Театральные байки 2...

***
Юрий Никулин рассказывал, что Моргунов, чтобы потешить приятелей, мог подойти на улице к незнакомому человеку, жующему пирожок, и начать во весь голос кричать: «Ну зачем ты вытащил его из урны? Тебе что, есть нечего? Брось его обратно…»

***
После одного праздничного концерта, проходившего в Доме офицеров, Утесова пригласили на банкет. Как только он появился в зале, один из генералов, увидев его, воскликнул:
- О, вот и Леонид Осипович! Сейчас он нам что-нибудь споет!
- С удовольствием, но только после того, как товарищ генерал нам чего-нибудь постреляет, - ответил Утесов.

***
Николай Крючков и Анатолий Ромашин шествуют по сочинскому пляжу. Ромашин толкает Крючкова локтем в бок: «Афанасич, смотри, какие две роскошные бабы лежат! Уй-ю-юй, какие бабы!..» Крючков мрачно хрипит в ответ: «Это для тебя БАБЫ, а для меня – ПЕЙЗАЖ!»

***
Во время антиалкогольной кампании, которую М. С. Горбачев затеял в начале перестройки, в творческих организациях, в том числе и в Союзе кинематографистов, заставляли работников литературы и искусства писать объяснительные записки в случае такого рода прегрешений. Однажды на ковер вызвали известного артиста, который в ту пору злоупотреблял спиртным, и заставили написать очередную объяснительную. Тот долго думал, но не смог убедительно объяснить, что вынуждает его пить. И тогда он написал следующее: «Я регулярно напиваюсь в ресторане Дома кино по той причине, что у нас во дворе нет оборудованной спортивной площадки».

***
Как снимался эпизод в бане, рассказывает Александр Ширвиндт. «Снимали его ночью в холодном коридоре «Мосфильма». Привезли пальмы из Сан-дунов, настоящее неразбавленное пиво в бочках. Учитывая игровые обстоятельства, холодные ночные подземелья «Мосфильма», исключительно для жизненности эпизода, а также для поддержания творческих сил участники сцены Андрей Мягков, Георгий Бурков, Александр Белявский и я, почти не сговариваясь, притащили с собой на съемку каждый по пол-литра... Все эти пол-литры были заменены нами очень тонко и умело на реквизиторские с водой и сложены в игровой портфель незабвенного Жоры Буркова, который по ходу сцены доставал их одну за другой и руководил «банным трестом». Как я уже говорил, пиво было свежее и настоящее, а водка на свежесть не проверяется, а настоящая она была точно. Сняв первый дубль и ощутив неслыханный творческий подъем, мы потребовали второго дубля, совершенно забыв, что при питье разных напитков ни в коем случае нельзя занижать градус, то есть можно попить пивка, а потом осторожно переходить к водке, и никак не наоборот, ибо старая российская мудрость гласит: «Пиво на вино — говно, вино на пиво — диво».
После третьего дубля даже высочайший кинопрофессионал, но совершеннейший дилетант как алкоголик Эльдар Рязанов учуял неладное, так как не «учуять» это неладное было практически невозможно. «Стоп! — раздалось под сырыми сводами «Мосфильма». — Они пьяные!»
Истерика и ненависть Эльдара не ложатся на бумажный лист. На следующее утро до начала съемки все четверо участников были подвергнуты тщательному «таможенному досмотру». Перед командой «мотор», зная, с кем имеет дело, Эльдар Александрович лично откупоривал все бутафорские водочные бутылки и нюхал с пристрастием свежую воду. Снимали тот же эпизод — играли пьяных, шумели, старались хорошим поведением скрасить перед Рязановым вчерашний проступок. «Стоп! Снято!» — прозвучал наконец под утро усталый, но, как нам показалось, довольный голос Рязанова, что дало право всей компанией подойти к нему и робко намекнуть, что, по просвещенному мнению компании, материал, снятый вчера и сегодня, вряд ли смонтируется, ибо вчера был пир естественности, а сегодня потуги актерского мастерства. Эльдар сказал, что вот как раз случай проверить, с какими артистами он имеет дело, ибо иначе проще было бы взять на эти роли людей под забором. Мы виновато удалились, но в картину вошли кадры, снятые в первую ночь! Вот и верь после этого в искусство перевоплощения».

