Советский Союз был разрушен для того, чтобы построить еще лучше

Россияне ругают нынешний Кремль поделом за многочисленные провалы. Но и власть отвечает, что иной нет по причине краха Советского Союза. Тогда надо выбирать одно все-таки, чтобы развиваться дальше. Или совершенствовать нынешний режим – или совершенствовать Советский Союз.

Автор этих строк считает, что первый путь оказывается ни то что менее эффективным, а даже губительным, невзирая на кажущуюся легкость. А второй путь способен единственно вывести страну из кризиса даже при определенной трудности исполнения. Если Советский Союз был разрушен как старый дом, к примеру - но не для того, чтобы жить в нынешней времянке, а с целью построить еще лучше - так и хорошо.

***
Чтобы лечить, надо поставить диагноз. Про нынешнего «больного» и говорить нечего в поднятом аспекте, так как все на виду. А вот насчет Советского Союза кое-что позабылось. Пора посмотреть правде в глаза.

К примеру, не было ни одного предприятия в Союзе, которое признано неплатежеспособным. Ни одного за семьдесят с лишним лет! Тогда или все предприятия работали рентабельно – или торжествовала банальная уравниловка. Ну и что было в связи с крахом Союза?!...

Уравниловка и происходила за счет отсутствия неплатежеспособности; а повальный дефицит был подтверждением тому на уровне потребления; и даже небольшие разницы в заработках теряли значение, когда нет продукта как такового. Но надо отметить два важных условия для дальнейшего разговора. Во-первых, уравниловка для большинства подразумевает иждивенчество для меньшинства. Эти вещи неразрывны. Узкая группа людей потому и пользуется повышенной частью благ, что обеспечивает большинству уравнительный, но твердый заработок. Поэтому не надо выхватывать ситуацию из контекста, указывая на бюрократическую прослойку в Советском Союзе и утверждая на этом основании, что уравниловки не было. Наоборот, она была именно системной и о чем ниже. И во-вторых, означенная часть реализовалась не только и не столько повышенной зарплатой и спец распределителями; сколько использованием общественных фондов потребления в приоритетном порядке. К примеру, бюрократическая элита отдыхала в профсоюзных санаториях гораздо большего комфорта и гораздо регулярнее, чем рабочий класс и трудовое крестьянство. То есть, трюк был на самом деле еще подлее, когда общественные фонды потребления доводились почти до уничтожения распределения по труду для большинства - но лишь меньшинство пользовалось этим на всю катушку.

Но именно отсюда возник и определенный шок в связи с распадом Союза, когда пенсионеры-дети-женщины-бюджетники оказались у разбитого корыта как по мановению волшебной палочки. Потому что бюрократическая элита замаскировала свою мохнатую руку в общественных фондах потребления путем льгот и для перечисленных групп. Смешала, так сказать, иждивенческие плевела с трудовыми зернами. И когда бардак на потребительском рынке разозлил рабочих донельзя и все полетело к чертям - то рухнули и общественные фонды потребления в таком иезуитском исполнении. Поэтому проблема не в том, чтобы распределение по труду и общественные фонды не существовали вовсе - а в том, чтобы не было бюрократических извращений в этих вопросах. Но все по порядку.

Порочная практика неплатежеспособности утвердилась тем, что кредиты предоставлялись без должного экономического обоснования, использовались для покрытия убытков и длительного финансового неблагополучия. То есть, банки дублировали решения отраслевой бюрократии просто-напросто, обеспечивая практически любой спрос на кредиты; а потом списывали их или отодвигали погашение на длительные сроки.

На эту тему можно говорить бесконечно, но суть проста. Представьте, что товарищ по кооперативу (внутри Советского Союза, без намеков говоря) занял у вас сто рублей. И не отдает до тех пор, пока вас чуть ли ни уносят ногами вперед на последнее пристанище. Тогда чем это отличается от банальной уравниловки для вас и иждивенчества для заемщика?.. Да ничем! Итого, кредит, не возвращенный вовремя да без последствий, уже не кредит – а уравниловка в лучшем случае. Но так и было по стране все более и более! И вы не будете терпеть беспредел, если подобных «товарищей» много, но не будем забегать вперед.

Но вместо того, чтобы признать этот бардак, бюрократия выдумала миф о «планово-убыточных предприятиях», в частности. Никто не спорит, что одни предприятия работают в лучших объективных условиях, другие в худших (завод построен «с нуля», юг и север, близость к логистическим узлам и так далее). Ну так и надо высчитывать плату за подобные ресурсы и взимать для уравнивания стартовых экономических условий, что по нынешним компьютерным временам не представляет особой сложности. А «планово-убыточные предприятия» лишь бред. Тогда и при плохой работе можно зарабатывать больше, чем при ударной, так как критериев сравнения не существует. Но кормушка с «планово-убыточными» предприятиями и отсутствием неплатежеспособности и была очень сытной для иждивенческого существования бюрократии, как замечено выше.

