Лира ценою в жизнь
Так определяет стоимость своего инструмента Евгений Бунтов - гусляр, дударь, лирник, уральский казак и русский богатырь. Звуки, потерянные было в глубине веков, возрождает уральский музыкант. На прошлой неделе их посчастливилось услышать ангарской публике.
- Вот это травяная дудка-колюка, древнейший из духовых инструментов, - Женя берет в руки отрезок борщевника размером с небольшой миномет. - Как видишь, отверстие в ней только одно, рассекающее струю воздуха. Остальное зависит от рук и от дыхания.
И Бунтов выдает на тростниковой трубе вполне современную джазовую композицию. Борщевник звучит как охрипший сакс-тенор. Секрет «нотации» - в работе пальцев у выходного отверстия дудки.
- Я и называю ее «родительницей джаза», - смеется музыкант. - А вот цуг-свирель. Ее придумали в областях, граничащих с германскими племенами, отсюда и онемеченное название. Вот на ней воспроизвести мелодию чрезвычайно трудно…
Эта свирелка - обычная дудка со свистком и без отверстий, в которую вставлен подвижный поршень. Естественно, чтобы «поймать» объем, соответствующий определенной ноте, необходим большой навык. Зато дудочка играет глиссандо, что недоступно большинству темперированных инструментов.
- Вы думаете, волынка - шотландский инструмент? Как бы не так! Есть версия, что ее изобрели в Киевской Руси, на Волыни. А воинственные англосаксы, возможно, служили у русских князей в наемниках. Так исконно русский инструмент и попал на Британские острова.
Волынка - на Руси ее звали еще «пузырь» - мешок из козьей шерсти, в который вставлены несколько рожков разного тона. На одном играют мелодию, другие - бурдонные - непрерывно гудят. Что-то вроде аккорда у готово-выборной гармошки, только тональность задана раз и навсегда.
Примерно так же, только богаче, играет казачья колесная лира. Полтора года копался Бунтов в ленинградских архивах, со всех сторон изучал и фотографировал сохранившиеся там «полтора инструмента». На основе изученных конструкций с помощью одного из уральских мастеров, Эдуарда Соколова, построил свой инструмент - современный, но звучащий так же, как во дни давних казачьих походов. Поворотом пары колков-топориков тональность лиры можно поменять с минорной на мажорную, а десяток клавиш позволяет выводить несколько незатейливых мелодий. По струнам скрипит не смычок, а «колесо», смазанное канифолью. Результат - звучание небольшого струнного ансамбля, исполняющего… ну опять же «партию» русской гармони.
Ну и, конечно, гусли: владелец состоит в российском Братстве гусляров. Этот инструмент посложнее: по строю и приемам игры он подобен арфе. Гуслей в мире изобретено великое множество: есть и армянская, и азербайджанская, и европейские разновидности, карело-финское кантеле… Да и русский инструмент каждый мастер ладил по-своему. Женины гусли относятся к классу «звончатых» - на них натянута клавесинная струнная проволока, чуть тоньше рояльной. В древности на струны использовались в основном витые жилы, и звук их был глуше и мягче. «Звончатые» - значит звонкие, название возникло с появлением металлических струн.
- В этой песне поется об изготовлении гуслей, можете послушать и попытаться изготовить, - и гусляр выдает свадебную плясовую, в которой и правда говорится о «большой деревЕ», которую «разрубали на четыре части» и из полученного ладили гусли. «Техническое описание», конечно, шутка: бунтовские гусли построены по чертежам, найденным в Интернете. Между прочим, несмотря на редкость инструмента, в России существует достаточно толковый гуслярский сайт.
- А это у тебя цымбала, скорее всего, белорусская, - Женя рассматривает экспонат моей коллекции, старинный инструмент, найденный в Куйтунском районе и уже год ожидающий, пока дойдут руки до реставрации. - К ней нужны еще и специальные молоточки. Домой вернусь - могу выслать чертежи.
Кто же он, редкий гость Ангарска? В Сибирь на гастроли Евгений Бунтов приглашен в рамках «Сияния России». Байкал увидел впервые в жизни - пусть и в листвянской демоверсии, но зато впервые за сорок три года! Единственный концерт в Ангарске организован областной филармонией. По признанию Татьяны Бачиной, организаторам «Сияния» пошли навстречу: больше ни одной площадке Ангарска гусляр и член СП оказался неинтересен. Мало, ничтожно мало рекламы - тем не менее зал ДК нефтехимиков заполнен на две трети. Самые благодарные слушатели - «струнники» и «народники» из музыкальной школы №1.
- А сколько стоит этот ваш инструмент? - спрашивают из зала.
Женя рассказывает историю поиска прототипов колесной лиры в Питере и подытоживает: в деньгах - не знаю, в труде и душе, вложенных в него - наверное, целую жизнь…
Вот я бы на его месте… К счастью для детворы, я не на его месте: Женя дает всем покрутить ручку лиры ценой в жизнь, побренчать на гуслях, подуть в многочисленные дудки-свирели, которые он также изготавливает сам. Редкий музыкант, тем более обладатель раритетов, которых один-два в стране, решится на такое! Тем более тростник - материал хрупкий, при перелетах в багаже гибнут нежные свирели.
