Владимир Жуков: письмо в редакцию газеты «Байкальская Сибирь»

Владимир Жуков: письмо в редакцию газеты «Байкальская Сибирь»
Бывший глава города Ангарска Иркутской области Владимир Жуков (сам лично он считает себя действующим главой, избранным населением и отстранённым от власти незаконно), в первых строках своего письма из Ангарского СИЗО с ответами на вопросы редакции газеты «Байкальская Сибирь» сообщает следующее: «очень рад вас видеть на этом шоу российского масштаба».
«Очевидность отсутствия состава преступления ясна всем, в том числе и следствию, которое с облегчением это дело передало прокуратуре, а теперь в суд. Что делать при отсутствии состава обоснования преступления при неограниченном силовом ресурсе – я думаю, эти люди знают. В России, да и в Иркутской области, я далеко не первый и думаю, не последний.
Насчёт здоровья в тюрьме обычно не спрашивают, собственно говоря, не для того садят, чтобы еще о здоровье заботиться.
Я думаю, вам не надо объяснять, что арестовали не для того, чтобы прямо так и посадить, а для того, чтобы уничтожить морально, политически или даже физически. Процент статистики на умерших в системе ГУФСИН достаточно высок, а отчётность, я думаю, несложная. Но если человек при этом «сдулся» и сам пойдёт на сделку со следствием и подпишет все, что ему надо, то лучшего варианта и не надо.
Чаще всего, пройдя все эти муки ада, так люди и поступают. Вы, наверное, можете себе представить человека в моём возрасте, под шестьдесят лет, во-первых не дали долечиться, во-вторых, сфабриковав международный розыск (причем за один день нашли, объявили в международный розыск, решением суда заключили под стражу на два месяца еще и обвинение впервые предъявили. Специалисту это все понятно). И в-третьих, запустили по большому кругу зигзагами по тюрьмам.
Проехать 6 тысяч километров в «Столыпине» - эта экскурсия не из приятных. (Вспоминаю Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву», его за это произведение сослали куда подальше).
Я проехал от Бреста до Иркутска. Тоже есть о чём написать, но позже.
«Столыпин» - это вагон клетка, вместо дверей - решётки. Столыпинская камера 4 квадратных метра, шконки в три яруса с двух сторон деревянные, постели никакой не дают. Люди спят, как скотина на досках, может потому и называют скотовозом.
Два раза в сутки кипяток, два раза в сутки туалет. Питание, если своё есть, хорошо, нет, не обессудь. В клетке по норме набивают двенадцать человек. Причем люди совершенно разных «профессий». Сквозняки, народ орет, ругается, озлобленный. Остановки на узловых станциях могут быть по двенадцать часов. От одного поезда отцепляют, вывозят в тюрьму, приводят новых, цепляют к другому составу и в путь… И так почти месяц.
Вспоминается анекдот детский: «У мужика угнали машину. Он приходит на разбор и говорит: «мужики лучше отдайте по-хорошему, а то получите, как месяц назад. Они подгоняют машину. Спрашивают: а что было месяц назад?» Так взяли и не отдали»». Здесь что-то подобное происходит.
«…Вот меня и «запустили» через девять тюрем и за все это время не было проведено ни одного следственного действия со мной. Тюрьмы все разные, камеры тоже, но условия содержания отличаются несильно. Почти четыре месяца провёл в одиночке, всё остальное в общей массе с «мучениками».
В камерах размещаются от четырёх до двадцати человек. Всего поменял двадцать четыре камеры за это время, в каждой, в зависимости от контингента, обстановка разная, но не агрессивная. Много времени уходит на «обживание», на знакомство и разговоры с людьми. Для меня тюремная обстановка непривычная, да и для заключённых, которые находились рядом, сидеть в присутствии мэра в одной клетке тоже. Тема взаимоотношений – для отдельного разговора.
Людей, которые сидят в тюрьме по заказу, как и я, либо для улучшения статистических результатов правоохранительных органов, более чем достаточно и это не может не беспокоить (более 30%). В камере у каждого своя шконка, так на криминальном жаргоне называется спальное место в исправительных учреждениях.
Подъём в шесть, отбой в двадцать два часа. Шконки должны быть заправлены по установленному образцу, лежать, сидеть на них запрещено. Контроль: круглосуточное наблюдение, контроль дежурного, через определённое время открывает глазок в двери и смотрит, делает соответствующее замечание. Если есть нарушение – карцер.
В камере – стол и прикреплённые к нему две лавки, поэтому народ по очереди тусуется здесь. Игры – нарды, шашки, шахматы, домино. Несмотря на видимую безобидность, я в игры не играю.
В камерах бывает телевизор, купленный за собственные средства задержанных, но показывает он как правило плохо. Удивительно, но во всех тюрьмах почему-то лучше показывает тот телеканал, где «Дом-2», и такие телепередачи: интерны, реальные пацаны и т. п. Может специально народ дебилизируют. Пацаны всё это смотрят с удовольствием, из новостей всех интересуют только события в Украине.
