Облака, небо и люди)))))

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

"Я за свободу слова любому рот заткну!"

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.

А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год

С рождения Билли пай-мальчиком был.
Имел Билли хобби -
Он деньги любил,
Любил и копил.
スタ

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Где-то далеко-далеко
Космонавты пьют молоко
Невесомым быть нелегко,
Впрочем, дело привычки...

Как там на небесной оси?
Правда ли, наш шарик красив?
И что надо женщине в космосе,
Кроме косметички?

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!

Мажу маслом бутерброд,
Сразу мысль: "А как народ?"
И икра не лезет в горло,
И коньяк не льется в рот!