Венера без ног

Была ночь. Был вечер. Был день, похожий на предыдущий. Был свет и была планета. И была Венера.
И было море, и солнце. Были люди вокруг. Где-то там даже была музыка. И Венера слушала ее затаив дыхание... Затаив дыхание смотрела она на рассвет, на закат, на само солнце и только звездам уделяла внимания совсем чуть-чуть, потому что знала - звезды мертвы, мертвы и скучны, что они далеки, гораздо дальше солнца, что они пусты и внутри они газ, пустота, безумно красивая.
Венера смотрела на рассвет, сидя в коляске у окна. Венера смотрела на закат, сидя в коляске, потому что не могла стоять. Венера улыбалась, потому что слишком много плакала.
У Венеры была мама. У Венеры были шрамы. У Венеры была забота и беспомощность. Венера мечтала. Венера мечтала. Венера мечтала. У Венеры были мечты, были крылья, были ноги, лодыжки, косточка ступни. Ее мама жила. Мама жила и смотрела на Венеру, и плакала, наверно от того, что слишком много улыбалась. Мама мечтала иногда, Венера иногда жила.
Венера жила, когда резиновые шины коляски терлись о мостовую, а маму сзади не было видно и даже слышно, и она резко раскидывала руки, выгибая грудную клетку на излом до обратного.
Когда децибелы музыки как-то растворяли ее в безприоритетное вещество, не важное количеством конечностей.
Когда она вся перетекала в губы, шпаря их тонкую кожу зеленым чаем. Чувствуя. Чувствуя.
Венера жила тогда и жила чисто, робко, как ребенок, не смотря...
Венера хотела жить. И продолжала мечтать.
Мама мечтала когда прекращала жить, когда не нужно было покупать, мыть, стирать, готовит, заботится... Тогда она замирала, тогда она думала, мечтала и умирала... Мечтать - это умирать. Мама мечтала. У нее был дом, даже муж был у нее. И мечты на том заканчивались... В этих мечтах было умирание. Был запах, совсем гнилой.
Венера без ног...
У Венеры без ног был только один выход.
У нее был только один, простой конец.
Венера убежала.