Поговорим о старости и о том, как ее воспринимают женщины.

Для современной России характерны процессы «феминизации старого возраста», которые переходят в «феминизацию бедности» и отражают социальное неравенство в области экономических возможностей,
образования и медицинского ухода для различных категорий населения. Старение имеет различное значение для мужчин и для женщин. Гендерный стандарт старения непосредственно воздействует на социально-экономическое, социокультурное положение и психологическое самоощущение в поздний период жизни. Это больше всего затрагивает женщин и является одной из видимых примет старения. Женщины всегда были менее значимы, чем мужчины, и это усиливало тенденцию к их негативному социокультурному восприятию в стереотипе всех пожилых людей [1, 82].
Поэтому важно выяснить, насколько сами женщины принимают, сложившийся в российском обществе, стереотип пожилой женщины, как они оценивают свое настоящее положение и свое будущее, каково у них самовосприятие. В работе авторы будут искать подтверждение тезису, что чаще всего пожилые люди опасаются не возраста, а связанных с ним социокультурных явлений.
В современном мире статус женщины ассоциируется с молодостью и красотой. Старость часто называют
возрастом потерь. В этот период жизни в организме человека происходят неминуемые возрастные изменения. При этом утрата психотелесных преимуществ, здоровья в целом, может стать настоящей экзистенциальной трагедией для стареющего человека, в особенности для женщин. Происходят изменения функциональных возможностей, потребностей, ролей пожилого человека в семье и обществе. Эти процессы часто имеют болезненный, противоречивый характер и могут приводить к непринятию старости в формах борьбы, игнорирования или бегства от нее.
Лейтмотив борьбы с возрастом - это идея консервации времени человеческой жизни или даже поворачивания его вспять. Старость предстает как граничный отрезок, в котором возможно движения не только в будущее, но и в прошлое. Это позволяет анализировать, оценивать, а также повторно переживать события своего прошлого, как бы еще раз (иллюзорно) прожить определенный отрезок своей жизни. Однако старость - это возраст свершившегося, реализованного, исчезновения времени будущего, без которого многие жизненные проекты теряют смысл.
Зачастую потеря жизненных сил порождает у стареющего или старого человека тяжело переживаемое чувство зависимости от других, более молодых и сильных людей. Хроническая нехватка физиологических возможностей для реализации своих планов становится мощным фактором негативизации образов старости [2, 18]. Ассоциация пожилого возраста с «возрастом дожития» отражают тенденцию притеснения российским обществом людей старшего возраста, заставляя их чувствовать себя уязвимыми. В перспективе процессы старения могут приводить к ментальному сдвигу - у пожилого человека развивается синдром «выученной беспомощности», происходит деградация
личности. Основными признаками этих изменений являются: чувство одиночества, апатия, жалость к себе, безнадежность, которые в конечном итоге приводят к социокультурному исключению.
Понятие «социокультурного исключения» может иметь различную трактовку. Его можно понимать как процесс потери человеком свойств, требуемых определенной социальной средой, или процесс нарушения взаимодействия с обществом и разрыва социальных связей, а также как процесс накопления факторов риска. В целом это понятие в современной научной литературе связывается с концепциями социального статуса, социальной адаптации и социальной компетентности. Применительно к пожилому возрасту статус будет отождествляться с социальным положением пожилого человека / пенсионера, и, в конечном счете, сводится к восприятию данной группы или индивида в обществе или описывается через стереотипы о пожилых людях. Социальная адаптация определяется как приспособление, социальное включение или взаимосвязь между пожилым человеком и социальной системой.
Продуктивность процесса адаптации зависит от уровня социальной компетентности, который выражается в жизненной активности, ведет к активной старости. Вместе с тем, по нашему мнению, будет оправдано вести еще один компонент в понятие «социокультурного исключения» - культурные стереотипы старости.
Тогда будет понятна гендерная разница восприятия старости. Например, «благородное» физическое старение мужчин воспринимается в России с уважением и пониманием. Среди мужчин, выглядящих на свой немолодой возраст, есть множество уважаемых, успешных представителей различных слоев населения. Женщина же в нашей стране отказано в «благородном» старении. Парадоксально, но при этом тех женщин, которые активно стремятся выглядеть моложе своих лет, общество тоже порицает [3].
