Комментарии пользователя Lee

ГМОшники из Белого дома

«Мы есть то, что мы едим» – расхожая фраза, приписываемая Гиппократу. А едим мы, откровенно говоря, отраву. Она продаётся в магазинах, лежит в холодильнике, шкворчит на плите. Имя ей – генетически модифицированный организм – ГМО. Умники из правительства придумали, как сделать эту отраву ещё популярнее. С 1 июля в действие вступает постановление, подписанное премьером Дм. Медведевым, о госрегистрации ГМО, выпускаемых «в окружающую среду, а также продукции, полученной с применением таких организмов или содержащей такие организмы». По мнению экспертов, это первый шаг к легализации ГМ-семян, посев которых запрещён во многих странах мира.
Чем опасны ГМО? Кто скупил пахотные земли в нашей стране? И почему иностранные учёные – противники ГМО – вынуждены скрывать свои имена? На эти и другие вопросы «АН» ответила Елена ШАРОЙКИНА, директор Общенациональной ассоциации генетической безопасности (ОАГБ).
Медведев обещал жениться
– Елена, премьер Медведев, выступая в начале апреля на Съезде депутатов сельских поселений России, заявил, что никаких посевов ГМ-семян у нас не будет. Победа?
– Обещать – не значит жениться. Никаких документов об отмене постановления №839 как первого шага к разрешению на высадку ГМ-семян нет. Наша ассоциация вместе с другими организациями попыталась отменить его через Верховный суд. Но нам отказали. Кассацию мы тоже проиграли с мотивировкой: постановление пока не вступило в силу, а значит, отменять ещё нечего. Приходите после 1 июля. С точки зрения юридических норм ВС мог так мотивировать своё решение. Но мог и отменить. Такой вот у нас закон. Мы, конечно, уже 1 июля подадим новое заявление.
– Понятно, почему высокопоставленные чиновники так спокойно относятся к тому, что на столе у россиян легально окажется ГМ-продукция. У них же спецснабжение. Но кто конкретно лоббирует её?
– Как ни странно, главный публичный сторонник ГМ-продуктов – это бывший главный санитарный врач и радетель за чистоту российской пищи, а ныне крупный правительственный чиновник Геннадий Онищенко. Ещё директор Института питания РАМН Виктор Тутельян.
– Онищенко на прошлом посту часто бывал ширмой для решения политических вопросов. Осложнились отношения с соседями, и бах – запрет на ввоз продуктов. Кто стоит за ним?
– В кулуарах Минсельхоза говорят, что у нас большую часть сельхозземель скупила через подставные компании одна из транснациональных западных корпораций по производству ГМО. Эти корпорации, а всего их четыре (крупнейшая – Monsanto Company), каждый год «съедают» новую территорию и продолжают высевать свою продукцию. Больше 10% сельхозземель в мире уже засеяно трансгенными семенами. В основном в США, Канаде, Индии, Китае, Бразилии и Аргентине. Сейчас же они хотят войти в Россию. При этом при каждой операции по продаже имеют 300% прибыли: от продажи семян, лицензионного сбора за их использование и поставки специальных пестицидов к ним.
О семечке бедном замолвите слово
– Но ГМ-семена позиционируются как свободные от химии!
– Это миф. Люди задают себе вопрос, что хуже – химия или ГМО. Но ГМО совсем не означает, что они выращены без химии. Наоборот. Посадка ГМ-семян запускает неконтролируемую и непредсказуемую цепочку генетических изменений других растений. Например, когда высаживают семена кукурузы, устойчивые к глифосату (гербициду против многолетних сорняков), то на полях начинают расти лопухи высотой до 5 метров. И обычной дозой химикатов их уже не удалишь, приходится «лить» намного больше.
Во-вторых, происходит опыление соседних полей с генетически немодифицированными растениями. Из-за этого Мексика, например, полностью лишилась своих сортов дикой кукурузы. Во всех странах, где высевают ГМ-семена, приняты законы о зоне отчуждения рядом с такими полями, чтобы этого переопыления не было. Но есть ветер, пыльца, насекомые, птицы – это слишком большая опасность. Мы не можем прогнозировать опасность, так зачем же нам рисковать? Тем более что повышенная урожайность ГМ-семян – ещё один миф.
– А что происходит в российском семеноводстве?
– Пациент скорее мёртв, чем жив. Системы семеноводства и селекции почти разрушены. Например, семена кукурузы мы закупаем практически на 100%. В России по ряду позиций нет даже традиционного зерна. Систему воспроизводства семян можно восстановить примерно за пять лет. Но этим никто не занимается.
– Заграница нам поможет?
