Два рассказика. Из Сети...

Было мне тогда лет двадцать, что ли...
И был у меня тогда один приятель — балагур, каких поискать. Что называется — язык без костей. Как-то раз подсели мы с ним в каком-то скверике на скамейку к двум очень симатичным девушкам с целью познакомиться. Меня он, молодец этакий (или, все-таки — скотина?! ) сразу же представил им как чемпиона города по "самбо", так что пришлось мне принять самый суровый вид и сидеть, напрягая бицепцы и трицепцы и надеясь, что красавицы не заметят мои очки -"минус шесть", между прочим.
Впрочем, себя он тоже не забыл — тут же принялся "заливать" им о своей личной суперменистости...

Он тушил пожары, спасал утопающих и загонял одним движением мизинца обратно в горы посмевшие высунуться лавины и сели. Врал он так, в общем, врал, пока не заврался до того, что начал рассказывать, как он, будучи разведчиком и выполняя какую-то секретную миссию, попал в Северной Африке в плен и рабство к диким берберам. И ранили-то его, и пытали-то его кочевники первобытными методами (в доказательство он задирал рубашку и показывал действительно страшные шрамы ны боку — когда ему было лет десять, сорвался, перелезая через школьный забор, и сильно поранился).
И таскался-то он с берберами этими по пустыням, пожирая всех встречных змей и скорпионов и, в целях сохранения жизни, обучая берберских боевых верблюдов точному плеванию в цель, выдавая это за секретные разработки оборонщиков нашего Среднеазиатского Военного Округа... В общем, заврался он так, что уже и мне стало интересно, как же он будет из этой ситуации выпутываться.
А девушки хохотали до упада. И тут одна из них спрашивает:
— А как же тебе удалось из плена освободиться?
Тут он нахмурился немного и грустно так отвечает:
— Ну, как... Разжились как-то эти чалмоголовые где-то мешком риса и надумали плов сварить. А костер развести нечем, дров-то нет — кругом пустыня. Ну, они меня в нашем тамошнем посольстве на телеграфный столб и обменяли...

На дворе было лето. На скамейке возле загородного дома сидели двое, дряхлый старик и мужчина лет сорока, который читал газету. Старик наблюдал за воробьями, скачущими подле его ног. Внезапно он задал вопрос: "Что это? " и показал на воробья. Мужчина опустил газету и сказал: "Папа, это воробей" и принялся дальше читать. Спустя пару минут старик повторил свой вопрос, сын ответил повторно, что это воробей. В течение получаса старик раз пять повторил свой вопрос, указывая пальцем на воробья. Мужчина раздраженно сложил газету и с возмущением стал объяснять ему, что он повторяет одно и тоже.
Лицо старика нахмурилось, но внезапно он просиял и сказал: "Сын, встань и принеси из ящика моего стола старую большую коричневую тетрадь. "С большой неохотой сын повиновался и выполнил просьбу старика. Тот не стал открывать и повелел сделать это сыну. Открыв тетрадь на первой странице, тот прочел:
— 12. 06. 1973 года Сегодня мой трехгодовалый сын 26 раз спросил меня: "Что это?! ", указывая на воробья, который клевал хлебные крошки возле нас, и я все время отвечал ему, ведь я так люблю его! "
Мужчина закрыл лицо тетрадью, и просидев так пару минут, повернулся и крепко обнял старика. ..