Власть, «Единая Россия» и коррупция

Власть не может реально противодействовать коррупции, ставшей основным механизмом работы российских государственных институтов.

Каждый тип политической системы имеет свой приводной механизм. Приводным механизмом демократических систем служит конкуренция – политическая, экономическая, информационная – в целом, социальная. В авторитарных системах конкуренция подавляется властью и неизбежно замещается коррупцией, которая всегда таится в темных углах системы управления государством. В демократических системах коррупция более или менее успешно купируется политической конкуренцией и гражданским контролем, но в авторитарных системах, при целенаправленном уничтожении этих механизмов, расцветает пышным цветом.

Российская официальная пропаганда стремится внушить населению миф о том, что коррупция – это исключительно мздоимство. И что в ее распространении виноваты прежде всего сами несознательные граждане, а главные коррупционеры — врачи, учителя, ну и отдельные представители власти, в основном гаишники и рядовые милиционеры, извините, полиционеры.

Однако рыба, как известно, гниет с головы. Коррупция – это не только экономическое, но и политическое преступление. Единый механизм политической и экономической коррупции состоит в использовании административного ресурса власти не для выполнения функций государства в общественных интересах и целях, а в злоупотреблении этим ресурсом для получения неправомерного материального или нематериального преимущества, извлечения личной или групповой как финансовой и имущественной, так и политической выгоды. При этом распространение раковой опухоли коррупции всегда начинается с политической коррупции и в конечном итоге приводит к захвату государства клептократией и формированию авторитарно-клептократического режима. Именно так и произошло в России.

Бацилла политической коррупции была занесена в российский политический организм в парламентско-президентском избирательном цикле 1995/1996 годов. К выборам в Государственную думу второго созыва администрацией президента было создано движение «Наш дом — Россия» во главе с председателем правительства Виктором Черномырдиным. И это стало первым, правда не очень успешным в смысле результата выборов, изданием «партии власти» — псевдопартийной структуры, для создания и на стороне которой в выборах противоправно используется административный ресурс власти.

Первым успешным, хотя и не столь масштабным и откровенным, как впоследствии, использованием административного ресурса стали президентские выборы 1996 года. Для победы на этих выборах правящей командой были использованы не только допустимые методы политической конкуренции, но и задействован ресурс власти для административного давления и информационно-пропагандистского манипулирования.

Бацилла политической коррупции возбудила и так не дремавшую в теле российской власти экономическую коррупцию, которая перешла в стадию «скупки государства», когда номенклатурно-олигархические кланы стали не только массово скупать государственных и местных чиновников, но и внедрять своих ставленников в органы власти всех уровней. Наиболее одиозные примеры – назначение в 1996 году после президентских выборов первым заместителем председателя правительства Владимира Потанина и заместителем секретаря Совета безопасности Бориса Березовского.

Но окончательно и глубоко политическая коррупция проникла в тело российской власти, и коррупция в целом стала приводным механизмом политической системы после успешно проведенной в 2000 году операции «преемник». В результате нее при откровенных злоупотреблениях со стороны власти всеми видами административного ресурса президентом стал Владимир Путин. Эта операция обеспечила смену персоналий на вершине российской власти без смены социально-политического представительства, и маховик коррупции продолжил раскручиваться с всевозрастающей скоростью.

Следующий этап поглощения страны коррупцией закономерно начался с окончательного подавления политической конкуренции – прежде всего, посредством злоупотреблений законодательным ресурсом.
Был принят закон о политических партиях, уничтоживший какие-либо перспективы многопартийной системы, избрание глав регионов было заменено их фактическим назначением президентом с подачи его окружения, были внесены изменения в избирательное законодательство, расширившие административное воздействие на ход и результаты выборов и ограничившие возможности реализации избирательного права для 98% российских граждан.

Одновременно была подавлена информационная конкуренция, проведена «зачистка информационного поля» посредством принудительного, под давлением власти, а значит, коррупционного передела рынка СМИ. Самые влиятельные СМИ, прежде всего в сфере телерадиовещания, перешли в собственность или под контроль якобы государства, а по сути – правящего режима или аффилированных с ним финансово-промышленных групп. Подавление политической и информационной конкуренции и номенклатурная расстановка кадров в органах власти создали благоприятную почву для разрастания экономической коррупции.

