Не упусти свой шанс

Без конца перечитывая книги о настоящих людях, начинаешь думать о том, сколько данных тебе Господом великих шансов ты изволил прохлопать - из трусости, из лени, из позорного человекоугодия, которое есть не более чем один из поганейших подвидов трусости.

- Алька, Алька, прикинь, меня позвали на зимовку! Меня! позвали! - кричит в трубку в экстазе толстый навязчивый мальчик из хорошей семьи, мальчик безумно на тот момент в меня влюбленный. Но вы знаете Альку, она доброго слова не скажет, ибо не любит толстых восторженных мальчиков из хороших семей от слова совсем. А просто скажет то, что думает.

- Ты поедешь, я надеюсь?
- Не знаю...
- Не поедешь - будешь дурак. Шансы перестать быть чудаком с деревянным мечом даются нечасто, тогда как застрять в этом состоянии очень просто. Езжай,вернешься мужиком, не размазней.

Поехал ли? Не ведаю, но думаю, что нет. Махать мечом и спать в палатке намного комфортнее, чем... ну, вы понимаете. Однажды он появился у общей знакомой и стал рассказывать, что закончил институт, защитил диплом на английском. И вот ныне экономист. Ну а что? Молодец. Больше ничего нем не знаю, да и неинтересно. Экономистов-то как грязи.

- Ребята, ребята, меня туда берут, берут с проживанием!
- Куда, Катюша?
- В интернат для слабослышащих детей! По специальности!

Ее брали, ее признали нужной! Ее, истеричку, не пришей кобыле ничего. Во всех отношениях кадр сомнительный. С незаконченным образованием! Ей доверяли НАСТОЯЩЕЕ дело!

- Катя, я надеюсь, ты пойдешь?
- Я подумаю. Платят очень мало, но кормят. И с проживанием.
- Кэт, - говорит мой муж (уж он в прохлопанных шансах очень понимает, правда, в основном, в чужих), - Иди, не пойдешь, загнешься.

Не пошла. Много лет спустя она однажды позвонила, говорить с ней я не стала. Ибо уже была в курсе, что девочка увлеклась наркотой, в Питере вышла на панель, стала как-то некрасиво сдавать ментам сомнительные квартиры, и своих сомнительных друзей. Неинтересно. Жива ли - не ведаю.

Мы приехали на новое место жительства. Я иду в магазин при заводе. Объявление "Срочно требуются ученики обвальщика". Бегу домой.

- Иди, иди, ради Бога. Будешь с профессией, с настоящим народом работать будешь. Мясное производство - это ты всегда при деле.
- Дорогая, я подумаю.

Это означает - иди ты на.... хутор бабочек ловить. Ну что ж, как тебе охота. Бегай до старости курьером, типа зато свободный, "как большой".

Сижу у подруги. Рассматриваю газетку типа районной, такие знаете, в ящики подсовывают. Читаю "требуется продавец в церковную лавку". Звоню.

- Оклад очень маленький. Вас устроит?

На тот момент меня все устраивало. До работы электричка, крошечного оклада хватало ровно прокормиться до следующей зарплаты. Точка была совсем загибающаяся, но необходимых навыков набрала, и потом, как точку закрыли, ушла в хорошее место. Каковое оставила из того же паскудного человекоугодия и желания казаться белой и пушистой. Дура.

- Елена Спартаковна, я ухожу, отец разболелся, требует ухода.
- Аля, Алечка, а я-то тебе хотела отдать Третьяковскую! Может, ты еще подумаешь?

Третьяковку! Мне, ничтожной, такое место! Сказочные перспективы. Но нет, Аля хочет уйти из любимой конторы, потому что НУЖНО быть белой и пушистой. Зачем нужно? Ушла. До сих пор жалею. Ухода отец особо не требовал, хотя, конечно, хорошего было мало. Ну да ладно, отца уже нет, и работать меня уже никто не возьмет.

Интересно, кому из нас выпадет следующий шанс? Старшая свой не прохлопала, вон внук сопит. Теперь дело за прочими.