Настоящий Монгол

potapov.jpg

Вообще-то нашего Монгола, он же Воваизангарска, зовут Владимир Ильич, и он известен в городе как один из первых предпринимателей. Пуховики фирмы «Полет», сшитые по самым строгим законам экстремального туризма, вытеснил с рынка китайский ширпотреб, а сама фирма канула в Лету как один из многих конверсионных проектов Атомпрома. И тогда тезка вождя подался в скит…

Все было, конечно, далеко не так просто: был он и бит, и преследуем за долги Большого Брата, и зарабатывал установкой сантехники, имея нехилую специальность «химия редких и рассеянных элементов»… А скопив за год скромную сумму, Потапов отправлялся в места совершенно неожиданные. Например, на Килиманджаро, где бабуины нагло воруют картошку с крестьянских полей. В поисках рыбы забредал по отливу на американскую военную базу… Столько экстрима, сколько пережил за свои неполные шестьдесят Владимир Потапов, хватило бы на целую орду байкеров с демонтированными тормозами.

- Сперва я на байдарке обошел Байкал, - рассказывает Воваизангарска как о само собой разумеющемся…
Священное море он обошел не сразу, а за три лета. Подходил к берегам, где ступала нога лишь медведя. Косолапых видел - они ловили рыбу и приветливо махали незнакомому мореплавателю.

- Потом смотрю - из Хубсугула вытекает речка, впадающая в Селенгу. Почему бы по ней не пройти в Байкал? Но это только кажется, что все рядом, река петляет 500 километров по Монголии. В прошлом году москвичи впервые прошли этот маршрут на моторках. Но только до границы - в Наушках сели в поезд и уехали домой.
Я Вову тридцать лет знаю и не сомневаюсь: прошел бы, даже в одиночку. А он ищет на поход напарника. Проблема в том, что за время летнего отпуска маршрут не осилишь. «Пенсионеры опасаются», - с сожалением говорит путешественник, как будто посетители собеса только и думают кинуться в быстрину с минимумом экипировки, и им не хватает только сталкера в лице Монгола Потапова.

- На Хубсугуле я впервые оказался в 2005 году. Он Байкалу почти близнец, только расположен на километр выше, климат там посуровее и берега пустынней. Шли вдвоем под парусом, питались рыбой…

У Потапова все, как всегда, просто. А я видел видеодокумент, снятый напарником. Суденышко ветром отнесло на фарватер, а Потапов кинулся его догонять на подручном плотике о трех дощечках, предложенном монголами. На весле за парусом! На Байкале и Хубсугуле расстояния обманчивы, молотил греблом три часа, сидя по пояс в ледяной воде, но так к цели и не приблизился. Комедия!.. То есть трагедия, происходящая не с тобой. И ведь жив же остался, и к берегу причалил, и маршрут завершил. А вы: «пенсионеры опасаются!..» Но тут опытного Монгола, признается он сам, бес попутал. Судя по видеозаписи - в лице заботливого местного жителя, предложившего для погони нелепое плавучее сооружение. Это скромное азиатское обаяние и привязало нашего героя к Монголии. Похоже, надолго.

- Меня тормознула приветливость монголов и то, что у них чебуреки по три рубля. В прошлом году мясо было 40 рублей за кило, сейчас по 60. Для пенсионера существенно.

Для пенсионера, который переходит пограничные хребты пешком или на чабанской «таблетке» без тормозов, существенно еще и то, что гостей в Монголии принято угощать.

- Заходишь в юрту - тебе ставят деревянное корытце с мясом, показывают, какие кусочки вкуснее, - рассказывает путешественник. - Это угощение, денег не просят: не принято. Но и не откажутся, конечно! Гостем ты считаешься первые три дня, а потом сам наливай себе чай.

В роль Гостя Потапов вживался два года. Если первое время ему еще нужны были палатка, пуховый спальник и рыболовная снасть, то теперь хватает белого коня и сумочки с подарками.

- Когда купил себе лошадь, путешествия стали намного комфортнее. Ему не нужен ни бензин, ни овес, морковку и хлеб не ест, попасется и снова идет 30 километров.
Если у нас белый конь может стоить как «Мерседес», то наш Монгол выменял своего Джамбо на бензопилу «Урал», купленную за 6 тысяч рублей. Других пил - особенно дешевых китайских - монголы не признают, а руки у степняков, вопреки распространенному мнению, просто золотые. Когда Вова привез хозяину пилы новый поршень с кольцами, тот перебрал движок в полутьме юрты за считанные минуты, включая рассыпавшийся игольчатый подшипник.