***
Однажды Иван Пырьев был в гостях на даче у Григория Александрова — отмечали очередную правительственную награду режиссера. Собралась исключительно мужская компания, без жен. Далеко за полночь все гости разъехались по домам. Но Пырьев, по рассеянности, почему-то решил, что всё происходит у него дома и что это не он, а Александров приехал к нему. Подобные вещи случаются в жизни, редко, но случаются... И вот оба ждут, когда же гость начнет прощаться, обоим хочется спать. Александров, видя, что Пырьев не торопится уезжать, приглашает того на кухню попить кофейку... Как человек воспитанный, он не может прямо сказать гостю, что пора и честь знать. Пырьев, со своей стороны, тоже воспитанный человек и тоже молчит. Наконец Пырьев не выдерживает и прямо говорит:
— Время уже позднее, если хотите, я могу предложить машину. Доедете до дому с полным комфортом...
Тут только всё выясняется, и оба смеются от души над рассеянностью Пырьева.

***
Однажды летом 1955 года на улице Сухуми военный патруль задержал молодого солдата. Тот не приветствовал офицера и был явно не по уставу одет: ремень не затянут, ворот расстегнут. Остановленный патрулем солдат, вместо того чтобы встать по стойке «смирно», пытался вступить в пререкания. Патруль доставил его в комендатуру. Каково же было удивление патрулировавшего в тот день офицера, когда через десять минут задержанный, улыбаясь, вышел из комендатуры, да еще в сопровождении самого коменданта.
— Смотрите, больше не попадайтесь! Раз на вас форма, носите ее, как указано в уставе, — сказал комендант, пожимая руку на прощанье.
— Есть! — щелкнул каблуками солдат.
— Актёр это, — пояснил комендант офицеру. — «Школу мужества» видели? Вот он там играл.
Этот забавный случай произошел с Леонидом Харитоновым во время съемок фильма «Солдат Иван Бровкин». Чтобы актёр привык к костюму своего героя, ему было разрешено носить солдатскую форму. Кстати, это был первый и последний случай в жизни Харитонова, когда зрители не узнали его.

***
Кака-то Евгений Шварц застал Эраста Павловича Гарина за составлением какого-то списка. Оказалось, он сначала составил список тех, кто придет к нему на похороны, если на улице не будет дождя. Потом список тех, кто придет, если будет дождь. А в итоге за гробом актера и режиссера шли только несколько соседских старушек...

***
Когда Эраст Павлович Гарин ставил спектакль «Горе от ума», все студенты ВГИКа бегали смотреть репетиции. Гарин был очень добрым и отзывчивым человеком и быстро входил в доверие к молодежи.
Если на репетиции они начинали шуметь, он поворачивался к ним и говорил, поднимая палец к небу:
— Тише вы, студенты. Искусство все-таки делаем!
Однажды под праздник завсегдатаям репетиций понадобился червонец. До стипендии далеко — денег ни у кого нет. А погулять хочется. И поехали они к Гарину домой, на Зубовскую площадь. Звонят в дверь. Открывает Эраст Павлович в потёртом халатике.
— Чего вам, студенты? — спрашивает.
— Эраст Павлович, можете субсидировать десяточку до стипендии... — жалостливо просит Панкратов-Черный.
Гарин, глядя на студентов, требовательно кричит жене:
— Хася, опять студенты пришли... Пятнадцать рублей просят.
— Эраст Павлович, нам всего — десять, — смущенно поправляет мэтра Панкратов-Черный.
— Молчать, сопляки! ~ злым шепотом обрывает его Гарин. ~ Пятерка мне необходима!

***
Как корифея МХАТовской сцены, Бориса Ливанова часто приглашали в Кремль на банкеты, однако, зная его буйную невоздержанность во хмелю, внимательно за ним наблюдали. Поймав момент, когда Мастер переходил "барьер самоконтроля", к нему подкрадывался человек из органов и, шепнув на ухо: "Борис Николаевич, Вас к телефону..," — уводил Ливанова к машине и отправлял домой. Однажды, говорят, чекист замешкался, а Ливанов, торопясь взять свое, пока не увели, по-быстрому накачивался. Вот он пьет водку — фужер за фужером — а "органиста" все нет и нет! В конце концов Ливанов поднялся во весь свой огромный рост — все притихли, ожидая тоста... Большой артист долго качался над столом, обводя всех невидящим взором, затем всей мощью своего баса проревел: "Ну где этот мудак с телефоном!?" — и рухнул без чувств.

***
50-е годы. На сцене Театра Советской Армии идет огромнейший по масштабам спектакль, что-то на тему "Освобождение Сталинграда".
200 человек массовки, пушки, танки, все дела. В финале спектакля главный герой, играл которого кажеться Андрей Дмитриевич Попов, изображая смертельно раненого бойца лежит на авансцене и тихим голосом просит: "Дайте мне воды из Волги свободной испить". По рядам передают каску с водой. Он выпивает, вода проливается на гимнастерку, падает замертво и - занавес.

