русский рукопашный бой

1056 replies
шиноби (гость)
русский стиль

еще покупаем утяжелити для рук


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

очень полезно отрабатывать удары руками ногоми стоят по пятьсот рублей


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

это нацываеться психологическая война


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

когда запугивание и дет


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

по поводу боевой подготовки изучаем форум разедка там всё есть


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

ингисхан
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
У этого термина существуют и другие значения, см. Чингисхан (значения).
Чингисхан
монг. Cinggis qagan.svg
Чингисхан
великий хан Монгольской империи
1206 — 1227
Предшественник: Создание государства
Преемник: Толуй (регент)
Угедей

Рождение: ок. 1155 или 1162
Делюн-Болдок, Монголия
Смерть: 25 августа 1227
Си Ся
Место погребения: Место захоронения неизвестно
Род: Борджигин
Имя при рождении: Тэмуджин (Темучжин)
Отец: Есугей
Мать: Оэлун
Супруга: Бортэ
Хулан
Есугэн
Есуй
Дети: сыновья:
Джучи, Чагатай, Угедей, Толуй, Кюльхан, Харачар, Чахур, Хархад
дочери:
Ходжин-бэги, Цэцэйхэн, Алангаа, Тэмулэн, Алдуун
Commons-logo.svg Чингисхан на Викискладе

Чингиз ха́н (монг. Чингис хаан [tʃiŋɡɪs χaːŋ]), собственное имя — Тэмуджин[1][2], Темучин[3], Темучжин[4] (монг. Тэмүжин) (ок. 1155 или 1162 — 25 августа 1227) — основатель и первый великий хан Монгольской империи, объединивший разрозненные монгольские племена; полководец, организовавший завоевательные походы монголов в Китай, Среднюю Азию, на Кавказ и Восточную Европу. Основатель самой крупной в истории человечества континентальной империи[5].

После смерти в 1227 году наследниками империи стали его прямые потомки от первой жены Бортэ по мужской линии, так называемые чингизиды.

Содержание

1 Родословная
2 Биография
2.1 Рождение и юность
2.2 Борьба за гегемонию в степи
2.2.1 Совместный поход Ван-хана и Тэмуджина против тайджиутов
2.2.2 Выступление против татар
2.2.3 Битва при Халахалджин-Элэте и падение улуса кереитов
2.2.4 Поход против меркитов
2.3 Реформы Великого хана
2.4 Покорение Северного Китая
2.5 Борьба с Найманским и Кара-киданьским ханствами
2.6 Завоевание Средней Азии
2.7 На запад
2.8 Смерть Чингисхана
2.8.1 Могила Чингисхана
3 Личность Чингисхана
3.1 Потомки Чингисхана
3.2 Родовое древо Чингизхана
4 Итоги правления
4.1 Хронология основных событий
4.2 Дань памяти
4.3 Чингисхан в популярной культуре XX—XXI вв
4.3.1 Киновоплощения
4.3.2 Документальные фильмы
4.3.3 Литература
4.3.4 Музыка
4.3.5 Остальное
5 Примечания
6 Библиография
7 Ссылки

Родословная
Основная статья: Борджигин

Согласно «Сокровенному сказанию», предком Чингисхана был Бортэ-Чино, который породнился с Гоа-Марал и поселился в Хэнтэе (центрально-восточная Монголия) вблизи горы Бурхан-Халдун. По предположению Рашид ад-Дина, это событие состоялось в середине VIII века. От Бортэ-Чино во 2—9 поколениях родились Бата-Цагаан, Тамачи, Хоричар, Ууджим Буурал, Сали-Хаджау, Еке Нюдэн, Сим-Сочи, Харчу.

В 10 колене родился Боржигидай-Мэргэн, женившийся на Монголжин-гоа. От них в 11 колене фамильное древо продолжил Тороколджин-багатур, женившийся на Борочин-гоа, от них родились Добун-Мэргэн и Дува-Сохор. Женой Добун-Мэргэна стала Алан-гоа — дочь Хорилардай-Мэргэна от его одной из трех жён Баргужин-Гоа. Таким образом, праматерь Чингис-Хана — родом из хори-туматов, одной из бурятских ветвей. (Сокровенное сказание. § 8. Рашид ад-Дин. Т. 1. Кн. 2. С. 10)

Три младших сына Алан-гоа, родившиеся уже после смерти её мужа, считались родоначальниками монголов-нирун («собственно монголов»). От пятого, самого младшего, сына Алан-гоа, Бодончара, вели своё происхождение Борджигины.
Биография
Рождение и юность
Река Онон осенью. Место, где родился и вырос Чингисхан

Тэмуджин родился в урочище Делюн-Болдок[6] на берегу реки Онон в семье Есугей-багатура из рода Борджигин и его жены Оэлун из рода олхонут, которую Есугей отбил у меркита Еке-Чиледу. Мальчик был назван в честь пленённого Есугеем татарского вождя Тэмуджина-Уге, которого Есугей победил накануне рождения сына.
Монгольские племена в период государства Ляо (907-1125)

Год рождения Тэмуджина остаётся до конца не выясненным, так как основные источники указывают на разные даты. По данным единственного прижизненного Чингисхану источника Мэн-да бэй-лу (1221) и согласно расчётам Рашид ад-Дина, сделанным им на основании подлинных документов из архивов монгольских ханов, Тэмуджин родился в 1155 году. «История династии Юань» не даёт точной даты рождения, а только лишь называет длительность жизни Чингисхана как «66 лет» (с учётом условного года внутриутробной жизни, учитываемого в китайской и монгольской традиции счёта продолжительности жизни, и с учётом того, что «начисление» очередного года жизни происходило одновременно у всех монголов с празднованием Восточного нового года, то есть реально скорее около 69 лет), что при отсчёте от известной даты его смерти и даёт в качестве даты рождения 1162 год. Однако, эта дата не подкрепляется более ранними аутентичными документами из монголо-китайской канцелярии XIII века. Ряд учёных (например, П. Пеллио или Г. В. Вернадский) указывает на 1167 год, но эта дата остаётся наиболее уязвимой для критики гипотезой. Новорожденный, как утверждают, сжимал в ладони сгусток крови, что предвещало ему славное будущее властелина мира.

Когда сыну было 9 лет, Есугей-багатур сосватал его Борте, 11-летней девочке из рода унгират. Оставив сына в семье невесты до совершеннолетия, чтобы лучше узнали друг друга, он уехал домой. Согласно «Сокровенному сказанию», на обратном пути Есугэй задержался на стоянке татар, где был отравлен. По возвращении в родной улус, он заболел и через три дня умер.

После смерти отца Тэмуджина его приверженцы покинули вдов (у Есугея было 2 жены) и детей Есугея (Темуджина и его братьев Хасара, Хачиуна, Тэмугэ и от второй его жены — Бектера и Бельгутая): глава клана тайчиутов выгнал семью с насиженных мест, угнав весь принадлежавший ей скот. Несколько лет вдовы с детьми жили в полной нищете, скитались в степях, питаясь кореньями, дичью и рыбой. Даже летом семья жила впроголодь, делая запасы на зиму.

Вождь тайчиутов, Таргутай-Кирилтух (дальний родственник Тэмуджина), объявивший себя властелином земель, когда-то занятых Есугеем, опасаясь мести подрастающего соперника, стал преследовать Тэмуджина. Однажды вооруженный отряд напал на стойбище семьи Есугея. Тэмуджину удалось было бежать, но он был настигнут и взят в плен. На него надели колодку — две деревянные доски с отверстием для шеи, которые стягивались между собой. Колодка была мучительным наказанием: человек не имел возможности сам ни поесть, ни попить, ни даже согнать муху, севшую ему на лицо.

Как-то ночью он нашёл способ ускользнуть и спрятаться в маленьком озере, погружаясь вместе с колодкой в воду и выставляя из воды одни ноздри. Тайчиуты искали его в этом месте, однако не смогли обнаружить. Его заметил батрак из племени сулдус Сорган-Шира, который был среди них, но который не выдал Тэмуджина. Он несколько раз проходил мимо сбежавшего пленника, успокаивая его и для других делая вид, что разыскивает его. Когда ночные поиски закончились, Тэмуджин вылез из воды и пошёл к жилищу Сорган-Шира, надеясь на то, что тот, спася раз, поможет и ещё. Однако Сорган-Шира не захотел его укрывать и уже собирался прогнать Тэмуджина прочь, как вдруг сыновья Соргана заступились за беглеца, которого потом спрятали в телеге с шерстью. Когда появилась возможность отправить Тэмуджина домой, Сорган-Шира посадил его на кобылицу, снабдил оружием и проводил в путь (впоследствии Чилаун, сын Сорган-Шира, стал одним из четырёх нукеров Чингисхана). Через некоторое время Тэмуджин нашёл свою семью. Борджигины сразу же перекочевали на другое место, и тайчиуты не смогли их обнаружить. В возрасте 11 лет Тэмуджин подружился со своим ровесником знатного происхождения из племени джадаран (джаджират) — Джамухой, который позднее стал вождём этого племени. С ним в своём детстве Темуджин дважды становился побратимом (андой).

Несколькими годами позднее Тэмуджин женился на своей наречённой Борте (к этому времени в услужении у Тэмуджина появляется Боорчу, также вошедший в четверку приближенных нукеров). Приданым Борте стала роскошная соболья шуба. Тэмуджин вскоре направился к самому могущественному из тогдашних степных вождей — Тоорилу, хану племени кереитов. Тоорил был побратимом (андой) отца Тэмуджина, и ему удалось заручиться поддержкой вождя кереитов, напомнив об этой дружбе и поднеся соболью шубу Бортэ. По возвращении Тэмуджина от Тогорил-хана, один старик-монгол отдал ему в услужение своего сына Джелме, ставшего одним из его полководцев.
Борьба за гегемонию в степи
Question book-4.svg
В этом разделе не хватает ссылок на источники информации.
Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 20 февраля 2013 года.

При поддержке Тоорил-хана силы Тэмуджина стали постепенно расти. К нему стали стекаться нукеры; он совершал набеги на соседей, умножая свои владения и стада. Он отличался от остальных завоевателей тем, что в ходе сражений старался сохранить в живых как можно больше человек из улуса противника, чтобы в дальнейшем привлечь их к себе на службу.
Карта Евразии до начала монгольских завоеваний

Первыми серьёзными противниками Тэмуджина оказались меркиты, действовавшие в союзе с тайчиутами. В отсутствие Тэмуджина, они напали на становище Борджигинов и угнали в плен Бортэ (по предположению, она была уже беременна и ждала первого сына Джучи) и вторую жену Есугея — Сочихэл, мать Бельгутая. В 1184 году (по приблизительным подсчетам, исходя из даты рождения Угэдэя), Тэмуджин с помощью Тоорила-хана и его кереитов, а также Джамухи из рода джаджиратов (приглашенного Тэмуджином по настоянию Тоорил-хана) разгромил меркитов в первом в своей жизни сражении в междуречии слияния рек Чикой и Хилок с Селенгой на территории нынешней Бурятии и вернул Борте. Мать Бельгутая, Сочихэл, отказалась вернуться назад.

После победы Тоорил-хан отправился в свою орду, а Тэмуджин и Джамуха остались жить вместе в одной орде, где они снова заключили союз побратимства, обменявшись золотыми поясами и конями. По прошествии некоторого времени (от полугода до полутора) они разошлись, при этом многие нойоны и нукеры Джамухи присоединились к Тэмуджину (что послужило одной из причин неприязни Джамухи к Тэмуджину). Отделившись, Тэмуджин приступил к устройству своего улуса, создавая аппарат управления ордой. Старшими в ханской ставке были поставлены два первых нукера — Боорчу и Джелме, командный пост получил Субэдэй-багатур, в будущем знаменитый полководец Чингисхана. В этот же период у Тэмуджина появляется второй сын Чагатай (точная дата его рождения не известна) и третий сын Угэдэй (октябрь 1186 года). Свой первый маленький улус Тэмуджин создал в 1186 году (1189/90 годы также являются вероятными) и имел 3 тумена (30 000 человек) войска.

Джамуха искал открытой ссоры со своим андой. Поводом стала гибель младшего брата Джамухи Тайчара при его попытке угнать из владений Тэмуджина табун лошадей. Под предлогом мести, Джамуха со своим войском в 3 тьмы двинулся на Тэмуджина. Сражение произошло у гор Гулегу, между истоками реки Сенгур и верхним течением Онон. В этом первом большом сражении (по основному источнику «Сокровенное сказание монголов») потерпел поражение Тэмуджин.

Первым крупным военным предприятием Тэмуджина после поражения от Джамухи была война против татар совместно с Тоорил-ханом. Татары в то время с трудом отбивали атаки цзиньских войск, вступивших в их владения. Объединенные войска Тоорил-хана и Тэмуджина, примкнув к войскам Цзинь, двинулись на татар. Сражение произошло в 1196 году. Они нанесли татарам ряд сильных ударов и захватили богатую добычу. Правительство чжурчжэней Цзинь, в награду за разгром татар, присвоило степным вождям высокие титулы. Тэмуджин получил титул «Джаутхури» (военный комиссар), а Тоорил — «Ван» (князь), с этого времени он стал известен как Ван-хан. Тэмуджин стал вассалом Ван-хана, в котором Цзинь видела наиболее могущественного из правителей Восточной Монголии.

В 1197—1198 гг. Ван-хан без Тэмуджина совершил поход против меркитов, разграбил и ничего не уделил своему названному «сыну» и вассалу Тэмуджину. Это положило началу новому охлаждению. После 1198 года, когда Цзинь разорила кунгиратов и другие племена, влияние Цзинь на Восточную Монголию стала ослабевать, что позволило Тэмуджину овладеть восточными районами Монголии. В это время умирает Инанч-хан и найманское государство распадается на два улуса, во главе Буйрук-хана на Алтае и Тайан-хана на Чёрном Иртыше. В 1199 Тэмуджин вместе с Ван-ханом и Джамухой, общими силами напали на Буйрук-хана и он был разбит. По возвращении домой, путь загородил найманский отряд. Бой было решено провести утром, но ночью Ван-хан и Джамуха скрылись, оставив Тэмуджина одного в надежде, что найманы покончат с ним. Но к утру Тэмуджин узнал об этом и отступил, не вступая в бой. Найманы же стали преследовать не Тэмуджина, а Ван-хана. Кереиты вступили в тяжелый бой с найманами, и, в очевидности гибели, Ван-Хан направляет гонцов Тэмуджину с просьбой о помощи. Тэмуджин отправил своих нукеров, среди которых отличились в бою Боорчу, Мухали, Борохул и Чилаун. За своё спасение Ван-хан завещал после смерти свой улус Тэмуджину.
Совместный поход Ван-хана и Тэмуджина против тайджиутов

В 1200 году Ван-хан и Тэмуджин выступили в совместный поход против тайджиутов. На помощь к тайчиутам пришли меркиты. В этом бою Тэмуджин был ранен стрелой, после чего всю последующую ночь его отхаживал Джелме. К утру тайчиуты скрылись, оставив многих людей. Среди них был Сорган-Шира, спасший когда-то Тэмуджина, и меткий стрелок Джиргоадай, который сознался, что именно он стрелял в Тэмуджина. Он был принят в войско Тэмуджина и получил прозвище Джебе (наконечник стрелы). За тайчиутами была организована погоня. Многие были перебиты, некоторые сдались в услужение. Это была первая крупная победа, одержанная именно Тэмуджином.