Экономическая коррупция стала движущей силой нового номенклатурного передела собственности с использованием силовых ведомств, прокураторы и других контролирующих и надзирающих органов и не в последнюю очередь судов.

Апогеем политической коррупции стали парламентские выборы 2007 года и президентские выборы 2008 года, которые представляли собой этапы единого «плана Путина по обновлению высшей власти» и в которых в качестве «избирательной машины» правящего режима была задействована вся система государственной и местной власти. Парламентские выборы стали триумфом политической коррупции, которая одержала убедительную победу над волеизъявлением граждан. А президентские выборы, которые проводились по сценарию операции «преемник», опробованной в 2000 году и доведенной до совершенства в смысле полного уничтожения политической конкуренции, — актом политической коррупции с заранее определенным, вне зависимости от волеизъявления граждан, результатом.

Коррупция в России, которая по этому показателю находится на 154-м месте, в одном ряду с Папуа – Новой Гвинеей и Таджикистаном, приобрела системный и комплексный характер и достигла своей наивысшей формы, которую можно назвать «захват государства». В захваченном российском государстве власть полностью приватизирована правящими номенклатурно-олигархическими кланами, что позволяет им использовать все ее властно-принудительные полномочия и ресурсы для подавления оппозиции с целью удержать бразды правления в своих руках. И для захвата природных ресурсов и земли, государственной и частной собственности, финансовых потоков, самых прибыльных бизнесов в государственном и частном секторе в корыстных целях личного обогащения членов правящих кланов.

Сегодня в России бал правит коррупция, которая, как ржа, проела власть, разрушает государство, уничтожает страну, ее природную среду и ресурсы и уже вполне буднично убивает все больше и больше людей от Калининграда до Камчатки и от Мурманска до Сочи.

Пораженная коррупцией власть не способна управлять государством. Коррумпированных чиновников не интересует ничто, кроме их личных корыстных интересов. Такая власть не способна справиться ни с природными катаклизмами, ни с техногенными авариями, которые сама и порождает, ни с нарастающей волной терроризма. В последние годы во всех трагических событиях, унесших десятки и сотни человеческих жизней, постоянно фигурирует фактор коррупции. Будь то террористический акт — захват Театрального центра на Дубровке в 2002 году или взрывы самолетов над Тульской и Ростовской областями в 2004 году, техногенная авария на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году или пожар в пермском ночном клубе «Хромая лошадь».

Правящий режим не может реально противодействовать коррупции, ставшей основным механизмом его работы, так как политики, пришедшие во власть благодаря политической коррупции, вынуждены «расплачиваться» с теми, кто их туда привел, и теряют иммунитет ко всем видам коррупции.

Как показывает новейшая мировая практика, коррупция становится главным побудительным мотивом смены правящих политических режимов.
В истории известны только два варианта смены правящих режимов: революция и оккупация. Оба варианта чреваты значительными человеческими жертвами и возможностью гражданской войны с еще большими жертвами. Однако современный мир демонстрирует и третий вариант — смену или качественную трансформацию правящего режима под воздействием массовых мирных акций гражданского протеста.
Примерами того, как коррупция стала побудительным мотивом к массовым акциям гражданского протеста, в результате которых произошла трансформация правящего режима, могут служить события 1997 года в Турции, 2010 года - в Бразилии прошла многомиллионная кампания «Чистый бюллетень» за принятие закона о «незапятнанной репутации», по которому отстраняются от политической деятельности и от участия в выборах все, кто был осужден за коррупционные преступления или «тихо» ушел в отставку в связи с возможным преследованием за такие преступления. Необходимость в таком законе, принятом в результате этой кампании, была обусловлена тем, что 25% членов конгресса подозревались в коррупции. Как представляется, сегодня в России, которой точно больше не нужны кровавые потрясения, пока еще остается (хотя и очень незначительный) шанс воздействовать на правящий режим массовыми акциями гражданского протеста.
http://www.grandfin.ru/politics/2011/03/22302.html