В РОССИИ НЕТ ГОСУДАРСТВА - 215 растерзанных тел в аэропорту «Домодедово»

24 января 2011 года. Московское время — 16 часов 32 минуты. Аэропорт "Домодедово". В терминале прилёта международных рейсов, где обычно собираются толпы встречающих, раздаётся мощный взрыв. Запись с камеры наблюдения фиксирует даже не одну, а две огненные вспышки, примерно равные по силе. Этот смерч проносится не только по "Домодедову" — он проносится по всей стране.

Сквозь дым и пыль видны лежащие трупы, оторванные руки и ноги, лужи крови... Тридцать пять погибших, еще сто восемьдесят раненых, из них более сорока — в тяжёлом состоянии, то есть могут умереть с минуты на минуту. Таковы официальные данные от МЧС на утро 25 января.

О том, кто мог заказать, организовать и осуществить этот террористический акт, выдвинуты уже сотни версий, очевидных и конспирологических, взаимодополняющих и противоречащих друг другу. Но все они не должны заслонять от нас главные уроки этой трагедии, уже далеко не первой и, скорее всего, не последней в общем ряду.

В РОССИИ НЕТ ГОСУДАРСТВА.

Наша "властная вертикаль" — это не вертикаль государственной власти. Власть в России сегодня полностью, абсолютно девальвирована, потому что она не в состоянии обеспечить гражданам страны ни одного из их конституционных прав, обозначенных в Основном Законе, даже главного, важнейшего, основополагающего права на жизнь.

"Обычная" уличная преступность и преступность "этническая", "властный" криминал и разгул терроризма, отравленные продукты и фальшивые лекарства, падающие с нечищеных крыш "сосули" и бронированные автомобили с "мигалками", которые безнаказанно разъезжают по встречным полосам и сбивают зазевавшихся прохожих, миллионы абортов и практически свободный оборот наркотиков — всё это разные симптомы тотального распада и гниения государства, возникшего после двух переворотов, 1991 и 1993 годов.

И когда президент Российской Федерации Дмитрий Медведев важно говорит, что "свобода лучше несвободы", ему как будто невдомёк, что помимо приятных его юридическому сердцу свобод есть и другие свободы: например, свобода грабить, свобода насиловать или свобода убивать. Они тоже — "лучше несвободы" делать это?

Если после такой трагедии глава государства видит свой долг только в том, чтобы публично дать поручения подчиненным министрам, которые по определению вместе с ним несут полную ответственность за происшедшее, "расследовать и наказать виновных", "обеспечить медицинской помощью пострадавших" и "выплатить компенсации", то не значит ли это, что он практически расписывается в собственной беспомощности и ненужности на данном посту? Если глава правительства продолжает важное инвестиционное совещание в Центробанке и не вылетает сразу на место катастрофы, то не говорит ли это об истинной иерархии властных приоритетов больше, чем все "прямые линии с народом" и поездки на "Ладе-Калине"?

Если власть — сама по себе, а общество, народ — сами по себе, то это — не государство, а какая-то химера, которая очень быстро и неминуемо рассыплется на куски. Невыносимо больно так говорить о своей Родине, России, но это правда.

СИЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ НЕДЕЕСПОСОБНЫ.

Все мыслители, рассуждавшие о природе государства, говорили, что главное в нём — это монополия на насилие. Всякое иное насилие, кроме государственного, незаконно и недопустимо, будь это насилие со стороны отдельных личностей, организованных групп или других государств. С этой целью в каждом государстве создаются и действуют специальные "силовые" структуры, обеспечивающие государственную монополию в этой сфере: армия, полиция (милиция) и секретные службы.

В нынешней России все эти структуры оказались тотально недееспособными. Милиция сверху донизу пронизана коррупцией и парализована реформой с переименованием в "полицию". Армия тоже развалена "реформой", и непонятно, выдержит ли она хоть один военный конфликт "средней интенсивности", то есть чуть серьёзнее скоротечной августовской операции 2008 года против Грузии. Спецслужбы... Говорить о них всерьёз, похоже, не приходится, поскольку основной их функцией вот уже долгие годы является "крышевание" различных экономических структур и коммерческих операций, а вся остальная работа в лучшем случае подчинена интересам продвижения по службе и расширения "охотничьей территории", а в худшем — выполнению различного рода "заказов", в том числе политических.

Понятно, что обеспечить государственную монополию на насилие нынешние российские "силовики" не в состоянии — у них для этого нет ни возможностей, ни желания. Взрыв в "Домодедове" наглядно подтвердил эту печальную для всех нас истину.

