Любимые стихи
- « первая
- ‹ предыдущая
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
- 9
- …
- следующая ›
- последняя »
Любить иных – тяжелый крест,
А ты прекрасна без извилин,
И прелести твоей секрет
Разгадке жизни равносилен.
Весною слышен шорох снов
И шелест новостей и истин.
Ты из семьи таких основ.
Твой смысл, как воздух, бескорыстен.
Легко проснуться и прозреть,
Словесный сор из сердца вытрясть
И жить, не засоряясь впредь,
Все это – не большая хитрость.
Пастернак Борис 
Это стихотворение Новосельцев выдал за своё, когда Людмилу Прокофьевну коктейлем угощал. Она ему ещё сказала: "Я не знала, что Вы творили под псевдонимом "Пастернак"
да да)
- Ой... В ранней молодости вы были значительно талантливее, чем сейчас.
Только я никак не предполагала, что вы творили под превдонимом Пастернак.
- Скажите, пожалуйста... Никогда бы не подумал, что вы разбираетесь в поэзии.
- Стихи хорошие, но прочли вы их скверно.
- Вам видней.
- Еще бы.
- Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю.
- Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.
Баллада о прокуренном вагоне
Как больно, милая, как странно!
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями
Как больно, милая, как странно!
Раздваиваться под пилой!
Не зарастёт на сердце рана -
Прольётся чистыми слезами,
Не зарастёт на сердце рана -
Прольётся каменной стеной!
Пока жива, с тобой я буду -
Душа и кровь неразделимы,
Пока жива, с тобой я буду-
Любовь и смерть всегда вдвоём.
Ты понесёшь с собой повсюду -
Не забывай меня любимый! -
Ты понесёшь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.
Но если мне укрыться нечем
От жалости неразделимой?
Но если мне укрыться нечем
От холода, от темноты?
За расставаньем будет встреча -
Не забывай меня любимый! -
За расставаньем будет встреча,
Вернёмся оба - я и ты.
Но если я безвестно кану -
Короткий свет луча дневного?
Но если я безвестно кану,
За звёздный пояс, в млечный дым?
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смеренным.
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полу плакал, полу спал.
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся в странном крене,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колёса оторвал:
Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила,
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.
С любимыми не расставайтесь,
С любимыми не расставайтесь,
С любимыми не расставайтесь,
Всей кровью прорастайте в них.
И каждый раз на век прощайтесь,
И каждый раз на век прощайтесь,
И каждый раз на век прощайтесь,
Когда уходите на миг!
Александр Кочетков
Ты знаешь, так хочется жить
Наслаждаться восходом багряным
Жить чтобы просто любить
Всех кто живёт с тобой рядом.
Ты знаешь, так хочется жить
Просыпаться с тобою на рассвете
Взять и кофе сварить
Пока ещё спят все на свете.
Ты знаешь, так хочется жить
Как не напишут в газете
Взять и всё раздарить
Жить чтобы помнили дети.
Ты знаешь, так хочется жить
В миг, когда тебя задавило
Встать и всем объявить:
"Я вернусь, даже если прибило".
Ты знаешь, так хочется жить
В ту минуту что роковая
Всё плохое забыть. всех простить
Лишь прощение - спасение, я знаю.
Ты знаешь, так хочется жить
В зимнем саду спящей вишне
ЧТоб по весне расцвести
Деревом для новой жизни.
А не замахнуться ли нам на Вильяма нашего, так сказать, Шекспира?))
Бери ее хоть всю, мою любовь!
Что нового приобретешь ты с нею?
Твоим я был, твоим я буду вновь,
И нет любви, моей любви вернее.
Коль ты берешь любовь мою любя,
За это осуждать тебя не стану,
Но осужу, коль, обманув себя,
Берешь ее, доверившись обману.
Я все тебе прощаю, милый вор,
Хотя меня ты грабишь без стесненья:
Ведь горше нам снести любви укор,
Чем ненависти злые оскорбленья.