В 1201 году некоторые монгольские силы (включавшие татар, тайчиутов, меркитов, ойратов и другие племена) решили объединиться в борьбе против Тэмуджина. Они приняли присягу верности Джамухе и возвели его на престол с титулом гурхан. Узнав об этом, Тэмуджин связался с Ван-ханом, который незамедлительно поднял войско и прибыл к нему.
Выступление против татар

В 1202 году Тэмуджин самостоятельно выступил против татар. Перед этим походом он отдал приказ, согласно которому под угрозой смертной казни категорически запрещалось захватывать добычу во время боя и преследовать неприятеля без приказа: начальники должны были делить захваченное имущество между воинами только по окончании боя. Жестокое сражение было выиграно, и на совете, собранном Тэмуджином после битвы, было решено уничтожить всех татар, кроме детей ниже тележного колеса[7], как месть за убитых ими предков монголов (в частности за отца Тэмуджина).
Битва при Халахалджин-Элэте и падение улуса кереитов

Весной 1203 года при Халахалджин-Элэте произошло сражение войск Тэмуджина с объединенными силами Джамухи и Ван-хана (хотя Ван-хан не хотел войны с Тэмуджином, но его уговорили его сын Нилха-Сангум, ненавидевший Тэмуджина за то, что Ван-хан отдавал тому предпочтение перед своим сыном и думал передать ему кереитский престол, и Джамуха, утверждавший, что Тэмуджин объединяется с найманским Тайян-ханом). В этом сражении улус Тэмуджина понёс большие потери. Но был ранен сын Ван-хана, из-за чего кереиты покинули поле боя. Чтобы выиграть время, Тэмуджин начал отправлять дипломатические послания, целью которых было разобщить как Джамуху и Ван-хана, так и Ван-хана с сыном. В то же время ряд племён, не присоединившихся ни к одной из сторон, создал коалицию против как Ван-хана, так и Тэмуджина. Узнав об этом, Ван-хан напал первым и разбил их, после чего начал пировать. Когда об этом донесли Тэмуджину, было принято решение молниеносно напасть и застать противника врасплох. Не делая даже ночных остановок, войско Тэмуджина настигло кереитов и наголову их разбило осенью 1203 года. Улус кереитов перестал существовать. Ван-хан с сыном успели бежать, но натолкнулись на караул найманов, и Ван-хан погиб. Нилха-Сангум смог сбежать, но был убит позднее уйгурами.

С падением кереитов в 1204 году Джамуха с оставшимся войском примкнул к найманам в надежде на гибель Тэмуджина от рук Таян-хана или наоборот. Таян-хан видел в Тэмуджине единственного соперника в борьбе за власть в монгольских степях. Узнав о том, что найманы думают о нападении, Тэмуджин решился на поход против Таян-хана. Но перед походом он начал реорганизацию управления войском и улусом. В начале лета 1204 года войско Тэмуджина — около 45 000 всадников — выступило в поход на найманов. Войско Таян-хана поначалу отступило с целью заманить войско Тэмуджина в ловушку, но потом, по настоянию сына Таян-Хана — Кучлука, вступило в бой. Найманы были разбиты, лишь Кучлуку с небольшим отрядом удалось уйти на Алтай к своему дяде Буюруку. Таян-хан погиб, а Джамуха скрылся ещё до начала ожесточенного боя, поняв, что найманам не победить. В боях с найманами особенно отличились Хубилай, Джебе, Джелме и Субэдэй.
Поход против меркитов

Тэмуджин, развивая успех, выступил против меркитов, и меркитский народ пал. Тохтоа-беки, правитель меркитов, сбежал на Алтай, где объединился с Кучлуком. Весной 1205 года войско Тэмуджина напало на Тохтоа-беки и Кучлука в районе реки Бухтармы. Тохтоа-беки погиб, а его войско и большая часть найманов Кучлука, преследуемых монголами, утонули при переправе через Иртыш. Кучлук со своими людьми сбежал к кара-китаям (юго-западнее озера Балхаш). Там Кучлук сумел собрать разрозненные отряды найманов и кераитов, войти в расположение к гурхану и стать довольно значительной политической фигурой. Сыновья Тохтоа-беки бежали к кыпчакам, взяв с собой отрубленную голову отца. Преследовать их был послан Субэдэй.

После поражения найманов большинство монголов Джамухи перешло на сторону Тэмуджина. Самого же Джамуху в конце 1205 года выдали Тэмуджину живым его же нукеры, надеясь этим сохранить себе жизнь и выслужиться, за что они были казнены Тэмуджином как предатели. Тэмуджин предложил другу полное прощение и возобновление старой дружбы, но Джамуха отказался, сказал:

«как в небе есть место лишь для одного солнца, так и в Монголии должен быть только один владыка».

Он попросил лишь достойной смерти (без кровопролития). Его пожелание было удовлетворено — воины Тэмуджина сломали Джамухе хребет. У Рашид ад-дина казнь Джамуху приписана Эльчидай-нойону, который разрубил Джамуху на куски.
Реформы Великого хана
Имя Чингисхана в каллиграфическом написании (старомонгольское письмо)
Монгольская империя около 1207 г.

Весной 1206 года у истоков реки Онон на курултае Тэмуджин был провозглашён великим ханом над всеми племенами и получил титул «каган», приняв имя Чингиз (Чингиз - дословно "повелитель воды" или, что точнее, "повелитель бескрайнего как море"). Монголия преобразилась: разрозненные и враждующие монгольские кочевые племена объединились в единое государство.
Чингисхан, его полководцы Джебе и Субудай, советник Елу Чу Цай, жена, дети и слуги

Вступил в силу новый закон — Яса Чингисхана. В Ясе главное место занимали статьи о взаимопомощи в походе и запрещении обмана доверившегося. Нарушившего эти установления казнили, а врага монголов, оставшегося верным своему правителю, щадили и принимали в своё войско. Добром считались верность и храбрость, а злом — трусость и предательство.

Все население Чингисхан поделил на десятки, сотни, тысячи и тумены (десять тысяч), перемешав тем самым племена и роды и назначив командирами над ними специально подобранных людей из приближенных и нукеров. Все взрослые и здоровые мужчины считались воинами, которые в мирное время вели своё хозяйство, а в военное время брались за оружие. Вооружённые силы Чингисхана, сформированные таким образом, составляли примерно до 95 тыс. воинов.

Отдельные сотни, тысячи и тумены вместе с территорией для кочевания отдавались во владение тому или иному нойону. Великий хан, собственник всей земли в государстве, раздавал землю и аратов во владение нойонам, с условием, что те будут за это исправно выполнять определённые повинности. Важнейшей повинностью была военная служба. Каждый нойон был обязан по первому требованию сюзерена выставить в поле положенное число воинов. Нойон в своём уделе мог эксплуатировать труд аратов, раздавая им на выпас свой скот или привлекая их непосредственно к работе в своём хозяйстве. Мелкие нойоны служили крупным.

При Чингисхане было узаконено закрепощение аратов, запрещен самовольный переход из одного десятка, сотни, тысячи или тумена в другие. Этот запрет означал формальное прикрепление аратов к земле нойонов — за ослушание арату грозила смертная казнь.

Вооружённый отряд личных телохранителей, называемый кешик, пользовался исключительными привилегиями и предназначался для борьбы против внутренних врагов хана. Кешиктены подбирались из нойонской молодёжи и находились под личным командованием самого хана, будучи по существу ханской гвардией. Вначале в отряде числилось 150 кешиктенов. Кроме того, был создан особый отряд, который должен был всегда находиться в авангарде и первым вступать в бой с противником. Он был назван отрядом богатырей.

Чингисхан создал сеть линий сообщений, курьерскую связь в крупном масштабе для военных и административных целей, организовал разведку, в том числе и экономическую.

Чингисхан разделил страну на два «крыла». Во главе правого крыла он поставил Боорчу, во главе левого — Мухали, двух своих наиболее верных и испытанных сподвижников. Должность и звания старших и высших военачальников — сотников, тысяцких и темников — он сделал наследственными в роду тех, кто своей верной службой помог ему овладеть ханским престолом.
Покорение Северного Китая
Основная статья: Монгольско-цзиньская война

В 1207—1211 годах монголы завоевали землю лесных племён, то есть подчинили себе практически все основные племена и народы Сибири, обложив их данью.

Перед покорением Китая Чингисхан решил обезопасить границу, захватив в 1207 году государство тангутов Си-Ся, которое располагалось между его владениями и государством Цзинь. Захватив несколько укреплённых городов, летом 1208 Чингисхан отошёл к Лунцзиню, пережидая нестерпимую жару, выпавшую на тот год.
Монгольские всадники

Он захватил крепость и проход в Великой Китайской стене и в 1213 году вторгся непосредственно в китайское государство Цзинь, пройдя до Няньси в провинции Ханьшу. Чингисхан провёл свои войска вглубь континента и установил свою власть над провинцией Ляодун, центральной в империи. Несколько китайских полководцев перешли на его сторону. Гарнизоны сдавались без боя.

Утвердив своё положение вдоль всей Великой Китайской стены, осенью 1213 года Чингисхан послал три армии в разные концы Цзиньской империи. Одна из них, под командованием трёх сыновей Чингисхана — Джучи, Чагатая и Угэдея, направилась на юг. Другая под предводительством братьев и полководцев Чингисхана двинулась на восток к морю. Сам Чингисхан и его младший сын Толуй во главе основных сил выступили в юго-восточном направлении. Первая армия продвинулась до самого Хонана и, захватив двадцать восемь городов, присоединилась к Чингисхану на Великой Западной дороге. Армия под командованием братьев и полководцев Чингисхана захватила провинцию Ляо-си, а сам Чингисхан закончил свой триумфальный поход лишь после того, как достиг морского скалистого мыса в провинции Шаньдун. Весной 1214 года он вернулся в Монголию и заключил с китайским императором мир, оставив ему Пекин. Однако не успел предводитель монголов уйти за Великую Китайскую стену, как китайский император перевел свой двор подальше, в Кайфын. Этот шаг был воспринят Чингисханом как проявление враждебности, и он снова ввёл войска в империю, теперь обречённую на гибель. Война продолжилась.

Войска чжурчжэней в Китае, пополнившись за счёт аборигенов, сражались с монголами до 1235 года по собственной инициативе, но были разбиты и истреблены преемником Чингисхана Угэдеем.
Борьба с Найманским и Кара-киданьским ханствами

Вслед за Китаем Чингисхан готовился к походу в Среднюю Азию. Особенно его привлекали цветущие города Семиречья. Осуществить свой план он решил через долину реки Или, где располагались богатые города и правил ими давний враг Чингисхана — хан найманов Кучлук.
Походы Чингисхана и его полководцев

Пока Чингисхан завоевывал все новые города и провинции Китая, беглый найманский хан Кучлук попросил давшего ему убежище гурхана помочь собрать остатки армии, разбитой при Иртыше. Заполучив под свою руку довольно сильное войско, Кучлук заключил против своего сюзерена союз с шахом Хорезма Мухаммедом, до этого платившим дань каракитаям. После короткой, но решительной военной кампании союзники остались в большом выигрыше, а гурхан был вынужден отказаться от власти в пользу незваного гостя. В 1213 году гурхан Чжилугу скончался, и найманский хан стал полновластным правителем Семиречья. Под его власть перешли Сайрам, Ташкент, северная часть Ферганы. Став непримиримым противником Хорезма, Кучлук начал в своих владениях гонения на мусульман, чем вызвал ненависть оседлого населения Жетысу. Правитель Койлыка (в долине реки Или) Арслан хан, а затем и правитель Алмалыка (к северо-западу от современной Кульджи) Бу-зар отошли от найманов и объявили себя подданными Чингисхана.

В 1218 году отряды Джэбэ совместно с войсками правителей Койлыка и Алмалыка вторглись в земли каракитаев. Монголы завоевали Семиречье и Восточный Туркестан, которыми владел Кучлук. В первой же битве Джэбэ разгромил найманов. Монголы разрешали мусульманам публичное богослужение, запрещенное ранее найманами, что способствовало переходу всего оседлого населения на сторону монголов. Кучлук, не сумев организовать сопротивление, бежал в Афганистан, где был пойман и убит. Жители Баласагуна открыли ворота монголам, за что город получил название Гобалык — «хороший город». Перед Чингисханом открылась дорога в пределы Хорезма.
Завоевание Средней Азии
Основная статья: Монгольское завоевание Средней Азии
На запад
Основная статья: Поход Джэбэ и Субэдэя

После взятия Самарканда (весна 1220 года) Чингисхан отправил войска для захвата хорезмшаха Мухаммеда, бежавшего за Амударью. Тумены Джэбэ и Субэдэя прошли через Северный Иран и вторглись на Южный Кавказ, приводя города к покорности переговорами или силой и собирая дань. Узнав о смерти хорезмшаха, нойоны продолжили поход на запад. Через Дербентский проход они проникли на Северный Кавказ, разгромили аланов, а затем половцев. Весной 1223 года монголы разбили объединённые силы русских и половцев на Калке, но при отходе на восток потерпели поражение в Волжской Булгарии. Остатки монгольских войск в 1224 году вернулись к Чингисхану, который находился в Средней Азии.
Смерть Чингисхана
Империя Чингисхана на момент его смерти

По возвращении из Центральной Азии Чингисхан ещё раз провёл свою армию по Западному Китаю. Согласно Рашид-ад-дину, осенью 1225 года, откочевав к границам Си Ся, во время охоты Чингисхан упал с лошади и сильно ушибся. К вечеру у Чингисхана начался сильный жар. Вследствие этого, наутро был собран совет, на котором стоял вопрос «отложить или нет войну с тангутами». На совете не присутствовал старший сын Чингисхана Джучи, к которому и так было сильное недоверие, по причине его постоянных уклонений от приказов отца. Чингисхан приказал, чтобы войско выступило в поход против Джучи и покончило с ним, однако поход не состоялся, так как пришла весть о его кончине. Чингисхан проболел всю зиму 1225—1226 гг.

Весной 1226 Чингисхан вновь возглавил войско, и монголы перешли границу Си-Ся в низовьях реки Эдзин-Гол. Тангуты и некоторые союзные племена были разбиты и потеряли несколько десятков тысяч убитыми. Мирное население Чингисхан отдал на поток и разграбление войску. Это было начало последней войны Чингисхана. В декабре монголы форсировали Хуанхэ и вышли в восточные районы Си-Ся. Под Линчжоу[где?] произошло столкновение стотысячной армии тангутов с монголами. Тангутская армия была полностью разгромлена. Путь на столицу Тангутского царства теперь был открыт.

Зимой 1226—1227 гг. началась последняя осада Чжунсина. Весной и летом 1227 года тангутское государство было уничтожено, а столица была обречена. Падение столицы Тангутского царства связано непосредственно со смертью Чингисхана, который скончался под её стенами. Согласно Рашид-ад-дину, он умер до падения столицы тангутов. По данным «Юань-ши», Чингисхан умер, когда жители столицы начали сдаваться. «Сокровенное сказание» рассказывает, что Чингисхан принял с дарами тангутского правителя, но, почувствовав себя плохо, приказал его умертвить. А затем приказал взять столицу и покончил с тангутским государством, после чего скончался. Источники называют разные причины смерти — внезапная болезнь, болезнь от нездорового климата тангутского государства, следствие падения с лошади. С уверенностью устанавливается, что он умер в начале осени (или в конце лета) 1227 года на территории тангутского государства сразу после падения столицы Чжунсин (современный город Иньчуань) и уничтожения тангустского государства.