– Сегодня мы по ряду позиций полностью зависим от Запада. Представьте, что после очередных событий на Украине начались санкции и нам перестанут поставлять семена кукурузы. На восстановление понадобится несколько лет, и эти годы в стране кукурузы просто не будет. О какой продовольственной безопасности страны мы сегодня можем говорить?!
– Премьер сам признал, что, несмотря на запрет, всё-таки ГМ-семена попадают на поля. Много?
– Никто не знает, потому что в стране нет мониторинга ни по семенам, ни по кормам, ни по полям, ни по продуктовому рынку.
Маска – кто ты?
– Насчёт вреда или его отсутствия от употребления в пищу ГМО идут ожесточённые споры. Есть ли научные факты, насколько они вредны? Может, это очередная страшилка?
– В России было проведено только два независимых исследования. Первый проводился Ириной Ермаковой на крысах. Второго поколения грызунов не родилось. Ассоциация решила повторить эксперимент на хомяках и выделила научный грант. Исследования проводились в Институте проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова. Испытывали сою с ГМО на хомяках Кэмпбелла, при этом хомяков брали не из лаборатории, а из окружающей среды. По сути, мы повторили результаты Ермаковой – только хомяки продержались на одно поколение дольше.
Этого достаточно, чтобы задуматься и поставить перед собой вопросы. Но, для того чтобы делать однозначные выводы, этого мало. Существуют международные протоколы и правила, по которым нужно провести исследования. Но, чтобы провести эксперимент по всем мировым стандартам, по одной только линии ГМО нужно 30 миллионов евро.
Так как на западных учёных, которые занимаются исследованиями ГМО, оказывается колоссальное давление, мы поняли, что Россия – это единственное место, где ещё можно провести подобный независимый и открытый международный эксперимент. И в прошлом году объявили о его старте.
Первая задача была собрать научную группу. Сейчас уже известно, что в ней будут работать учёные из США, Франции, Германии и Великобритании. Все они попросили нас подписать договор о том, что до объявления результатов этого эксперимента их имена будут держаться в тайне. С российской стороны будут работать шесть научных институтов, представляющих все три научные академии: РАН, РАМН и РАСХН.
Осталось решить два серьёзных вопроса: обеспечение безопасности эксперимента и учёных и финансирование. Так как речь идёт о миллиардных прибылях, интересах транснациональных корпораций, защитить учёных сможет только первое лицо государства, и мы хотим обратиться к нему с такой просьбой.
Второй – финансирование. Планируем обратиться к власти, бизнесу и неравнодушным людям. По опросам, до 80% населения против продукции с ГМО, каждый может пожертвовать хотя бы по одному доллару. Средства мы будем искать не только в России, станем обращаться и к западным научным фондам, правительствам и собирать деньги на различных краудфандинговых платформах. Источник финансирования должен быть независимым. Нет ничего более независимого, чем миллионы людей, которые пожертвуют на эксперимент.
– Ваша ассоциация продвигает идею: Россия – страна свободная от ГМО. Насколько это реально?
– Вполне реально. Главное, чтобы не было высевания ГМ-семен. Но нам говорят «давайте сеять». Я спрашиваю «зачем?». Мы – самая большая по территории страна в мире, у нас разные климатические пояса и географические условия, мы можем выращивать почти всё. В России нет никакой проблемы обеспечить себя продовольствием. И не только себя.
Россия может создать себе репутацию «зелёного» государства в области сельского хозяйства. Госдума должна наконец-то принять закон об органическом земледелии (без химии и ГМО), чего до сих пор не сделано.
Доля экологически чистой еды на мировых рынках растёт ежегодно. Это значит, что мы можем не только кормить себя, но и конкурировать со странами ВТО. Всё это необходимо бы учесть в стратегии развития сельского хозяйства, но её попросту не существует. А вместо развития принимаются постановления правительства, имеющие далекоидущие негативные последствия.
– Население сознательно делят на две части: продукты с ГМО для бедных, натуральная еда – для богатых.
– Логика господ из транснациональных корпораций такова: кто-то может себе позволить покупать экологически чистые продукты, а кто-то нет. Первым повезло. Вторым нет. На мой взгляд, это просто продовольственный захват мира. Как говорил Конфуций, если у вас есть хлеб – у вас много проблем; если у вас нет хлеба – у вас только одна проблема.

"Аргументы недели", №14, 2014.

Да вот именно, делать мне больше нечего, бапок и дедок всяких фотографировать...

Ой флудерастки...

И я тоже, за 105 руб. они.