Яковлевский льнокомбинат

Яковлевский льнокомбинат, на котором работает Наталья, чудом уцелел, хотя из 6 тыс. человек осталось меньше 700. Скатерти, салфетки, постельное белье по-прежнему закупают для Кремля и отправляют на экспорт.

Перед выборами на льнокомбинат приходили агитаторы от ЕР. Курицына вышла на трибуну и заявила, что голосовать не пойдет.

— Почему, спросила, вы производство не поднимаете? Дрягаемся тут из последних сил, а нас только налогами душат — вон, зарплату опять задерживают. А нам работать будет скоро не на чем: весь лен на корню китайцы скупают, платят сразу. Эх, жаль, загнется такое производство! — переживает она.

На фонарном столбе белеет список деревенских должников за воду. Горевы — среди злостных неплательщиков, долг — 9,5 тыс. рублей. Откуда он взялся, если водопровода в доме нет, никто не знает.

— После публикаций у чиновников и деньги как-то сразу находятся, и, что ещё удивительнее, они начинают работать, — говорит Алексей Буркин, бывший москвич с двумя высшими образованиями. Это он организовал четыре года назад деревенский сайт (1,6 тыс. посещений в месяц, часто заходят американцы и японцы) и переехал на ПМЖ в Безгузово. - Мы всего лишь хотим, чтобы чиновники и служащие не валяли дурака, перекидывая ответственность друг на друга, а исполняли свои обязанности надлежащим образом.

От Москвы до Безгузово — 200 км.
На всю деревню 24 дома (прописано 68 человек), три фонаря и телефон-автомат. Специально для «Известий» народ в одном из гаражей повторно устроил народное вече, на котором все дружно подтвердили: голосовать не пойдут.

— Надоело жить как в каменном веке, — говорит староста деревни Елена Косова. — Хотим жить как нормальные люди: со светом, водой, газом и дорогой.

— Это нонсенс, когда весь населенный пункт отказывается от участия в голосовании, — замечает член ЦИК Гарегин Митин. — Я не верю, что такое произойдет, но если это случится, то по закону бюллетени признаются неиспользованными и погашаются после 20.00.