Есть версия, что Чингизхана ночью зарезала молодая жена, которую он силой отнял у мужа. Боясь за содеянное, она той же ночью утопилась в реке.
Угедей, третий сын Чингисхана и его преемник

Согласно завещанию, преемником Чингисхана стал его третий сын Угедей.
Могила Чингисхана
Основная статья: Могила Чингисхана

Где был захоронен Чингисхан, до сих пор точно не установлено, источники приводят разные места и способы погребения. По словам летописца XVII века Саган Сэцэна, "подлинный труп его, как говорят некоторые, был похоронен на Бурхан-Халдуне. Другие же говорят, что похоронили его на северном склоне Алтай-хана, или на южном склоне Кэнтэй-хана, или в местности, называемой Йэхэ-Утэк[8].
Личность Чингисхана

Основные источники, по которым мы можем судить о жизни и личности Чингисхана, были составлены после его смерти (особенно важно среди них «Сокровенное сказание»). Из этих источников мы получаем сведения как о наружности Чингиса (высокий рост, крепкое телосложение, широкий лоб, длинная борода), так и о чертах его характера. Происходя из народа, по-видимому, не имевшего до него письменности и развитых государственных институтов, Чингисхан был лишён книжного образования. С дарованиями полководца он соединял организаторские способности, непреклонную волю и самообладание. Щедростью и приветливостью он обладал в достаточной степени, чтобы сохранить привязанность своих сподвижников. Не отказывая себе в радостях жизни, он оставался чужд излишеств, несовместимых с деятельностью правителя и полководца, и дожил до преклонных лет, сохранив в полной силе свои умственные способности[9].
Потомки Чингисхана
Основная статья: Чингизиды

У Тэмуджина и его первой жены Бортэ было четыре сына: Джучи, Чагатай, Угэдэй, Толуй. Только они и их потомки наследовали высшую власть в государстве. У Тэмуджина и Бортэ также были дочери:

Ходжин-бэги, жена Буту-гургэна из рода икирес
Цэцэйхэн (Чичиган), супруга Иналчи, младшего сына главы ойратов Худуха-бэки
Алангаа (Алагай, Алаха), вышедшая замуж за нойона онгутов Буянбалд (в 1219 году, когда Чингисхан выехал на войну с Хорезмом, он поручил ей государственные дела в своё отсутствие, поэтому зовется также Тору дзасагчи гунджи (принцесса-правительница)
Тэмулэн, жена Шику-гургэна, сына Алчи-нойона из унгиратов, племени её матери Бортэ
Алдуун (Алталун), вышедшая замуж за Завтар-сэцэна, нойона хонгирадов.

У Тэмуджина и его второй жены меркитки Хулан-хатун, дочери Дайр-усуна, были сыновья Кюльхан (Хулугэн, Кулкан) и Харачар; а от татарки Есугэн (Есукат), дочери Чару-нойона — сыновья Чахур (Джаур) и Хархад.

Сыновья Чингисхана продолжили дело отца и правили монголами, а также покоренными землями, основываясь на Великой Ясе Чингисхана вплоть до 20-х годов XX века. Манчжурские императоры, которые правили Монголией и Китаем с XVI по XIX век, были потомками Чингисхана по женской линии, так как женились на монгольских принцессах из рода Чингисхана. Первый премьер-министр Монголии XX века Сайн-Нойон-хан Намнансурэн (1911—1919), а также правители Внутренней Монголии (до 1954 года) являлись прямыми потомками Чингисхана.

Сводная родословная Чингисхана велась до XX века; в 1918 году религиозный глава Монголии Богдо-гэгэн издал приказ о сохранении Ургийн бичиг (фамильного списка) монгольских князей. Этот памятник хранится в музее и называется «Шастра государства


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

Родовое древо Чингизхана
Оэлун

Есугей

Сочихэл

Бортэ

Темуджин
(Чингизхан)

Хасар

Хачиун

Тэмуге

Бельгутей

Бектер

Джучи

Чагатай

Дорегене

Угедей

Сорхахтани

Толуй

Бату

Боракчин-хатун

Берке

Чагатаиды

Гуюк

Огул-Гаймыш

Хашин

Сартак

Хайду

Улагчи

Феодора[10]

Глеб Василькович

Мункэ

Хубилай

Хулагу

Докуз-хатун

Ариг-Буга

династия Юань

Хулагуиды

Итоги правления

При покорении найманов Чингисхан познакомился с началами письменного делопроизводства, часть находившихся на службе у найманов уйгуров поступили на службу к Чингисхану и были первыми чиновниками в монгольском государстве и первыми учителями монголов. По-видимому, Чингисхан надеялся впоследствии заменить уйгуров этническими монголами, так как велел знатным монгольским юношам, в том числе и своим сыновьям, учиться языку и письменности уйгуров. После распространения монгольского владычества, ещё при жизни Чингисхана, монголы пользовались также услугами чиновников и священнослужителей покорённых народов, в первую очередь китайцев и персов. В Монголии до сих пор используется уйгурский алфавит. В области внешней политики Чингисхан стремился к максимальному расширению пределов подвластной ему территории. Для стратегии и тактики Чингисхана были характерны тщательная разведка, внезапность нападения, стремление расчленить силы противника, устройство засад с использованием специальных отрядов для заманивания неприятеля, маневрирование крупными массами конницы и т. д.

Тэмуджином и его потомками сметены с лица земли великие и древние государства: государство Хорезмшахов, Китайская империя, Багдадский халифат, Волжская Булгария, покорена большая часть русских княжеств. Громадные территории были поставлены под управление степного закона — «Ясы».

В 1220 Чингисхан основал Каракорум — столицу Монгольской империи.
Место, где располагался Каракорум, в 2003 году
Хронология основных событий
Памятник Чингисхану в аэропорту Улан-Батора

1155 год — Рождение Тэмуджина (также в литературе используются даты — 1162 и 1167 года).
1184 год (приблизительная дата) — Пленение меркитами жены Тэмуджина — Бортэ.
1184/85 год (приблизительная дата) — Освобождение Бортэ при поддержке Джамухи и Тогрула. Рождение старшего сына — Джучи.
1185/86 год (приблизительная дата) — Рождение второго сына Тэмуджина — Чагатая.
Октябрь 1186 года — Рождение третьего сына Тэмуджина — Угэдэя.
1186 год — Первый улус Тэмуджина (также вероятные даты — 1189/90 года), а также поражение от Джамухи.
1190 год (приблизительная дата) — Рождение четвёртого сына Чингисхана — Толуя.
1196 год — Объединенные силы Тэмуджина, Тогорил-хана и войск Цзинь наступают на племя татар.
1199 год — Победа объединенных сил Тэмуджина, Ван-хана и Джамухи над племенем найманов во главе с Буйрук-ханом.
1200 год — Победа совместных сил Темуджина и Ван-хана над племенем тайчиутов.
1202 год — Разгром Тэмуджином татарских племён.
1203 год — Битва с кереитами при Халахалджин-Элэт. Балджунский договор.
Осень 1203 года — победа над кереитами.
Лето 1204 года — победа над племенем найманов во главе с Таян-ханом.
Осень 1204 года — победа над племенем меркитов.
Весна 1205 года — Нападение и победа над сплоченными силами остатков племени меркитов и найманов.
1205 год — Предательство и сдача Джамухи его нукерами Тэмуджину; казнь Джамухи.
1206 год — На курултае Тэмуджину присваивают титул «Чингисхан».
1207 — 1210 года — Нападения Чингисхана на государство тангутов Си Ся.
1215 год — Падение Пекина.
1219-1223 года — Завоевание Чингисханом Средней Азии.
1223 год — победа монголов во главе с Субэдэем и Джебе на реке Калка над русско-половецким войском.
Весна 1226 года — Нападение на государство тангутов Си Ся.
Осень 1227 года — Падение столицы и государства Си Ся. Смерть Чингисхана.

Дань памяти
Реверс казахстанской памятной монеты номиналом 100 тенге, посвящённой Чингисхану.

В 1962 году в честь 800-летия со дня рождения Чингисхана скульптором Л. Махвалом в сомоне Дадал Хэнтэйского аймака была установлена памятная стела с его портретом.
С 1991 года на банкнотах достоинством 500, 1000, 5000, 10000 и 20000 монгольских тугриков стало размещаться изображение Чингисхана.
В 2000 году нью-йоркский журнал «Тайм» объявил Чингисхана «человеком тысячелетия».
В 2002 году по постановлению ВГХ Монголии был учреждён орден Чингисхана («Чингис хаан» одон) — новая высшая награда страны[11]. Демократическая партия Монголии имеет в ка


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

вот чечены ховорят что их сам чингисхан боялся чего ему стаой армией бояться


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

ступление: | Em A C Em | Em A C E | (2 раза)

Em
Звездопад, да рокот зарниц.
Am G
Грозы седлают коней,
C Am
Но над землей тихо льется покой
D Em
Монастырей.

А поверх седых облаков
Синь соколиная высь.
Здесь, под покровом небес
Мы родились.

Проигрыш: | Em A C Em | Em A C E |

След оленя лижет мороз,
Гонит добычу весь день,
Но стужу держит в узде
Дым деревень.

Намела сугробов пурга
Дочь белозубой зимы.
Здесь, в окоеме снегов
Выросли мы.

Припев:

Em Am C
Нас точит семя орды,
Em D
Нас гнет ярмо басурман,
Em Am C
Но в наших венах кипит
D Em
Небо славян.

И от Чудских берегов
До ледяной Колымы.
Все это наша земля!
Все это мы!

Проигрыш

За бугром куют топоры,
Буйные головы сечь,
Но инородцам кольчугой звенит
Русская речь.

И от перелеска до звезд
Высится Белая рать.
Здесь, на родной стороне
Нам помирать.


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

атериал из Википедии — свободной энциклопедии
Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 19 октября 2015; проверки требуют 17 правок.
В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Авдеев.
Владимир Борисович Авдеев
Род деятельности:

писатель и публицист
Дата рождения:

24 марта 1962 (54 года)
Место рождения:

Нижний Тагил, Россия
Страна:

Flag of the Soviet Union.svg СССР
Flag of Russia.svg Россия

Владимир Борисович Авдеев (род. 24 марта 1962 г.) — российский писатель и публицист националистической и расистской направленности[1].

Содержание

1 Биография
2 Творческая деятельность
3 Учение о расологии
4 Отзывы
4.1 Положительные
4.2 Критические
4.2.1 Реакция на критику
5 Цитаты
6 Публикации
7 Примечания
8 Литература
9 Ссылки

Биография

Родился в СССР в 1962 году в городе Нижний Тагил (Свердловская область) в семье военнослужащего. В 1985 году окончил Московский энергетический институт. После службы в Советской армии (офицером ВВС в Забайкальском военном округе) некоторое время работал на закрытом предприятии оборонного комплекса, затем до 1991 года — в Министерстве культуры и Всероссийском фонде культуры[2].
Творческая деятельность

В конце 80-х — начале 90-х гг. пытался сделать писательскую карьеру и опубликовал ряд художественных произведений в стиле европейской интеллектуальной прозы (романы «Протезист», 1990; «Страсти по Габриэлю», 1992). В 1989 году был рекомендован в Союз писателей СССР, с 1993 года — член Союза писателей России. С середины 90-х гг. увлекся неоязычеством («Преодоление христианства», 1994) и расовой теорией, которой дал наименование «расологии». Начиная с 1997 года, несколько лет был ведущим рубрики «Архив расовой политики» газеты «За русское дело»[3]. В 1999 году основал серию книг «Библиотека расовой мысли» издательства «Белые Альвы», в которой публикует сочинения российских расовых теоретиков и классиков западной расовой теории. В 2000 году для пропаганды своих идей основал совместно с А. М. Ивановым (Скуратовым) и П. В. Тулаевым «русский международный журнал» «Атеней», в редколлегии которого состоит[4]. До этого участвовал в издании московского «журнала правой перспективы» «Наследие предков»[5]. Состоит в редакционных коллегиях различных изданий, преимущественно расистской и националистической направленности. Член совета координаторов Московской славянской языческой общины А. Белова[6], член клуба славяно-горицкой борьбы.
Учение о расологии

Наиболее известное произведение Авдеева — книга «Расология», пропагандирующая расовые концепции. Термин «расология», согласно Авдееву — это обобщённая калька с немецких терминов Rassenlehre (расовая теория), Rassenkunde (расоведение), Rassenforschung (расовые исследования), Rassengedanke (расовое мышление). По Авдееву, расология — это универсальная наука, объясняющая на основе расовых характеристик индивидов их социальное, политическое, культурное, религиозное, сексуальное и иное поведение[7][8]. Отличие расологии от антропологии Авдеев видит в том, что она не просто констатирует наличие и разницу рас, но выстраивает их иерархию и служит обоснованием для межрасовой борьбы: «Антрополог констатирует сам факт расовых различий (…) расолог же, напротив, оценивает их, создаёт из них иерархию по степени важности, чтобы научить соплеменников пользоваться ими с выгодой в борьбе за существование лишь для представителей своей расы. Расология как наука не боится давать прямой ответ на два самых коварных традиционных вопроса: „Кто виноват?“ и „Что делать?“» Поэтому главной задачей расологии является «установление закономерной связи между качеством человеческого материала и его историческими проявлениями»[8].

Книга Авдеева построена главным образом на цитатах из авторов конца XIX — начала ХХ века. Авдеев в целом воспроизводит положения немецкой антропологической школы 30-х годов.

Авдеев дополняет эти постулаты собственной идеей о расовой иерархии даже внутри одного народа, где он выделяет творческое «расовое ядро» и малоценную «расовую периферию»: «каждый исторически значимый народ имеет одну расовую основу, одно расовое ядро, с помощью которого он диктует свои „правила игры“ расовой периферии, то есть расово-нечистым помесям»[1].
Отзывы
Положительные

В 2005 году судебный медик и криминальный сексолог, заведующий кафедрой судебной медицины и права Северного государственного медицинского университета, доктор медицинских наук, профессор Г. Б. Дерягин в своей рецензии отметил, что энциклопедический обзор, который сделан В. Б. Авдеевым в книге «Расология», будет полезным для представителей различных отраслей знаний, включая юристов и медиков, а также указал, что книга написана хорошим языком, последовательно и чётко, содержит квинтэссенцию расовой мысли[9].

Весной 2006 года журнал «Книжный бизнес» назвал первое издание «Расологии» Владимира Авдеева «абсолютным бестселлером» в номинации «философия, политология, эзотерика»[10]. В то же время в рецензиях на книгу со стороны профессиональных антропологов и биологов, наряду с достоинствами книги, отмечается её дискуссионный характер и наличие ошибочных утверждений[11][12].
Критические

Появление на книжном рынке расологических публикаций Авдеева и его единомышленников вызвало письмо протеста, подписанное рядом специалистов в областях биологии, антропологии, этнографии и истории — Т. И. Алексеева, Е. В. Балановская, Е. И. Балахонова, Т. С. Балуева, С. В. Васильев, М. М. Герасимова, Н. А. Дубова, С. Г. Ефимова, А. А. Зубов, Д. В. Пежемский, Г. Л. Хить, В. М. Харитонов, Т. К. Ходжайов. Авторы письма характеризуют эти публикации как «псевдонаучную и спекулятивную литературу» и высказывают уверенность, что «современная российская антропология обладает мощным научным потенциалом, чтобы противостоять натиску ксенофобии»[13]. Историк и этнограф В. А. Шнирельман характеризует подход Авдеева как «агрессивный дилетантизм»[1].

Соратник Авдеева по журналу «Атеней» А. М. Иванов подверг критике взгляды Авдеева в своей статье «Посмотрите черепа!»[14].