В тот вечер был у Попова день рождения.
Друзья-актеры долго готовили ему сюрприз и вот, кому-то пришла идея, налить ему в каску ...бутылку водки. Злая шутка, мягко говоря, но, тем не менее, налили.
Конец спектакля, Попов просит "дать ему воды из Волги испить", по рукам огромной массовки плывет каска, в кулисах стоят костюмеры, гримеры, даже "мертвые" немцы приподнимают головы - посмотреть, как он будет пить?

Попов берет каску, глотает, замирает на секунду... и продолжает пить до конца. Наконец отрывается, возвращает каску стоящему рядом бойцу и говорит: "Еще!".

Вся массовка начинает корчиться от смеха...
Медленно плывет занавес, скрывая это безобразие.

***
Знаменитый актер Борис Ливанов, обиженный на МХАТ за то, что его не назначили художественным руководителем, перестал театр посещать. Расхаживая в окрестностях МХАТа, он останавливал кого-нибудь из актеров и расспрашивал о театральных делах.
Очередной встречный актер сообщил Ливанову, что репетируется спектакль «Медная бабушка» и Пушкина в нем играет Ролан Быков, только что выпустивший свою картину «Айболит-66», где он сыграл Бармалея.
— Докатились, — вздохнул Ливанов, — Бармалей Пушкина играет!

***
В «Преступлении и наказании» Любовь Соколова играла Лизавету, которую убивает Раскольников вместе со старухой-процентщицей. Актриса настолько вжилась в роль, что и в собственной своей квартире закрывала дверь на палку и никого не впускала, боясь, что вот-вот войдет Раскольников с топором. Короче говоря, попала под влияние нервной музы Достоевского. Когда эпизод был снят, свекровь Соколовой, придя домой и увидев, что дверь больше не заперта на палку, сказала с облегчением:
— Ну, слава Богу, наконец-то тебя убили.

***
После выхода фильма «Человек-амфибия» на экраны страны актер В. Коренев стал невероятно знаменит и популярен, особенно у девушек. Весь подъезд дома, в котором жил артист, был снизу до шестого этажа исписан объяснениями в любви, причем исключительно губной помадой всех цветов и оттенков. Разъяренные жильцы дома потребовали, чтобы артист сделал ремонт и перекрасил стены, что он и делал несколько раз.
Коренев получал десятки тысяч писем со всех концов страны, но, конечно же, почти их не читал, поскольку содержание было примерно одинаковым. Впрочем, попадались и сюрпризы. Так, одна девушка, желая привлечь внимание актера, сообщила, что пошлет ему ровно -десять писем: она сфотографировалась ради любви К нему голой и разрезала фотографию на десять частей. Актер, тронутый таким самопожертвованием, в виде исключения послал этой поклоннице свою фотографию с автографом, извинившись, что он на открытке в одежде

***
Известный сатирик, автор сценария фильма «О бедном гусаре замолвите слово», Григорий Горин сочинительством увлекался с самого раннего возраста, причем, начинал он не с лирики, как обычно начинают дети, не со стихов про осень, желтые листья и дожди, а с политической сатиры и памфлетов. По его собствен-нояму признанию, наслушавшись радио, боролся с агрессивным блоком НАТО, вообще с капитализмом... Заботливые родители привели девятилетнего Гришу к С. Я. Маршаку. Самуил Яковлевич слушал стихотворение за стихотворением и после каждого глубоко вздыхал. Наконец на вопрос, следует ли мальчику продолжать литературные занятия, ответил:
— Потрясающее владение всеми штампами нашей пропаганды! Скорее всего, будет писателем-сатириком...
Так и вышло

***
Член Политбюро ЦК КПСС М. А. Суслов просмотрел фильм «Семнадцать мгновений весны» и высказался за то, чтобы запретить его.
— Не показан подвиг советского народа в войне, — аргументировал он свою позицию.
— Весь советский народ не мог служить в аппарате Шелленберга, — сказал председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов, и фильм был выпущен на телеэкран.

***
Был такой театральный администратор по фамилии Дорн. Надо заметить, что в обязанности администратора входит не только распространение билетов, но и (самое главное) расселение труппы на гастролях.
Однажды под Новый год в гостинице на гастролях Дорну стало плохо. К нему приехала «скорая помощь» и заподозрила у него инфаркт. Выносят Дорна на носилках. Во дворе стоит Ростислав Плятт, артист с уникальным, своеобразным юмором.
Носилки пронесли рядом с Пляттом, и Дорн прошелестел:
— Слава, я умираю!
— Да, да, — совершенно спокойно отреагировал Плятт. — Вот и я скоро туда же, — заметил он, —Ты вот что, Дорн, ты там мне номерок или квартирку подбери поприличней. А то здесь всегда селил меня Бог знает как!
Дорн расхохотался и через некоторое время после Нового года выздоровел.

!!!