миллиона рублей нанял Новик. Всех участников похищения Бетона задержали. Но… потом выпустили. Версия похитителей вызвала «удивительное» доверие в прокуратуре: задержанные заявили, что это был «просто розыгрыш».

С Константином Марковым кстати получилась похожая ситуация. Представитель местного СК заявила, что избиение под камерами магазина произошло на почве личного конфликта.

На «почве личной неприязни» люди положенца Новикова напали и на автомобиль майнеров в Иркутске. Правда в этом случае ни уголовного дела, ни потерпевших странным образом тоже не оказалось. Осталась только видеозапись с камер наружного наблюдения.

Словом, все жесткие действия криминалитета Братска как-будто чьей-то заботливой рукой кладутся под сукно.©
Хрена се 90е закончились...

Стоит добавить очевидное: государственность хайпа и дисфункциональная государственность — это две стороны одного и того же явления. Они находятся в симбиозе. Представим себе условно функциональное государство. Там полиция ловит преступников, школы учат детей, а поезда ходят по расписанию. Проблемы, которые возникают, дежурно решаются на том уровне, где им положено решаться. Алкашей на районе гоняет участковый, а не министр МВД. Школьные проблемы разбирают на уровне директора, а не министра просвещения. Починкой поездов в случае чего занимаются механики, а вовсе не специальный совет при Президенте.

Представим себе, что вы в таком обществе депутат и хотите прославиться, что же вам делать? Ммм, писать законопроекты? Сложно, нудно, неудобно. Однако совсем другое дело, если вы живете в государстве, где все работает через жопу. Где проблемы не решаются на низовом уровне, а всякий низовой винтик занят исключительно фабрикацией бумажной отчетности (и в этом достиг совершенства). Вот здесь-то и наступает ваш звездный час в роли неравнодушного общественника, готового в любой момент прийти на помощь страждущей публике. Мигрант нассал в подъезде? Срочно возбуждаем уголовное дело! В школе накормили протухшей капустой? Делаем скандал на всю страну! В центре Москвы кого-то схватили за задницу? Ставим на уши Следственный комитет, ищем злодеев с вертолетами и собаками!

В общем, явление предельно понятное: чем больше вокруг самых банальных нерешенных проблем, тем выгоднее на этом фоне быть этаким хайпожором-спасителем, который может привлечь внимание к проблеме, а порою даже заставить государство (о, чудо!) выполнять свои базовые функции. К таким официозным хайпожорам, разумеется, выстраиваются очереди из желающих написать челобитную. Ну, а что делать? Однако из многих тысяч проблем в таком ручном режиме решаются единицы. А все остальное продолжает пребывать в той разрухе, на фоне которой выделяются рыцари хайпа. И им выгодно существование этой дисфункциональной среды.©

Филолог в засаде о реальном состоянии военно-политической работы и морально-психологическом состоянии военнослужащих в действующей армии пишет (часть 1):

"Что реально (а не по мнению ГВПУ - Главного военно-политического управления МОРФ) влияет на морально-психологическое состояние личного состава? Достойное материально-техническое обеспечение, которое касается абсолютно всех позиций: продуктов питания, вещевого обеспечения, качественных СИБЗ, дронов (мавиков, fpv и др.), систем РЭБ, дрон-детекторов, ГСМ (бензин, соляра, смазки), малоколëсного транспорта (квадроциклы, мотоциклы), легкового транспорта (УАЗ-буханка, УАЗ-патриот и т.д.), гладкоствольного оружия с патронами к нему, оргтехники, генераторов и т.д.

Пока всë вышеперечисленное либо поставляют гуманитарщики и волонтëры (при этом в последнее время наблюдается катастрофический упадок объëмов сборов), либо приобретается на личные средства военнослужащих (здесь наоборот огромный рост объëмов расходов, а следовательно объëмов "поборов", за которые товарищам командирам можно поднять с земли на ровном месте уголовную статью), вкручивать солдату в уши "патриотизм" про самую сильную армию, у которой всë есть, а аналогов этому нигде нет, не выйдет.

Пока солдат вынужден половину своего ДД тратить на картошку, лук и морковь, молоко и мясо, дроны и инкубаторы, бронежилеты и нормальную форму, ружья и патроны, генераторы и бензин к нему, старлинки, нормальные радиостанции и ретрансляторы, он не будет воспринимать агрессивно навяливаемый ему "патриотизм", построенный на лжи, лицемерии, очковтирательстве и показухе. Ибо солдат далеко не идиот и всë видит. Пока сами офицеры из кожи вон лезут в попытках обеспечить своих солдат, чтобы обеспечить свою боевую работу, чтобы обеспечить результат, ничего у деятелей из ГВПУ не выйдет в принципе.

То, что видим в интернетах и телевизорах, чаще всего является профанацией и показухой, не имеющими с реальной боевой подготовкой ничего общего. На уровне ППД боевая подготовка отсутствует в принципе. В войсках продолжают существовать проблемы массового пьянства и наркомании. Если в конкретном подразделении собрались люди заинтересованные, то будет и сухой закон, и борьба с наркотой на всех уровнях. Если же офицерам поеб*ть или они боятся лезть, или они возглавили данные процессы и задают тон и темп, то пиши пропало. Проблема с наркотой на текущий момент на всей ЛБС имеет статус эпидемии. Это касается и растительных форм, и химии (соль, меф и амфетамины).

Если людей запереть в условном городе N, который находится в непосредственной близости к ЛБС, а выпускать их лишь раз в полгода на две недели (из которых МИНИМУМ двое суток забирает дорога) в отпуск, где военнослужащие пытаются за десяток дней разгрести накопившиеся за полгода домашние вопросы, уделить время семье, то отдыха из такого подхода не выйдет. Ротации должны быть априори. После выполнения боевой работы подразделение должно выходить на неделю-две в тыловой район, чтобы сменить картинку, отдохнуть от арты и дронов, нор и подвалов, выйти в город, чтобы попасть в магазины, поесть шашлыка и фруктов, на женщин посмотреть в конце концов. Продолжающееся рабство и кабала по части перезаключения-автопродления действующих контрактов, неопределëнность с истекшими контрактами, отсутствие замены ранее мобилизованных военнослужащих.

На данный момент в общей сложности по войскам в статусе СОЧ (самовольное оставление части) с начала СВО значится более 60 тысяч военнослужащих, из которых более 10 тысяч бегает год и более. Данная проблема является комплексной и затрагивает всю выстроенную за последние 30 лет систему, начиная с устройства и принципов деятельности органов ВСО и ВП и заканчивая текущим состоянием органов МВД и всей судебной системы. Если военнослужащий видит, что можно сбежать, не вернуться из отпуска, запятисотиться по здоровью, откупиться и тебе за это практически ничего не будет, или будет, но когда-нибудь и далеко не факт, то военнослужащий сбежит, не вернëтся или запятисотится".©

Самых говорливых разогнали