Книга «Раса и этнос», написанная Авдеевым в соавторстве с А. Н. Севастьяновым (М., 2007), подверглась научной экспертизе. Экспертное заключение, подписанное заведующим отделом антропологии Института этнологии и антропологии имени Н. Н. Миклухо-Маклая РАН, доктором исторических наук С. В. Васильевым, указывает на «дремучее невежество» авторов и их «бесстыдное паразитирование на науке». Книга, по мнению эксперта, «переполнена в высшей степени хвалебными характеристиками нордической расы и рассуждениями о её врожденном превосходстве над всеми иными расами… Книга изобилует уничижительными характеристиками других человеческих рас и народов, доказательствами их неполноценности, врожденную порочность и даже животность». «Высказывания, содержащиеся в книге, объективно формируют и закрепляют в читательском сознании в высшей степени отрицательные стереотипы в отношении иных рас и этносов. Возбуждая ненависть, они могут в огромной степени повлиять на формирование массового сознания и послужить основой для ультрарадикальных националистических устремлений, поскольку прямо и открыто оправдывают правомерность применения насилия в межрасовых и межэтнических отношениях»[15].

Изложенные в книгах Авдеева идеи подверглись критике и другими отечественными учёными-антропологами: доктором исторических наук, профессором, зав. сектором этологии человека ИЭА РАН М. Л. Бутовской, главным научным сотрудником Музея антропологии и этнографии РАН, профессором Санкт-Петербургского университета, доктором исторических наук А. Г. Козинцевым, доктором исторических наук, ведущим научным сотрудником Центра азиатских и тихоокеанских исследований ИЭА РАН О. Ю. Артемовой, ведущим научным сотрудником ИЭА РАН, кандидатом биологических наук Г. А. Аксяновой[16].

Антрополог и археолог, доктор исторических наук, профессор Л. Т. Яблонский в интервью Полит.ру отмечал[17]:

Значит так, если кто-нибудь вам скажет, я зачту, не буду выдумывать, как написал некий господин Авдеев. Я цитирую, это опубликовано в его книге: «Мы, таким образом, признаем, что этнос — такое же биологическое явление, как и раса, осколком, а то и сколком, которой он в чистом или смешанном виде является. Раса и этнос соотносятся как вид и разновидность, порода в зоологии и ботанике». Вот как только человек вам скажет вот такую штуку или что-нибудь подобное, вы можете смело причислять его к расистам, как в данном случае. Вот зачитываю следующее высказывание, опубликовано в книге, которая продаётся, ею забит весь Интернет: «Российская империя, так же как и великая Русь, была основана великоросским племенем, у которого в силу его наследственно обусловленных расовых признаков сам процесс и очерёдность зарастания черепных швов происходит по модели, свойственной высшей расе, в то время как у инородцев России преобладает модель, позволяющая отнести их преимущественно к низшим расам». Смешно? [...] Я хотел только сказать, что господин Авдеев не является специалистом, у него нет образования вообще для того, чтобы рассуждать о расах. А если он открыл пару книжек и решил, что нужно написать то же самое, только с точностью до наоборот, то это не означает ещё, что он специалист.

В. А. Шнирельман отмечает, что использованные Авдеевым цитаты других авторов бывают искажены и отобраны произвольно для подтверждения его собственных взглядов[1].

Кандидат философских наук А. В. Пучков в своей диссертации «Неоязычество в современной европейской культуре: На примере расовых теорий» отмечает, что Авдеев и ряд других авторов «воспроизводят основные неоязыческие компоненты классической расовой теории», а именно отказ от монотеизма и христианства, предложение «вернуться к расовым, природным основам человечества». Они «противопоставляют современному „противоестественному“ обществу „инстинкт расы“, призывают придать русской идее „природно-телесную составляющую“ и избавить её от интернационализма и общечеловеческих ценностей, утверждают „бессмертие индивидуума в бессмертии расы“»[18].

В апреле 2011 года Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга по представлению прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга признал экстремистскими материалы книги Владимира Авдеева «Расология. Наука о наследственных качествах людей». В определении Прокуратуры книга характеризуется следующим образом:

«Цель расологии Авдеев видит в том, чтобы „распознать и нейтрализовать чужеродные влияния“ на свою расу, отстаивает идею о вреде расового смешения. При этом в книге восхваляется „белая раса“, в то время как иные расы подвергаются уничижительной критике. Автором предпринята попытка доказать их неполноценность, врожденную порочность и даже животность. Суд установил, что содержание исследуемой книги направлено на возбуждение расовой ненависти в отношении отдельных этнических и социальных групп»[9][19].

Реакция на критику

В предисловии к сборнику «Русская расовая теория. Выпуск 2» В. Б. Авдеев отреагировал на коллективное письмо учёных в следующих словах[20]:

Подлинным перлом «научной критики» может служить статья «Рецидивы шовинизма и расовой нетерпимости» (Природа, № 6, 2004), оформленная как «письмо в редакцию» данного журнала за подписью четырнадцати корифеев отечественной науки, истративших четверть полезного объема статьи не на научный разбор, а на перечень собственных регалий. <…> Вышеозначенные господа данной публикацией явили миру чудеса своей воинствующей безграмотности <…>
<…> Ваш пасквильный укор — это обыкновенная зависть, зависть поколения испуганных «красных профессоров», всюду видящих «рецидивы шовинизма и расовой нетерпимости». <…> Как выяснилось, многие из этого списка даже не держали в руках наших книг и подписались по старой советской привычке «единодушным коллективом». <…> Таким образом, существует инициативная группа из нескольких человек, занятая традиционным ремеслом советской эпохи — плетением интриг и распусканием порочащих слухов, ибо ни к чему другому она не способна.
<…> Мы не обвиняем этих людей, как они нас, в дилетантизме, хотя их познания в области истории русской антропологии существенно ниже наших. Нет, мы обвиняем их в отсутствии гражданской позиции, подобающей отечественной научной школе. Не делая ничего сами в области популяризации классического наследия, они буквально «в штыки» воспринимают каждую стороннюю инициативу.

Цитаты
« Российская империя, так же как и Великая Русь, была основана великорусским племенем, у которого в силу его наследственно обусловленных расовых признаков сам процесс и очерёдность зарастания черепных швов происходит по модели, свойственной “высшей” расе, в то время как у “инородцев России” преобладает модель, позволяющая отнести их преимущественно к “низшим” расам[8]. »
« Мыслить расово — это, прежде всего, мыслить конкретно. Какое отношение имеет конкретный исторический артефакт лично к вам и вашим соплеменникам? Полезен он или вреден? (…)В условиях расового мышления на первое место выдвигается принцип «свой—чужой», а категории абстрактных правды, добра и зла отодвигаются на задний план. (…) С расовым взглядом нужно родиться. Исторически может мыслить каждый, расово — только избранный и чистокровный[21]. »
« Раса должна думать только о себе. Когда мы придумываем самолёт, мы должны думать, как нам легче перевозить представителей своего народа. Всё остальное нас не интересует[7]. »
« О ненаучности расологии (…) говорят те, кто сам является дегенератом, и поэтому не любят никакой систематики[22] »
« На восемьдесят процентов поведение человека детерминировано его наследственностью, то есть расово-биологическим субстратом и только на двадцать — воздействием культуры. Такие вещи, как выбор цвета галстука, специи, кладущиеся в суп, предпочтение в литературе обусловлены биологией. Это сугубо статистическая вещь, поэтому от расы и надо идти[7] »
« Вот белый человек должен любить собак. Собака — нордическое животное, а кошка — типично азиатское. Не случайно, что корейцы и китайцы собак едят[7].


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

Что ждёт Южную Африку — Нельсон Мандела и его последователи

i « В моей стране вы вначале отправляетесь в тюрьму,

а потом становитесь президентом…»

Полгода назад, 5-го декабря 2013 года мир узнал о смерти Нельсона Манделы. Восьмой (и первый темнокожий) президент ЮАР скончался в возрасте 95 лет в своем доме в пригороде Йоханнесбурга Хоутон Эстейт. Для большинства жителей Южной Африки смерть Манделы – это уход в вечность человека, который на протяжении всего периода политики апартеида, проводившейся руководством страны с 1948 по 1994 год, вел активную борьбу против расовой сегрегации.

Сразу после смерти тело Нельсона Манделы было забальзамировано, а 10 декабря 2013 года состоялась торжественная церемония прощания. Она состоялась на футбольном стадионе Соккер Сити в Йоханнесбурге. Дата прощания была выбрана не случайно – ровно 17 лет назад (в 1996 году) Мандела подписал первую постапартеидную конституцию ЮАР.

Похороны Манделы прошли 15 декабря 2013 года в родовой деревне Цгуну (Восточно-Капская провинция). На церемонии похорон присутствовали его родственники, а также представители Африканских и Европейских государств.

Начало пути

О детстве и юности Манделы известно довольно много. Нельсон Мандела родился 18 июля 1918 года в Мфезо — небольшой деревне недалеко от города Умтата. Его отец был главой деревни, но после смещения с должности семье пришлось переехать в местечко под названием Цгуну. Мандела родился от третьей жены своего отца и при рождении был назван Холилалой, что в переводе с разговорного варианта языка коса означает «проказник». Мандела был первым в семье человеком, получившим школьное образование. Именно в школе он получил своё европейское имя Нельсон. В то время, впрочем, как и сейчас, в учебных заведениях чернокожим южноафриканцам давали вторые имена, чаще всего – английские. Это можно было объяснить британским уклоном в тогдашней системе образования в стране.

После школы и колледжа, в 1939 году Мандела был зачислен в Университет Форт-Хэр — единственный в то время университет страны, в котором имели право обучаться темнокожие граждане ЮАР, а также жители индийского и смешанного происхождения. Через год после поступления Совет студентов организовал бойкот против политики, проводимой руководством университета. В итоге были назначены выборы нового руководства, но, не согласный с ходом выборов, Мандела вскоре покинул Университет.

В 1943 году Нельсон Мандела начал изучать право в Университете Витватерсранда (Йоханнесбург). Там он познакомился со своими будущими единомышленниками в борьбе с апартеидом — Джо Слово и Гарри Шварцем. Но и в этом университете будущий президент страны не задержался. Тем не менее, отсутствие диплома юриста не помешало ему в апреле 1944 года стать членом АНК (Африканского Национального Конгресса), в 1948 – национальным секретарем Молодежной Лиги АНК, в 1949 – членом Национального совета АНК, а в 1950 – Национальным Президентом Молодежной Лиги АНК. В это время Мандела попал под сильное влияние марксистских идей, результатом чего было стало тайное вступление в Южноафриканскую Коммунистическую Партию.

К тому времени власть в стране полностью перешла в руки африканеров (так себя до сих пор называют представители белого населения Южной Африки), провозгласивших политику апартеида, то есть раздельного проживания чёрного и белого населения...

В 1961 году Мандела возглавил вооруженное крыло АНК (Африканского Национального Конгресса), которое носило название Umkhonto we Sizwe (зулу – «копье нации»). Основным методом деятельности «Копья» стал террор — взрывы правительственных и военных объектов в рамках борьбы с апартеидом. Почему вопреки политике ненасильственной борьбы Мандела применил насильственные методы, даже допускающие развязывание партизанской войны? По словам самого Манделы, ненасильственный подход не давал никаких результатов. Насилие было крайней мерой, к которой подвели все неудачные предыдущие попытки покончить с политикой апартеида.

27 лет тюремного заключения

В 1962 году Мандела наряду с другими лидерами АНК был арестован и приговорён к пожизненному заключению. Зная это, он, тем не менее, не отказался от своих убеждений. Знаменитая фраза «Я готов к смерти», произнесенная Манделой в суде, показала миру невозможность отказа от своих убеждений даже под угрозой смерти.

Проведя в заключении 27 лет сначала на острове Роббен, затем в тюрьме Поллсмор и после – в Тюрьме Виктора Венстера (сейчас – Исправительный центр Дракенштейн), Мандела всё же успел получить заочное образование в области юриспруденции в Лондонском Университете — это, кстати, хороший пример действующему президенту ЮАР Джейкобу Зуме, который не закончил даже среднюю школу.

В 1989 Ф. де Клерк, сменивший Питера Боту на посту президента Южной Африки, выпустил Манделу на свободу, будучи убеждённым, что апартеид был экономически не выгоден стране. И 11 февраля 1990 года Нельсон Мандела был официально освобождён из тюремного заключения.

Несмотря на участие в террористических атаках, в 1993 году Нельсон Мандела был награждён Медалью Свободы Президентом США Биллом Клинтоном, а позже он получил Нобелевскую Премию Мира...

Словом, громкое словосочетание «борьба с апартеидом» сделало своё дело и сделало имя Манделе.

Мандела – президент ЮАР

Все эти события постепенно подводили к запланированным на 1994 год всеобщим выборам, в которых участвовали представители всех расовых групп в стране. АНК набрал 63% голосов и Манделу избрали президентом Национальной Ассамблеи (Парламента Южной Африки) и президентом страны.

В годы президентства Нельсон Мандела (Мадиба – так его называли многие южноафриканцы, используя одно из клановых имен народа коса) провёл ряд важных для Южной Африки реформ. Среди наиболее значимых преобразований можно назвать:

— введение в государственных медицинских учреждениях страны бесплатного медицинского обслуживания для детей в возрасте до шести лет, а также для беременных и кормящих женщин;

— начало реализации в 1996 году Национальной политики по вопросу обеспечения медицинскими препаратами, которая облегчила населению доступ к жизненно важным лекарствам.

— принятие в 1996 году Закона о здоровье и безопасности на шахтах, который улучшал условия труда шахтёров;

установление равенства при выплате пособий (в том числе, пособий по инвалидности, родительского капитала и пенсии) вне зависимости от расовой принадлежности;

— значительное увеличение расходов на сферу образования (на 25 % в 1996/1997 годах, 7 % в 1997/1998 годах и 4 % в 1998/1999 годах);

— введение обязательного образования для африканских детей в возрасте 6-14 лет;

— предоставление бесплатного питания для 3,5-5 миллионов школьников;

— принятие в 1998 году Закона о равенстве при трудоустройстве, отменявшего дискриминацию по расовому признаку при устройстве на работу;

— обеспечение доступа к воде 3 миллионам жителей;

— подключение более 3 миллионов жителей к электрическим и телефонным сетям...

Впрочем, несмотря на очевидно положительные меры, предпринятые Манделой по улучшению жизни граждан своей страны, в его политике были и огромные пробелы. Прежде всего, это касалось вопроса ВИЧ-инфекции и СПИДа. К 1999 году 10% населения ЮАР были ВИЧ-инфицированы. Мировая критика не заставила себя долго ждать — на власти обрушился шквал упрёков в том, что она недостаточно уделяет внимание этой проблеме.

Сам Мандела в своих выступлениях и интервью вовсе не отрицал того, что приложил недостаточно усилий для решения вопроса. Он надеялся, что проблемой займётся следующий президент — Табо Мбеки. Также не была решена проблема коррупции. Вообще, борьбе с преступностью Мандела уделял ничтожно мало внимания, что послужило причиной массовой иммиграции около 750 000 белого населения ЮАР в Австралию, Великобританию, Канаду и Новую Зеландию...

Так что личность Манделы неоднозначна. Тысячи белых южноафриканцев сегодня видят в нем достойного политика и человека, стремившегося к равенству и справедливости. Но, с другой стороны, не меньшее число граждан Южной Африки и иностранцев до сих пор считают его террористом и преступником, как и всех его чернокожих последователей. Основания полагать так или иначе есть и у тех, и у других.

Тем не менее, во всём мире Манделу прежде всего знают как человека, которому были дороги идеалы свободы и демократии. Практическим подтверждением взглядов Манделы стало принятие им (уже в качестве президента) новой конституции ЮАР, гарантирующей всем гражданам ЮАР равные права независимо от расы, пола, религиозных убеждений и сексуальной ориентации...