Вообще надо отдать должное руководству нашей страны, придумали сильный ход с Украиной и Крымом, такие события уводят на второй план санкции, кризис и прочие.
Новости, кроме как из Украины, никто не смотрит, показуха властей всех уже достала, а если ещё областное телевидение покажет репортажи, с нашим губернатором самолётно-пароходный суперменом, так вообще.
В отношении Путина, президента РФ, непонятно, это он или его подменили. Общение с гражданами России – «прямая линия с Путиным» – «неответы» на вопросы, я такого позора не ожидал, да не только я, в тюрьме народ плевался.
Что-то происходит в стране, чего мы не знаем? Но это не он или что-то на него очень сильно повлияло. С учётом того, что страна живёт давно уже не умом, а патриотизмом, надеждой на Путина – этот симптом не из приятных, и далеко небезопасный.
Читаем книги, иногда приносят газеты. Из газет «Аргументы и факты», «Аргументы недели», остальная пресса только на хознужды. Раз в неделю возят в «баню» – здесь так называют душ – и это праздник.
Кормят три раза в день, не берусь судить о качестве пищи, так как у многих есть возможность питаться тем, что из дома приносят, либо в тюремном магазине отовариваются. Но предпочтительнее питаться своим, у кого такой возможности нет, кушает исключительно «баланду». Нельзя сказать, что пища несъедобная. Мне тоже несколько раз приходилось есть, есть можно. Да я представляю ситуацию в стране с ценами, думаю, что некоторые и на свободе были бы рады такой еде.
А в целом прошёл, вернее, прохожу это испытание ограничением свободы нормально, без сбоев. Как с первой тюрьмы называли Валентинычем, так Валентинычем и остаюсь.
Вы спрашиваете, когда я узнал об аудиозаписи «разговор Куранова с Кажаевой»? Сообщаю, что узнал буквально за неделю, до судебного заседания, на котором Кажаева об этой записи сообщила. Светлана Борисовна, до этого мне ничего не говорила, да и правильно, наверное, делала. Для меня «их хотелки» (имеется в виду, требования и просьбы экс-депутатов Думы Ангарского района, показания которых легли в основу обвинительного приговора Жукову и Кажаевой) были известны. Этот шантаж продолжался всё время работы, это издержки протестного голосования, когда во власть пришли безработные, беспомощные и беспринципные люди. Их мне представил бывший начальник ФСБ Ангарска М.В. Килишкин как своих сподвижников.
Куранов (экс-депутат Ангарского района Александр Куранов) вообще после выборов заявил, что он будет серым кардиналом и будет решать кадровые вопросы в администрации. Когда ему указали место, начал просить хоть какую-то должность, лучше бы в службе муниципального хозяйства, как говорится место хлебное, можно «навариться». Кто бы ему только дал. Первая же работа по ремонту стадиона «Ангара» показала истинные цели. Вместе с Зеленцовым (экс-депутат Ангарского района). А тот тоже оказался безработным и выпросил должность руководителя стадиона «Ангара». Были украдены порядка ста железобетонных плит, несколько километров кабеля и еще что-то... Правоохранительные органы не отреагировали, а попросту прикрыли их правонарушения. Но всё это продолжилось и пришлось их уволить. В то же время они, будучи депутатами, курировали КУМИ, организовали продажу муниципального магазина стройматериалов по улице Восточной за пол цены. Зеленцов и Горобец (экс-депутаты Ангарского района) в это время стали ездить на дорогих автомобилях (Горобец был тоже безработным). Органы полиции опять не отреагировали, магазин площадью более 700 квадратных метров ушел по цене трехкомнатной квартиры. Тогда по этой причине была уволена начальник КУМИ Ольга Скрипка, хороший специалист, но что она могла с ними сделать. Их тогда от кормушки убрали, но они продолжали требовать «грядку». Работать не хотели и не могли. Требовали хоть куда их устроить, чтобы деньги платили, но не работать. А тот момент провели ещё проверку деятельности перинатального центра, в котором Александр Городской был главврачом. Этот деятель вообще мрак. Он, по сути, превратил роддом в частную поликлинику.
Рядом со зданием открыл собственное предприятие того же профиля с названием то ли «мой доктор» или «наш доктор» и понеслось… Заказы на свою фирму, а расходы на роддом. Зарплату Городской сделал себе почти 300 тысяч рублей. По тем временам это была самая высокая в городе Ангарске зарплата, которая составляла три зарплаты мэра. Деньги на зарплату брал с коммерческих услуг роженицам, по сути, это взятка. Такую зарплату он сделал ещё паре приближённых врачей, остальные получали копейки по 6-12 тысяч рублей. Безусловно, был скандал. Имущество роддома сдавал в аренду, арендную плату роддом почти не видел. Прямо на территории роддома построил коммерческие гаражи. Взял себе, остальные были проданы.
