Мой дед - Генрих Ягода

+Виктория Авербах
Виктория Авербах

Прошлый век ползучей змеёй перебрался в нынешний, принеся оттуда старые болезни, споры о состоянии страны, смене формаций. Когда я буду старым, мне тоже присвоят какой-нибудь статус типа «труженик тыла» или «ветеран перестройки». А что, моё поколение не побежало из Сибири толпой в столицы, в тёплые края, а осталось на последних рубежах, сохраняя её богатства, увы, для столичных богачей.

Мы пережили путчи, войны в Чехословакии, Чечне, Афганистане, несколько финансовых кризисов, не говоря уже про МММ и «Русский дом Селенга». А ещё больше досталось нашим дедам: одних унёс вихрь войны, других поглотили пучины Гулага, поэтому с возрастом мы будем бережнее относиться к прошлому, не перечёркивая события и не вымарывая из летописи людей, какими бы они ни были. Оба моих деда пали на войне, я даже не знаю, как они выглядели.

Моё предисловие возникло для того, чтобы этим прошлым не захлестнуть детей и внуков, их предки оказались винтиками в страшной мясорубке.

Потомок от чистых кровей
После встречи с внучкой наркома НКВД Генриха Ягоды Викторией Генриховной Авербах-Комарицыной у меня отпало желание клеймить позором её деда. Она не знала его, не слышала от отца о своём знаменитом родственнике по прямой линии, может, поэтому ей, как и многим людям среднего поколения, хочется сохранить о дедушке самые добрые чувства. У всех деды в 20-м веке совершали что-то героическое: одни поднимали Днепрогэс и Магнитку, другие осваивали целину, третьи сражались на войне, четвёртые ударно работали в тылу.

Виктория, сама того не ведая, впитала в себя лучшие черты рода Ягоды (не на одном же деде замыкается семейная линия). По воспоминаниям современников, ее бабушка - Эсфирь Григорьевна Ягода-Шохар - отличалась необыкновенной красотой. Высокая, статная, она казалась царственной. Тетушка Виктории Генриховны - Вероника Знаменская - прошла через все бури эпохи с несокрушимой жизненной силой, они с сестрой Диной выглядели романтичными, в них чудились неуловимая прелесть и таинственность.

В конце концов, один Ягода не может перечеркнуть всех страданий, которые выпали на долю рассеянных по стране, расстрелянных и репрессированных из-за него родственников. В Виктории Генриховне, внучке Ягоды, тоже чувствуется порода, она наделена лучшими нравственными качествами, доставшимися ей от отца. Генрих Авербах, как известно, много лет прожил в Ангарске, а потом переехал в Северодонецк Ворошиловградской области, в Гусь-Хрустальный, откуда перебрался в Израиль.

Сталин, тётя Руня и картошка в мундире
В истории семьи наркома НКВД Ягоды до сих пор остаётся много тёмных пятен. Авторы исследований, историки до сих пор не могут уложить все кирпичики в один монолитный блок, всегда какие-то детали ускользают. Беседа с Викой Комарицыной пролила свет на многие неизвестные моменты.

- У нас была очень дружная семья: папа, мама, бабушка и мы с братом Витей, - рассказала Виктория Генриховна. - Отец сконцентрировался на мне, а младший брат больше тяготел к маме. На маму возлагались такие функции, как шитьё, штопка, приготовление еды, а папа привозил из командировок замысловатые игрушки, везде со мной ходил: в кинотеатр, на детские мероприятия, в детский садик. Отец много читал, поэтому был изумительным собеседником. В письме мне он написал: «Вика, я всю жизнь буду учиться, уже сдал кандидатский минимум». Генрих Генрихович работал и попутно учился в Москве в техническом вузе и с успехом закончил его. Он любил классику и приобщал нас к музыке. Играть на трубе он, вероятно, научился в Москве, да в детских домах.

Кушал всё, не был привередлив в еде, правда однажды я услышала от него просьбу к бабушке. Она прекрасно готовила, единственное, что ему не нравилось в её изысках… картошка в мундире.

О Сталине отец отзывался как об убийце. Про своё происхождение папа ничего не говорил и про деда не рассказывал. Он говорил: «Вика, Сталин расстрелял моих родителей - папу и маму, а меня спрятали и потом отдали в детский дом. В 10 лет я задала ему вопрос, почему он взял фамилию мамы, он ответил: «Тогда так надо было».

Родственников у него почти не было, разве что тётя Руня, у которой он жил в Москве, когда полгода защищался в институте. К тёте Руне приходила какая-то родня, но о ней никто ничего не знал, да и папа нас с теми родственниками не знакомил. Однажды он привёз из Москвы большой портрет. На нём в профиль была сфотографирована аристократичного вида женщина, очень величественная и красивая. Отец сказал: «Это портрет моей бабушки». Мы поставили фотографию на письменный стол и с восхищением смотрели на него.