Табо Мбеки

В 1999 году Мандела оставил пост президента ЮАР. Эстафету принял Табо Мбеки – сын одного из известных деятелей Африканского национального конгресса и Коммунистической партии ЮАР Гована Мбеки. Уже в 14 лет Мбеки вступил в АНК, затем переехал в Йоханнесбург, где начал активно участвовать в борьбе с апартеидом. Также — как в своё время его предшественник — он заочно получил образование в Лондонском университете. И также как и Мандела, совершил поездку в СССР, правда, с целью получения образования – с 1970 года Мбеки проходил в Советском Союзе военную подготовку. В ЮАР Мбеки вернулся только в 1990 году, и в период президентства Нельсона Манделы занимал пост вице-президента. Со времени вступления в должность президента в 1999 году и до окончания срока в 2008 году Мбеки проявил себя как противоречивый политик.

Ещё в своей инаугурационной речи новый президент обещал посредством реформ улучшить жизнь южноафриканцев, живущих в нищете, и призвал к окончательной ликвидации системы апартеида, а также к борьбе с преступностью. С этой позиции Мбеки, казалось бы, продолжал незаконченные дела Манделы, включая, как уже упоминалось, проблему ВИЧ и СПИДа. Но уже в 2000 году Мбеки выступил с заявлением, что мировое фармацевтическое сообщество дезинформирует южноафриканцев по вопросу причин заболевания СПИДом и методов лечения. Мбеки утверждал, что на самом деле СПИД — это не вирус иммунодефицита, а результат недоедания и проживания в нищете. Вылечить СПИД, по мнению, Мбеки, можно, регулярно употребляя... чеснок (?!).

Это заявление кажется нам абсурдным (каким, собственно, оно и является). Вместе с тем нужно принять во внимание тот факт, что, несмотря на высшее образование, часто полученное за рубежом, многие чернокожие южноафриканцы, по сути, остаются носителями и хранителями своей традиционной культуры, частью которой всегда была народная медицина. Поэтому то, что является абсурдом для западного (по отношению к Африке) человека, для коренного африканца — норма.

Самое печальное заключается в том, что этот чистой воды популизм стал основополагающей политикой в области медицины. Более того, по сообщениям The Guardian, Мбеки отказался от помощи в виде лекарств и грантов. По подсчётам гарвардских ученых, к 2005 году лечение было предоставлено только 23% инфицированных и менее 30% беременных. Для сравнения, в Ботсване лечение получили 85% людей, а в Намибии — 71% (матери – по 70% в обеих странах). Не откажись Мбеки от квалифицированной помощи, можно было спасти жизни около 330 тыс. человек...

Что касается заявления о борьбе с преступностью, то над ним можно лишь только посмеяться — ведь ни один из президентов ЮАР, начиная с Нельсона Манделы, не был в этом смысле безгрешен. Мандела, как уже было сказано, в молодости увлекался терроризмом. И, как полагают многие южноафриканцы европейского происхождения, террор вёлся вовсе не с целью борьбы с апартеидом, а ради вытеснения из страны белокожих соотечественников. Сам Мбеки был неоднократно обвинён в коррупции, в различных коммерческих махинациях, а также в изнасиловании. Вряд ли стоило ожидать, что под руководством преступника уровень преступности в стране (а он исключительно высокий) станет меньше. И даже грядущее тогда значительное для ЮАР событие – Чемпионат мира по футболу 2010 года – не послужило толчком к улучшению ситуации.

В конце концов, подозреваемый во вмешательстве в работу государственных прокуроров, Табо Мбеки был вынужден досрочно покинуть пост президента ЮАР. В 2008 году полномочия Мбеки были официально сложены.

Джейкоб Зума

В годы президентства Табо Мбеки в должности вице-президента был зулус Джейкоб Зума. На момент отставки Мбеки Зума являлся председателем партии АНК.

9 мая 2009 года он стал избран новым президентом ЮАР.

Джейкоб Зума родился 12 апреля 1942 г. в провинции ЮАР Квазулу-Натал в семье полицейского. Отец погиб при исполнении служебных обязанностей. Школу Зума не закончил, проучившись там всего 4 года. В 17 лет стал членом партии АНК, после чего стал активно заниматься политикой. С момента основания Манделой «Копья Нации» принимал участие в её деятельности. В 1963 году вступил в Южноафриканскую Коммунистическую партию. В том же году наряду с другими 45 заговорщиками был арестован и обвинён в попытке свержения правительства. Приговоренный к 10 годам лишения свободы, Зума был отправлен в тюрьму на остров Роббен, где сидел Нельсон Мандела и другие члены АНК. В 1973 году Зума вышел на свободу и вскоре уехал в СССР проходить военную подготовку. В 1989 году Джейкоб Зума был выбран в Политбюро Южноафриканской Коммунистической партии. Уже в 2007 году Зума победил на выборах в АНК, набрав 2329 голосов. В 2009 году Зума стал президентом ЮАР...

Ещё в предвыборной речи будущий президент заявил народу, что собирается перераспределить национальные богатства в пользу бедных. Но обещание так и не было выполнено — национальные богатства, а точнее, бюджетные средства, действительно распределялись, но между членами семьи Зумы. К слову, у нынешнего президента ЮАР было пять жен, одна из которых покончила жизнь самоубийством, а с другой он развёлся. На данный момент у Зумы три официальные супруги. О следовании им зулусской традиции многожёнства Зума заявлял официально, тем более, что законы ЮАР многоженство не запрещают. Кроме того, по подсчётам The Daily Telegraph, Зума является отцом по крайней мере 20 детей. Неудивительно поэтому, что однажды, в июне 2012 года, активисты АНК пожаловались, что бюджет на обеспечение жён Джейкоба Зумы слишком дорого обходится партии. Аргумент для претензий вполне весомый – в 2009 -2010 годах на содержание жён президента был потрачен 1.2 миллион фунтов стерлингов!

Также Зума обещал, что в течение четырёх лет своего президентского срока, им будет полностью реформирована система уголовного правосудия, будет расширен штат полицейских и следователей. Всё это было задумано в рамках борьбы с преступностью. Но реформа закончилась, не успев и начаться. Провал объясняется теми же огрехами, какие водились у предшественников президента — сам Зума не отличается щепетильным отношением к закону.

Он неоднократно обвинялся во взяточничестве, изнасиловании, а также присвоении и отмывании денег в сделке по поставке в ЮАР оружия на сумму $5 млн. С момента вступления Зумы в должность президента уровень преступности в Южной Африке не просто не упал, а стал ещё выше. В его адрес и сейчас поступают обвинения в отмывании денег и коррупции.

Кроме того, серьёзно ухудшилась и социальная обстановка. За последние пять лет в ЮАР проходили многочисленные протесты с требованиями повысить зарплату работникам горнодобывающей, химической и угольной отраслей. Кроме того, по стране прошли акции протеста рядовых граждан по вопросу обеспечения населения водой и электричеством. Отсутствие базовых условий для проживания во многих отдалённых регионах страны – одна из самых главных проблем в Южной Африке. Миллионы южноафриканцев до сих пор живут в трущобах, где царит абсолютная антисанитария. The Guardian в этой связи отмечает, что впервые после отмены апартеида кое-где в стране даже был слышен призыв вернуть правление белого меньшинства...

… 7 мая 2014 года в ЮАР состоялись очередные всеобщие выборы в парламент. Лидирующая партия АНК и сейчас не сдаёт свои позиции. По предварительным результатам выборов, АНК опять лидирует, а это — гарантия второго срока президентства Зумы. Таким образом, сегодня, к большому сожалению, торжествуют не самые лучшие традиции Нельсона Манделы. Поэтому будущее ЮАР, увы, смотрится без особого оптимизма. Во всяком случае, пока...


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

Экономика ЮАР после падения режима апартеида

43gpkm3mnfnwmqcz8jНедавно в Уфе прошёл саммит БРИКС (сообщество России, Индии, Китая, Бразилии и Южной Африки). Было сказано много красивых слови о перспективах этого сообщества, как грядущего локомотива мирового экономического развития. Однако в системе БРИКС имеется страна, чья перспектива выглядит, мягко говоря, не очень. Мало того, её в ближайшем будущем может постигнуть очень серьёзный кризис, который наверняка отбросит это государство в разряд самых неблагополучных государств мира.

Речь идёт о Южно-Африканской республике...

«Самая скверная экономика»

По результатам 2014 года Южная Африка находится на третьем месте среди стран с самой скверной экономикой, и, как следствие, среди стран, в которых жить и работать особенно тяжело. По данным на 2013 год прирост ВВП на душу населения составлял 1,9%, в 2012 году он составлял 2,5 %, а в 2011 – 3,6 %. Велика вероятность того, что в 2015 году ВВП составит всего лишь 1%. Индекс подсчитан путём сложения инфляции и уровня безработицы в стране — оба критерия зашкаливают. В подобном экономическом провале ЮАР опережают лишь две страны в Латинской Америке — Венесуэла и Аргентина...

В целом экономика ЮАР стала приходить в упадок примерно с 2009 года, после начала мировой рецессии. Прежде всего, она страдает из-за проблем в системе коммуникаций — таких, как частое отключение электричества, лесные пожары, плюс проблемы в разного рода техническом обслуживании. Всё названное привело к резкому спаду в промышленном производстве. Проблем добавляют и постоянные забастовки шахтёров...

Есть ещё один негативный фактор, который существенно влияет на национальную экономику — спад цен на золото на мировом рынке. Статистика Южной Африки (Statistics South Africa) утверждает, что слабый прирост доходов и безработица в частном секторе (в частности, в горнодобывающей промышленности) привели к повышению уровня безработицы — профсоюзы говорят о целых 40%! Для сравнения – безработица в США во время Великой Депрессии достигла лишь 25%...

Как сообщает Reuters, индекс делового доверия ЮАР снизился до десятилетнего минимума по причине слабой промышленной активности. Иностранные капиталовложения, которые обычно помогают правительству восполнить текущий дефицит, также снизили свой темп...

Так что же случилось с экономикой ЮАР с тех пор, как пал режим апартеида? Почему при этом белом апартеиде она буквально процветала, а при чёрной демократии резко скатилась вниз? Получается, что Нельсон Мандела не понимал, к чему приведет его «борьба за права чернокожих»? Видимо, так оно и есть — расовый вопрос сильно подкосил хозяйство ЮАР.

Нищета «по-белому»

Наверное, чёрных Южной Африки сначала следовало бы подготовить к демократии, прежде чем передать управление страной в их руки. Но получилось так, что вожжи правления отдали чуть ли не «политическому младенцу», который всё благополучно разрушил. А те, кто когда-то превратил ЮАР в самое процветающее государство на африканском континенте, сегодня фактически не имеют никаких прав — ни в политике, ни в экономике...

Сегодня в ЮАР за чертой не просто бедности, а нищеты, находится более 40% населения! И среди них не только чернокожие, как принято думать. 1 млн белых южноафриканцев из оставшихся трёх вынуждены сводить концы с концами в лагерях для бедных. Какой бы ни была политика апартеида, в то время сложно было представить, чтобы белый человек, обладающий квалификацией и опытом, может скатиться до такого же уровня жизни, что и его чернокожий собрат, ни дня не проучившийся в школе. Сегодня же это – реальная жизнь.

Ситуация усугубляется тем, что в государственные организации белым дорога напрочь закрыта, за исключением, может быть, очень востребованных специалистов, например, инженеров, электриков и медиков. То есть, налицо самая настоящая расовая дискриминация! Статус дискриминируемых по цвету кожи белые получили постепенно, с отменой апартеида и проведением политики «экономической реабилитации» чернокожего населения — она заключается в намеренном увеличении доли чернокожего населения в любой сфере занятости и в сокращении сотрудников с белым цветом кожи. Это – закреплённая законом практика.

Что происходит с человеком, которого вдруг сокращают по причине цвета кожи? Либо он основывает собственный бизнес и быстренько выкручивается из положения — именно эти белые живут в домах с бассейнами и прочими удобствами, которые мы нередко можем лицезреть по телепередачах про ЮАР. Но если человек не может перестроиться, то тогда теряет всё! Ибо здесь нужно платить за само право жить — за еду, воду, электричество, бензин для машины, школу для детей, медицинскую страховку для всей семьи, откладывать деньги на будущую пенсию (государственная пенсия в пересчёте на наши деньги составляет не более 6000 рублей), на высшее образование для детей (бесплатного образования в ЮАР нет) …

Но откуда взять это средства, если нет работы? Именно так белые люди и оказываются в настоящих гетто, лагерях для бедных (squatter camps). На сегодняшний день самый населённый лагерь для белых – это Coronation Park в местечке Крюгерсдорп, недалеко от Йоханнесбурга. Во времена англо-бурских войн место использовалось британцами в качестве концентрационного лагеря. Сейчас лагерь является домом примерно для 400 африканеров, живущих в прицепах, палатках и даже домах на деревьях. Естественно, без всяких удобств. Еду здесь готовят на костре, воду разогревают таким же способом.

На данный момент около 430.000 африканеров проживают в такого рода лагерях-гетто. Только вокруг Претории располагаются более 80-ти таких «поселений». Всего же в стране лагерей для нищих (независимо от расы) насчитывают около 2000...

Если поговорить с их обитателями, то у всех похожие истории, хотя других здесь и не может быть — в основном всем пришлось продавать дома ввиду утери кормильца или потери работы после установления в стране практики по ликвидации «расовой дискриминации». Белые по этому поводу горько шутят, что настало время апартеида наоборот.

Опасность подобного положения для африканеров состоит в том, что с верой в предопределённость, о которой говорит кальвинизм (а многие африканеры исповедуют именно этот вариант протестантизма) у людей пропадает желание что-то изменить в жизни — к положению бедного привыкаешь, вырабатывается отношение к себе как к жертве, во всём видится воля Бога. И человек опускается на самое дно, зачастую превращаясь из хорошо образованного классного специалиста в бесполезное для общество существо.

В 2009 году президент ЮАР Джейкоб Зума посетил Коронейшн Парк и, говорят, был сильно удивлён. Ему приписывают следующие слова: «Поголовная нищета, которая царит среди чернокожего населения страны, не означает, что мы должны игнорировать нищету среди белых людей, о которой даже стыдно теперь говорить».

У меня есть сомнения, что чёрный расист Зума, который всячески способствовал политике апартеида против белых, действительно так сказал...

Но ЮАР сегодня не просто убивает своих белых детей. Республика ещё буквально рубит тот экономический сук, на котором сидит! Ибо огромное значение для экономики ЮАР имеет фермерство, которым занимались и занимаются главным образом именно белые люди. Республика является десятым в мире производителем подсолнечных семечек, на тринадцатом месте — по производству сахара. 50% всего производства сахара экспортируется в страны, граничащие с ЮАР, остальное идёт на экспорт в другие страны Африки, Северную Америку, Средний Восток и страны Азии.

Кроме того, ЮАР является девятым самым крупным производителем вина в мире. Более 110 000 га земли используется для выращивания винограда. Около 4000 виноделов создают рабочие места примерно для 60 000 людей. ЮАР занимает 4-е место в мире по производству цикория, 4-е – по выращиванию грейпфрутов, 7-е – кукурузы, 9-е – по производству груш. Так же страна в огромном количестве производит различного рода крупы, ананасы, авокадо и другие продукты.

Животноводство – самый крупный сектор в фермерском хозяйстве ЮАР. Производство молочных продуктов и мяса предполагает занятость более 60 000 человек...

То есть, фермерство создаёт рабочие места и кормит страну! Но именно фермеры в настоящее время подвергаются наиболее частым грабежам и физическому насилию вплоть до убийства. Причина – «промывание мозгов» правительством. Большинство чернокожих считает, что белые украли у них землю, и теперь настало время им заплатить за это.

