Две противоположных идеологии существуют в левой среде современной России. Первая заключается в необходимости так называемого обновленного социализма. Мол, социализм был в двадцатом веке, но какой-то незрелый. А теперь надо построить более зрелый, то бишь обновленный.
Вторая идеология признает наличие лишь первично-уравнительного коммунизма в прошлом веке, последним остатком которого, к примеру, является Северная Корея. Следовательно, основы социализма еще предстоит построить. Невооруженным взглядом видно, что в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань. Или одно – или другое.
И, кстати, сторонники второй позиции, к коим принадлежит и автор, не говорят, что уравнительный коммунизм («военный коммунизм» в российской специфике) был не нужен совсем. Наоборот, он был необходим для отражения фашистского нападения, в частности. Но он не нужен именно сейчас, и даже в «обновленном виде». Наоборот, надо развиваться самым революционным образом – то есть переходить от «военного коммунизма» к назревающим основам непосредственного социализма путем полного и ясного диалектического отрицания, говоря марксистским языком.
***
Дружба и солидарность трудящихся были в прошлом Советском Союзе. Но дружба и солидарность не на базе полного удовлетворения материальных и духовных потребностей развития личности и общества – а на базе полуаскетического существования в духе «осажденной крепости». Это все-таки разные вещи. Поэтому Советский Союз рухнул также, как рухнет Северная Корея рано или поздно. Но при этом совершенно другой разговор, что нужно было бы перейти от «военного коммунизма» к основам социализма сразу и непосредственно. Это сэкономило бы огромные ресурсы и спасло много жизней. Но коль не случилось, придется идти более трудным, то есть обходным путем – сначала уравнительный коммунизм уступает современному государственно-монополистическому капиталу, а потом последний уничтожается основами социализма. Все равно прогресс не остановить.
Но все по порядку. С одной стороны, стоит открыть любой справочник экономиста промышленного предприятия прошлых советских времен, и сразу же выяснится, что формирование фонда оплаты труда ставилось в зависимость от двух исходных показателей – уровня достигнутой средней заработанной платы и фактической среднесписочной численности рабочих. При этом фонд на плановый год определялся, как уже сказано, от достигнутого уровня и утверждался в абсолютных суммах. То есть, в тех случаях, когда он оказывался неизрасходованным полностью, излишек изымался безвозвратно и на следующий год сумма фонда планировалась исходя из сложившегося уровня, то есть с меньшим приростом. (Подобные порядки получили еще название «валовой экономики».)
Кратко говоря, это и называется уравниловкой. К примеру, часть трудового коллектива в виде добросовестных работников могла бы предложить директору – мы выполним план без остальной части работников (менее умелой, менее добросовестной и так далее), но тогда, разумеется, хотим их зарплату приплюсовать к своей (или хотя бы часть зарплаты). Государство будет от этого в выигрыше, потому что план выполняется; и средства экономятся; и рабочие руки высвобождаются на другие участки производства. Но директор не может сделать ничего все равно в таком случае! Тот излишек фонда заработанной платы, который получится от сокращения, будет забран «наверх» – и следующий фонд будет с меньшим приростом тем более. Поэтому директор просто вынужден умелым рабочим не давать зарабатывать; а менее умелых оставлять на предприятии. Отсюда и первые работают в вполсилы; и вторые продолжают работать поскольку-постольку. В результате никто не работает в полную силу и дело заканчивается тем, чем, собственно, оно и закончилось в 1991 году в смысле кончины самого формационного базиса, исчерпавшего свой исторический ресурс.
Но все же стоит дополнить, что с другой стороны, сам инвестиционный цикл был также экстенсивно уравнительным в смысле каждой сестре по серьге по большей части. Средства вбухивали в незавершенные строительства по всему Советскому Союзу, да и по всему миру через СЭВ и так далее – а отдачи, разумеется, не было очень долго. Отсюда потребительские ценности не появлялись, а деньги выплачивались, и дефицит стал поголовным явлением. Поэтому мало того, что разница в зарплатах была минимальной среди массы трудящихся – так она и не играла стимулирующую роль, потому что проблема была не столько в нехватке денег, сколько в дефиците товаров и услуг.
Да что там лезть в глубокие дебри. К примеру, ну ладно бы, если малая часть высококвалифицированных рабочих зарабатывала наравне с инженером или врачом. Это возможно в специфических условиях современного производства, когда какой-нибудь монтажник атомных электростанций на вес золота, так сказать. Но когда почти всякий рабочий зарабатывал не меньше инженера, как было в поздние годы Советского Союза – тогда это или полный коммунизм, или банальная уравниловка. Как говорится, угадайте с одного раза, каков правильный ответ.
Тогда как основы социализма являются совершенно другим явлением. Это хозрасчет на уровне каждого трудового коллектива и советская демократия в обязательнейшем порядке. (Про настоящий развитой социализм и речи быть не может на современный момент.) Насчет первого. К примеру, планово-убыточное предприятие при социализме является полным бредом. Это банальная черная дыра, где утеряно самое главное именно в социализме – учет и контроль. Поэтому, если существуют планово-убыточные предприятия, как в прошлом Советском Союзе – тогда и социализм отсутствует.
