Довели из-за квартиры

Редкий случай: две недели назад в городе нефтехимиков арестовали мужчину, обвиняемого в доведении до самоубийства. Надо сказать, что уголовные дела по этой статье УК возбуждаются нечасто — доказать виновность человека бывает очень сложно. Задержание же 35-летнего подозреваемого прошло по сценарию голливудских боевиков — с применением силовой поддержки ОМОНа.

Первого августа на одном из дачных участков в ангарском садоводстве «Энергетик-2» обнаружили тело 19-летнего Николая Мальцева (здесь и далее имена участников изменены в интересах следствия. — Прим. авт.). Из-за отсутствия состава преступления участковый даже не стал возбуждать уголовное дело. На трупе не было ни повреждений, ни кровоподтеков, а судмедэкспертиза нашла только борозду на шее, говорившую о том, что парень умер от удушения. Смущало, правда, то, что повеситься молодой человек сумел на гвозде, вбитом в стену. И тем не менее все говорило о том, что он покончил жизнь самоубийством.

Николая похоронили — и, казалось, на этом печальная история закончилась. Однако через полтора месяца в следственный комитет Ангарска обратился сводный брат умершего Дмитрий.

Он написал заявление с просьбой выяснить все обстоятельства гибели Николая и настаивал, что поводов обрывать свою жизнь столь страшным способом у парня просто не было. Более того, у пострадавшего была трехкомнатная квартира, которая странным для его родственников образом перешла в собственность неизвестных людей.

Николай Мальцев рано остался сиротой. Его отец пропал без вести в начале 2000-го, а через три года после продолжительной болезни скончалась мать. 13-летний подросток жил с опекунами — ими стали родители одного из его друзей. Старший брат Дмитрий в то время уже достиг совершеннолетия, более того, у него была собственная семья и квартира, которая перешла ему от его отца. Однако у братьев была одна мать, и в наследство от нее им досталась трехкомнатная квартира в 82-м квартале.

Когда младшему исполнилось 18 лет, старший брат подарил ему свою долю в маминой трешке, после чего Николай вступил в права наследства. Он простился с опекунами и переехал жить в собственную квартиру. Как сообщил Дмитрий, брат не собирался продавать недвижимость. Наоборот, планировал сделать ремонт, купить новую мебель. Правда, у него не было постоянной работы (Николай подрабатывал то охранником, то разнорабочим), но ведь вся жизнь была еще впереди...

— В это же время начали происходить удивительные вещи, — рассказывает старший следователь СО города Ангарска СУ СК России по Иркутской области старший лейтенант юстиции Василий Черноусов. — Во всяком случае, по документам. Не прошло и года, как парень стал владельцем недвижимости, и вдруг он оформил доверенность на совершение всех сделок на постороннюю 35-летнюю женщину — гражданку Алиеву.

Как стало известно следствию, с Алиевой Николай практически не общался, зато был знаком с ее мужем Ахмедом (несмотря на азербайджанские корни, они оба — коренные ангарчане).

Когда Алиева в первый раз вызвали давать показания, он рассказал, что познакомился с Николаем в автосервисе, где работал не­официально. Дружба у них была странная, поскольку Мальцев периодически делал для «друга» какую-то работу — например, копал картошку. Кроме того, Алиев сказал, что Николай был наркоманом, употреблял спайс, однако эта информация не подтвердилась. Следствию показалась подозрительной также и разница в возрасте между мужчинами — 16 лет.

— Что это за дружеские отношения, вспыхнувшие так внезапно? — задается вопросом следователь Черноусов. — Да и квартиру даже самым близким друзьям вряд ли кто подарит просто так…

Со слов Алиева, Николай мечтал переехать за город и построить дом. Мол, он сам принял решение продать квартиру и оформил доверенность на жену Ахмеда, так как тот вызвался помочь. Не увязывается с этими показаниями еще один факт: дачный участок в СНТ «Энергетик-2» был куплен за месяц до продажи квартиры и был оформлен не на потерпевшего, а опять-таки на жену Ахмеда. Продавец позже говорил, что Мальцева в глаза не видел, общался только с Алиевыми. Кстати, сам участок не был пределом мечтаний для человека, решившего жить за городом: четыре сотки, на которых стоят только сарай и покосившаяся теплица, обошлись Алиеву всего в 100 тысяч рублей.

В конце июля трехкомнатная квартира была продана за 1 млн 200 тысяч по той же схеме — продавец общался только с Алиевыми. Со слов последнего, якобы сразу реальный владелец Николай Мальцев получил 800 тысяч, а оставшиеся ему должны были передать в сентябре. Но в доме никаких денег найдено не было, как и на счетах и вкладах Николая. Крупные вещи парень тоже не приобретал.

Как отметил брат погибшего, в последнее время у Николая разладились отношения с родней: он был подавлен, говорил о каких-то угрозах в его адрес, не встречался с Дмитрием. Именно поэтому о смерти Николая тот узнал лишь спустя полтора месяца — тело парня обнаружил Алиев с друзьями, они же его и похоронили. Сейчас в качестве потерпевшего выступает уже Дмитрий, благодаря вмешательству которого и было возбуждено уголовное дело. В ином случае, надо полагать, все махинации Алиева прошли бы как по маслу.

На данный момент следственным отделом города Ангарска СУ СКР по Иркутской области Ахмеду Алиеву предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ «Мошенничество, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение» и ст. 110 УК РФ «Доведение до само­убийства». В первом случае — 10 лет лишения свободы, во втором — 5.

Осталось лишь объяснить, почему задержание Алиева было столь эффектным. Дело в том, что у следствия появились подозрения в его причастности к организованной преступной группе «95-й квартал». А значит, он мог быть вооружен и опасен. После того как Алиев начал скрываться от правоохранительных органов, уехав из города и отключив все телефоны (это произошло после того, как ему надо было пройти проверку на полиграфе), и было принято решение о его задержании. Это произошло 3 ноября при помощи отдела по борьбе с тяжкими и особо тяжкими преступлениями УМВД России по Ангарску и бойцов ОМОНа. Сейчас задержанный Алиев находится в СИЗО № 6 Ангарска. Следствие по делу продолжается.