Милиционеры хотят узнать всё о коррупции

ГУВД по Иркутской области проявляет заинтересованность в организации независимого социологического исследования на тему коррупции в регионе. В главке ведомства даже обещают содействовать в получении гранта на организацию этой работы для одного из иркутских социологических центров. Подразделениями ГУВД выявляется значительная доля преступлений коррупционной направленности: в течение четырёх месяцев этого года – 95, в том числе 32 факта взяточничества. Нередко сами сотрудники органов внутренних дел оказываются вовлечённым в коррупционные скандалы.

Сотрудник пресс-службы ГУВД Анна Ткач рассказала, что в минувший четверг по итогам встречи общественного совета при ГУВД по Иркутской области решено инициировать социологический опрос населения на тему коррупции в регионе. Обобщённые результаты соцопроса позволят дать объективную оценку ситуации и использовать в дальнейшей работе по совершенствованию методов борьбы с коррупционными проявлениями, подчеркнула она. Представители главка оформят заявку в связи с актуальностью темы, что даст возможность Центру независимых социальных исследований получить грант на выполнение этого заказа.

В пресс-службе уточнили, что подобные исследования в последний раз проводились лишь в период 2003–2005 годов. К их числу относится изучение специфики коррупционных сфер и административных барьеров для малого и среднего бизнеса в Иркутске, сделанное Центром независимых социальных исследований в 2005 году. Оно основывалось на экспертном опросе предпринимателей. По словам научного директора центра Михаила Рожанского, их результаты, полученные накануне очередных выборов, «даже не были нами сразу обнародованы, иначе мы нарушили бы свой принцип и не смогли бы избежать политических игр». В рейтинге коррупционности, выстроенном на основе опыта и мнений иркутских предпринимателей, лидировали не надзирающие инстанции, а те, которые по своим функциям должны помогать развитию экономической активности и предпринимателям, – муниципальные структуры. Исследователи констатировали факт существования скрытой коррупции, говоря о наличии института посредников. «Вполне официально оформленные услуги для предпринимателей без всяких прямых взяток чиновнику, но оплачивающий услугу бизнесмен понимает, что деньги на вознаграждение конкретных людей, разрешающих тот или иной вопрос, в прайс заложены», – отметил социолог. Характерно, что данное исследование проводилось не по заказу властей или правоохранительных органов, а по инициативе Гуманитарного фонда «Байкал. Третье тысячелетие». «На материалах других наших исследований хорошо было видно, что произошло «опривычивание коррупции» в важнейших сферах жизни, например, она стала частью экономики высшей школы. От этого коррупция не становится менее разрушительной для общества – напротив, но при этом перестаёт быть предметом внимания правоохранительных органов, поскольку карательным мерам воздействия и показательным судам экономические механизмы не поддаются», – добавил Рожанский.

Только подразделения, находящиеся под началом главы управления по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД Сергея Шперлинга, ежегодно выявляют до 75% преступлений коррупционной направленности, совершённых в регионе. В прошлом году их было 270, из них 58 – взятки. Среди привлекаемых к ответственности всё чаще встречаются представители государственной власти и органов местного самоуправления. В судах сейчас находятся уголовные дела, возбуждённые в отношении мэров Ольхонского района Николая Мотошкина, Осинского района Петра Магданова и Усольского района Петра Герасимова. Все они обвиняются в получении взяток. По ст. 293 ч. 1 УК («Халатность») заведено уголовное дело в отношении бывшей исполняющей обязанности руководителя департамента имущественных отношений администрации Иркутской области Марины Орлинской, которой вменяется необоснованное перечисление бюджетных средств в сумме 4,4 млн. рублей, и председателя КУМИ Слюдянского района Людмилы Стаценской. Следствие считает, что последняя причинила ущерб бюджету на сумму 30 млн. рублей.

В течение четырёх месяцев этого года выявлено 95 должностных преступлений, в том числе 32 факта взяточничества. Посчитано: средняя сумма взятки составила в Приангарье 16312 рублей, что существенно выше, чем в среднем по Сибирскому федеральному округу (2989 рублей) и по России (4023 рубля). Сергей Шперлинг объясняет разбег цифр тем, что в своей работе его подчинённые делают акцент на обнаружение таких случаев в органах власти. «Средний чек» взяточника-чиновника многим выше, чем врача и учителя. Так, в числе подозреваемых в получении взятки – инспектор отдела государственного пожарного надзора из Братска, требовавший 20 тыс. рублей, главный специалист земельного департамента КУМИ Иркутска, который собирался получить 75 тыс. рублей за сокрытие факта нарушения при использовании земельного участка.

«Генеральный прокурор Юрий Чайка, много лет проработавший в нашем регионе, провозгласил борьбу со взяточничеством, и правоохранительные органы Приангарья воплощают в жизнь эти начинания. После задержания бывшего вице-губернатора Сергея Воронова (обвиняется в мошенничестве и отмывании денег. – «Конкурент») от нас теперь постоянно ждут громких дел», – заметил один из милицейских чинов.

В Управлении собственной безопасности ГУВД признают, что поймать берущего мзду милиционера – дело крайне сложное, потому что тот знаком с «процедурными вопросами». Однако работа по выявлению нечистых на руку милиционеров продолжается и приносит существенные результаты, отметил начальник УСБ Виктор Кузнецов. В марте Иркутский областной суд вынес обвинительный приговор в отношении заместителя начальника отдела УБЭП ГУВД Иркутской области Антона Мякина и заместителя начальника ОБЭП по Куйбышевскому району Василия Степанова, которые вымогали у предпринимательницы 1 млн. рублей за прекращение уголовного преследования её сына. Самая крупная взятка из известных иркутским силовикам. Виновным назначено наказание в виде семи лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Сегодня в милиции внедряют новые методы профилактики коррупции. На каждого сотрудника ведётся карточка индивидуально-воспитательной работы – своеобразная декларация не только о его имуществе и доходах, но и членов семьи. Однако, по мнению Сергея Шперлинга, одним этим делу не поможешь. «Нужно менять психологию людей, чтобы большое наказание за взятку не вызывало таких разговоров: мол, никого же не убили», – считает он. Между тем судебная система в отношении взяточников стала вести себя жёстче, констатируют в ГУВД. Так, если раньше судебная практика сводилась в основном к условному наказанию, то сейчас есть прецеденты по реальному лишению свободы. В апреле по делу налогового инспектора из Ангарска, получившей взятку в сумме 340 тыс. рублей, был вынесен приговор – наказание в виде трёх лет лишения свободы. Её муж, бывший посредником при передаче денег, приговорён к пяти годам лишения свободы.