Байкал зимой

- Таня, Таня, а я тебя съем, - медведь стоял на задних лапах, положив передние ей на плечи. Вокруг всё было белым-бело от пушистого снега, но при этом было совсем не холодно. Таня стояла в своём новом бирюзовом купальнике и уже собиралась побежать по этой белизне к тёмно-тёмно-серой воде, над которой клубился туман, как вдруг прямо из искрящегося снега неуклюже вылез настоящий бурый мишка и заговорил с ней каким-то странно знакомым голосом.

- Но ведь сейчас зима, и ты должен спать, - удивилась Таня, которой почему-то было весело, а вовсе не страшно. Мишка положил левую переднюю лапу ей на талию и дважды крутанул в каком-то странном танцевальном движении: "Я должен был сначала дождаться тебя, и мы..."

- Таня, Таня, вставай, уже семь. Таня открыла глаза в своей постели, тоже белоснежной, только не искрящейся, её тихонько тряс за плечо отец: "Вставай, тебе надо собираться на поезд!". Меньше чем через полтора часа папа уже вёз её на вокзал - начиналось Новогоднее путешествие. Выгрузив из багажника небольшой чемодан на колёсиках и ещё меньших размеров дорожную сумку, отец в надцатый раз пристально посмотрел на дочь и наконец спросил: "Тебе не страшно, Танюшка?". И она совершенно машинально, с дежурной, хоть и тёплой улыбкой ответила: "Папа, я у тебя уже давно совсем-совсем большая и не боюсь ездить поездом". "Что ты про него знаешь, дочка?" - отец с третьей спички прикурил сигарету, руки у него заметно дрожали. "Я знаю, что он совершенно не умеет танцевать, а в остальном вроде неплохой парень", - попробовала отшутиться она, чмокнула отца в колючую щёку и демонстративно засуетилась: "Пап, мы сейчас с тобой поезд проговорим". "Ладно, ладно, пошли" - отец схватил нехитрый багаж: "Когда тебя хоть обратно ждать?". Татьяна сразу стала серьёзной: "Смотря как всё пойдёт. Может, через три дня, может, через три недели. Он обещал свозить меня на зимний Байкал. Я позвоню, пап, как только куплю обратный билет, и ты меня встретишь."

Поезд подъезжал к Байкалу. В Танином купе, кроме неё, ехала пожилая семейная пара с внуком. Дедушка всю дорогу пил водку, а потом спал, бабушка спала, а потом ворчала либо на него, либо на мальчишку. Таня была предоставлена сама себе и развлекала себя воспоминаниями о минувшем лете и о летнем Байкале...

Была тёплая безлунная ночь. Они сидели на толстом, обгоревшем с одного края бревне и слушали воду. Только что он озвучил своё Новогоднее приглашение. С воды дул несильный и скорее тёплый ветерок, на берег накатывали слабые волны, в радиусе километра не было ни одной живой души. Она молчала, он курил.

- Тебе не интересно моё предложение?
- Почему? Очень даже интересно. А ещё интереснее, зачем ты его сделал?
- Ну, во-первых, ты мне понравилась.
- А во-вторых?
- А во-вторых, сейчас я свободен не только для курортных романов.
- И хочешь стать несвободным?
- А это уже будет зависеть от тебя.
- Ты свозишь меня в Иркутск?
- В Иркутск? Я тебя на Байкал свожу. Ты нигде больше не увидишь столько снега и льда. Красотища! А что у тебя с Иркутском?
- Самый любимый город! Лучшие пять лет жизни. Студенческая пора.
- Значит, ты принимаешь моё приглашение?
- Я над ним думаю. Ты же дашь девушке немного времени на размышление?)
- Боишься?
- Чуть-чуть. Ты слегка страшненький)))
- Ага, иди-ка ко мне, я тебя маленько попугаю...

Другая тёплая ночь. Прогулка по песчаному пляжу в сторону прибрежного лесочка.

- Зачем мы туда идём?
- Просто гуляем. Тебе не нравится гулять?
- Мне не нравится ночной лес. Вдруг мы там встретим байкальского мишку?
- Ну, встретим так встретим.
- Ты не боишься мишку?
- А чё его бояться? Сколько в тебе килограммов? Шестьдесят?
- Можешь смело три отнять)
- Все равно нам с ним на двоих хватит)))
- Да ну тебя! Пошли в шашлычку к Махмуду, я сама есть хочу)...

