Масс-медиа заполонены призывами ко всеобщему предпринимательству. Но почему-то под этим понимается частная собственность в большинстве случаев. Но на то последняя и частная – то есть часть от целого – чтобы не иметь никакого отношения именно ко всеобщему предпринимательству.
К примеру, где возьмет первоначальный капитал человек, живущий на зарплату, которая уходит фактически полностью на продуты питания и коммунальные услуги?!. Риторический вопрос. Можно, конечно, заложить квартиру и что-то подобное – но при нынешней инфляции и процентной ставке, с одной стороны, и плохом спросе с другой, шансов потерять залог гораздо больше, чем раскрутить бизнес с нуля. Это несерьезно по большей части, так как можно вообще без штанов остаться. Вот и выходит - кто урвал (фактически украл) фонды при так называемой приватизации, тот становится монополистом рано или поздно, и поэтому широкое поле для предпринимательства сужается в геометрической прогрессии.
Но выход существует. Это, говоря простым языком, демократическое управление государственным имуществом. Если этого добиться, налоги растут на этой базе; бюджет увеличивается и создаются средства на новое госимущество; которое снова демократически управляется и создает налоговые поступления; и так по возрастающей, что фактически и будет всеобщим предпринимательством. И стоит сказать сразу во избежание возражений, что в прежнем Советском Союзе этого не получилось именно из-за недемократичного управления. Но если этот недостаток устранить, перспективы развития впечатляют.
Демократическое управление госимуществом, с одной стороны, приводит именно огромные массы людей именно к активной хозяйственной деятельности, потому что, во-первых, убирается огромное ярмо в виде необходимости первоначального капитала. Надо лишь, разумеется, устроиться на подобную работу. Во-вторых, чем больше госсобственности, тем больше она требует трудовых ресурсов и тем легче найти вакансию для каждого человека. Но, с другой стороны, нужен именно ответственный, подлинно демократический характер управления, наказывающий безденежьем за плохие результаты и наоборот; что волей-неволей рождает дух предпринимательства и подлинного экономического соревнования. А вот как раз последнее ничто иное как советское представительство (выборы, проще говоря) вплоть до трудовых коллективов. В прошлом Советском Союзе этого не было – сейчас должно быть непременно. То есть дело не в том, что Советская власть была плохой в принципе. А дело в том, что она была сырой, недоделанной. Стоит эту проблему устранить путем усиления советского демократизма – и дух предпринимательства и инициативы разольется по всей стране.
Чтобы быстрее понять это, стоит прибегнуть к сравнению. Частники не делятся между собой маркетинговыми ходами из-за боязни перехвата рынка. Но тогда предложение расходится со спросом скорее рано, чем поздно; ухудшается экономическая ситуация, и чтобы выжить, частник или срезает стоимость рабочей силы, или выкидывает одних людей на улицу, а других заставляет работать интенсивнее за те же деньги. Поэтому хозяйственная деятельность не растет в лучшем случае, а в худшем падает. Кстати, широко известное гастарбайтерство из этой же «серии». Срезать стоимость рабочей силы можно и наймом менее требовательного работника. Так что гастарбайтерство является одним из проявлений все той же фактической безработицы. Так сказать, ее хитрая маскировка.
Тогда как при демократическом управлении госсобственностью общий маркетинговый план, с одной стороны, становится общеизвестным (план комплексного социально-экономического развития, другими словами); а с другой стороны, он надежно защищен законом посредством именно демократических государственных органов. Из-за первого становится ясной в целом и общем конъюнктура рынка, то есть динамика спроса и предложения; а из-за второго связи контрагентов и их рынки гарантируются при соблюдении договорных обязательств. Экономика начинает процветать и рабочие места не сокращаются, а растут. При этом, что особенно «смешно», нынешние бесконечные голые пожелания о развитии мелкого бизнеса действительно превращаются в реальность. Сейчас мелкий бизнес развить очень трудно, так как нет большого стартового спроса. У кого деньги есть, тому ничего не надо в целом и общем, потому что все основное давно куплено; а то большинство, которое воспользовалось бы с огромным удовольствием массой товаров со стороны мелкого бизнеса, не имеет денег. Но именно трудящиеся от демократической госсобственности становятся и многочисленными, и доходными клиентами, что открывает широкий простор для деятельности кооперативов и индивидуально-трудовой деятельности, то есть для того же мелкого бизнеса. Появляется так называемый средний класс, который и является основной базой мелких и средних производителей.
Отсюда вывод: если частная собственность и нужна была в специфических условиях крушения Советского Союза, то как временный, переходный этап к демократизированной советской госсобственности. Понимание путей и методов такой демократизации сейчас в целом пришло, и частная собственность, тем более дошедшая до нынешней степени махрового монополизма и олигархии, превратилась в обузу. Чем быстрее россияне, в том числе ангарчане, это поймут – тем быстрее страна начнет выбираться из кризиса.
Поэтому нужно создавать что-то наподобие муниципальных общественных Советов, куда войдут выборные представители от профсоюзов, общественных организаций, трудовых коллективов. Эти Советы будут подлинной демократической оппозицией по отношению к коррумпированной во многом местной думе и мэрии. Вот это будет настоящей и конструктивной оппозицией, которая заставит местную власть шевелить всеми своими мослами для выполнения хотя бы обещанного. Не будет такой оппозиции – ничего не будет. Под лежачий камень вода не течет. О конкретике этого процесса можно поговорить в дальнейшем – лишь бы была ясность в принципиальной позиции.
А принципиальная позиция такова: всеобщее предпринимательство и частная собственность являются антагонистами. Одно уничтожает другое. Частная собственность всегда приводит к вопиющему монополизму (олигархии) и отсутствию реального и полнокровного экономического соревнования. Если Советскую власть можно подправить, вылечить от перегибов бюрократического централизма – то частную собственность (которую не надо путать с личной, так как это совершенно разные вещи) вылечить нельзя в принципе. Частная собственность по своей сути ничем не отличается от аристократизма и монархизма. Это фактически одно и то же, поэтому недаром ныне расцвели попытки насадить феодальные порядки типа реанимации монархических настроений. Ворон ворону глаз не выклюет. Альтернативой этому является только реформированная Советская власть. Вот что такое настоящее всеобщее предпринимательство.
ангарчанин
Де Вайс