Если фермеры будут продолжать оставаться мишенью для чернокожих бандитов, то экономика ЮАР однажды придёт в полнейший упадок.

Петля Зимбабве

Подобное уже произошло в соседнем государстве Зимбабве, на сегодняшний день одной из самых бедных стран мира. До обретения независимости страна именовалась Родезией, по имени известного британского колонизатора Сесила Родса, захватившего в XIX веке эту территорию. К началу обретения независимости в 1980 году в Южной Родезии проживало 28.000 белых и примерно миллион коренных африканцев. Это значит, что 3% населения контролировали примерно 75% пригодной для фермерства земли.

Конечно же, это было несправедливо. Однако пришедшие к власти чернокожие, которые, собственно, и переименовали Родезию в Зимбабве, поступили ничуть не лучше былых колонизаторов.

Поначалу, чтобы вытеснить белых, президент Роберт Мугабе и его люди стали вынуждать фермеров «продавать» свои участки по смехотворным расценкам. Тех, кто не соглашался, просто выбрасывали из своих домов, а то и просто убивали. Поэтому люди были вынуждены бросать буквально всё своё имущество и с пустыми карманами уезжать из страны. А к тем белым, кто всё же решил остаться, стали применять более изощрённую тактику.

Им начали «подселять» чёрных крестьян — белые фермеры были поставлены перед фактом сосуществования на одном клочке земли с вновь прибывшими. Вскоре подобная практика переросла в систему по всей стране. «Подселившиеся» к тому же были защищены специальным законом, и вскоре последовало поголовное разделение существующих ферм на более мелкие, а их белым владельцам приказали покинуть свои участки в течение короткого времени. И снова строптивых стали без пощады убивать — причём, вырезали целые семьи!

Сегодня фермерство, как высокоразвитая культура земледелия, которая когда-то составляло гордость этой страны, фактически полностью уничтожено!

Вопрос — какой был смысл лишать белых людей земельных ресурсов только на основе их расовой принадлежности и только лишь для того, чтобы «восстановить справедливость и равенство»? Ведь земля в итоге была отдана тем, кто никогда не занимался фермерством, кто не знает, что делать с землёй и понятия не имеет, как хотя бы не разрушить то, что было уже построено.

Переселяя своих чернокожих соплеменников на фермы, правительство страны даже не позаботилось о том, чтобы снабдить их всем необходимым – зерном, удобрениями, оборудованием и другими важными составляющими фермерства. В итоге – полный крах экономики, плюс страшная бедность населения. Чёрные зимбабвийцы ныне оказались даже в ещё худшем положении, чем во времена колониализма — крика о справедливости было много, а результат получился катастрофический. Не зря знаменитый архиепископ Дезмонд Туту назвал деятельность президента Мугабе «карикатурным изображением всего, что, как полагают люди, делают чернокожие африканские лидеры»...

Таким образом, Зимбабве – наглядный пример неудачной земельной реформы для ЮАР, которая планирует провернуть подобное безрассудство в ближайшем будущем. И если это всё же случится... Думаю, негативные последствия, с учётом южноафриканской специфики, будут куда как ужаснее, чем даже в этой соседней стране.

Валерия Вестэйзен, специально для «Посольского приказа»

Похожие статьи:


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

асовый вопрос когда-нибудь погубит США

iCA9KMLY4 В Америке не стихают волнения чёрного населения, вызванные оправдательным приговором Джорджу Циммерману, который обвинялся в предумышленном убийстве чернокожего подростка Трейвона Мартина. Мартин, этот малолетний преступник, напал на Циммермана, который в качестве добровольного помощника полиции патрулировал улицы одного из американских городов. Когда Мартин повалил его на землю и начал избивать, Циммерман выхватил пистолет и застрелил подонка. Недавно присяжное жюри, после 16 часов жаркого обсуждения, постановило, что Циммерман застрелил Мартина при самообороне. И потому помощник полиции был освобождён прямо в зале суда.

Вот это решение и вызвало массовые акции протеста чёрных граждан Америки. Примечательно, что участников этих акций вовсе не волнуют сами обстоятельства той трагической истории. Их прежде всего возмущают два факта: а) чернокожего подростка убил белый человек, б) по их понятиям, чёрный по определению не может быть преступником, он может быть только «несчастной жертвой»...

В общем, налицо яркое проявление явления, которое сами американцы называют чёрным расизмом.

Вообще в Америке чрезвычайно обострён расовый вопрос. Несмотря на многочисленные политкорректные декларации руководства США о единой «американской нации», противостояние между чёрным и белым населением сохраняется и поныне. Мало того, страна буквально наводнена всевозможными вооружёнными до зубов экстремистскими организациями расистского толка — «Чёрные ангелы», где объединились негритянские фашисты, или банды «Народной милиции», где готовятся к погромам белые нацисты. Им только дай повод для развязывания гражданской войны!

Белым и собакам вход воспрещён

Наиболее агрессивными в этом плане являются именно чёрные расисты, которые в отличии от своих белых коллег, зачастую вовсе не являются изгоями общества, а очень часто входят в число американской элиты. Вот что пишет по этому поводу политолог Алексей Писаренко, хорошо знающий жизнь США:

"Американские эксперты по вопросам межрасовых взаимоотношений бьют тревогу. По их мнению, пресловутая политкорректность, выразившаяся в перманентном «покаянии» перед негритянским населением США за все мыслимые и невидимые грехи белой расы, способствует усиленному формированию расизма. На этот раз — чёрного. В принципе, в США уже давно привыкли к существованию уличных негритянских банд грабителей, предпочитающих нападать на белых. Также обыденными для современной Америки стали целые кварталы, куда представителям европейской расы лучше не заходить. Во всех этих случаях носителями расистских воззрений выступает маргинальная, деклассированная публика. Но в последнее время отмечается пугающая тенденция – расистские взгляды начинает разделять и вполне состоявшаяся часть чернокожего населения США. Не только представители «среднего класса», но и те, кого можно отнести к VIP-персонам. То есть те, кто до недавнего времени считался абсолютно интегрированным в экономическую, общественную и политическую жизнь страны и лояльным к американским «ценностям».

В качестве примера Писаренко привёл случай недавнего демарша популярной чернокожей джазовой певицы Рене Мари. Её пригласили на официальную церемонии посвященной ежегодному выступлении мэра города Денвера, столицы штата Колорадо, чтобы исполнить американский гимн. Но певица неожиданно для собравшихся, запела вместо «Звёздно-полосатого флага» неформальный гимн чернокожего населения Америки «Lift Ev'ry Voice and Sing» (эту песню в своё время очень любили боевики из экстремистской организации «Чёрные пантеры»). Разразился громкий скандал, однако Мари вовсе не раскаялась в своём поступке. Она заявила, это было не спонтанным жестом с её стороны, а вполне осознанным шагом. Некоторое время тому назад она приняла решение больше никогда не исполнять «Звездно-полосатый флаг», который, по её мнению, отражает только интересы белых и никогда не был настоящим гимном чернокожего населения страны...

Впрочем чёрный расизм проявляется не только в словах, но и в конкретных поступках. Вот какую интересную информацию мне удалось обнаружить на страницах Всемирной Сети. Оказывается, чёрные начальники-работодатели очень часто открыто издеваются над своими белыми сотрудниками.

К примеру, 1995 году белый мужчина, Марк Пастернак, устроился на работу в специальный центр помощи трудным подросткам. Непосредственным начальником Марка Пастернака оказался чернокожий мужчина Томми Бейнс, отношения с которым у Пастернака не заладились с самого начала. По словам Марка, Бейнс не раз говорил ему: «Ты — белый, а я не люблю белых. Смирись с этим». Оскорбления со стороны негра-начальника приняли систематический характер. Так, Бейнс, в присутствии коллег, достаточно часто обращался к Пастернаку с использованием жаргонных расистских слов, менял замки на дверях кабинетов, где хранились необходимые для работы Пастернака документы, всячески придирался к качеству его работы.

От подобных придирок у Пастернака начали сдавать нервы, он страдал бессонницей, ему приходилось брать отпуска за свой счёт, чтобы отдохнуть от придирок и оскорблений начальника. Через три года, в 1998 году, Пастернака просто нагло уволили без объяснения причин. И хотя он через суд добился отмены приказа и получил денежную компенсацию, Пастернак возвращаться на работу не стал. Ибо Томми Бейнс по-прежнему оставался его начальником, и никто не мог гарантировать, что он не станет вновь третировать подчинённого.

Паразиты чёрного цвета

А вот белая женщина Сара Тейлор в 2002 году была уволена со своего места работы в колледже «Бишоп Стэйт Комьюнити» только потому, что у чёрного руководства возможность освободить место для новой чернокожей сотрудницы. Примерно такая же история произошла с жителем американского штата Флорида по фамилии Симс, который пытался устроиться работать водителем грейдера. Однако вместо него должность получил негр, профессиональная квалификация которого была гораздо ниже.

И вовсе вопиющий случай произошёл в юридическом колледже штата Мичиган, в Детройте. Туда не смогли поступить два белых абитуриента, несмотря на более высокие результаты экзаменов, чем у чернокожих претендентов. Однако в колледж приняли именно чёрных, потому что здесь большинство студенческих мест специально зарезервировано для негров, что само по себе является настоящей расовой дискриминации. Но самое потрясающее заключается в том, что Федеральный Апелляционный суд штата Мичиган встал на сторону руководства колледжа — оказывается, во время приёма в учебное заведение это руководство... может по своему усмотрению принимать во внимание расу абитуриентов!

Вдумайтесь, такое судебное решение принято в стране, которая любит уличать в проявлениях расизма другие государства!

Примечательно, что сами американцы не любят обсуждать все эти проблемы. Помню, как в самих США, во время моей стажировки в 2005 году, на вопрос о чёрном расизме один американец мне откровенно сказал — о неграх тут можно говорить только как о покойниках: либо хорошо, либо вообще ничего...

Кстати, большинство американских негров, согласно опросам, в 2008 году восприняли победу нынешнего президента Барака Обамы именно как победу над «белыми угнетателями». В этом их явно вдохновляла жена президента Мишель, которая никогда не скрывала своих откровенно расистских взглядов.

А ещё негры верят в то, что Обама никогда не позволит сократить социальные программы — ибо паразитический образ жизни больше всего распространён именно среди чёрного населения Америки. Об этом паразитизме несколько лет назад мне подробно рассказал известный российский учёный-экономист Игорь Панарин:

— Очень многие американцы просто не привыкли жить по средствам. Лёгкие кредитные деньги позволяли не только роскошно существовать, но ещё и вести праздный образ жизни. По официальным данным, около 40% населения США в возрасте от 16 лет и выше не ходят на работу. Больше 10% населения в трудоспособном возрасте работают не полный рабочий день. Таким образом, почти половина населения США либо не работает вообще, либо работает мало. Спрашивается — как же они могли расплачиваться за кредиты? Да очень просто. Один кредит гасился другим. А есть ещё 5% американцев (это несколько миллионов человек), которых можно назвать воинствующими тунеядцами. Они презирают всякий труд и живут на разные пособия и талоны на питание, получаемые от государства. Само же государство смогло развернуть такой социальный «коммунизм» опять-таки благодаря доступным кредитам.

Будущее без Америки

Однако этот «коммунизм» в силу непрекращающегося экономического кризиса в последнее время начинает давать сбой. Растёт социальное напряжение, которое усиливается расовыми противоречиями. И если в США случится революционный взрыв, полагает Панарин, то он будет носить отчётливо расовый характер — США просто распадутся на разные по национальному составу государства:

— Только по официальным подсчётам, в стране проживает около 12 миллионов нелегальных мигрантов из разных стран мира. Но на самом деле эта цифра на порядок больше. Возможно, исходя именно из национальных проблем, и будет перекраиваться территориальное устройство США. Так, на сегодняшний день 53% жителей Тихоокеанского побережья США составляют этнические китайцы. Южные штаты буквально наводнили выходцы из стран Латинской Америки, кое-где испанский язык признан вторым государственным. Есть центральные регионы, населённые индейцами, среди которых очень сильны сепаратистские настроения... Словом, контуры распада государства имеют вполне чёткие очертания. Калифорния станет ядром самостоятельной республики, которая окажется под влиянием Китая. Видимо, такая же судьба ждёт и Гавайские острова — правда, на эти территории претендуют ещё и японцы. Под давление Мексики подпадут Техас и прочие южные штаты. Центр и север будут испытывать влияние Канады. А вот Атлантическая Америка, то есть восточное побережье, где сохранились европейские традиции, может войти в состав Европейского Союза...

Когда Игорь Панарин рассказал об этих вещах ряду ведущих мировых изданий, то американские аналитики подвергли Панарина резкой критике. Мол, он ничего не знает о настоящей жизни Америки, о её реальных проблемах, экономических и политических возможностях по преодолению кризиса. На что сам учёный мне сказал следующее:

— Примечательно, что ни один из моих оппонентов не привёл ни одного убедительного опровержения. Только общие слова, смахивающие на политические лозунги. Я много раз бывал в Америке и очень хорошо изучил эту страну. Причём приходилось бывать не только в благополучных районах, но и в таких депрессивных уголках, какие никогда не покажут ни в кино, ни по телевидению... Я предложил моим оппонентам съездить в Сан-Франциско и посмотреть, кто в послерабочее время заполняет улицы города. Практически одни китайцы. Причём речь идёт не о каких-то там уличных торговцах, а исключительно о «белых воротничках», банковских и офисных служащих. Это говорит о том, кто здесь держит в руках власть и экономику. А вот ещё любопытные факты. Власти Америки недавно приняли закон о создании на территории США сил быстрого реагирования числом не менее 20 тысяч человек. В некоторых штатах стали строить непонятные сооружения, смахивающие на концентрационные лагеря. А в район города Атланты, крупного транспортного узла, завезли почти два миллиона пластиковых гробов... Мне кажется, это свидетельствует о подготовке к массовым беспорядкам. Кстати, с моими доводами согласились и многие американцы. Об этом я могу судить по откликам, полученным по электронной почте. Мне писали солидные и уважаемые люди. Среди них — полковник морской пехоты, ветеран Вьетнама, написавший о проблемах коррупции в Вашингтоне. Один пастор сетовал на моральное разложение американского общества, он использует мои идеи в своих проповедях. Несколько экономистов дали мне дополнительную информацию о состоянии американской экономики. Один из них рассказал о том, как несколько лет назад ему пришлось буквально бежать из Калифорнии. Белому человеку там стало невозможно жить — людей буквально терроризируют банды чернокожих и «латинос». Только в прошлом году более 200 тысяч белых, по его словам, были вынуждены покинуть эти места...

Эти прогнозы находят своё подтверждение и у других исследователей. Так, публицист Г.Илющенко в обстоятельной статье «Чёрный расизм» привёл следующий факт:

«... Организация Республики Новая Африка – движение за сецессию (отделение) южных штатов, а именно Луизианы, Миссисипи, Алабамы, Джорджии и Южной Каролины, плюс нескольких округов штатов Теннеси, Арканзас и Флорида. В действиях этой организации было меньше идей чёрного расизма, но зато идея создания отдельного афро-американского государства уникальна с точки зрения радикализма и сепаратизма, о котором забыли со времен Гражданской войны. Среди целей Республики — истребование у правительства США огромных репараций за годы рабства, введение двойного гражданства уже после образования нового государства...».

Данная идея появилась у негров давно, ещё в середине прошлого века, во время борьбы чернокожего населения за свои права. Потом мечты о Новой Африки несколько затухли. Но вот с началом экономического кризиса и ростом напряжённости в американском обществе они вновь обрели новую силу.