К нам в Ангарск приезжала Виола, двоюродная сестра папы. Мы переписывались с ней, а потом она решилась на путешествие в Сибирь из Караганды. Изящная, добрая, как и все медицинские работники того времени, она излучала теплоту, отличалась высокими нравственными принципами, как отец. От Виолы веяло культурой, западом, просвещённостью. Своим приездом она привнесла свежую струю в нашу жизнь. Позже отец обрадовался одному её письму и особенно сообщению, что его сестричка вышла замуж, хотя и поздно - в 32 года. Сейчас связь с Виолой потеряна.

В 1969 году мама с папой расстались, мне было 14 лет. Многого о судьбе отца, деда, его семье я так и не узнала».

Здесь было бы уместно немного рассказать о том, что случилось с Генрихом-младшим после ареста и расстрела Ягоды в 1937 году. Первый летописец наркома НКВД Ягоды Владимир Некрасов написал в очерке о судьбе единственного сына Ягоды, который чудом избежал расстрела. Автор очерка лично встречался с Генрихом Генриховичем и многое знал с его слов.

«После ареста отца его, 7-летнего мальчика, вместе с матерью Идой Леонидовной и бабушкой Софьей Михайловной Авербах (родной сестрой Якова Михайловича Свердлова) выслали в Оренбург. Мать и бабушку в последствии арестовали, а Генрих воспитывался в детских домах в Оренбургской и Куйбышевской областях. Примерно в 1940 году, когда мальчику было 11 лет и он находился в детдоме Бугуруслана, по предложению директора детдома Ксении Прокофьевны Поздняковой и заведующей учебной частью Нелли Филатовны Хатунцевой, о которых Генрих Григорьевич вспоминает с большой теплотой, ему сменили фамилию и тем самым спасли от гибели. Правда уже после войны, в 1945 году, как рассказал мне Генрих Генрихович, он допустил одну оплошность: при поступлении в железнодорожный техникум Куйбышева в анкете указал, что его отцом был Ягода. Из техникума его исключили, а позднее - в 1949 году - по решению особого совещания при МГБ СССР он был осужден на 5 лет. Из лагеря Генрих Генрихович вышел по амнистии в 1953 году. В дальнейшем он получил инженерное образование, был реабилитирован и живет сейчас вместе с семьей в одном из городов Украины. Древо жизни Г.Г. Ягоды, в отличие, скажем, от А.И. Рыкова, не остановилось. В 1989 году его внук Станислав Генрихович поступил в один из московских институтов, а теперь уже окончил его и приступил к работе».

Давайте говорить друг другу комплименты
Интересная деталь: Генрих Авербах не стал выдавать историку своих ангарских детей - Вику и Виктора, дабы отвести от них угрозу. Не забывайте, на дворе стояли 90-е, ещё случился путч, была большая вероятность возврата к коммунизму.

Генрих продолжал общаться письмами с прежней семьёй через дочь Викторию. Девочка сильно переживала развод родителей. Когда ей исполнился 21 год и она вышла замуж, Вика решила поехать в гости к отцу. В свадебное путешествие. Она приехала в Северодонецк к папе и его новой супруге Валентине Дмитриевне без обид и попрёков. При встрече Вика сказала ему: «Папа, всё, что есть во мне хорошего, это от тебя!» Он удивился и обрадовался. Дочь до сих пор помнит слова отца: «Вика, стоит тебе хоть раз обмануть человека, тебе никто больше не будет верить». С тех пор Виктория Генриховна лучше промолчит, чем обманет или слукавит.

- В Северодонецке отцу предложили работу ведущего инженера, дали жильё от предприятия, - рассказала Виктория Авербах-Комарицына. - Он приходил с работы усталым, с красными глазами. Работал над чертежами машины по переработке глины. Просил меня не убираться на его столе, там в «художественном беспорядке» лежали его важные чертежи.

Вторая жена приняла супругов Комарицыных дружелюбно. Во втором браке у Авербахов родился сын Стас, ему в то время было лет пять. Когда гости из Сибири гуляли со Стасиком по Северодонецку, жители принимали его за их сына. Позже семья Авербахов переехала поближе к Москве, в Гусь-Хрустальный, для того чтобы Стас получил образование. Жизнь и быт в частном доме угнетали Генриха. Он писал дочери: «Я очень городской житель, здесь прекрасный сад, дышится легче, но всё это не моё!»
Когда Вика уезжала от отца из Северодонецка, он ей признался, что очень болен. И если бы не Валентина Дмитриевна, его бы уже давно не было в живых.

После Гусь-Хрустального переписка с отцом внезапно прекратилась, а потом пришло письмо из Израиля, в котором супруга сообщила о смерти папы. Генрих Авербах ушёл из жизни 28 июля 2003 года. Валентина Дмитриевна написала, что, несмотря на большую разницу в возрасте (20 лет!), она прожила с ним счастливую жизнь. В Израиль они уехали по состоянию здоровья, Авербаху были созданы исключительные условия, поставлена виброкровать, проведены реабилитационные мероприятия. Сын Станислав и его жена Юля находились рядом. Отец часто вспоминал своих ангарских детей - Вику и Витю.

- Мой папа был необыкновенным человеком, я его почитаю и люблю, - говорит Виктория Генриховна. - Для меня он всегда останется примером отца и образцом мужчины.