В этой связи предположим, что реализация пожилыми людьми комплекса возможностей накопленного
культурного потенциала является искомым средством адаптации к возрасту и нивелирования факторов риска социокультурного исключения. Отдельные качественные характеристики разнообразных возможностей человека отражают категории «социокультурный потенциал» и «социокультурный капитал». Исходя из имманентных возможностей человека (способностей, талантов, умений, навыков, физических и душевных сил), социокультурный потенциал может проявляться в инновационно-творческой, профессионально-квалификационной, ценностной, интеллектуальной и психосоматический деятельности [4]. В целом общекультурный потенциал является целостной системой возможностей реализации человеком своих внутренних сущностных сил, способностей, талантов, навыков и умений
на пользу общества и его членов.
Социокультурный капитал условно может рассматриваться как долговременное имущество, умножающееся в процессе его использования. Кроме того, это еще комплекс общепринятых норм и ценностей, практикуемых определенной группой людей и позволяющих им сотрудничать [5]. В число основных структурных элементов социокультурного капитала входят: социальные сети (межличностное общение), общие нормы и убеждения, правила взаимодействия индивидов и государственных органов управления, а также «доверие к социокультурному капиталу».
Большинство современных авторов структуру капитала отдельно взятого человека представляют в виде комбинаций следующих факторов: качества человека (ум, энергия, надежность, преданность), способности человека учиться (одаренность, воображение, смекалка), побуждения человека делиться информацией и знаниями. Формирование человеческого капитала уподобляют накоплению физического или финансового капитала, требующего серьезных материальных затрат. В частности, вложений в образование, переквалификацию, медицинское обслуживание, рождение детей, уход за ними и т.д. [4, 7]. Социокультурный капитал семьи для пожилых людей, нередко, играет решающую роль в их существовании. Он складывается из отношений между детьми и родителями, при этом его источники, со временем, претерпевают изменения. Например, для традиционных обществ это устойчивые связи с близкими и родственниками. Такая форма продуцирования и сохранения семейного капитала является основной и сейчас, т.к. в кризисных ситуациях она самая эффективная. Для некоторых современных семей более приемлем поиск «семейной» поддержки в сетевых сообществах, общественных организациях и движениях [6, 267].
Таким образом, «социокультурный капитал» обозначает только нематериальную компоненту объективных
общественных факторов, обусловливающих генезис, развитие и реализацию потенциала социальной и культурной активности индивидов - ценности, нормы, убеждения, правила, доверие и т.п. Между тем как «социокультурный потенциал» включает в себя и материальные условия деятельности людей.
Старение носит индивидуализированный характер, поэтому выделение пенсионного возраста в качестве
определяющего наступление старости не является корректным. В современной России образовалась большая группа людей, которые считаются пожилыми, но еще обладают значительными ресурсами физической и социальной активности. Уровень занятости пенсионеров в нашей стране остается достаточно высоким, как правило, в течение первых 10 лет пребывания на пенсии. После 70 лет происходит резкое снижение доли работающих пенсионеров, что связывается с ухудшением состояния здоровья и снижением степени важности работы для пожилых людей.
Прекращение трудовой деятельности и следующее за ним изменение социального статуса, уровня дохода и количества социальных контактов способствует повышению риска социокультурного исключения пожилых людей [7].
Геронтологические аспекты социокультурной исключенности детерминируются соотношением ряда внешних и внутренних условий. К внешним условиям социокультурного исключения можно отнести: низкий материальный уровень пожилых людей; отсутствие условий для продолжения профессиональной деятельности или трудоустройства в пожилом возрасте; некачественное медицинское обслуживание, узкий спектр бесплатных медицинских услуг; общую неразвитость сети образовательных, социально-досуговых, волонтерских и других программ для пожилых людей; специфику уличной и домашней инфраструктуры, которая может не позволять пожилым людям жить независимо, а также недостаточный уровень социальных контактов. Внутренние условия социокультурного исключения пожилых людей заключаются в наличии негативного психологического настроя, плохого состояния здоровья в целом, социальной некомпетентности и низкого субъективного социального статуса, а также недостаточного уровня общей культуры, что приводит к потере мотивации для продолжения активной, насыщенной
жизни.
Жизненная активность в пожилом возрасте предполагает оптимизацию всех имеющихся возможностей организма для обеспечения благоприятного хода старения, предполагающее также посильное участие в социокультурной деятельности и сохранение здоровья. Ее следует понимать не только как преимущественно физическую активность, но и как сохранение социальных связей и участие в жизни общества. Жизненная активность является одним из путей профилактики социокультурного исключения пожилых людей [7].
