За одного битого двух небитых дают

«Для меня проигрыш - это прежде всего уникальный жизненный опыт», - считает бывший мэр АМО Андрей Козлов. В канун своего 46-летия он философски смотрит на поражение на октябрьских выборах и делится откровенными мыслями о работе в исполнительной власти, партии и просто жизненных ценностях.

- Андрей Петрович, тяжело было примириться с поражением на выборах?

- Для меня это не было шоком, результат был предсказуем еще за месяц до дня голосования. Но это как в сражении - если ввязался, значит, нужно идти до конца. Анализируя предвыборный период и ход самой кампании, могу сказать, да, были ошибки, и не только мои. На разных уровнях власти принимались решения, не зависящие от моего мнения или желания. Данную кампанию можно было выиграть, если бы все элиты смогли консолидироваться. В Ангарске этого не произошло - и мы получили протестное голосование. Безусловно, самая яркая кампания была у КПРФ.

- А у «Единой России»?

- Единороссы проводили невменяемую политику - мы за любой результат, лишь бы в конечном итоге победитель стал членом партии. Кто победит, с тем и будем дружить - это проигрышная стратегия. Правительство региона тоже играло в две корзины - создавало видимость поддержки, но при этом вело кулуарные переговоры с другими кандидатами. А область, как маяк, на который ориентировались вертикально интегрированные структуры: раз наверху поддерживают и тех, и тех, значит, и нам можно так же поступать.

- Через несколько дней после выборов вы подали заявление о выходе из партии. Чем было мотивировано ваше решение?

- Я был членом президиума регионального политсовета и понимал, что после поражения на выборах партия сделает меня крайним в проигрыше. Но даже не это явилось основной причиной. Я не согласен с политикой двойных стандартов, проводимой единороссами в период выборной кампании.

Члены регионального политсовета приезжали в Ангарск, за моей спиной вели переговоры и с коммунистами, и с моим оппонентом Владимиром Жуковым. Секретарь регионального политсовета Александр Битаров проводил встречи в ангарских первичках, а встретиться с мэром не захотел. Но и не это главное. Основная проблема партии в том, что в ней боевых штыков - тех, кто не боится принимать решения и брать ответственность на себя - осталось очень мало. В «Единой России» есть достойные люди, которых я очень уважаю и ценю.

Но гораздо больше статистов, которым партия нужна для успешного ведения бизнеса или в качестве социального лифта в личной карьере. Им не до идеологии, они озабочены лишь собственными проблемами. Такие партийцы наиболее опасны для «Единой России», и с ними мне не по пути. Кстати, здесь уместно привести в пример ангарских коммунистов - два-три идейно заряженных члена горкома смогли так раскачать ситуацию в районе, что кандидаты от КПРФ получили 11 мандатов в Думе.

- И при этом председателем Думы стал единоросс…

- В ночь голосования в Москву пошла информацию, что в Ангарске победили коммунисты. Но единороссы сумели отыграть - мол, это не члены партии, а потенциальные желающие вступить в ЕР.

Ситуацию перевернули, людей «перекрасили». Остался открытым вопрос - как формировался список от коммунистической партии? Лидеры партии ошиблись в людях, которых включили в свой список, или они сознательно пошли на кратковременное сотрудничество?

- В следующем году пройдут федеральные выборы. Как вы думаете, сохранится ли тенденция протестного голосования на выборах в Государственную Думу?

- Считаю, что протестные настроения будут расти, потому что люди чувствуют, что их обманули. Ангарчане голосовали за КПРФ, но при этом коммунист Сергей Бренюк не стал мэром. Для «Единой России» это будут очень тяжелые выборы.

- Что изменило в вашей жизни поражение на выборах? Не в смысле смены деятельности, а в плане человеческих отношений.

- Для меня это, бесспорно, уникальный жизненный опыт. Проигрыш на многое открывает глаза: это как лакмусовая бумага, определяющая истинное отношение к тебе людей. Стало понятно, кто действительно настоящий друг, который искренне хотел помочь, а кто вдруг стал действовать против. Тем, кто шел со мной рядом, кто верил в меня, я искренне благодарен.

Еще в ходе кампании я понимал, что проиграю, и на штабе предлагал сделать из меня мишень для битья, чтобы кандидаты из нашего пула шли на критике действующей власти. На тот момент только ленивый не пинал меня и не кидал в меня камни. Возможно, предложенная мной стратегия была бы более успешной, и мы смогли бы провести в Думу несколько человек, в том числе и Евгения Павловича Канухина. Надо было сделать меня объектом критики. Но штаб на это не пошел - и было решено биться до последнего.

- Поговорим о клевете: вы в полной мере испытали на себе, что это такое…

- Знаете, в чем сейчас преимущество моей ситуации? Хуже, чем было, мне уже невозможно сделать. Сеансы публичной порки для меня позади. Сегодня я не связан какими-то должностями или обязательствами, могу говорить то, что думаю. Ощущение свободы дорогого стоит (улыбается).

