Комментарии пользователя М4А3Е8

Арсений Несмелов

БАЛЛАДА О ДАУРСКОМ БАРОНЕ

К оврагу,где травы рыжели от крови,

где смерть опрокинула трупы на склон,

папаху надвинув на самые брови,

на черном коне подъезжает барон.

Он спустится шагом к изрубленным трупам,

и смотрит им в лица,склоняясь с седла, -

и прядает конь, оседающий крупом,

и в пене испуга его удила.

И яростью,бредом ее истомяся,

кавказский клинок,- он уже обнажен, -

в гниющее красноармейское мясо, -

повиснув к земле,погружает барон.

Скакун обезумел,не слушает шпор он,

выносит на гребень,весь в лунном огне, -

испуганный шумом,проснувшийся ворон

закаркает хрипло на черной сосне.

И каркает ворон,и слушает всадник,

и льдисто светлеет худое лицо.

Чем возгласы птицы звучат безотрадней,

тем,сжавшее сердце,слабеет кольцо.

Глаза засветились.

В тревожном их блеске -две крошечных искры.

два тонких луча...

Но нынче,вернувшись из страшной поездки,

барон приказал:Позовите врача!

И лекарю,мутной тоскою оборон,

( шаги и бряцание шпор в тишине),

отрывисто бросил:Хворает мой ворон:

увидев меня,не закаркал он мне!

Ты будешь лечить его,если ж последней

отрады лишусь - посчитаюсь с тобой!..

Врач вышел безмолвно,и тут же в передней,

руками развел и покончил с собой.

А в полдень,в кровавом Особом Отделе,

барону,- в сторонку дохнув перегар -

сказали:Вот эти... Они засиделись:

Она - партизанка, а он - комиссар.

И медленно,в шепот тревожных известий, -

они напряженными стали опять, -

им брошено:на ночь сведите их вместе,

а ночью - под вороном - расстрелять!

И утром начштаба барону прохаркал

о ночи и смерти казненных двоих...

А ворон их видел?А ворон закаркал? -

барон перебил...И полковник затих.

Случилось несчастье! -он выдавил

( дабыудар отклонить -сокрушительный вздох), -

с испугу ли, все-таки крикнула баба, -

иль гнили объевшись, но...

ворон издох!

Каналья!Ты сдохнешь, а ворон мой - умер!

Он,каркая,славил удел палача!...

От гнева и ужаса обезумев,

хватаясь за шашку,барон закричал:

Он был моим другом.В кровавой неволе

другого найти я уже не смогу! -

и, весь содрогаясь от гнева и боли,

он отдал приказ отступать на Ургу.

Стенали степные поджарые волки,

шептались пески,умирал небосклон...

Как идол, сидел на косматой монголке,

монголом одет,сумасшедший барон.

И шорохам ночи бессоной внимая,

он призраку гибели выплюнул:Прочь!
И каркала вороном глухонемая,упавшая сзади,

даурская ночь.

-----------------------

Я слышал:В монгольских унылых улусах,

ребенка качая при дымном огне,

раскосая женщина в кольцах и бусах

поет о бароне на черном коне...

И будто бы в дни,когда в яростной злобе

шевелится буря в горячем песке, -

огромный,он мчит над пустынею Гоби,

и ворон сидит у него на плече.