Тот кого боится Путин
Поностью поддерживаю тезис -
Разделяю мнение - Чтобы пользоваться собственным рассудком, необходима недюжинная смелость
Серафима Сапрыкина, педагог: Ребята, 37-й вот он, на шаг ближе к нашим детям
А здесь те, кто боится президента.
В конце декабря 2021 года директор гимназии 168 Центрального района Санкт-Петербурга (Школа у Лавры) Лебедева Светлана Андреевна (возраст за 80 лет, директорствует уже 30 лет, и уходить совершенно не намерена) вызвала меня, Сапрыкину Серафиму Олеговну, работающую в должности педагога-организатора, и с пугающе искаженным гневом лицом приказала мне уволиться тк я читала десятиклассникам стихи «врагов народа» и «пособников фашистов» Введенского Александра Ивановича и Хармса Даниила Ивановича. Эти люди, по выражению директора, были заслуженно схвачены НКВД и умучены за свои «преступления», и их стихи можно обсуждать только «на ваших богемных кухнях». Я пыталась что-то лепетать о реабилитации, на что присутствующий там заведующий музеем, полковник (80 лет, постоянно таскает в школу военных для укрепления патриотизма, дети уже вопят) сказал мне, что в те годы реабилитировали всех подряд.
Я говорила о Мандельштаме и Гумилеве, но они тоже враги. Если я не уволюсь сама, то меня «уволят по статье утрата доверия», так как мне нельзя доверять детей, я совершенно неподконтрольна и тд. Я никогда ничего не делала в школе без спроса. Этот урок я обговаривала с завучем и она была от идеи в восторге. Она тоже там была, ведь это было «срочное совещание в связи с ЧП», но глаза в стол и молчанка. Я уволилась. Но сейчас я говорю не сгоряча и не от обиды за себя. Я живая и я могу за себя постоять. И поэты эти, мученики, в своём прекрасном раю тоже не нуждаются в таких мелких защитниках, как я. Но если не говорить о таких ситуациях, если не назвать зло по имени, то ведь, ребята, новый 37-й вот он, на шаг ближе к нам и нашим детям. Я должна была написать этот пост ещё месяц назад. Но я была малодушна, чего от себя не ожидала, ведь я только и делаю, что кичусь своей смелостью и честностью. Я испугалась, как и тогда, в те времена люди пугались и молчали. Я поняла их. Я подумала, вдруг скандал,а у меня дите малое. Это жило во мне и ело меня, я стала плохо спать, я больше не могу так. Да, я хотела бы, чтобы об этом узнали в ГОРОНо и в СМИ, я желаю, чтобы сталинисты вели свои речи на своих кухнях и шёпотом, я желаю чудесным детям других директоров. Мне больше ничего не страшно. Именно потому, что у меня дите. Названное в честь смелого человека. Который пел про лёд под ногами майора. Мы – лёд.
https://echo.msk.ru/blog/echomsk/2976196-echo/
Жупел, который необходим, которым можно пугать
Разумеется, все разговоры о том, что Владимир Путин боится Рамзана Кадырова, что он не может контролировать Рамзана Кадырова, ничего не стоят. Разумеется, точно так же, как вскоре после убийства Бориса Немцова, вследствие даже этого, в общем, после того Рамзан Кадыров был торжественно награжден, точно так же сейчас сразу же после обещания резать головы очень добрую, как он заметил, очень дружественную беседу в Кремле на хозяйственные темы. Совершенно очевидно, что Кремль поддерживает и одобряет такой способ действия.
Потому что, во-первых, это жупел, который необходим, которым можно пугать. А во-вторых, что, собственно, в поведении Рамзана Кадырова можно не устраивать Кремль? Вообще Владимир Путин как тончайший интуит; как человек, довольно точно чувствующий этот нисходящий тренд, понимает: для того, чтобы устоять, такая система должна опираться на худших или, по крайней мере, готовить этих худших себе в сменщики. Тогда она будет, по крайней мере, устойчива, тогда она не будет идти поперек потока. Потому что сегодня тенденция совершенно очевидна: система запущена на саморазрушение, как любая тоталитарная структура; структура, которая седьмой век воспроизводит себя без значительных изменений, она зациклена на себе, она настроена на саморазрушение. Это как машина, описанная у Кафки, помните, которая в конце концов сама разрушает себя, хоть и предназначена для наказаний (это в рассказе «В исправительной колонии»).
Вот эта машина закручена на саморазрушение, она прошла уже все развилки, она с поразительной, с героической последовательностью работает на то, чтобы себя упразднить. И да, действительно, наверное, это надо признать таким могучим, в каком-то смысле очень позитивным аутоиммунным процессом, процессом очищения этой части мира. Поэтому никакого конфликта внутри нет, никакой попытки контроля, безусловно, нет. Насколько эта опора режима актуальна? Актуальна абсолютно. Более того, в перспективе этот самый режим будет эволюционировать именно в эту сторону.
Конечно, я очень сочувствую Елене Милашиной – замечательному человеку и, по-моему, одному из образцов журналистов, но, как я уже много раз говорил, хороший журналист – это тот, кто вызывает подобного рода реакции. Как и я говорил о том, что Олесь Бузина – очень хороший журналист, иначе бы не убили бы. Журналист, вызывающий желание его убить, некоторым образом достигает максимума своей журналистской адекватности. Потому что главное, как говорил Егор Яковлев своим журналистам в 1987 году: «Пишите так, чтобы нас закрыли, а меня сняли». В данном случае: пишите так, чтобы вы подвергались опасности со стороны наиболее мракобесной и мрачной силы.
https://echo.msk.ru/blog/partofair/2975470-echo/
Ад - место, где десять заповедей преследуются по закону.
Генри Луис Менкен
Бабусенька Ягусенька