Оставлять на должности такого человека «горе-хозяйственника» было также нельзя. Не стоит объяснять, что прокуратура на эти нарушения также не отреагировала. Претензий он не принимал, поэтому был уволен. Ему тоже вместе с управлением здравоохранения искали работу, но где же найдёшь с такой зарплатой. Да и его фирма к тому времени уже не без средств роддома крепко стала на ноги.
Вот такая гвардия образовалась. Роль лидера, точнее провокатора, взял на себя Куранов, ну а головой стал Городской. Что объединяло этих совсем разных людей, думаю объяснять не надо – нажива.
Эта группа начала писать анонимки, жалобы, заявления клеветнического характера во все инстанции, в том числе и от граждан. Я как-то был у Куранова дома, и он мне демонстрировал, с какой лёгкостью он подделывает любую подпись. Кстати, если внимательно слушали аудиозапись, в ней Куранов как раз и говорил Кажаевой, что все документы и подписи это его рук дело.
Ни одно из этих обращений и заявлений не нашли своего подтверждения – это чистая клевета, со всеми вытекающими последствиями. Но так как это входило в интересы прокурора города Ангарска, им всё сходило с рук.
Бывший губернатор Дмитрий Мезенцев на их выходки никак не реагировал. Всё изменилось с приходом к власти Сергея Ерощенко. Он видимо большой любитель закулисных игр, да и его С.Ф. Брилка и Н.В. Слободчиков тоже как оказалось под стать нашим бывшим депутатам. Они стали приглашать их к себе и совместно выстраивать протестную позицию мне и Кажаевой. Мне на тот момент Ерощенко уже сказал, что посадит меня, и я работать не буду.
Параллельно такие же игры вели против властей в Усолье, Братске, Байкальске… В общем, у них всё получилось. Но у меня теперь в понимании стоит в один ряд порядочности и профессионализма Ерощенко, Слободчикова, и Брилки с одной стороны и Куранова, Горобца, Зеленцова и Городского с другой. Видимо, благодаря этому область и падает в пропасть.
Почему я в СИЗО? Всё понятно, потому же почему и остальные мэры. Ерощенко показалось, что таким образом он сможет обеспечить себе победу на выборах губернатора, это раз. Вторая причина – он получит неограниченный доступ к бюджету и имуществу и землям Ангарска, эта тема в разговоре его постоянно беспокоила, но со мной он не получил бы этого точно.
Он строит свою работу (это моё личное мнение) не как руководитель области с учётом законов Иркутской области и Российской Федерации, а как «положенец» (на воровском жаргоне уголовный авторитет, который может решать вопросы и отвечающий за положение на определённой территории) за областью и ставит на города смотрящих («положенцы» назначают «смотрящих», которые следят за ситуацией в отдельных районах города), вместо выборных мэров и глав. Видимо, лихие девяностые, сделавшие его олигархом, он считает наиболее эффективным методом освоения бюджетов.
Другого я не вижу. Опыт лаборанта в учебном заведении с физико-математическим уклоном научил его лишь манипулировать цифрами для подготовки публичных отчетов. В общем, дела нет. Точнее де юре есть, а де факто нет. Что будет делать система в этом случае (я имею ввиду губернатора и прокуратуру), насколько далеко они пойдут в использовании силовых ресурсов, чтобы подавлять неугодных – время покажет. То, что обвинение будет с меня снято, я не сомневаюсь, поскольку я никаких преступлений перед законом и своими избирателями не совершал.
В тюрьме будут держать до последнего, может, хотят додавить психологически. Практика показывает, что это им достаточно часто удаётся таким образом сделать.
И последнее совершенно очевидно, что три года управления территорией оказались провальными, территория катится в пропасть пучины, убраны руководители всех ключевых городов. Во сколько обойдутся и обходятся бюджетам муниципалитетов и области даже в условиях экономического кризиса все эти выборы – в расчёт не идёт. Целые территории обращаются в хаос.
В ход идёт отработанная схема изменения системы управления муниципалитетом. Введение системы сити-менеджера применялось во всех территориях, где надо было избавиться от самостоятельных глав. На всех территориях экономически эта система показала себя крайне неэффективно. Тем не менее, перед самими выборами система была внедрена в областном центре, чтобы не дать возможности всенародно избранному мэру Виктору Кондрашову переизбраться. Ни на одной территории эта система не доработала ни одного созыва. В Иркутске будет то же самое.
Когда человек ради собственных амбиций ввергает в хаос всю область, можно говорить лишь о маниакальном стремлении к власти и наживе. Презрение к людям и к их выбору, которым он противопоставляет своё назначение, лишь усиливает вышеуказанную характеристику и подчёркивает беспринципность.
Даст ли это ему возможность добиться, во что бы то ни стало, поставленной цели и стать всенародно избранным губернатором Иркутской области – это вопрос? Если только за счёт манипуляций и других мошеннических действий. Как это будет выглядеть за полтора года до выборов президента и за год до выборов в Госдуму? Нужны ли кому-то скандалы?