Байкал, какая-то маленькая станция, остановка минут на пятнадцать, на перроне лёгкий морозец и торговки рыбой. Много снега, льда не наблюдается, лишь серая-серая вода. Красота? Слегка сомнительная. Неужели скоро она приедет сюда не на 15 минут? А зачем приедет? По зимнему лесу шибко не погуляешь, на обледенелом бревне ночью не посидишь, да и ветер с озера уже совсем не тёплый, мягко говоря. Боишься ли ты, Таня? Да как никогда в жизни!

Вот, наконец, и её остановка. Неказистый перрон, скромное здание вокзала, стоянка поезда - три минуты. Вот хохма будет, если её никто не встретит. А, вот и он. Тоже совсем не летний и не курортный. Немножко даже хмурый отчего-то. Но вот, увидел тоже, улыбнулся, шире, шире... И сразу стало спокойнее на душе. С Наступающим что ли!)

*******

- Алло, папа, привет! С Наступившим вас всех!
- Здравствуй, Танюша! С Новым годом! Как твои дела?
- Всё хорошо. Послезавтра вечером приезжаю обратно, встречай, поезд номер...
- Быстро ты, дочка что-то. Всё нормально у тебя?
- Да-да, конечно. Просто программа поездки выполнена полностью. Да и соскучилась я по вам уже)
- А как же Байкал?
- Не получилось с Байкалом, увы... Приеду, всё расскажу. Я тут гостинцев собрала целую сумку. Поезд прибывает в...
- Он не обидел тебя там?
- Пап! Ну сколько можно как с маленькой?!! С какой стати ему меня было обижать? Всё, давай, скоро увидимся уже. Маму поцелуй от меня.

Морозный январский день. Пустой перрон. Прощальный тёплый, но всё же скорее дружеский, поцелуй. Воздух наполнен обоюдным лёгким разочарованием без особых претензий.

- Ну что, сам-то приедешь ко мне в гости?
- Думаешь, стОит?
- Я бы хотела тоже тебя принять у себя, проявить ответное гостеприимство. Приезжай на мой День рождения! Не забудешь, когда он?
- 9-го мая. Специально постараешься забыть - не получится!
- Приедешь?
- Не знаю. Поздравлю в любом случае. Созвонимся - спишемся. Всё-таки жаль, что ты так рано уезжаешь...
- Ты тогда тоже уехал домой раньше времени.
- Ты знаешь почему, а я вот не знаю.
- Всё правильно! Мужчина должен быть честен, а в женщине должна быть загадка) Ну, до свидания! До нового свидания! Пока...
- Удачной дороги! Позвони мне, как захочешь...

Вагон. Плацкарт, только плацкарт! Никакого купе за закрытой дверью вместе с бабушками-дедушками. Сейчас она не вынесет чужих нелепых семейных разборок. Багаж под полку, бельё расстелено, теперь в туалет - переодеться и... чуть-чуть поплакать, она так долго не могла себе это позволить. Всё нормально, Таня, всё нормально, никто не виноват, что ты ошиблась в самой себе. Сама себе внушала, что едешь встречать Новый год, увидеть любимый Иркутск, погулять по снежному берегу Байкала... Какие это всё праздные мелочи! Теперь ты точно знаешь, за чем ты ехала. Что ж, ты этого не получила, тёплое откровенное лето осталось далеко позади, сейчас морозная зима, заморозившая вас обоих...

Всё пошло не по-летнему с самого начала. Скованность, нервозность, даже какая-то странная для двух взрослых людей робость. Как всё было легко и просто на нейтральной территории, в окружении сказочных декораций, с плотностью населения на ночном берегу только два человека на квадратный километр. Но курортные романы бывают только на курортах. Встретившись в сером зимнем городе, посреди предновогодней суеты, им предстояло начать всё заново, с чистого, как первоянварский снег под ногами, листа. И на этом листе сразу же появились кляксы. Он опрометчиво сказал то, чего не должен был говорить. Она испуганно промолчала в момент, когда требовалась полнейшая откровенность. И летняя, уже подзабытая, химия отношений была безвозвратно нарушена...