Социокультурное исключение может стать одним из главных рисков старения современного человека. Суть этих рисков заключается в диспропорциях, накопившихся в ходе естественно-исторических процессов в нашей стране и мире. Главные из них, на наш взгляд, лежат в демографической сфере и связаны с увеличением людей преклонного возраста в структуре современного общества, что в свою очередь требует корректировки выхода на пенсию. Кроме того определённую сложность вызывают проблемы социальной адаптации к переменам в обществе, в том числе из-за ценностных различий поколений. Смена культурных стереотипов восприятия пожилых людей как социального балласта, также придает особый драматизм возрасту наступления старости. Эти основные противоречия жизнедеятельности людей «третьего возраста» наиболее ярко проявляются у женщин
после выхода на пенсию. Для подтверждения этого тезиса нами был проведен социологический опрос на тему «Проблемы женщин «третьего возраста». Объем выборки составил 400 человек. Среди респондентов 100% составили женщины предпенсионного и пожилого возраста. По возрастным категориям опрошенные женщины составили: 50-55 лет-41%; 56-60лет-28%; 61 год и старше-31%.
По результатам анкетного опроса стало очевидно, что большая часть женщин (58%) живет с мужьями и
детьми, что особенно важно, так как для большинства женщин семья является смыслом всей их жизни. В возрастной группе от 61 года и старше одинокие женщины составляли 11% от общего числа опрошенных, это соответствует общероссийской демографической тенденции смертности мужского населения, поэтому женское одиночество, в основном, наступает по причине вдовства. Выявлены и другие причины, такие как сознательное одиночество (стремление быть одной всю жизнь); не нужны собственным детям или невозможность создания полноценной семьи (т.е. не могли иметь детей). Однако эти причины не являются доминирующими.
В ходе опроса были выявлены основные причины их неудовлетворенности жизнью. Так, опрошенных женщин, более всего беспокоят: недостаток денег - 66%; преступность - 46%; плохое здоровье - 48%; отсутствие нормальных жилищных условий - 14%; отсутствие социальной поддержки - 19%; медицинское обслуживание - 42%; одиночество - 10%.
Также был затронут вопрос важности для женщин того, как их воспринимают окружающие. Анализ ответов респонденток показал, что для 82% это важно, для 13% - безразлично и не важно всего для 6%. На вопрос об отношении к статусу пожилого человека 82% высказались за естественное отношение, 10% - затруднились ответить и 8% поддержали отрицательное отношение.
На заключительный вопрос о том, довольны ли респондентки в целом своей жизнью или нет. Были получены следующие ответы: «скорее да, чем нет» сказали - 42%, «да» - 38%, «нет» - 11% и «скорее нет, чем да» - 10%.
Анализ опроса в контексте социокультурной адаптации женщин «третьего возраста» позволяет сформулировать некоторые особенности этого процесса. Во-первых, именно адаптация обеспечивает положительное эмоциональное самочувствие женщины, стимулирует ее включенность в деятельность, создает успешные условия для самореализации. Во-вторых, существенную роль в оптимизации жизнедеятельности женщины приобретают рациональное использование свободного времени, разносторонние интересы, позволяющие шире раскрыться творческому потенциалу и способностям человека не только в трудовой, но и досуговой деятельности. В-третьих, одной из важнейших человеческих потребностей в процессе адаптации является общение. Для женщин «третьего
возраста» его значение не только не уменьшается, но и возрастает. В этом возрасте у женщин многие негативные переживания и стрессы вызваны разного рода утратами, смертью близких и мыслями о собственной смерти. Поэтому контакты именно со сверстниками могут как-то восполнить тяжесть потери родственников и друзей, способствовать сохранности личности пожилых женщин, системы их общественных связей, то есть удовлетворить потребности в сопереживании. В-четвертых, проблемы пожилых женщин, на разрешение которых должна быть направлена социокультурная деятельность общества, в настоящее время следовало бы ранжировать, ориентируясь на их собственные запросы. Современный подход состоит в том, чтобы исходя из многообразия функций и потребностей женщин, помочь им не только преодолеть неудовлетворительное состояние здоровья, малообеспеченность и
одиночество, но и создать условия для адаптации к нормальной жизнедеятельности в пожилом возрасте. Жизнь современных женщин имеет поразительную особенность: девочки вырастают в девушек, затем — в молодых женщин, а затем пропадают, «уходят в тень». Этот социокультурный феномен характерен для большинства современных обществ.