О ты, что можешь зло облечь красой,
Убей меня, но не казни враждой.
*****
Все страсти, все любви мои возьми, -
От этого приобретешь ты мало.
Все, что любовью названо людьми,
И без того тебе принадлежало.
Тебе, мои друг, не ставлю я в вину,
Что ты владеешь тем, чем я владею.
Нет, я в одном тебя лишь упрекну,
Что пренебрег любовью ты моею.
Ты нищего лишил его сумы.
Но я простил пленительного вора.
Любви обиды переносим мы
Трудней, чем яд открытого раздора.
О ты, чье зло мне кажется добром.
Убей меня, но мне не будь врагом!
Всё это один и тот же Сонет 40. В первом случае перевод А.М. Финкеля, во втором случае перевод С.Я. Маршака
nemo,
на мой взгляд, так и есть.
Но, с другой стороны, так красивее правда? 
Русский язык не такой простой, как английский. У нас очень много разных оттенков смысла в словах, поэтому больше возможностей. А когда перевод близок к оригиналу, получается не так интересно.
Где-то недавно слышала, что голливудские киноведы считают, что после русского перевода в голливудских фильмах появляется другой, более красивый, смысл. А в некоторых их фильмах просто появляется смысл.)))
Человек был тише ночи,
Человек был проще неба,
Только был он добрым очень,
Никогда жестоким не был.
Припев:
Он ходил от звезды к звезде,
Зажигал от звезды звезду,
Он ходил от беды к беде
И гасил за бедой беду.
Он ходил от цветка к цветку,
Зажигал от цветка цветок,
У ночей отбирал тоску,
Чтобы ты тосковать не мог.
Больше он ничего не умел,
Больше он ничего не хотел.
Человек был словно лучик,
Словно солнечный осколок,
Он хотел, чтоб стало лучше,
Чтобы грустный стал веселым.
Припев:
Он ходил от звезды к звезде,
Зажигал от звезды звезду,
Он ходил от беды к беде
И гасил за бедой беду.
Он ходил от цветка к цветку,
Зажигал от цветка цветок,
У ночей отбирал тоску,
Чтобы ты тосковать не мог.
Больше он ничего не умел,
Больше он ничего не хотел.
От его незлого смеха
Сколько раз светлели лица…
Но убили человека
В 41-м, на границе.
Припев:
Но опять от звезды звезду
В синеве кто-то вновь зажег
И опять за бедой беду
Человек погасить помог.
Он идет от цветка к цветку
Зажигать от цветка цветок,
У ночей отбирать тоску,
Чтобы ты тосковать не мог.
Так пошла от тропы тропа,
Так зажглась от судьбы судьба.
Стихи: Р.Амусина
Музыка: С.Пожлаков
Рыжая кошка-осень,
рыжая, как огонь
Мокрым, холодным носом
ткнётся в мою ладонь.
С ветром играет в прятки,
в парке листвой шуршит,
Трогает рыжей лапкой
струны моей души…
В облачно-серой хмари
грустно проходят дни…
Рыжая кошка дарит
мн золотые сны.
Но заметёт пороша
огненно-рыжий след…
Станет однажды кошка
белой, как белый снег.
Из Сети...
Снова птицы в стаи собираются,
Ждёт их за моря дорога дальняя.
Яркое, весёлое, зелёное,
До свиданья, лето, до свидания.
За окном сентябрь провода качает,
За окном с утра серый дождь стеной,
Этим летом я встретилась с печалью,
А любовь прошла стороной.
Не вернёшь обратно ночи звёздные,
И опять напрасно сердце вспомнило
Всё, что это лето обещало мне,
Обещало мне да не исполнило.
Было близко счастье, было около,
Да его окликнуть не успела я.
С каждым днём всё больше небо хмурится,
С каждым днём всё ближе вьюги белые.
Там, где мне в ладони звёзды падали,
Мокрая листва грустит на дереве.