Потом была насыщенная культурная программа. Загородные прогулки по зимнему лесу. Новогодняя ночь в достаточно уютном заведении с интересными праздничными посиделками за ломящимся от яств столиком. (И никаких готовок и последующей уборки!) Праздничный шопинг от сувенирчиков коллегам до парфюмерии и украшений для себя любимой. Наконец поездка на весь день в Иркутск со всё тем же шопингом и посещением некогда любимых уголков города своей студенческой юности. А Ангара - это ведь тоже частичка Байкала. Возможно, именно в протекающей сейчас мимо воде она купалась полгода назад... В общем, всё было чудесно и весело, кроме одного - самого главного... Они так и оставались интересными и приятными друг другу, но всё же совершенно чужими людьми. Как он сказал в порыве откровенности - незнакомцами, выигравшими в лотерее Судьбы две недели звёздных июльских ночей. Наверняка мог всё вернуть обратно познакомивший их волшебник Байкал. Но Байкалу в культурной программе места не нашлось - "извини, но по деньгам у меня не сложилось... на НГ там очень дорого... были намедни серьёзные непредвиденные траты..." Лишь в самый последний момент, то ли раскрепостившись перед грядущим расставанием, то ли просто опомнившись, они сумели подарить друг другу вечер, напомнивший обоим почему он позвал её в гости, а она не отказалась, но в её сумочке уже лежал билет с золотистой голограммкой...

И вот скоро за окном вновь расстелется знакомая суровая водная гладь. Она едет не на Байкал, а мимо него. Обратно, домой, праздник подошёл к концу, переключайся, Таня, на окружающую действительность! А действительность всё ещё празднична - вагон попался весёлый-превесёлый. Такая большая компания, человек тридцать с хвостиком, все вместе - женщины, мужчины, дети. Неужели они все в дороге перезнакомились благодаря новогоднему настроению? На данный вопрос ответ нашёлся очень быстро - с ней в плацкарте ехали две сестрёнки-хохотушки, старшая по возрасту как Таня, с сыном, а младшей - лет двадцать. Оказалось, что едет вся честна компания из Красноярска, коллеги по производству. Держат путь в Энхалук, на ведомственную базу отдыха, на время Новогодних каникул, отсюда и веселье. Что? Куда она направляется? Домой, праздник уже отпраздновала. А у красноярцев, оказывается, уже традиция - третий год подряд в начале января на неделю в Энхалук уезжают - такая красотища там! А ты, Татьяна, бывала зимой на Байкале?

Наверное, она слишком мало поплакала в туалете. И слишком тихонько. Слёзы хлынули намного быстрее, чем она успела скрыться от посторонних глаз в тамбуре. А там уже дала себе волю и разревелась навзрыд, долго, громко, безнадёжно... А за окном впервые показался Байкал, приговаривая у неё в голове папиным голосом: "Ну что ж ты, Танюшка, такая большая и так позоришься? Праздник же у людей..." Дверь тамбура открылась, вошли две попутчицы-сестрёнки, теперь совсем не хохотушки, с озадаченными лицами. Сигарету? Не курю! Вина? Я за эти праздники свою годовую норму выпила. Что случилось? И она рассказала. Рассказала всё, без утайки, как рассказывают случайным попутчикам, в компании которых проводишь всего несколько часов и никогда в жизни больше не встречаешься. Рассказала то, о чём не говорила даже сама с собой, а они всё слушали, слушали, слушали...

- Знаешь, что, подруга, выходи-ка ты с нами. У нас четыре человека в Красноярске остались, а их места уже все равно оплачены. База - отличная, подышишь свежим воздухом, нервы в порядок приведёшь, на Байкал поглядишь. А потом купишь на станции новый билет и отдохнувшая - домой. Ты же ведь и ехала изначально на Байкал.
- Меня папа завтра встречать будет, он с ума сойдёт.
- Не переживай, на базе есть спутниковая связь, позвонишь - всё объяснишь.

Таня стояла на самом дне белого-белого океана. Куда не поверни голову, резала глаз искристая белизна. А сверху, огромными хлопьями, всё валил и валил новогодний байкальский снег, погребая под собой все иные краски окружающего мира. В руке у Тани был телефон.

- Папа, здравствуй, сегодня встречать меня не нужно. Я приеду на несколько дней попозже... Нет-нет, всё нормально, даже здорово просто!... Я не понимаю как, но он всё-таки вывез меня на зимний Байкал.