КРЫМ И ПОСЛЕДНЕЕ ХВАСТОВСТВО ПУТИНА

Среди последних поручений Владимира Путина – внесение крымской эпопеи 2014 года в учебники истории. Исполнить до августа сего года.

Пусть меня не заподозрят в подхалимаже и конформизме, но я считаю, что Владимир Путин совершенно прав: вписать Крым в учебники истории надо как можно скорей.

Причем, как он и приказал, подробно раскрыть роль этой небольшой, но важной территориальной единицы в истории российской империи. Надо, я считаю, как можно подробней раскрыть символическую функцию Крыма, потому что никакой другой у него, по сути, сейчас нет.

Экономически он для России скорее убыточен, политически – сомнителен, ибо усилил изоляцию и рассорил с Украиной окончательно; но символически (или, как еще теперь любят говорить, геополитически) он ужасно важен.

Мы его несколько раз теряли, но всегда возвращали; он позволял нам колоссально поднимать единство и самоуважение, и в таких обстоятельствах уже неважно, что с инфраструктурой там плохо или с сервисом неважно.

Владимиру Путину надо спешно вписывать себя в историю, и тут открывается, сограждане, удивительная вещь: вписываться – не с чем. Нет у России каких-то принципиальных завоеваний, каких-то масштабных исторических событий, связанных с именем Путина.

Позитива маловато. Негатива сколько влезет – не в смысле «плохих результатов», а в смысле отмен и запрещений.

Путин очень многое в России уничтожил – и может, правильно сделал, но в историю-то входят созиданием, а не запрещениями. Многое, очень многое исчезло при нем – от свободы печати до губернаторских выборов, от внутренней политики до независимых судов (которые никогда не были особенно независимы, но сейчас превратились в символ управляемости); но что, кроме Крыма, появилось?

Что построено масштабного и полезного, кроме сверхдорогого олимпийского Сочи и столь же дорогих владивостокских мостов? Какая вековечная проблема решена?

Какие одержаны победы, кроме «Норд-Оста» – победа, прямо скажем, изрядно подпорченная количеством жертв и рядом сомнительных моментов, – и Беслана, который язык не поворачивается назвать победой?

С правлением Горбачева и даже Ельцина связана масса исторических событий – исчезновение железного занавеса, объединение Германии, подавление путчей в 1991 и 1993 годах (оценивают эти события по-разному, но сами-то события налицо).

Что случилось при Путине?

Рост цен на энергоносители? Это сделал не он.

Посадка и выход Ходорковского, процесс Pussy Riot, загадочная гибель Литвиненко и Березовского, эмиграция Гусинского, Чичваркина и Дурова? Последнее уж никак не тянет на мировой масштаб.

Небывалое единение, редкостный рейтинг главы государства? Увы, никакой рейтинг не вечен, а единение вызвано тем самым Крымом.

Присоединение Чечни? Но, пардон, она не отсоединялась; а на каких условиях удерживается – видим мы все.

Это лестные факты не для путинской, а скорей для кадыровской биографии: чеченский вождь не столько присоединился, сколько присоединил (по крайней мере большие деньги).

Вопрос – чем Владимир Путин войдет в историю, кроме небывалой деградации населения, отучившегося думать и спрашивать, и такой же небывалой серии запретов, уничтожений и сокращений?

Что с нами случилось прекрасного за эти 15 лет, не считая ссоры с Западом и переориентации на Китай? Что появилось в России нового, кроме врагов народа – да ведь и это, если честно, не совсем новое?

Крым, скорее Крым, в учебники его и на скрижали! Больше похвастаться совершенно нечем.

Осталось уследить, чтобы он и дальше оставался нашим, а то тамошнее население, почуяв первые репрессии, уже, кажется, и повышенные пенсии не считает абсолютным благом.
.