Я сейчас чувствую себя гораздо легче, потому что на мне нет того груза ответственности, который был все эти годы. Что касается разных писак, я даже не хочу называть их журналистами, то первые публикации против меня появились еще в 2004 году. Речь идет не о критических материалах, а о целенаправленной травле. Газета «Время» тогда написала, что брат-наркоман ограбил мою квартиру и вынес из нее люстру. Называется - слышали звон, да не знают, где он.
Да, мою квартиру ограбили, но никакого брата у меня нет! Но это были лишь цветочки, ягодки начались позднее, когда мне и Евгению Канухину стали клеить ярлыки «вор». Тогда же появилось определение «команда». Формировались мифы: мол, «команда» десять раз украла город, набила себе карманы и прочее. Цель системной дискредитации - это банальная смена власти. Что, собственно, и произошло в 2007 и 2010 годах.

- От ярлыка «вор» сложно отмыться. Как говорится, то ли было, то ли не было, но осадочек остался… Почему вы не подавали в суд?

- Одно время у меня была позиция - собака лает, караван идет. Я не был виноват и не собирался оправдываться, чтобы не подливать масло в огонь. Позднее были выигранные суды. Напомню, что газета «Ангарское единство» была закрыта, потому что разорилась на судебных исках. Надо сказать, что СМИ сделали из этого случая для себя вывод.

Теперь статьи написаны так технологично, что материал не имеет судебных перспектив, но при этом формирует определенные стереотипы. Но даже выигранные судебные процессы зачастую имеют нулевую ценность. Некоторые суды продолжались по одному-два года. Когда опубликуют опровержение, в котором просто даются фразу, вырванную из контекста, кто уже вспомнит, о чем идет речь?!

- Публикации продолжаются и после вашего ухода из администрации…

- Меня останавливают знакомые и спрашивают, почему на окончание строительства школы в 7а микрорайоне администрация района не захотела выделить 400 тысяч рублей?! Мол, газета так написала. Я объясняю людям, что нужно было не 400 тысяч, а 400 миллионов рублей, а это огромная разница!

И я даже не могу подать иск по этому поводу, потому что конкретно про меня в статье не говорится. Другая ангарская газета тоже отличилась: назвала меня вором, который украл компьютеры из администрации. Полный бред, потому что из моей зарплаты была вычтена рыночная стоимость компьютеров. Подчеркну - рыночная, а не остаточная! Неужели газетам больше не о чем писать?! Я сейчас консультируюсь с юристами и по фактам, где есть судебная перспектива, буду подавать иски о защите чести и достоинства.

Но даже и не в этих исках дело. Когда мы в 2002 году пришли в исполнительную власть, мы искренне хотели сделать наш город лучше. Быть полезными и сообща решать имеющиеся проблемы. Мы были и остаемся патриотами Ангарска, потому что мы здесь живем, здесь растут наши дети.

Я честно отдавал работе свои силы и знания. А сейчас нас заклеймили как последних сволочей, виноватых во всех бедах. Это больно. Обидно за своих коллег в администрации района, которые являются высококвалифицированными специалистами, но еще не факт, что их профессионализм будет нужен новой власти. Особого благополучия мне эти восемь лет не добавили, а вот проблем, в том числе со здоровьем, создали немало.

- Объективно - какое «наследство» вы оставили новой власти?

- Скажу в сравнении. Когда мы победили на выборах в 2002 году, бюджет города составлял 1,05 миллиарда рублей, из которых 900 миллионов были кредиторской задолженностью. Были многомесячные задержки по заработной плате работникам бюджетной сферы и особенно учителям. Это основные факты. Сейчас бюджет сложнее считать, потому что отделился городской бюджет. Районный бюджет сейчас составляет 3,5 миллиарда рублей. Нет кредиторской задолженности, зарплата всегда выплачивается вовремя. Перечислять реализованные программы, отремонтированные и построенные объекты слишком долго.

- В Ангарске никак не получается преемственность во власти…

- И это очень плохо. Если новая власть сделает в чем-то прорыв, дай бог! Может быть, и у нас за столько лет работы на что-то «глаз замылился». Но нельзя отрицать и разрушать все, что было сделано ранее.
Ломать проще, чем созидать. Но в результате будет потеряно время, которое можно использовать для развития района. Хотелось бы, чтобы люди, пришедшие во власть, не тратили время на разборки, а направили его на конструктивную работу. Времени на раскачку немного, и нужно выбрать правильный вектор движения. Кредит доверия оказан огромный, но его очень легко потерять.

- Какие строите планы на будущее?

- Я пока в поиске, анализирую ситуацию. Восемь лет в исполнительной власти - это большой отрезок времени. Сложно перестроить свои мозги и по-другому смотреть на жизнь. Я считаю, что должна произойти смена деятельности.

Правильно говорят: все, что ни делается, к лучшему. У меня такое ощущение, что за восемь лет очень многое в жизни прошло мимо меня. Недавно встречался со старыми друзьями, и они дали свою оценку моей жизни. Сравнили меня с шахтером, который углубился в свой забой и вырабатывает стахановскую норму угля.
А когда поднялся на поверхность, оказалось, что пока я был под землей, все уже давно в космос улетели. Я пока не тороплюсь принимать решение. Но я рад, что в моей жизни произойдет крутой поворот. Я к нему готов.

Вера КУЧИНСКАЯ