Исключением является образ жизни французских женщин. Их «благородное старение» является следствием особенного отношения к жизни и к себе. «Умение жить красиво» (Savoir vivre), наполнять свою жизнь удовольствиями свойственно всем французам. Активный образ жизни у французских женщин остается таковым до самого преклонного возраста. Французы не воспринимают свой возраст и старение как драму, более того, возраст 40-50 лет называется вторым периодом «страстности». С возрастом француженки позволяют себе больше, а не меньше: изысканная и красивая еда, дорогая и качественная одежда, поездки без семьи, активная социальная жизнь, любимые
хобби и путешествия. Возраст — не болезнь, и не требует лечения, лейтмотив отношения к старости во французской культуре [8].
Рассматривая различные направления адаптации женщин к пожилому возрасту, следует отметить, что именно такие факторы, как профессиональная активность; общекультурные интересы за пределами трудовой деятельности; физическая активность и здоровый образ жизни создают необходимые условия, которые будут способствовать социокультурной адаптации женщин. Использование женщинами привычных форм поведения, выработанных в повседневной жизни, несомненно, облегчает приспособление к новым условиям, но не является единственным средством сохранения социальной активности и развития личности женщины.
Сегодня российское государство не видит социокультурного ресурса пожилых людей и не желает использовать потенциальные возможности их опыта и свободного времени. Пожилой человек лишается значимых для себя статусов и ролей и попадает в уникальную по степени сложности и непривычности ситуацию неопределенности. Современные ожидания российского общества в отношении пожилых делятся на две основные группы. Первая из этих представлений — «занятие собой»: пожилые люди должны отдыхать, развлекаться, вести активный образ жизни, общаться, жить для себя. Вторая — «помощь семье»: пожилые должны воспитывать внуков, помогать семье и детям, выполнять домашнюю работу [1, 145]. Очевидно, что ожидания общества входят в противоречие с ожиданиями его членов, уходящих на пенсию. Вместе с тем есть надежда, что «в ближайшей перспективе информационный ресурс и особенно его носители - квалифицированные и активные люди будут предметом все возрастающего интереса со
стороны власти и бизнеса [9, 229].
Пока же современные российские пенсионеры вынуждены приспосабливаться не только к изменениям
социальной, политической, экономической, культурной ситуации, но и реагировать на изменения в самих себе – физиологических, ценностных, мотивационных и т.п. При этом прошлое включается в процесс актуального самовосприятия, т. е. люди позднего возраста, оценивая себя, ориентируются в континууме «я был — я есть».
Известно, как часты у стариков сожаления о нереализованных возможностях, совершенных неправильных шагах в решающие моменты, непоправимых жизненных ошибках. Самопринятие с возрастом возрастает: происходит сближение того, чем человек хотел стать и чем он стал; появляется умение строить разные отношения с разными людьми. Человек преклонного возраста более умело выстраивает устойчивый круг общения и получает возможности для обретения помощи и поддержки. Это ведет к удовлетворению своей жизнью. Наличие свободного времени и опыта способны направить личностные изменения пожилого человека, на то, чтобы актуализировать потенциальные, резервные возможности, накопленные в организме в другие возрастные периоды. Однако для сохранения и развития личности в период старости этого не достаточно. Благополучное старение подразумевает сохранение активности и возможность приостановить «сокращение» социальных связей. Для пожилых людей важно иметь свободу выбора роли, выбирать тот образ жизни, который более приемлем для их личности и более соответствует прежнему образу жизни, ибо не существует единого способа прожить старость [1, 73].
Таким образом, женская благополучная старость в России имеет множество внешних и внутренних препятствий.
В основном, пожилые люди опасаются не возраста, а связанных с ним социокультурных явлений, которые исключают людей преклонного возраста из социально-экономических, политических, культурных процессов современного общества. Основными детерминантами социокультурного исключения женщин преклонного возраста является отсутствие внешних и внутренних условий для проявления активности. Заказ государства на социальный и культурный потенциал пожилых, а также личные усилия самих людей преклонного возраста по сохранению и развитию духовного и физического здоровья способны изменить ситуацию и создать условия для благополучного старения российской женщины.