РАСТЁТ МЕЖНАЦИОНАЛЬНАЯ РОЗНЬ.

На вопрос: "Кто взорвал "Домодедово"?" — обществом сегодня даётся фактически один консолидированный ответ: "Исламские (кавказские, чеченские) террористы". Да, почерк "воинов джихада" узнаваем, и его трудно спутать с чем-то иным. Хотя всем понятно, что использовать накачанных дурью шахидов втёмную может кто угодно: от не очень крупных акторов российской политической сцены до внешних сил уровня государственных спецслужб и транснациональных корпораций.

Но теракт 24 января, несомненно, призван сдетонировать весь спектр существующих межэтнических и межконфессиональных конфликтов внутри России, пиком и символом которых до недавнего времени была "всего лишь" Манежная площадь. Теперь "процесс пошёл" таким образом, что может дойти до настоящей, полномасштабной гражданской войны, которая выплеснется за пределы Северного Кавказа и будет идти буквально в каждом городе, в каждом населённом пункте.

Ведь даже конфликт между лидером ЛДПР Владимиром Жириновским и главой Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым, при соответствующем поведении всех заинтересованных сторон, может привести к необратимым политическим последствиям, хотя формально и тот, и другой "работают" внутри одной и той же "властной вертикали", выстроенной в Российской Федерации. Но в рамках действующей социально-политической модели ни один из подобных конфликтов разрешен и устранен быть не может — они только временно замазываются, чтобы затем вспыхнуть с новой силой.

СИНЕРГЕТИКА КАТАСТРОФЫ.

Россия постоянно находится под тройной угрозой: катастроф природных, наподобие засухи и пожаров лета прошлого, 2010 года; катастроф техногенных, наподобие Чернобыля-1986 или Саяно-Шушенской ГЭС-2009; и катастроф социальных, когда люди, задавленные невыносимыми условиями жизни, начнут массово выходить на улицы. Все эти угрозы дополняют и синергетически усиливают друг друга, формируют потенциальную "зону хаоса", "зону распада", ту "черную дыру", в которой может исчезнуть наша страна, вся более чем тысячелетняя русская цивилизация.

Если "точка невозврата" будет пройдена и сценарий распада начнёт реализовываться, остановить его будет невозможно. Тем более, что российское общество уже полностью деструктурировано, рассыпано, никаких форм его организации, за исключением этнических у "национальных меньшинств", не существует, а "властная вертикаль" озабочена только своими интересами и фактически способствует распаду страны, которой вроде бы управляет...

Вся забота о ликвидации последствий природных катастроф возложена на одно-единственное МЧС, об их предотвращении и предварительной минимизации ущерба речь не идёт вовсе. Ничего не делается для сохранения техносферы, доставшейся РФ в наследство от Советского Союза. Все системы жизнеобеспечения, созданные в расчете на тотальную ядерную войну с многократным запасом прочности, развалены, расхищены и вот-вот выйдут из строя. Продолжается губительный для экономики либерально-монетаристский курс, при котором внутри страны ничего не производится ("неконкурентоспособно"), сырье и доходы от его продажи практически полностью вывозятся за рубеж, а население, лишенное реальной работы, реального дела и любых внятных перспектив на будущее, деградирует и дичает. Таксисты, после взрыва в "Домодедове" требовавшие по двадцать тысяч рублей за проезд до Москвы, и коммерсанты, поднявшие там цены на поллитровую бутылку воды до пятисот рублей, — безусловные свидетельства катастрофы.

БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ ВЛАСТИ.

Глядя на всё происходящее, невольно создаётся впечатление, что власть предержащие сознательно или инстинктивно ведут дело к краху и распаду российской государственности — точно так же, как "перестройщики" времен Горбачёва вели дело к распаду государственности советской — ведь война (читай — катастрофа) всё спишет: весь криминал, всю коррупцию, не говоря уже о таких "пустяках", как некомпетентность и халатность. Ведь в обстановке всеобщего хаоса можно будет проще и безопаснее осуществить свои перелёты на заранее подготовленные в более благополучных и "цивилизованных" странах "запасные аэродромы", где давно живут родные и близкие, где учатся дети, где лежат банковские счета и стоят красивые особняки... А в "этой стране" пусть остается кровавая каша из "биомассы", недавно считавшей себя какими-то гражданами какой-то России... Такой сценарий отрепетирован, отработан и успешно сыгран — какой же смысл от него отказываться?

Владимир Винников,
Москва, январь 2011.