До свиданья, лето, до свидания,
На тебя напрасно я надеялась.
За окном сентябрь провода качает,
За окном с утра серый дождь стеной,
Этим летом я встретилась с печалью,
А любовь прошла стороной.
Снова птицы в стаи собираются,
Ждёт их за моря дорога дальняя.
Яркое, весёлое, зелёное,
До свиданья, лето, до свидания.
Л.Дербенёв
Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.
Был я весь как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось пить и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.
Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз златокарий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.
Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным.
Я б навеки забыл кабаки
И стихи бы писать забросил.
Только б тонко касаться руки
И волос твоих цветом в осень.
Я б навеки пошел за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали...
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.
Да! Теперь решено. Без возврата
Я покинул родные поля.
Уж не будут листвою крылатой
Надо мною звенеть тополя.
Низкий дом без меня ссутулится,
Старый пёс мой давно исдох.
На московских изогнутых улицах
Умереть, знать, судил мне бог.
Я люблю этот город вязевый,
Пусть обрюзг он и пусть одрях.
Золотая дремотная Азия
Опочила на куполах.
А когда ночью светит месяц,
Когда светит… чёрт знает как!
Я иду, головою свесясь,
Переулком в знакомый кабак.
Шум и гам в этом логове жутком,
Но всю ночь напролёт, до зари,
Я читаю стихи проституткам
И с бандитами жарю спирт.
Сердце бьётся всё чаще и чаще,
И уж я говорю невпопад:
«Я такой же, как вы, пропащий,
Мне теперь не уйти назад».
Низкий дом без меня ссутулится,
Старый пёс мой давно издох.
На московских изогнутых улицах
Умереть, знать, судил мне бог.
1922
Это будет вот так:
будут звезды бесчисленно падать.
Разбежится гроза,
а закат еще жив в полумгле...
Будешь ты повторять мне:
«Не надо, не надо, не надо...»
Я возьму тебя за руку
и поведу по земле.
И рука твоя станет доверчивой, доброй,
послушной.
А земля будет разной — радушной, чужой,
равнодушной...
Это что за река? Это Нил, Енисей или Волга?
Я прижму тебя больно к перилам моста.
Я люблю тебя, слышишь?
Всю жизнь. Беспощадно. Безмолвно.
Звезды тихо уходят домой.
Холодеет. Рассвет.
И в руках пустота.
Лев Ошанин
(Немного шансона)...
Немного другие редакции:
Этот сорт народа -
тих
и бесформен,
словно студень,-
очень многие
из них
в наши
дни
выходят в люди.
Худ умом
и телом чахл
Петр Иванович Болдашкин.
В возмутительных прыщах
зря
краснеет
на плечах
не башка -
а набалдашник.
Этот фрукт
теперь согрет
солнцем
нежного начальства.
Где причина?
В чем секрет?
Я
задумываюсь часто.
Жизнь
его
идет на лад;
на него
не брошу тень я.
Клад его -
его талант:
нежный
способ
обхожденья.
Лижет ногу,
лижет руку,
лижет в пояс,
лижет ниже,-
как кутенок
лижет
суку,
как котенок
кошку лижет.
А язык?!
На метров тридцать
догонять
начальство
вылез -
мыльный весь,
аж может бриться,
даже
кисточкой не мылясь.
Все похвалит,
впавши
в раж,
что
фантазия позволит -
ваш катар,
и чин,
и стаж,
вашу доблесть
и мозоли.
И ему
пошли
чины,
на него
в быту
равненье.
Где-то
будто
вручены
чуть ли не -
бразды правленья.
Раз
уже
в руках вожжа,
всех
сведя
к подлизным взглядам,
расслюнявит:
"Уважать,
уважать
начальство
надо..."
Мы
глядим,
уныло ахая,
как растет
от ихней братии
архи-разиерархия
в издевательстве
над демократией.