- Джамбо - имя не монгольское, оно на суахили означает «привет, здравствуйте». Сами монголы коней никак не зовут: призывают свистом. Сам не подойдет, всегда на привязи.

Это, кстати, одна из традиций, которых не знал Монгол. Однажды ночью Джамбо убежал к себе в табун. На следующий день монголы сами привели беглеца и советовали не кормить его днем. «Если конь день привязан, ночью ты его отпустишь - не убежит в табун, а начнет кормиться. А если сытый - вспомнит про кобылу». Отсюда, кстати, и многочисленные сэргэ - коновязи, рассыпанные по Бурятии и Монголии. Кроме утилитарной функции, они являются еще и символом Тэнгри - Неба. К верхней перетяжке привязывают коней небожители, к средней - обитатели земли, к нижней - духи подземного мира. А простые смертные вяжут коней пониже, а в честь Тэнгри оставляют на коновязях голубые и белые ленточки… Впрочем, религиозность монголов своеобразна. Кроме буддистов и тэнгрианцев, в степи немало и христиан, и в каждой юрте есть Библия на монгольском языке. Когда очень хочется курить, из священной книги с крестьянской простотой рвут листы на самокрутки.

- Курят все - и мужчины, и женщины. Я, как настоящий монгол, вообще не беру с собой ничего, кроме сумочки с подарками. Пачка сигарет, шоколад, табак, газета на самокрутки: жалко все-таки Библию. От юрты к юрте, они тебя кормят, поят и спать кладут.

Несмотря на распространенность христианства, последний храм в окрестностях Хубсугула разобрали еще при русских купцах.

- Еще что прельстило - там безопасно, - рассказывает Монгол. - Ночью идешь - из опасностей только волки, но волки людей не трогают, хватает барашков. В стране на 2 миллиона населения - 20 миллионов только крупного скота, а мелкоту вообще не считают. В городах - а их всего три: Улан-Батор, Эрдэнэт, Мурэн - нет решеток и железных дверей. Здесь все время нельзя расслабляться, там отдыхаешь - не обманут. За четыре года - лишь мелкие подвохи.

Один «подвох» - попытка приватизировать Джамбо. Впрочем, первый же попавшийся местный житель по просьбе Вовы нашел коня в чужом табуне и пригнал к хозяину. Понятия «конокрадство» в Монголии нет, но лет пятнадцать назад в Дархатской котловине на почве дележа табунов дошло до смертоубийства между бурятами и монголами. Терпимые во всем, монголы недолюбливают представителей своей северной ветви (по одной из версий, «бараты» - это «предатели», не пошедшие с Чингиз-Ханом на завоевание континента). В отличие от тункинских бурят, считающих своей столицей Улан-Батор, монголы не стремятся к объединению. Второй недружественный народ - гости из Поднебесной.

- Говорят, что просто одолевают - все скупают и увозят в Китай. Даже фабрики в Улан-Баторе простаивают: весь кашемир вывезен в Поднебесную.
Если верить монгольским газетам, на приисках страны в год добывается 10 тонн золота, из них 9 тонн уходит в Китай. Китайцы толпами, как черепашки-ниндзя, приходят на официальный прииск по ночам и моют золото с помощью немудреного тазика с дырками (отсюда и «черепашки»). Их вывозят из страны тысячами, но назавтра они возвращаются.

- Было даже из ряда вон выходящее событие: гости ограбили офис канадской компании в столице, - рассказывает Вова, - но в конце концов компания все и всем простила. А вообще умысла против тебя - чтобы лишить жизни, квартиры, машины дачи - ни у кого нет. У юрт незапертыми стоят УАЗы, а порой и «Крузеры» рядом с непременным конем. У каждой юрты солнечная батарея, спутниковая антенна, а внутри японский телевизор. Акцию провели японцы: теперь монголы смотрят «спутник» без абонплаты, зато благодаря рекламным вставкам покупают японский стиральный порошок.

Своя еда в юрте - лишь мука и мясо. Зеленый чай с молоком (не на молоке, как у бурят), сыр, сметана… За продуктами скотоводства еженедельно приезжают скупщики на старой советской военной технике: «Уралах» и КамАЗах. Привозят муку, а забирают шерсть, масло, мясо на перерабатывающие заводы Улан-Батора.

