Спите спокойно, полковник Даганский

Помните, читатель, мы сказали, что в деле полковника Даганского точка не поставлена. Сегодня мы её поставим. Журналистское, вернее, следопытское расследование завершилось.

Могила в гаражах
К 2001 году могила Даганского в Майске представляла собой печальное зрелище. Вместо далей с видами на Саянские горы взору прохожего открывалась отнюдь не навевавшая романтические мысли перспектива. Время нещадно расправилось с надгробной плитой и деревянной оградкой, фотография пожелтела, полиняла от дождей и снегов и истлела, памятник разрушился и покосился. Гаражи надвинулись на усыпальницу, правда, у создателей гаражной постройки хватило ума не посягать на могильный холмик.

По словам ветеранов, перезахоронение произошло летом 2001 года. Журналистка, ангарская исследовательница Тамара Кобенкова посоветовала мне обратиться в военкомат или в ФСБ. Она полагала, что человека подобного военного ранга должны были перезахоронить с воинскими почестями и на специальной аллее ветеранов.

Танцуем от печки, вернее от справки.
Дальнейшие поиски привели в ангарскую администрацию: возможно, здесь лежат нужные бумаги. Точно! Искомая справочка о Даганском нашлась за пять минут в папках думских материалов: 27 февраля 2001 года в Думе АМО появилось решение о перезахоронении останков Александра Даганского: «В связи с обращениями граждан и депутатов Думы АМО о ненадлежащем содержании могилы участника Великой Отечественной войны и первостроителя города Ангарска Александра Юльевича Даганского, расположенной между поселком Майск и Сангородком, а также в связи с 50-летием города Дума АМО решила:

1. Перенести могилу с останками первостроителя А.Ю. Даганского на городское кладбище в установленном порядке (срок - апрель 2001 года).
2. Исполнение данного решения возложить на директора МУП санитарно-эпидемиологических и ритуальных работ С.Г. Лежаву».

Подписал решение Думы тогдашний мэр Виктор Новокшёнов. Вот такие дела.
Когда же Даганский стал участником войны? По книге Н.В. Петрова и К.В. Скоркина «Кто руководил НКВД. 1934-1941» с 1941 года он работал в лагерях ИТЛ НКВД, располагавшихся очень далеко от линии фронта. Не слишком ли щедро советская власть наделяла званиями и наградами выкормышей Железного Феликса? Впрочем, вспоминается полковник Евстигнеев, начальник Озерлага. В Братске он долгое время входил в руководящий состав Совета ветеранов войны, хотя ни одного дня не провёл на фронте. Его иконостасу с орденами и медалями мог бы позавидовать сам маршал Жуков, там был даже орден Дружбы народов. Вероятно, за то, что он собрал в одном лагере немцев, поляков, иранцев, мадьяр, греков...

Параллельная жизнь
На сайте «ЛайвАнгарск» по поводу статьи «Кто вы, полковник Даганский?» развернулась бурная полемика. Один читатель в порыве страсти заявил: «Я давно говорил, что половина ангарских «фронтовиков», которых мы каждую весну чествуем на площади - это бывшие НКВДэшники. Настоящих фронтовиков остались единицы. Надо во время парада внимательней присматриваться к наградным планкам и кому попало руку не жать, гвоздичку не дарить».

Другой читатель ему ответил: «Я встаю на защиту наших ветеранов, в том числе и НКВД. Война бывает разная, в том числе и война против шпионов и просто паникеров. После стольких лет сложно понять, кто просто пристроился под ветеранов, а кто действительно не жалел живота своего. И быть может, чем безвинно обидеть настоящего ветерана, лучше вообще не ходить на парад Победы».

Третий написал: «Виновен или не виновен - может определить только суд. Но суда по делу «Россия против сталинских репрессий» почему-то так и не происходит. Видимо, нынешней (тоже, кстати, «чекистской») власти проще похоронить всех участников тех событий и забыть, чем ворошить старое и юридически отделять зерна от плевел, врагов народа, гнувших спину за колючкой, от врагов народа, загонявших людей в лагеря и приглядывавших за ними сквозь прицел».

А вот ещё несколько точек зрения:
- Понятия не имел, кто есть кто, хотя живу в Ангарске с рождения, видимо, параллельной жизнью.
- Ну и что, если он из НКВД? Давайте до конца загадим его могилу.
- Любое строительство государства - это кровь и насилие. Не дай бог попасть в эти жернова истории. Но и плевать, топтать историю народа, плясать на костях - это неверно.