Вея шваброй
верхом,
низом,
сместь бы
всех,
кто поддались,
всех,
радеющих подлизам,
всех
радетельских
подлиз.
Он был ловок, силён и смешон
Акробат и канатный плясун
И всю жизнь по канату он шел
Длинный посох держа на весу.
Стул поставив на тонкий канат,
Он садился и пил сладкий чай.
И толпа начинала стонать,
Если ронял чашку невзначай.
Смотрит и ждет упрямая толпа,
Смейся, пляши, рискуй!
Смотрит и ждет упрямая толпа,
Чтобы упал плясун.
Ждали зрители, дух затая,
А он только смеялся в ответ:
"Вы такие же точно, как я,
По канату шагаете все!
Только смелости не достает,
Чтоб открыть на секунду глаза.
Ведь идти можно только вперед,
А влево-вправо - уже нельзя!".
Смотрит и ждет упрямая толпа,
Смейся, пляши, рискуй!
Смотрит и ждет упрямая толпа,
Чтобы упал плясун.
Он был должен когда-то упасть,
Чтоб зевак не разочаровать.
Он упал, и взревела толпа,
Но толпа удивилась едва ль.
Постояли еще обсудив
Доигравшегося плясуна.
А потом потихоньку пошли
Вновь к повседневным своим делам.
Если друг
оказался вдруг
И не друг,
и не враг,
а — так;
Если сразу не разберёшь,
Плох он или хорош, —
Парня в горы тяни —
рискни!
Не бросай одного
его:
Пусть он в связке в одной
с тобой —
Там поймёшь, кто такой.
Если парень в горах
не ах,
Если сразу раскис —
и вниз,
Шаг ступил на ледник —
и сник,
Оступился — и в крик, —
Значит рядом с тобой —
чужой,
Ты его не брани —
гони.
Вверх таких не берут
и тут
Про таких не поют.
Если ж он не скулил,
не ныл;
Пусть он хмур был и зол,
но шёл,
А когда ты упал
со скал,
Он стонал,
но держал;
Если шёл он с тобой,
как в бой,
На вершине стоял хмельной, —
Значит, как на себя самого,
Положись на него!
Не возвращайтесь к былым возлюбленным
Не возвращайтесь к былым возлюбленным,
былых возлюбленных на свете нет.
Есть дубликаты —
как домик убранный,
где они жили немного лет.
Вас лаем встретит собачка белая,
и расположенные на холме
две рощи — правая, а позже левая —
повторят лай про себя, во мгле.
Два эха в рощах живут раздельные,
как будто в стереоколонках двух,
все, что ты сделала и что я сделаю,
они разносят по свету вслух.
А в доме эхо уронит чашку,
ложное эхо предложит чай,
ложное эхо оставит на ночь,
когда ей надо бы закричать:
«Не возвращайся ко мне, возлюбленный,
былых возлюбленных на свете нет,
две изумительные изюминки,
хоть и расправятся тебе в ответ...»
А завтра вечером, на поезд следуя,
вы в речку выбросите ключи,
и роща правая, и роща левая
вам вашим голосом прокричит:
«Не покидайте своих возлюбленных.
Былых возлюбленных на свете нет...»
Но вы не выслушаете совет
Это стихотворение когда-то тоже было спето.
Стихотворение из одного моего любимого сборника. В Интернете его нет.
Тамара Коломиец
Шиповник
Я шиповник не ломала в роще –
Он пахучий,
А такой колючий.
Обходила парня, это проще –
Он высокий,
А такой жестокий.
Только правду говорят в народе:
Сердце вечно с разумом в разводе,
На лугу зелёном захмелело,
Одолело дрёму – заболело.
И не ветер ходит в поле вольно,
И не плачет в небе журавлиха.
Гну шиповник – а рукам не больно,
Только в сердце боль вползает тихо.
