Мир тебе, майор Потапов!

22 марта город проживал свой очередной День Памяти. День скорби и гордости за наших молодых земляков, ценою жизни заплативших за верность присяге и воинскому долгу в локальных конфликтах современного, но столь еще бурного мира. Были речи, слезы, воинские построения, визиты на кладбище… Все знакомо и значимо. Горько и гордо. Гордо за страну, на защите которой стоят такие парни.

А 25 числа Ангарск провожал в последний путь Василия Потапова, майора оперативного полка 3695, дислоцирующегося в городе, погибшего во время контртеррористической операции в горном Дагестане. Он погиб 20 марта. Пусть генералы путались в дате смерти, простительно. Комок в горле мешал говорить прощальные речи, а подсознание просило дать бывшему подчиненному еще хоть один день жизни.

В марте рука не могла взяться за перо в начертании смерти офицера. Слишком много «ветоши» бухнулось на крышку гроба нашего земляка со стороны и областной, и городской прессы. Коллеги по перу «отмазались» голой информацией по шкале «что, где, когда», следуя принципу актуальности. Может, по-своему они были и правы. Все мы, грешные, под мечом чувств и мнений своих личных редакторов…

Но чуть позже, когда первая быль несколько утихла, потянуло к оперативникам: что они могут сказать о 37-летнем майоре. И как об офицере, и как о человеке. Прекрасно понимал, что иду в войсковую разведку, где масса своих профессиональных «табу», запретов на информацию прессе, но уже заранее соглашался на необходимую цензуру.

Почему?

Ответ прост, как апельсин. Сам, будучи офицером запаса, понимал, что живем в таком мире, где войны нет сегодня, но она возможна завтра. Кроме того, существует еще и менталитет военного человека, свято блюдущего военную или оперативную тайну. И затем, те же самые исламские боевики – думаете, они сибирскую прессу не читают? Вся информация «из-под пера» идет «под анализ». А среди фундаменталистов не только верблюжачьи фанатики, но и выпускники Генеральных штабов – как СССР, так и Саудовской Аравии.

Так уж, извините, обойдемся без имен и без многих реальных фотографий.

Главное – не отойти от изложенной сути портрета майора и человека по имени Василий Потапов.

Те офицеры оперативного полка, с которыми удалось поговорить, не отличались особой словоохотливостью, но, одновременно с этим, не прятали своего личного отношения к сослуживцу. Простите, к бывшему сослуживцу… Но в их воспоминаниях он до сих пор живой и смешливый.

- Вася рано и точно определил стиль своей жизни – служба Отечеству. Не высокие слова – практика. Четыре года служил рядовым в ВДВ. Прошел Приднестровье и Югославию. Бывшую Югославию…

- Что такое «прошел»?

Дагестан. В ожидании «вертушки»- Историю надо знать, а не содействовать ее грубому изложению. 90-е годы – суровое время бывшего СССР. А что касается Василия, он полностью отвечал требованиям морально-деловой и физической подготовки для службы в спецподразделениях. Он … был уважителен к подчиненным, вникал в глубину интересов каждого солдата и офицера. Знал биографию каждого ефрейтора части. И его данные в физическом, то есть в боевом плане. А это - значимо. Тут недавно одна женщина сказала о Васе – активен и высок в темпераменте работы. Но так же высок в мерах требования к себе во время учений и проверок.

- Живя в Усолье, он рвался на работу в Ангарск. Порою на «перекладных», на «дальнобойщиках». Его знали на трассе и с удовольствием подсаживали. А то и довозили сразу на место службы. Василий был очень коммуникабелен, находил общий язык со всеми и каждым. Вышел из солдат, но и с погонами майора не терял своей демократичности, простоты общения.

- Он не мог пройти мимо человека и не увидеть его сущности. Дар Божий, по-другому не назовешь.

- Трассовики на перегоне Усолье – Ангарск его прозвали «военным лешим». Сам в камуфляже, ручка, зажигалка, - однозначно в том же. Шоферы говаривали, что портянки у него той же расцветки. Самое что интересное – не ошибались.

- Когда обзавелся своей машиной (после нескольких командировок в «горячие точки») – в ней хранил все самое необходимое. От бритвенного станка до … - понимаешь? Вася был военным от Бога, охранителем земли своих предков и своих будущих детей. Правда, детей у него и в 37 лет не было. Судьба? Наверное, он ее чувствовал и не хотел оставлять сирот…

- Но насколько был высок эстетический накал этого офицера! В машине, когда он ее заимел, постоянно пели «Голубые береты» и «Солдаты удачи». Он очень любил русские песни. Сам на гитаре не играл, но, обладая хорошим голосом, пел на всех наших неофициальных встречах. И как пел!

- Не склонен верить астрологам, но Вася родился 8 ноября 1972 года. Скорпион по гороскопу. А такие либо праведно и самозабвенно служат, либо безудержно тужат. Он явно был из первых. Это я уяснил точно.

- Господа офицеры, но читатель хочет знать, как погиб майор Потапов?

- Инструкторы бандформирований на Кавказе – тоже. Они нашу прессу чуть ли не через лупу разглядывают, ищут прорехи в нашей тактике. А честно, за 5 часов после гибели Василия прошло столько информации об обстоятельствах его смерти… И все разная, противоречивая. Я же врать не хочу и не буду. Приедут ребята из командировки – поднимем поминальные стопки и все узнаем из первых уст. Пока же, пресса, пиши формально, но честно: «героически погиб при исполнении воинского долга».

- Знал бы ты, как нам телефоны обрывали абоненты из других городов. Он же был очень коммуникабельным. Из каждой командировки привозил телефоны новых друзей-соратников. Омск, Красноярск, Саратов… Только пошла информация по России о смерти Василия, наши телефоны раскалились от вопросов: «Правда ли? Как? Почему?». Телефоны наши, своих друзей и сослуживцев, он давал «на всякий случай». Вот он и пришел, случай…

В кабинете с простой казенной мебелью повисла гнетущая тишина. Каждый думал о своем и переживал гибель товарища по-своему. Скупо для эмоций, но явственно.

- Ладно, мужики, - хлопнул по столу ладонью высокий майор, - серьезный разговор требует солидного перекура.

Прошли в курилку, обязательную для каждой войсковой части. Здесь гражданского демократизма не признают: все по Уставу и ранжиру. Но именно здесь есть возможность вспомнить что-то особенное, не поддающееся логическому исчислению.

- Знаешь, - взял меня за пуговицу капитан, - меня в момент отправки подразделения Василия в части не было. Служебные обстоятельства. Но за три дня до старта в Дагестан Вася вел разговор с Богом на компьютере и оставил эту запись остающимся. Не молитва, не просьбы, а именно разговор. Я его переписал для себя на бумагу, она дольше живет. Сейчас не время подобных публикаций, но наши дети и внуки должны точно знать, что собой представляли офицеры «мирного» времени. Мирного для страны в целом, но не для них, для служивых…

Да будет земля тебе пухом, майор Василий Потапов!