И кто знает — может в очень скором времени такая республика действительно может возникнуть на обломках когда-то великих Соединённых Штатов. Страны, которую загубил расовый вопрос...


+0-0
шоноби (гость)
русский стиль

США грозит новая гражданская война?

По сообщениям ведущих мировых информационных агентств, через неделю после выборов президента семь штатов США собрали необходимое число сторонников петиции с требованием независимости. Более двадцати пяти тысяч необходимых подписей уже представили Луизиана, Северная Каролина, Алабама, Джорджия, Теннесси, Флорида.

Считающийся оплотом консерватизма Техас собрал свыше ста тысяч голосов за выход, кроме того, он является единственным штатом, присоединившимся к США как независимое государство, и это право зафиксировано в декларации о его вхождении в состав североамериканской федерации...

Это уже было...

Нечто подобное наблюдалось в 1861-м году, сразу после избрания президентом Авраама Линкольна. Сегодня распад США вновь ставится на повестку дня. В истоках событий полуторавековой давности и современности немало как различий, так и общего.

Главной причиной гражданской войны в США 1861-65 годов, самого кровопролитного силового конфликта XIX века, большинство историков называет рабство и якобы стремление южных штатов распространить его на северные, вопреки желанию северян. Это и так, и не так.

Начнём с того, что классического рабовладения как такового в южных штатах США к середине XIX столетия уже не было. Запрет ввоза новых рабов заставил их хозяев во многом пересмотреть отношение к уже имеющимся. Карательные меры принуждения становились бесполезными, поэтому положение большинства негров с каждым годом улучшалось, и к моменту начала Гражданской войны по своему статусу оно мало чем отличались от положения крепостных крестьян в Европе.

Мало того, многие историки говорят о том, что лично свободным наёмным рабочим на Севере страны, большинство из которых составляли белые, жилось куда хуже, чем неграм у плантаторов. Капитализм набирал обороты, приток эмигрантов был велик, поэтому предприниматель мог урезать жалованье до полуголодного минимума, и любая попытка оспорить этот произвол выбрасывала человека на улицу без средств к существованию. Не было и социального страхования: увечье или потеря кормильца ставили семью перед лицом голодной смерти. По стране бродила огромная армия так называемых «хобо»: сегодня это слово в англоязычных странах обозначает деклассированного человека, вроде российского бомжа или французского клошара, но тогда это были странствующие сезонные рабочие, готовые наняться батраками за кусок хлеба и крышу над головой. Так что белым северянам приходилось не слаще, чем неграм на Юге.

На самом деле главной причиной едва не случившегося распада США, стала многоукладность американской экономики: капитализм на индустриальном Севере и фактически феодальное плантаторское хозяйство на аграрном Юге. Южные штаты фактически стали сырьевым и продовольственным придатком Севера, нуждавшегося в поставках табака, сахара, хлопка и риса в обмен на производимую им технику. Поэтому долгое время в одной стране сосуществовали две разные экономики. Неудивительно, что постепенно между ними нарастали противоречия. Не было единства в таможенной политике: промышленный Север настаивал на протекционистских мерах, а импортозависимый Юг — выступал против них. Постоянно возникали споры относительно конституции новых штатов в вопросе разрешения рабовладения в них и т.д. ...

20 декабря 1860 года штат Южная Каролина заявил о своем выходе из федерации, в течение месяца за ним последовали штаты Миссисипи, Флорида, Алабама, Джорджия и Луизиана. 4 февраля 1861 открылся Временный Конгресс Конфедеративных Штатов Америки, на котором было образовано новое государство, а 11 марта была принята его Конституция. Юридическим основанием их права на самоопределение стало отсутствие в Конституции США прямого запрета на выход отдельных штатов из состава федеративной республики. 1 марта о независимости объявил Техас, который уже на следующий день присоединился к Конфедерации, а до конца мая на сторону конфедератов перешли Виргиния, Арканзас, Теннесси и Северная Каролина.

7 октября 1861 года в состав Конфедерации вошла Индейская территория, население которой не забыло обиду, нанесённую им правительством США, санкционировавшим депортацию индейцев из южных штатов. Конфедератам досталась значительная часть хорошо подготовленных воинских кадров, прежде всего офицерства, южане пользовались широкой международной поддержкой, прежде всего — Великобритании, не желавшей усиления заокеанского конкурента. Этим и объясняются военные неудачи северян в начальный период войны...

Северу понадобились долгих и кровавых четыре года, чтобы подавить сепаратистское выступление южан.

Снова беспокойный Юг

Если посмотреть сегодняшний список сепаратистски настроенных штатов, то можно заметить, что он полностью повторяет перечень изначальных участников Конфедерации: налицо снова сильный раскол между Севером и Югом. Особенно резко стремление к выходу проявились в Техасе: этот штат по ВВП занимает второе место в США, а количественно этот показатель равен одному триллиону ста шестидесяти пяти милллиардам долларов и приблизительно равен ВВП России!

Об этом прямо заявили сторонники самоопределения:

«Поскольку штат Техас имеет сбалансированный бюджет и является пятнадцатой крупнейшей экономикой мира, его выход из состава союза может быть осуществлен на практике».

Сегодня экономика штата базируется на информационных технологиях, нефтегазовой отрасли, выработке и экспорте электроэнергии, сельскохозяйственной деятельности и обрабатывающей промышленности. Техас — космический центр США: в Хьюстоне находится штаб-квартира НАСА и её исследовательские центры. В Техасе находятся два ведущих университета страны, а также множество медицинских институтов высокого уровня. Росту экономики штата способствуют наличие широкого спектра рабочих мест, низкая стоимость проживания, высокий уровень жизни, льготное налогообложение и слабое вмешательство в дела бизнеса со стороны государства.

Высокими технологиями, а также своей интегрированностью в постиндустриальный мир, сегодня могут похвастаться и другие южные штаты. Так, в Теннесси расположена известная на весь мир ядерная лаборатория Оук-Ридж, а в штате Флорида на мысе Канаверал находится единственный пригодный для пилотируемых запусков космодром США, крупнейший в Западном полушарии планеты. Если учесть, что американские ракеты крайне капризны к условиям транспортировки, и не могут перевозиться по суше, то сепаратисты имеют все шансы поставить крест на одной из ведущих космических программ мира. Возможно и другое: завладение южанами атомными и ракетными технологиями может привести к тому, что ядерное оружие из инструмента внешней политики станет аргументом во внутренних спорах...

У возможного распада США имеется и серьёзная национальная подоплёка. Так, абсолютное большинство избирателей республиканца Митта Ромни являются белыми, то есть выходцами из Европы. А вот Обаме отдали свои голоса негры (93% чернокожего населения США) и латиноамериканцы (порядка 70% выходцев из Южной Америки).

Как пишут политологи, эта тенденция к голосованию по расовому признаку, скорее всего, будет только нарастать. И очень скоро может случиться так, что республиканские и демократические идеалы уйдут на задний план, а главным политическим принципом станет расовая принадлежность того или иного кандидата. Для США это может иметь самые печальные последствия.

Дело в том, что негры и латиноамериканцы очень долго чувствовали себя гражданами второго сорта. Тот, кто бывал в США и жил там, поймёт, о чём я говорю: несмотря на формальное равенство, в этой стране процветают негласные расовые разграничения. Так, практически все руководящие посты – как в государственных структурах, так и на частных предприятиях – занимают белые американцы. Практически нигде вы не увидите негра, китайца или латиноамериканца на руководящей должности. В лучшем случае они выполняют функции исполнителей. А в худшем – бродят по улицам как безработные или трудятся уборщиками улиц, грузчиками или продавцами в магазинах.

Понятно, что такая явная ущемлённость не может не породить ненависти к «белым угнетателям», со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями. Поэтому большинство цветных американцев рассматривают Обаму именно как своего президента. И, как показывают некоторые соцопросы, они ждут от него преференций в свою сторону – например, введения специальной квоты для цветных на высшие должности в стране. В противном случае негров и «латиносов» может постигнуть разочарование, которое может вылиться в погромы белых.

Ситуация усугубляется ещё и тем, что число цветных в Америке стремительно растёт – именно за их счёт, собственно, и увеличивается население США. А вот у белого населения рождаемость очень низкая – судя по всему, здесь ситуация гораздо хуже, чем сегодня у русских в России, где также наблюдается демографический спад. По подсчётам специалистов, уже через 30-40 лет белые в США превратятся в национальное меньшинство. И тогда Америка станет совсем иной страной, с иными, чем сегодня, ценностями.

Белые подсознательно чувствуют эту угрозу и готовы защищаться. Как пишут американские газеты, сразу после выборов в США начался бум на продажу оружия, приобретение которого увеличилось сразу на 48% по сравнению с аналогичными цифрами прошлого года. Белые ждут, что Обама, как и обещал, запретит свободную торговлю оружием – а это, мол, сделает потомков европейских поселенцев беззащитными перед бандами чернокожих и латиноамериканских преступников.

С этим же во многом связан и начавшийся сбор подписей за выход из состава страны. Как видим, главным образом это коснулось «белых» штатов, где голосовали за Митта Ромни.

Пока неизвестно, какая реакция последует со стороны руководства США. Но сам факт желания представителей правящей расы отделиться от своей страны может говорить о том, что у США в их современном виде может не быть никакого будущего.

Александр Дмитриевский, специально для «Посольского приказа»

Похожие статьи:


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Александр Македонский – величайший завоеватель всех времен, сын царя Филиппа II и Олимпиады, дочери эпирского царя Неоптолема, родился в 356 г. до Р. Х., умер в 323 году. Воспитателем Александра с 13-летнего возраста был Аристотель, который пробудил в своем воспитаннике ту идею о величии, ту силу и строгость мышления, которые облагораживали проявления страстной натуры Александра, и приучал его проявлять силу умеренно и сознательно. Александр относился к своему учителю с величайшим уважением, он часто говорил, что отцу он обязан жизнью, а Аристотелю – тем, что живет достойно. Идеалом Александра Македонского был герой Троянской войны Ахилл. Полный энергии и стремления к действию, Александр часто при победах своего отца, жаловался, что тот не оставит для него никакого дела. В гимнастических и других состязаниях Александр не имел себе равного; ещё будучи мальчиком, он укротил дикого коня Букефала, впоследствии служившего ему боевой лошадью. Сражение при Херонее (338 г.) было выиграно, благодаря личной храбрости Александра.

Александр Македонский
Александр Македонский

Филипп II гордился своим сыном и видел в нем исполнителя самых смелых своих предположений и надежд. Впоследствии, однако, удаление Филиппом матери Александра, женитьба на Клеопатре и целый ряд унижений, испытанных самим Александром, нарушили добрые отношения между отцом и сыном; молва приписывала даже Александру участие в убийстве Филиппа. При самом вступлении Александра на престол (осенью 336 г.) ему пришлось выдержать борьбу с заговором Аттала, дяди Клеопатры, желавшего возвести на престол сына последней, и с греками, готовившими восстание против македонской гегемонии. Аттал, Клеопатра и её сын были убиты, а против греков Александр поспешно предпринял поход в Фессалию, прошел Фермопилы и вступил в Фивы. Афиняне просили мира, дарованного им и всем грекам Александром. Посланники греческих городов собрались в Коринфе, где Александр, между прочим, встретился с Диогеном и где была решена общая война против Персии, причем Александр Македонский был признан верховным вождем всех эллинов; отказались пристать к союзу только спартанцы. Предприняв затем поход против варваров севера, Александр весною 335 г. совершил переход через Балканы и, через занятую трибаллами землю, дошел до северного берега Дуная, населенного гетами, у которых взял обширную добычу, принудив их просить мира, а затем с таким же успехом совершил поход к юго-западу, в Иллирию. Слухи о смерти Александра во время этого похода вызвали новое восстание в Греции, именно Афин и Фив; Фивы были разрушены до основания, все жители (до 30 тыс. чел.) были проданы в рабство, только дом и потомки Пиндара были пощажены. Остальные греческие государства были помилованы. Правителем государства в самой Македонии был назначен Антипатр с 13-тысячным войском.

Македония в начале царствования Александра Великого
Македония в начале царствования Александра Великого

Автор изображения -commons.wikimedia.org/wiki/User:Jaspe

Приступив затем к походу в Персию, Александр Македонский в начале весны 334 г. выступил с Азию, отправив 35-тысячное войско на 160 судах, и первую победу над 40-тысячным персидским войском одержал при реке Гранике; в этом сражении Александр едва не был убит и спасся только благодаря своему другу Клиту. Чтобы обезопасить себя от плававшего по Эгейскому морю персидского флота, Александр задался целью занять заселенные греками страны. Большинство городов покорилось ему без сопротивления. Милет был взят приступом, Кария тоже покорилась ему, долго сопротивлявшийся Галикарнас был сожжен персидским полководцем Мемноном, намерению которого отправиться со своим флотом к греческим островам и затем к Македонии помешала смерть. Александр Македонский отправился во Фригию и главный город её Гордий, где и остался зимовать; здесь он разрубил известный «гордиев узел», завязанный Гордием у дышла посвященной Зевсу колесницы; покорив затем Пафлагонию, Александр подвигался вперед к Каппадокии и достиг столицы её Тарса. Собранное между тем персидским царем Дарием III 60-тысячное войско Александр разбил в сражении в долине реки Пинара, к юго-востоку от города Исса (ноябрь 333 г.). Дарий бежал, оставив Александру весь свой лагерь и огромную добычу; мать, жена и дети Дария были взяты в плен.

Александр Македонский в битве при Иссе
Александр Македонский в битве при Иссе. Мозаика из Помпей

Направившись затем на юг, чтобы занять побережья и отрезать персов от моря, Александр вступил в Финикию, где после 7-месячной осады взял приступом Тир (август 332 г.), в начале сентября отправился через Палестину, где Иерусалим открыл ему свои ворота, к Египту, где при взятии, после 2-месячной осады, пограничной крепости Газы Александр был ранен. Сатрап Мазак сдал Египет без сопротивления после того, как Александр дошел до города Пелузия. Население, недовольное персидским владычеством, нигде не оказывало сопротивления, отчасти благодаря тому, что Александр Македонский в Египте всюду относился с уважением к религии народа и приносил жертвы местным божествам. Из Мемфиса Александр спустился вниз по Нилу и близ западного рукава Нила, у острова Фароса, положил основание своему лучшему памятнику – городу Александрии

Дарий III, между тем, собрал новое войско в Ассирии, и Александр, гордо отклонив предложение Дария о заключении мира, отправился в Ассирию, перейдя Евфрат и Тигр, и при Гавгамелах, близ Арбелы, одержал решительную победу (осенью 331 г.), нанесшую смертельный удар персидскому государству. Вавилон сдался, Сузы были взяты почти без сопротивления. В декабре 331 г. Александр направился к Персеполю и Пасаргадам, где войску его опять досталась богатая добыча; в качестве искупительной жертвы за вину персов перед греками, Александр сжег древнюю столицу. Узнав о приближении Александра Македонского к Мидии, Дарий бежал, и во время бегства был захвачен бактрийским сатрапом Бессом, стремившимся завладеть престолом, и в июле 330 г. убит. Александр устроил Дарию торжественные похороны в Персеполе.