Дело в том, что, если учет и контроль существуют, надобность в так называемых планово-убыточных предприятиях исчезает напрочь. Допустим для простоты изложения, что необходимый металл для всей страны надо добывать и выплавлять только в суровых условиях Севера. Ну так и высчитываются эквивалентные нормативы – а дальше все зависит от самого трудового коллектива. К примеру, добыча одного килограмма такого металла эквивалентна добыче пяти килограммов другого металла на юге по труду и так далее и тому подобное по всей стране. Но если северное предприятие добыло три килограмма, а южное восемнадцать, но северяне требуют больший заработок по сравнению с южанами – это уже несправедливо. Южане поработали на три единицы лучше северян (восемнадцать минус пятнадцать (три на пять в «северном» пересчете)) – поэтому и должны заработать больше. Итого, при наличии социалистических учета и контроля, или при наличии, другими словами, действительных нормативов за ресурсы – так называемое планово-убыточное предприятие становится бессмысленным. А вот когда нет учета и контроля – тогда без сточной ямы для перекосов незрело-уравнительного бардака в виде планово-убыточных предприятий не обойтись. Но тогда это и не социализм вовсе.
Насчет второго. Но чтобы высчитать плату за ресурсы и главное, чтобы не позволять ее нарушать в ходе оборота, и нужна советская демократия. Главный признак советской демократии заключается в доведении принципа демократического централизма до уровня каждого трудового коллектива особенно. (Определенная специфика может быть в силовом блоке, но которая лишь подтверждает правило.) То есть, руководство трудового коллектива не назначается, как прежде (кооптируется, говоря профессиональным языком) – а выбирается самим трудовым коллективом точно также, как выбирается руководство города, области и вплоть до Верховного Совета при Советской власти. Централизм не исчезает в таком случае, а становится именно демократическим вместо бюрократического. Потому что существуют и выборность, и отчетность снизу-доверху; но существуют и подчинение меньшинства большинству и выполнение распоряжений вышестоящих органов нижестоящими. Короче, кто читал курс советского строительства или даже устав КПСС хоть мельком, тот в курсе. А смысл отмены кооптации и распространения принципов демократического централизма уже на все трудовые коллективы в том, что появляются широкие возможности пресечь коррупционно-ведомственные и националистически местнические перекосы. А отсюда, разумеется, и будет соблюдаться режим платы за ресурсы и распределение по труду. Именно вышесказанное и есть основы социализма в самом кратком, но верном изложении.
Но в том-то и дело, что ничего подобного в прошлом Советском Союзе не было. Наоборот, процветала кооптация и рос бюрократический централизм; и существовали так называемые планово-убыточные предприятия и колоссальная потеря средств в результате «валовой экономики» и экстенсивного инвестиционного процесса (уж не говорится о многочисленных приписках и выводиловке). Ну не было никакого социализма поэтому! Вообще не было. А был расцвет, зенит и закат первично-уравнительного коммунизма. Как «военный коммунизм» появился в огне Гражданской войны – так его гены, мутируя в «валовую экономику», и просуществовали вплоть до своего краха в конце прошлого века.
***
Народ не обманешь, потому что он испытывает на своем горбу все ошибки. Отсюда массы чувствуют прекрасно, что лозунг «обновленного социализма» является все тем же «военным коммунизмом». Это маска на то же лицо. А возвращаться в такое прошлое большинство россиян не желают, потому что это банальная историческая реакция. Но тогда и остается поддерживать какой-никакой, но современный капитализм, если не предлагать ничего иного. Поэтому режим Путина до сих пор у власти.
Отсюда радетели «обновленного социализма» являются агентами буржуазии хоть сознательно, хоть бессознательно. Или в силу поголовной безграмотности – или в силу махрового оппортунизма. Пусть выбирают сами, что «лучше».
И наоборот, идеология основ социализма рушит этот бардак одним махом. Утверждается черным по белому, что и уравнительный коммунизм, который скрывается за «обновленным социализмом»; и нынешний капитализм надо диалектически отрицать в пользу социализма, которого еще не было. И такой поворот дела трудящиеся поддержат, несомненно.
И еще раз совсем кратко. Основное утверждение этого материала в том, что «обновленный социализм» является лишь реинкарнацией прежнего уравнительного коммунизма в глазах трудящихся. Это ж как надо оторваться нынешним «левым» от народа, чтобы не видеть такие очевидные вещи. А такую реакционную политику народ не поддерживает. Отсюда, кстати, Зюганов и Ко и не могут взять власть уже четверть века. (И никогда не возьмут при таком раскладе.) А поэтому и капитализм пока благоденствует.
Но когда будет выдвинута идеология основ социализма, которая отрицает и вчерашний замаскированный под «обновленный социализм» уравнительный коммунизм, и нынешний капиталистический режим Путина путем создания реального хозрасчета и построения советской демократии, в частности – тогда и начнется прогресс в стране. Ну не поверят россияне никогда, что реальный хозрасчет и советская демократия появятся через обновление прошлых принципов «военного коммунизма». Это нонсенс. А вот если диалектически отрицать такое прошлое в пользу основ социализма – тогда поверят и поддержат.
Но для этого и нужна Социалистическая партия Российской Федерации (СПРФ) с идеологией необходимости основ социализма против идеологии КПРФ и Ко с их лозунгом «обновленного социализма». Иначе никак. Надеяться, что КПРФ и Ко прозреют – абсолютно бессмысленно.
ангарчанин