Волшебная скрипка
Валерию Брюсову
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое тёмный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял её однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад, и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервётся пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, -
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймёшь тогда, как злобно насмеялось всё, что пело,
В очи глянет запоздалый, но властительный испуг,
И тоскливый смертный холод обовьёт, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу - ты смеёшься, эти взоры - два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
Н.Гумилев
Дети - цветы нашей жизни.
Они наша радость, а иногда непокорность.
Где-то смех ребячий, а порою слёзы.
Мать, храни ребёнка, как садовник розы!
Рассказать хочу я, рассказать сквозь слёзы
Как одна мамаша погубила розы!
Лепестки посеяла у цветущей розы!
Жизнь ребёнка стала горькая, как слёзы...
Как-то раз мальчонка, годик ему был,
Вырезал из беленькой скатёрки квадратик,
Думал тот, что мама будет очень рада.
Только мать вбежала, сразу увидала
И беленькой скатёрки ей очень жалко стало.
Мать схватила ножницы, по рукам ударила.
Била и кричала, кровь из них сочилась.
Мать забыла жалость...
"Мама, я не буду больше, мама!"
Пальцы посинели, двигаться не могут.
Люди подоспели к мальчонке на подмогу,
Отнесли мальчонку в белую палату,
Там сестра ходила в беленьком халате.
И как-то раз мальчонка спросил у той сестрёнки:
"А когда же дядя отдаст мои ручонки?"
И слеза сестрицы на подушку пала:
"А твои ручонки мама своровала..."
Мать в палату входит, там взрослые лежали,
Сразу почему-то в палате замолчали...
"Мама! Дай мне ручки, а то без них так плохо -
не могу конфетку положить я в ротик,
не могу и ложку взять я за обедом!"
"Нет у меня ручек"-тихо мать сказала.
"А мне сестра сказала, что ты их своровала..."
Я даю совет Вам, милая мамаша,
Вы купите скатёрку ещё лучше, краше,
Но зачем ребёнку вот такие муки?
Ведь нигде не купишь маленькие руки...

ЧЕРНЫЙ КАРЛИК
Мой черный карлик целовал мне ножки,
Он был всегда так ловок и так мил!..
Мои браслетки, кольца, серьги, брошки
Он убирал и в сундучке хранил.
Но в черный день печали и тревоги
Мой карлик вдруг поднялся и подрос...
Вотще ему я целовала ноги -
И сам ушел, и сундучок унес!
Теффи (1909 год)
Анжелика Градо
Ленточки...
Располосовал меня на ленточки:
Вновь душа белугою рыдает,
Больше не Котёнок и не Девочка
Для тебя...И мысли как в угаре...
Больно бьют сердечной непогодою,
Тонут в серо-иловых проклятьях,
В пониманье, что, увы, не буду я
Затирать поступки, что не кстати...
Вздрогнет темнота холодным вечером
Светом ночника...Без укоризны
Молча принимаю, делать нечего -
Жизнь прошла с начала и до тризны...
Промелькнула грустно-настороженно
В свете фар, в дожде промокших улиц,
Где зародыш чувств моих скукоженных
Растворился...Серым небом хмурясь...
Широк и желт вечерний свет,
Нежна апрельская прохлада.
Ты опоздал на много лет,
Но все-таки тебе я рада.
Сюда ко мне поближе сядь,
Гляди веселыми глазами:
Вот эта синяя тетрадь -
С моими детскими стихами.
Прости, что я жила скорбя
И солнцу радовалась мало.
Прости, прости, что за тебя
Я слишком многих принимала.
Ахматова..
- « первая
- ‹ предыдущая
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
- 9
- …
- следующая ›
- последняя »







...
...

...








Иосиф Бродский
Одиночество (1959)
Когда теряет равновесие
твое сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из под ног,
как палуба,
когда плюет на человечество
твое ночное одиночество, --
ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и -- кстати -- самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.
Но лучше поклоняться данности
с глубокими ее могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими ее дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.
Да. Лучше поклонятся данности
с убогими ее мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.