После этой характеристики я нашёл слова Исаака Бабеля про дедушку Вики: «При Ягоде, по сравнению с теперешним (времена Ежова), наверное, было еще гуманное время».

Чем дальше уносит нас время от грозных событий ХХ века, тем светлее они становятся. С них смывается грязь, забывается наносное и остаётся самое светлое. «Не судите, да не судимы будете». Лучше обо всём и не скажешь.

Леонид МУХИН

Хорошо устроены потомки палачей

Мдя, потомки убийц царской семьи...

Вся неделя. Ангарск

Вся неделя. Ангарск пишет:

Интересная деталь: Генрих Авербах не стал выдавать историку своих ангарских детей - Вику и Виктора, дабы отвести от них угрозу. Не забывайте, на дворе стояли 90-е, ещё случился путч, была большая вероятность возврата к коммунизму.

Очень интересная. Ещё больше смешная по своему объяснению. Ржунимагу

Вся неделя. Ангарск пишет:

Он говорил: «Вика, Сталин расстрелял моих родителей - папу и маму, а меня спрятали и потом отдали в детский дом. В 10 лет я задала ему вопрос, почему он взял фамилию мамы, он ответил: «Тогда так надо было».

Вот же злыдни какие в детдом устроили.

Вся неделя. Ангарск пишет:

Из техникума его исключили, а позднее - в 1949 году - по решению особого совещания при МГБ СССР он был осужден на 5 лет.

За что и по какой статье автором скромно умалчивается.

Вся неделя. Ангарск пишет:

В дальнейшем он получил инженерное образование, был реабилитирован и живет сейчас вместе с семьей в одном из городов Украины.

Зла просто не хватает на этих коммисаров в тужурках кожаных... взяли и выучили его на инженера, да ещё на Украину сослали.

Вся неделя. Ангарск пишет:

В Северодонецке отцу предложили работу ведущего инженера, дали жильё от предприятия

Ну это вообще ни в какие ворота не лезет.

Вся неделя. Ангарск пишет:

Жизнь и быт в частном доме угнетали Генриха.

Это просто ужас какой то, так издеваться над человеком.

Вся неделя. Ангарск пишет:

После Гусь-Хрустального переписка с отцом внезапно прекратилась, а потом пришло письмо из Израиля

Вся неделя. Ангарск пишет:

В Израиль они уехали по состоянию здоровья

А кто то сомневался?

Петя Кантропов пишет: потомки

Петя Кантропов пишет:

потомки убийц царской семьи...

Царская семья выпросила. И на всякий случай сообщаю, что её не большевики расстреляли.

Не судите...?

"Не судите..." заключает автор. Если руководствоваться этим по отношению к палачам, то не следовало бы судить и других социалистов( на сей раз коричневых) в Нюрнберге.

не судите и не судимы будете

не судите и не судимы будете. Гораздо интереснее чем сейчас занимается внуки:

Станислав Генрихович Авербах, Виктор Генрихович Авербах, также непонятно, где работает Виктория Генриховна Ягода Авербах (Комарицына) р. 1955.

Гав Нюк фон Шариков-Паливец

Гав Нюк фон Шариков-Паливец пишет:

потомки убийц царской семьи...

Ну сколько раз повторять: не было расстрела царской семьи. Не было царской семьи с февраля 1917 года. Расстреляли семью граждан Романовых. Плохо это, но причем здесь царская семья?

Гарик Ягода

Мой дед Владимир Иванович Алексеев служил у Ягоды садовником в Озёрах. У меня есть фото маленького Гарика с Юрой Ивановым, сыном шофёра Ягоды, и собаками - одна явный эрдель.

Ну расскажите нам тогда поподробнее, что нибудь интересное, что не раскопали историки

Отправить новый комментарий

Содержимое этого поля хранится скрыто и не будет показываться публично.
Add image
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразовываются в ссылки.
  • Допустимые HTML тэги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <h1> <h2> <h3> <h4> <span> <br> <div> <strike> <sub> <sup> <nobr> <table> <th> <tr> <td> <caption> <colgroup> <thead> <tbody> <tfoot>
  • Можно цитировать чужие сообщения с помощью тэгов [quote]
  • Автоматический перевод строки.
  • Можно вставить изображение в текст без HTML-кода.
  • Можно вставлять видео тэгом [video:URL]. Поддерживаются Youtube, Mail.ru, Rutube и другие.
  • Текстовые смайлы будут заменены на графические.

Дополнительная информация о настройках форматирования

To prevent automated spam submissions leave this field empty.
Прикрепить файлы к этому документу (Комментарий)
Все изменения, касающиеся прикреплённых файлов, буду сохранены только после сохранения вашего комментария. Изображения больше чем 4000x4000 должны быть уменьшены Максимальный размер одного файла - 40 Мбайт , допустимые расширения: jpg jpeg gif png txt doc xls pdf ppt pps odt ods odp 3gp rar zip mp3 mp4 ogg csv avi docx xlsx mov.
Your browser does not support HTML5 native or flash upload. Try Firefox 3, Safari 4, or Chrome; or install Flash.

Компания Технолайф

Original design by My Drupal  |  Modified by LiveAngarsk.ru team