Как автора меня в этих спорах особенно задели слова о том, что не следует копаться в истории и переписывать её. Если бы я не занимался в течение 20 лет темой сибирских лагерей, так бы и не узнал о ветеране войны, поэте Платоне Набокове, генерале Клебере, священнике Слипии и тысячах прекрасных людей, бессовестно вычеркнутых из истории СССР. Очерняю не я, а сталинские «писатели».

За шаг до разгадки
Между тем поиски Даганского продолжались. Звонок ангарчанки Веры Ефимовны Кузнецовой в редакцию рассеял одни сомнения и породил другие. Она рассказала, что в июне 1953 года лежала в одной больнице с полковником. Одиннадцатого июня ей сделали операцию, и в это же время операцию перенёс Даганский. После операции Вера Ефимовна и полковник лежали рядом, их разделяла перегородка в виде простой тряпочной занавески. Ангарчанка отчётливо помнит, как жена Даганского говорила: «Шура, подними руку» или «Шура, дай руку».

Через некоторое время высокий военный чин скончался, видимо, от перитонита или заворота кишок, и, по словам Веры Кузнецовой, брат и жена увезли тело на родину. Вера Ефимовна стала четвёртым человеком, кто назвал 1953 год годом смерти Даганского, причём у неё имеется документальное подтверждение в виде справки от 1953 года.

В рассказе ангарчанки сомнение вызывал факт увоза тела на родину. А кто же тогда с 1953-го по 2001 годы лежал под могильной плитой среди гаражей? На вопрос о перезахоронении ответ мог дать Сергей Лежава, бывший работник администрации Ангарска. В городском архиве, куда я отправился за сведениями об эксгумации, мы ничего не нашли, зато я нашел Сергея Георгиевича. По телефону он рассказал, что с приходом тепла гроб из гаражной могилы был перенесён на городское кладбище. Лежава не помнил всех подробностей этой эпопеи, но в память врезалось, что Даганского поместили на центральную аллею, что памятник сделали не железный, а из мраморной крошки. По окончании операции Лежава написал отчёт в Думу, и этот документ мирно хранится среди бумаг в администрации. В свою очередь он посоветовал обратиться к работникам городского кладбища - там отчётности всегда придавали большое значение.

В окружении молодых
Мне уже не терпелось поставить точку в затянувшихся поисках и найти могилу Даганского на новом месте. В душе теплилась надежда на ангарчан, которые могли бы сообщить её местонахождение, позвонив в редакцию. Поиски близились к завершению. Коллеги дали мне номер телефона бывшего директора кладбища «Березовая роща» Владимира Жукова. По их информации, кладбищенский архив находился как раз у депутата. Владимир Валентинович по моей просьбе незамедлительно дал задание своим подчинённым, и уже на следующий день могила была найдена.
Нина Михайловна Апельройт не один десяток лет занимается погребальными делами, она знает каждый закоулок на последнем пристанище ангарчан. Трудно среди 103 тысяч покойников сразу найти нужную могилу, но, порывшись в записях за 2001 год, она сразу обнаружила магистраль и линию, где располагаются останки первостроителя Ангарска: 9-56. «Рядом с омоновцами», - пояснила она.

Как только освободилась редакционная машина, мы с водителем Алексеем Верхотуровым поехали на кладбище. Он с детства помнил ту старую могилу перед Майском, он вместе с редактором выезжал к гаражам, и ему тоже не терпелось увидеть последнюю «квартиру» Даганского. Нина Апельройт провела нас до неё: в тридцати-сорока метрах от таблицы с номером улицы находится захоронение.

Из сугроба торчал стандартный совковый памятник. Рядом стоящие могилы выглядят даже посолиднее, чем у человека, чьё имя внесено в реестр самых высокопоставленных бонз НКВД. Как-то не вяжется скромный могильный камень с великими делами одного из начальников ГУЛАГа. Алексей спросил, а почему вместе с останками не перенесли тот майский памятник, выполненный в стиле 50-х годов.
Потом, когда мы подошли к центральному мемориальному комплексу, где похоронены лучшие люди Ангарска, такие как Новокшенов, Плаксин, Файзулин, герой СССР Егоров, Оречкин, в душе шевельнулась мысль: «Почему же здесь не нашлось места первостроителю из НКВД?» И, странное дело, всемогущее ведомство НКВД-КГБ как-то отрешилось от своего сына, оставив его в забвение и уравняв с простыми смертными. Хотя что тут странного, ведь больше половины людей, чьи фамилии встречаются в книге «Кто руководил НКВД-КГБ», были расстреляны, их имена не принято упоминать всуе.

Смерть уравнивает всех, а у русского народа больше в памяти запечатлена латинская пословица: «О мёртвых либо хорошо, либо ничего». Так давайте и мы завершим нашу историю словами: «Спите спокойно, полковник Даганский!»

Леонид МУХИН