Но банкет за чужой счет кончается рано или поздно. Невозвращенные кредиты позволяли выдавать необеспеченную продуктом зарплату, что создавало закономерную инфляцию; но не в виде резкого роста цен, так как это было табу для горкомов и обкомов – но в виде дефицита на качественные товары (таких товаров мало, денег много). Дефицит вел к дикой разбалансировке потребительского рынка, как самого близкого для людей – что и вылилось в поголовное недовольство властью. И когда Горбачев приоткрыл шлюзы, но не подстраховал их нормализацией потребительского рынка особенно – все рухнуло.

Отсюда вывод – за неплатежеспособность надо наказывать путем разгона такого трудового коллектива и реорганизацией фондов или путем передачи успешному предприятию, или ликвидацией-распродажей активов в более умелые руки, или их арендой и так далее. Короче, фонды должны перейти к тем, кто обеспечит возврат долга в плановой перспективе. Тогда деньги опять стыкуются с продуктом, хронического дефицита не будет и планы выполняются.

И стоит еще раз заметить, что разница в зарплате, притом небольшая, на которую упирают некоторые защитники прошлого Советского Союза, не имела никакого смысла и оборачивалась фактической уравниловкой все равно в таких условиях – так как проблема была не в цене, а в дефиците самого продукта. Недаром «торгаши» при меньшей зарплате по сравнению с профессиональными рабочими жили не хуже последних по крайней мере, так как обладали доступом именно к дефициту. Но истоки такого распределения и обмена, как и учит марксизм, находятся в самом производстве с кредитами, потерявшими всякий смысл в виду их необязательности, и отсутствием фактической неплатежеспособности.

***

А различие с капиталом тогда в чем – спросит иной читатель?.. Убыточные предприятия и при капитале прекращают существование. Но разница огромная на самом деле, и внимательный читатель уже догадался, почему.

Капитал как частная собственность несовместим с институтом общественной собственности в виде платы за ресурсы, разумеется. Налоги на недвижимость лишь капля в море, в частности. Отсюда у кого капитал больше – к примеру, у монополистов – тот и будет побеждать фактически всегда в конкуренции с малым и средним бизнесом особенно, и последнему приходится разоряться в случае кризиса отнюдь не в силу лени. Поэтому неплатежеспособность в одних условиях и банкротство в других – большая разница. Если уравниловка является перекосом в одну сторону – то капиталистический монополизм в другую.

И отсюда выясняется, что модернизировать российскую буржуазную экономику невозможно по той простой причине, что она монополизирована донельзя. Дальше некуда. Рост в этом смысле будет только в том случае, если мелкий и средний бизнес одолеет монополии, что не реально – или российские монополии смогут расти за счет монополий других стран, что нереально фактически также, потому что мир поделен на миллиметры. К примеру, сейчас в Ливии бардак, но законсервированный международными монополиями. Если «Роснефть» попробует наводить там свои порядки – флот НАТО будет через несколько дней у берегов страны.

Поэтому полный ступор и гниение будут ожидать нас в ближайшие годы при сохранении путинского режима. А вот иностранные монополии могут найти шанс для мощного удара на этой почве. Поэтому мало того, что гниение обеспечено – так и крушение страны остается вполне вероятным. А насчет Трампа комедия вообще. Это цугцванг для Путина, когда если Трамп уронит страну, спрос упадет для экспорта Китая, не нужно будет много углеводородов, и цены на последние упадут. Что это значит для нынешней России, уточнять не надо. Если Трамп поднимет страну на базе своих углеводородов и закроет экспорт Китая высокими пошлинами, что его общеизвестный план – читай пункт первый. Отсюда смысл в Путине без Обама-Клинтон перестает существовать. Нужен не силовик по большей части – а политический экономист. А на это «гарант» не способен органически. Не та школа и не то мировоззрение.

Отсюда рост заключается только в модернизированном Советском Союзе с реальной неплатежеспособностью на базе социалистического хозрасчета через сеть Советов трудовых коллективов, которые вынуждены крутиться и экономически, и политически, чтобы не вылететь на улицу. Причем не надо путать капиталистическую безработицу с социалистической ротацией опять-таки. Плановость убивает кризисы, спрос не исчезает, предложение-производство соответствуют и потребность в труде фактически постоянна. Да, ротация в виде или перемены профессии, или переезда в другую местность, где старая профессия еще нужна, или переезд в деревню вообще не подарок. Ну так стартовые условия были справедливыми и раньше надо было думать, с одной стороны. Опять-таки, если не будет подобных проблем – не будет и стимула, чтобы не попасть в них. Но по крайней мере, это не буржуазная хроническая безработица, с другой стороны.

Поэтому в крушении прежнего Советского Союза ничего фатального в том случае – если на его месте построить более лучший.

КПРФ(с)–(социалисты)
Почта - Serj.kopylov2016@yandex.ru
Программа - https://yadi.sk/i/ZkE7Br6732Aj9D