Попытался Вова попутно организовать и небольшой бизнес. На фабриках столицы по символической цене можно купить десятиметровые обрезки уже крашенных ниток - отходы от ковроткачества. Привез монголам спицы, журналы по вязанию, научил вязать, думал - зимой будут зарабатывать: с каждого килограмма пряжи носков получится рублей на четыреста. Но через месяц так и застал в юрте недовязанные полноска. К тому же, чтобы экспортировать товар легально, нужен международный договор, сертификат или… или родные наши русские взятки. Таможенники - наши, а не монгольские - не то что берут: нагло требуют мзды. Сами верещагины денег не касаются: в Сухэ-Баторе - последней приграничной станции перед Наушками - в купе садятся подруги и жены таможенников и заводят разговор: мол, строим новый дом, нужны средства… ну, и так далее. У сговорчивых таможня купе не проверяет, у упрямых - переворачивает вверх дном. Все происходит практически легально…
- Я не платил и тарифа не знаю, - признается Потапов. - Монгольские таможенники тоже могут «попросить», но их «тариф» - бутылка водки или закуска.

Вот и пойми этот лукавый Восток: то ли щедрые, то ли бедные, то ли просто по-буддийски довольны тем, что имеют. Водку, кстати, в стране производят - тридцатидевятиградусную. Лучшая - «Чингиз-хан», ординарные - «Цаган» - беленькая и «Хараа» - «черная». Но выпить по-русски там тоже надо уметь.

- Нужно знать обычаи. Как-то ходил с бутылкой по поселку и пытался найти компанию. И все отказывались! Оказалось, что стакан нельзя, как у нас, подавать левой рукой. Начал подавать правой или обеими - с удовольствием выпивали.
Сто рублей дополнительной платы за водку с Монгола потребовали единожды: когда он заезжал в страну от Орлика на УАЗе-«таблетке».

- До Монд я обычно добираюсь автостопом или с туристами. А через границу - попутным транспортом с монголами. Но ездить с ними страшно: памперсы нужны. Они ездят без тормозов, если машина с горы пошла -подкладывают камни под колеса или все, как муравьи, облепят и остановят.

Н-да, после такого экстрима (а что в верховьях Иркута за горы, знают многие) не грех и выпить, хоть с правой руки, хоть с левой, хоть из горлышка…
По-монгольски Вова говорить научился и даже сам составил разговорник (видимо, пригодился опыт реферирования научных статей с французского для верхушки АЭХК). Он считает, что многие наши слова пришли оттуда и до сих пор созвучны монгольским. Например, «мухлёж» - «мехлин», «холодно» - «хуйтэн»… С последним словечком трудно не согласиться.

А что он ищет там, в стране с самым суровым в мире климатом?
Поначалу он жил в палатке на берегу Хубсугула, но первые три года тайменей только видел. А потом, собрав компанию таких же одержимых, прошел по притокам Селенги, по верховьям Енисея (там речка зовется Тенгиз-Гол). С москвичами добыли 20 тайменей, с тверскими поймали всего трех, но зато каких! Ловили и выпускали: за границу хана монгольских вод вывозить запрещено, а больше 15 килограммов рыбы втроем попросту не съесть.

- Съели лишь одного, и все равно хариус вкуснее. А ловили так: подманивали и старались, чтобы не схватил блесну, а то долго отцеплять. Он сердится, бьет хвостом по воде и уходит в глубину…

С ангарчанами за неделю объехали Хубсугул по тяжелейшей трассе: только 12 километров через перевал Бэлчир идешь 5 часов. А на белом Джамбо Вове и вовсе не страшны никакие перевалы.

Вот в этом и состоит Монголово счастье - в стране, где в июне может навалить 15 сантиметров снега, а 1 сентября прошлого года разыгралась метель с видимостью не больше 20 метров. Но по всей Монголии есть кочевники, всегда можно найти юрту, где можно обсушиться, переночевать и переждать любую стихию. Даже если твой «крузёр» застрял в болоте - у них есть быки под названием «шар», которые, как трактор, могут вытащить любую машину.

По этой стране он идет на своем белом коне, без рюкзака, палатки и спальника, имея при себе лишь сумочку с подарками. Он везет своим восточным братьям табак, шоколад и бумагу, чтобы спасти от искуривания священную книгу.
Идет без особой цели - настоящий Монгол.

Сергей ЗИННЕР

Фото Владимира Потапова и его товарищей по скитаниям. На остальные фотографии можно полюбоваться, заглянув на сайт vovaizangarska.narod.ru