Версия СК: воспитательница детсада закормила до смерти малышку психотропными веществами

Успокоительное воспитание

«Тихая, неприметная, спокойная» — именно так соседи по подъезду характеризуют нянечку домашнего детсада Веру. О том, что в своей квартире в доме №333 по улице Лермонтова женщина организовала частный детсад, знали многие жильцы. Но что это приведет к гибели полуторагодовалой девочки, не догадывался, наверное, никто. Кто виноват в случившемся, и как обстоят дела с квартирными детсадами в Иркутске, выяснял корреспондент IRK.ru

Спокойная соседка

Большой шок у жильцов дома № 333 по улице Лермонтова вызвали многочисленные работники полиции и следственного комитета, наводнившие тихий двор 13 августа. Именно в тот день стали проясняться подробности нелегального детсадовского бизнеса одной из жительниц дома, организовавшей группу присмотра за детьми в собственной квартире.

Соседи, видевшие хотя бы мельком жилье, где нянечка обустроила детсад, рассказывали про беспорядок, неряшливость, неприбранность в помещении, специфический запах в квартире. Также жильцы обращали внимание, что воспитательница редко гуляла с детишками во дворе.

— Ее редко можно было встретить на прогулке с детьми, — рассказывает Светлана, жительница дома №333 по улице Лермонтова. — Но моя сестра застала один такой момент. Тогда один из малышей описался. Женщина повела ребенка в квартиру переодеться, а всех остальных завела в подъезд и оставила там, в том числе годовалых малышей. Когда женщина увидела сестру, то подбежала к детям, и, как бы оправдываясь, стала говорить, ну все нормально, все меня дождались. Вот так было.

Женщина вела свой бизнес тихо, бесшумно. Из квартиры в любое время дня ни крики, ни плач не доносились. Что удивительно, учитывая, что в группу женщина набирала до десяти детишек от года до четырех лет. Причина столь идиллической тишины воспитанников Веры стала известна буквально на днях. Результаты исследования биологических проб, взятых у шести госпитализированных детей выявили содержание в их организмах психотропных веществ. По версии следствия, нянечка давала своим подопечным успокоительное, чтобы детишки не плакали.

Воспитательница выделялась не только особенностями ухода за детьми. Главный санитарный врач Иркутской области Алексей Пережогин отметил, что в квартире, где находились воспитанники, царила антисанитария.

— Мебель, стены, покрытия — всюду была грязь, — отметил Алексей Пережогин. — Дети спали на продавленных диванах, укрываясь только простынями. Установить, чем детей кормили, пока невозможно. Зато мы нашли много емкостей с лекарствами, которые были разбросаны по всей квартире и находились в свободном для детей доступе.

Как отметил региональный министр здравоохранения Николай Корнилов, всего в больнице оказались восемь воспитанников этого частного детсада. Одного из них забрали родители, в тот же вечер отпустили и остальных. А вот точную причину смерти полуторагодовалой девочки эксперты озвучат только в начале сентября.

— Вскрытие показало, что ребенок умер от острой интоксикации неясного происхождения, — подчеркнул Николай Корнилов. — Точную причину отравления можно будет назвать после проведения ряда сложных экспертиз, результаты которых будут готовы не раньше 5 сентября.

Когда Веру задержали, ее мать прошлась по подъезду и собрала подписи соседей под положительной характеристикой дочери. Благодаря этой бумаге суд оставил ее на время следствия под подпиской о невыезде. Также суд учел наличие у подозреваемой трех несовершеннолетних детей.

Зона ответственности

Пока идет расследование гибели девочки, горожане и эксперты живо заинтересовались самой сутью такого явления, как надомные и квартирные детские сады. Понятно, что они возникли не вчера и плодились на фоне высокого дефицита дошкольных учреждений в Иркутске, и в целом по области. Только в Иркутске очередь в детсады сейчас достигает 32 тысяч детей в возрасте до 6 лет.

Одновременно с этим все чаще звучали пояснения официальных лиц о том, что работа подобных домашних детсадов по сути своей незаконна без соответствующих документов. Как сообщила начальник департамента образования города Иркутска Валентина Перегудова, на сегодняшний день в Иркутске действует 221 частный сад, лицензию имеют только 17. Остальные учреждения квалифицируют себя как группы присмотра и ухода за детьми.

— Детский сад был нелегальным, он не был лицензирован, — сообщила Валентина Перегудова. — Это понятно, потому что лицензированию подлежат только те частные детские сады, где ведется образовательный процесс. Так называемые группы присмотра и ухода не подлежат отдельному лицензированию, но индивидуальный предприниматель должна была встать на учет в налоговом органе, этого сделано не было.

Те, кто не регистрирует частные детсады должным образом, остается вне правового поля. За условиями содержания детей в квартирных группах никто не следит. Не знают надзорные органы и о том, сколько всего на самом деле надомных детсадов действует в Иркутске, и какое количество малышей их посещает. В форумах и соцсетях горожане часто жалуются на плохое качество услуг в подобных заведений, от чего в первую страдают сами воспитанники.

Уже на следующий день после трагедии в правительстве Иркутской области состоялось экстренное совещание под руководством заместителя губернатора региона Валентины Вобликовой. Зампред призвала учитывать сложности со строительством необходимого числа дошкольных учреждений и не отдавать детей в непроверенные заведения.

— Я понимаю, что сейчас проблема с детскими садами в регионе до сих пор очень актуальна, — отметила Валентина Вобликова. — Мы пытаемся с ней справиться, но она не решается в одно мгновение. Удивительно, что родители малышей, которые посещали этот, с позволения сказать, детский сад, были неплохо обеспечены и тем не менее отдали своих детей в совершенно непроверенное заведение. Договоров на оказание услуг, естественно, тоже нет никаких.

Подобной точки зрения придерживается и уполномоченный по правам ребенка Иркутской области Светлана Семенова. Она уточняет, что в отношении подобных нелегальных заведений госорганы могут использовать только профилактические меры.

— В правовом плане регулировать деятельность таких так называемых «групп ухода» очень сложно, как и доказать, что где-то действует детский сад на дому, — отмечает Светлана Семенова. — Мы не можем просто так придти в частную квартиру. Также нам в ответ могут сказать, что это не частный детсад, а человек просто присматривает за детьми соседей. Со стороны государственных структур возможно только проведение профилактических бесед с самими гражданами, осуществляющими уход за детьми, или родителями, которые отдают туда детей.

В то же время омбудсмен отмечает, что некоторые родители не следят и не интересуются условиями содержания собственных детей в квартирных детсадах. Не менее важно понимать, кто именно осуществляет уход за их малышами. Есть ли у человека достаточная квалификация для обращения с детьми и должный уровень педагогической подготовки.

— При обращении в детский сад, секцию или кружок, мы заключаем договор с теми, кто несет ответственность за жизнь и здоровье детей, — подчеркивает детский омбудсмен. — Сами родители рискуют, принимая решение, отдать ребенка в подобную группу ухода, где договоренности с человеком, осуществляющим уход, оформлены только устно.

Пока государство не в состоянии обеспечить всех нуждающихся местами в дошкольных учреждениях, родители будут вынуждены отдавать детей в частные группы, где должным образом отследить условия надзорные органы не могут. Родителям остается быть бдительными и внимательными вдвойне.

http://www.irk.ru/news/articles/20140821/education/