Я помню Женю еще афганцем-дембелем, певшим под гитару незатейливые солдатские вирши. Было это в середине восьмидесятых, когда бесславная война с южным соседом вовсю калечила молодые жизни. Женька, в отличие от многих, хоть и предпочитал ходить в камуфляже, не думал выпячивать свой героизм. Между тем с войны он вернулся с советским Орденом Красной Звезды и афганским - Чести III степени. Позже были еще медали - юбилейные, от МО и МВД, которые музыкант без должного пиетета зовет «железом».
Мультиталантливость его проявлялась уже тогда, почти четверть века назад. Он не только катался по всем фестивалям Урала с громоздкой двенадцатистрункой. В конце восьмидесятых уже вышел его первый авторский альбом графики (там, к слову, была и такая картинка - гитара на постаменте, закованная в аппарат Илизарова, и «эпитафия»: «Сергею Зиннеру, барду и человеку»). Снимался в кино - многие помнят сержанта Чебакова из первого относительно правдивого фильма об Афгане «Груз-300».
У Жени и его режиссеров хватило ума и такта, чтобы не сделать колоритного богатыря-десантника «типажом»: в «Золотом полозе» он сыграл скомороха, в фильме «Дикое счастье»
- дядьку Ефрема. Если киношники и искали «типаж», то невоенный. Кинодокументалист Аркадий Морозов пригласил Бунтова на роль народного музыканта в фильм «Ищем, Кирилла Данилович». Фильм посвящен последнему русскому скомороху Кирше Данилову, чьим творчеством вдохновлялись Пушкин и Жуковский, Бородин и Римский-Корсаков. Кстати, песни Кирши в оригинале Женя исполнять с экрана отказался: стихи вдохновителя поэтов оказались чересчур скабрезными. Саундтрек фильма он записал, играя на колесной лире, тарнобое - разновидности гуслей - и других скоморошьих инструментах.
- Сейчас закончил музыку к фильму «Серебро» - 17 серий. Такой исторический сериал о Северном Урале, казачьих походах - второе название фильма «Путь на Мангазею», это древнее поселение в Тюменской области, на реке Таз, откуда начинался средневековый «севморпуть». Музыкальной грамоте я не обучен, нот не знаю, но ничего - справился…
В этом фильме Женя сыграл черкаса Панаса (между прочим, «черкасы» - не черкесы, а забытое название украинцев). Сам Бунтов относит себя к яицким казакам, и в колоритной внешности его просвечивают яицкие (с реки Урал, которая до указа Екатерины звалась Яиком) башкиры.
- К народной песне я пришел лет двадцать назад, а инструментами обзавелся лет через семь. В масштабах истории - мало…
В перерывах между гастролями и съемками Женя зарабатывает различными творческими проектами: дизайном, музыкой для театра, звукозаписью. Кроме трех сольных компакт-дисков: «Время воронов», «КолоколЪ», «Русский дождик, или Командировка в Чечню» он принял участие как автор и исполнитель в создании более 30 коллективных CD-сборников, а как музыкальный продюсер - в более чем семидесяти CD-проектах. Лауреат международного конкурса армейской песни и Всесоюзного еще фестиваля авторской песни…
Сколько же часов в сутках у Бунтова? Он успевает издавать свои стихи - три поэтические книги: "Назови меня Боль", "Время воронов", "Отражение", и участвовать в нескольких десятках коллективных поэтических сборников, писать для театра песенные тексты, оформлять книги как дизайнер и участвовать в коллективных выставках графики…
И при этом, что редкость для столь «разбросанных» талантов, оставаться примерным семьянином. Два старших сына уже отслужили в армии, а младшей дочке четыре года.
- Решили создать себе радость под старость…
От него, отнюдь не постаревшего, а скорее достигшего зрелости (какая старость в 43 года!), веет спокойной силой, а из-под личины матерого казака нет-нет да и сверкнет задор давнего солдатика-дембеля. И после заунывной казатчины исполняет густым, сообразным комплекции баритоном русскую потешку под аккомпанемент деревянных ложек…
- Бог знает, кто и когда перестал ими кушать и попробовал играть… Вообще специалисты от музыки порой отрицают, что тот или иной предмет является музыкальным инструментом. Мне легче: я даже в музыкальной школе не учился, и поэтому инструмент для меня - все, что звучит. Разве не так?
Пообщаться толком некогда, Женю уже ждет заказная машина от филармонии, чтобы доставить в аэропорт. Мы спешно крутимся по городу, и гость, как и многие, находит в нем сходство с обожаемым Питером.
- Борт у меня в шесть. Была бы связь, я бы их заранее предупредил, чтобы за мной не ехали. Но раз уж приехали - не обессудь. Будь здрав! В Свердловске встретимся!
Женя скоренько собирает в рюкзак многочисленные свистульки, свирелки и дудку-колюку размером с миномет. А звончатые гусли и казачью лиру упаковывает в жесткие кофры - эти инструменты ценою в жизнь он никогда не сдаст в багаж.
Сергей ЗИННЕР