Поход Александра Македонского на Восток
Поход Александра Македонского на Восток

Источник изображения - сайт Gumilevica

После смерти Дария, все народы Персии смотрели на Александра Македонского как на своего законного властителя. Только северо-восточные провинции продолжали сопротивляться, и Александр, заняв Гирканию и пройдя по Каспийскому морю до Задракарты (теперешний Астрабад), направился к Бактрии, где собрал свое войско принявший титул царя Бесс. Восстание в Арии заставило, однако, Александра отклониться к югу. Подавив восстание и основав здесь город, Александр решил, чтобы отрезать Бессу путь к югу, занять Арахозию и Дрангиану, что ему удалось без особых затруднений. Непривычная для старых воинов Александра Македонского роскошь, которою он окружил себя здесь, и отсутствие каких бы то ни было преимуществ для македонян в сравнении с азиатскими подданными, вызвали неудовольствие в войске Александра. Осенью 330 г. был обнаружен заговор, после раскрытия которого Александр приказал убить старого полководца Филиппа – Пармениона, чей сын Филота был заподозрен в участии в заговоре. Несмотря на сильнейшие холода, Александр двинулся из Арахозии, где тоже основал Александрию, в Бактрию, совершив переход через покрытые снегом горные проходы Гиндукуша. Бесс без сопротивления очистил Бактрию. Александр Македонский занял затем Мараканду (Самарканд) и подвигался вперед до Кирополя, причем ему пришлось побороть новое восстание, охватившее много провинций; в это время Александр совершил также свой известный поход в страну скифов. Александр устроил затем свой роскошный двор в Мараканде и с большой пышностью отпраздновал свой брак с Роксаной. В Александре все больше и больше обнаруживались черты восточного деспота. Ранее спасший ему жизнь Клит был убит Александром во время спора, а племянник и ученик Аристотеля Каллисфен и двое знатных юношей были казнены за отказ совершить обряд коленопреклонения перед Александром.

Желание новыми успехами доставить удовлетворение недовольному нововведениями войску заставило Александра Македонского предпринять поход в Индию, начатый им в конце 327 г. с 120-тысячным войском. После ряда кровопролитных сражений и побед Александр весной 326 г. достиг Инда, одержал затем победу и взял в плен царя Пора у реки Гидаспа, на западном берегу которой основал город Букефалу, а на восточном – Никею, но затем истощенные войска отказались идти вперед, к Гангу; к этому присоединились неблагоприятные предсказания жрецов, и Александр осенью 326 г. начал отступление вниз по Гидаспу, причем командование тремя частями флота было поручено Неарху, Кратеру и Гефестиону.

Александр Македонский и царь Пор
Александр Македонский и царь Пор

Почти все встречавшиеся на пути племена подчинялись без сопротивления; только одно племя маллов оказало сопротивление, и при штурме их укрепленного города Александр был тяжело ранен. Александр спустился до самого Индийского океана, одержал на пути ряд побед, совершил чрезвычайно трудный 60-дневный переход по пустыне к главному городу Гедрозии – Пуре, и затем отправился к Карамании, где к нему присоединились Кратер и Неарх. Неарх продолжал путь по берегу Персидского залива к устьям Тигра и Евфрата, а Гефестион с большей частью войска направился к Персиде (нынешний Фарс). Сам Александр через Пасаргады и Персеполь отправился к Сузам, где злоупотребления его наместников требовали его вмешательства и получили строгое возмездие.

Слияние востока и запада казалось теперь достигнутым, и, чтобы утвердить его еще более прочно, Александр Македонский взял себе в жены Статиру, старшую дочь Дария; до 80 приближенных к нему лиц и до 100 других македонян он тоже женил на персиянках. Одинаковое отношение Александра к варварским и македонским войскам вновь вызвало возмущение, подавленное личным вмешательством Александра. Покорив и почти уничтожив дикое племя коссеев, Александр вернулся в Вавилон, где усердно покровительствовал торговле прокладкой дорог, устройством гаваней и городов. Особенно занимал его проект колонизовать восточное побережье Персидского залива и, обогнув Аравию, завязать непосредственные торговые сношения по морю между Египтом и областью Евфрата. Был уже назначен день для отплытия флота, но Александр, после данного отправлявшимся во главе флота Неархом прощального пира, заболел лихорадкой, постепенно принимавшей все более опасный характер; в июне 323 г. Александр Македонский умер на 32 году жизни. Набальзамированный труп Александра через два года был перевезен Птолемеем в Египет и похоронен в Мемфисе, а затем перенесен в Александрию, в особо для того устроенный храм. Сейчас после смерти Александра, не оставившего преемника, начались раздоры между его полководцами, и империя Александра Великого распалась. Его завоевания имели, однако, то последствие, что отрезанная до того от влияния греческой культуры Передняя Азия слилась с греческим миром, восприняв многие черты эллинской цивилизации. Последующий исторический период назван поэтому эпохой эллинизма.

Государство Александра Македонского
Государство Александра Македонского

Из чрезвычайно многочисленных художественных изображений Александра до нас дошли очень немногие. Наиболее верно передающим внешний облик Александра считается найденный в 1779 г. близ Тиволи бюст с надписью, находящийся в Лувре. Мраморная статуя Александра в юности хранится в Мюнхенской глиптотеке, и сходная с ней мраморная голова в Британском музее; бронзовая статуя Александра в полном облачении найдена в Геркулануме. С именем Александра связывается знаменитый мраморный бюст во Флоренции, так называемый «Умирающий Александр» (на самом деле изображение гиганта) и самая большая из сохранившихся мозаик древности. Из посвященных Александру художеств, произведений нового времени наиболее знамениты: фрески Содомы в вилле Фарнезине в Риме «Свадьба Александра с Роксаной», рельеф Торвальдсена, изображающий въезд Александра в Вавилон и «Смерть Александра» Пилоти, в берлинской Национальной галерее.

Содома. Свадьба Александра Македонского и Роксаны
Содома. Свадьба Александра Македонского и Роксаны. Вилла Фарнезина, Рим. Ок. 1517 г.

Источник изображения

Жизнеописания Александра Македонского, составленные его сотрудниками Каллисфеном, Анаксименом, Клитархом и др. и основанные на этих не совсем достоверных источниках рассказ Диодора и Трога Помпея, как и биографии Плутарха и Арриана, дают более или менее достоверные сведения о военной деятельности Александра Македонского. Для суждения об его идеях и целях, политических организациях и проектах мы не имеем никаких материалов. Личность Александра уже в древности, но особенно у средневековых поэтов востока и запада сделалась излюбленным сюжетом легендарных сказаний. Литература об Александре Македонском весьма обширна.

читайте также статьи Гай Юлий Цезарь - краткая биография и Ганнибал - краткая биография


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Биография[править | править вики-текст]

Лицевой летописный свод (том 6 стр. Круто! изображение Александра Ярославовича; подпись под ним: «Аще бо и честию земнаго царствиа почтенъ бысть от Бога, и сопруга име и чада прижи, но смиренную мудрость стяжа паче всех человек, бе же возрастом великъ зело, красота же лица его видети яко Иосифа Прекраснаго, сила же его бе яко часть от силы Самсоновы, гласъ же его слышати яко труба въ народе»
Второй сын переяславского князя (позже великого князя Киевского и Владимирского) Ярослава Всеволодовича и Ростиславы (Феодосии) Мстиславны, торопецкой княжны, дочери князя Новгородского и Галицкого Мстислава Удатного[2] Родился в Переславле-Залесском в мае 1221 года[3].

В 1225 году Ярослав «учинил сыновьям княжеский постриг» — обряд посвящения в воины, который совершил в Спасо-Преображенском соборе Переславля-Залесского епископ Суздальский Святитель Симон.

В 1228 году Александр вместе со старшим братом Фёдором были оставлены отцом, вместе с переяславским войском, собиравшимся летом в поход на Ригу[4], в Новгороде под присмотром боярина Фёдора Даниловича и тиуна Якима[4], но во время голода, наступившего зимой этого года, Фёдор Данилович и тиун Яким, не дождавшись ответа Ярослава о просьбе новгородцев об отмене забожничья, в феврале 1229 года сбежали с малолетними княжичами из города, опасаясь расправы восставших новгородцев[4]. В 1230 году, когда Новгородская республика призвала князя Ярослава, он, побыв две недели в Новгороде, посадил на княжение Фёдора и Александра[4], однако три года спустя, в тринадцатилетнем возрасте, Фёдор умер.

В ноябре 1232 года престарелый римский папа Григорий IX провозгласил крестовый поход против финских язычников и русских, и конфликт закончился победой новгородцев на Омовже (1234).

В 1236 году Ярослав уехал из Новгорода княжить в Киев (оттуда в 1238 году — во Владимир). С этого времени началась самостоятельная деятельность Александра. В 1238 году, во время монгольского нашествия на Северо-Восточную Русь, Юрий Всеволодович Владимирский ожидал полки братьев Ярослава и Святослава, но сведения об участии новгородцев в битве на Сити отсутствуют. Затем монголы взяли Торжок после двухнедельной осады и не пошли в Новгород.

Ещё в 1236—1237 годах соседи Новгородской земли враждовали друг с другом (200 псковских воинов участвовали в неудачном походе Ордена меченосцев против Литвы[4], закончившемся битвой при Сауле и вхождением остатков ордена меченосцев в состав Тевтонского ордена), но уже в декабре 1237 года папа Григорий IX провозгласил второй крестовый поход в Финляндию, а в июне 1238 года датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман Балк договорились о разделе Эстонии и военных действиях против Руси в Прибалтике с участием шведов[5].

В 1239 году, по окончании войны с литовцами за Смоленск, Александр построил ряд укреплений на юго-запад от Новгорода по реке Шелони и женился на дочери Брячислава Полоцкого княжне Александре. Свадьба прошла в Торопце в храме св. Георгия. Уже в 1240 году в Новгороде родился первенец княжича, названный Василием[6].

Политика в отношении западных соседей[править | править вики-текст]
Основные статьи: Невская битва, Ледовое побоище, Литовский поход Александра Невского

Карта 1239—1245
В июле 1240 года шведский флот (руководство походом русские источники приписывают ярлу Биргеру; в шведских источниках упоминания о битве отсутствуют, ярлом в тот момент являлся Ульф Фаси, а не Биргер; Биргер командовал крестовым походом в Финляндию в 1249 году), вместе с которым было несколько епископов, вошёл в Неву, планируя овладеть Ладогой. Александр, узнав об их прибытии от местных старейшин, без запроса помощи из Владимира и даже без полного сбора ополчения, со своей дружиной и успевшими собраться отрядами новгородцев и ладожан атаковал шведский лагерь у устья Ижоры и одержал блестящую победу (15 июля).

Уже в августе наступление с юго-запада начал Орден при участии русского князя Ярослава Владимировича и войска короля[7], чем может объясняться выжидательная позиция, занятая до этого на Неве шведами[5]. Немцы взяли Изборск, разбив 800 подошедших ему на помощь псковичей, и осадили Псков, ворота которого открыли их сторонники из псковских бояр. Эти события не помешали новгородцам выгнать зимой 1240/1241 годов Александра в Переяславль-Залесский, и только когда немцы захватили землю вожан и Копорье, приблизившись к Новгороду на расстояние 30 вёрст, новгородцы обратились к Ярославу за князем. Он попытался оставить старшего сына при себе, послав к ним Андрея, но они настояли на кандидатуре Александра. В 1241 году Александр явился в Новгород и очистил его область от врагов, а в 1242 году, дождавшись владимирскую помощь во главе с Андреем, взял Псков (погибло 70 рыцарей[8]). Немцы собрались в районе Юрьева, куда двинулся Александр. Но после того, как на покорме был уничтожен передовой отряд новгородцев, Александр отступил на лёд Чудского озера для решающей битвы, которая произошла 5 апреля 1242 года. Войско ордена нанесло мощный удар по центру русского боевого порядка, но затем княжеская конница ударила с флангов и решила исход сражения. Согласно новгородской летописи, русские 7 вёрст преследовали немцев по льду. По условиям мира Орден отказался от всех недавних завоеваний и уступил новгородцам часть Латгалии, сразу после чего отец Невского был вызван к Батыю.

В 1245 году войско литовских князей напало на Торжок и Бежецк. Подошедший с новгородским войском Александр взял Торопец и убил больше восьми литовских князей, после чего отпустил новгородцев домой. Затем уже силами своего двора догнал и полностью уничтожил остатки литовского войска, включая князей, у Жижицкого озера, затем на обратном пути разбил другой литовский отряд под Усвятом. По выражению летописца, литовцы впали в такой страх, что стали «блюстися имени его». Отец Невского Ярослав был вызван в Каракорум и отравлен там 30 сентября 1246 года. Почти одновременно с этим 20 сентября в Золотой Орде был убит Михаил Черниговский, отказавшийся пройти языческий обряд.

Великое княжение (1252—1263)[править | править вики-текст]
См. также: Неврюева рать

Печать Александра Невского. После 1236 года.
После смерти отца, в 1247 году Александр поехал в Орду к Батыю. Оттуда вслед за ранее уехавшим братом Андреем он отправился к великому хану в Монголию. Вернулись из Каракорума Александр и Андрей в 1249 году. В их отсутствие брат их, Михаил Хоробрит Московский (четвёртый сын великого князя Ярослава), отнял у дяди Святослава Всеволодовича владимирское великое княжение в 1248 году, но в том же году погиб в бою с литовцами в битве на реке Протве. Святославу удалось разбить литовцев у Зубцова. Батый планировал отдать владимирское великое княжение Александру, но согласно завещанию Ярослава владимирским князем должен был стать Андрей, а новгородским и киевским — Александр. И летописец отмечает, что у них была «пря велия о великом княжении». В итоге правителями Монгольской империи, несмотря на смерть Гуюка во время похода на Батыя в 1248 году, был реализован второй вариант. Александр получил Киев и «Всю Русскую землю». Современные историки расходятся в оценке того, кому из братьев принадлежало формальное старшинство. Киев после татарского разорения потерял какое-либо реальное значение; поэтому Александр в него не поехал, а поселился в Новгороде (По данным В. Н. Татищева, князь всё же собирался уехать в Киев, но новгородцы «удержали его татар ради», однако достоверность этой информации находится под вопросом).

Генрих Семирадский. «Князь Александр Невский принимает папских легатов». 1876
Есть сведения[9] о двух посланиях папы римского Иннокентия IV Александру Невскому. В первом папа предлагает Александру последовать примеру отца, согласившегося (папа ссылался на Плано Карпини, в трудах которого данное известие отсутствует) перед смертью подчиниться римскому престолу, а также предлагает координацию действий с тевтонцами в случае нападения татар на Русь. Во втором послании папа упоминает о согласии Александра креститься в католическую веру и построить католический храм в Пскове, а также просит принять его посла — архиепископа Прусского. В 1251 году к Александру Невскому в Новгород приехали два кардинала с буллой. Почти одновременно во Владимире Андрея Ярославича с Устиньей Даниловной венчал митрополит Кирилл — сподвижник Даниила Галицкого, которому папа предлагал королевскую корону ещё в 1246—1247 годах. В том же году литовский князь Миндовг принял католическую веру, тем самым обезопасив свои земли от тевтонцев. По рассказу летописца, Невский, посоветовавшись с мудрыми людьми, изложил всю историю Руси и в заключение сказал: «си вся съведаем добре, а от вас учения не принимаем».

Примерно в 1251 году Александр Невский заключил договор с норвежским королём Хаконом IV Старым об урегулировании пограничных споров и разграничений в сборе дани с огромной территории, на которой проживали карелы и саамы. В 1254 году свет увидела «Разграничительная грамота», которая стала результатом сближения Норвегии и Руси.

В 1251 году при участии войск Золотой Орды победу в борьбе за верховную власть в Монгольской империи одержал союзник Батыя хан Мунке, и в следующем году Александр вновь приехал в Орду. Одновременно против Андрея были двинуты войска под предводительством Неврюя. Андрей, в союзе с братом Ярославом Тверским выступил против них, но был разбит и через Новгород бежал в Швецию, Ярослав закрепился во Пскове. Это была первая попытка открытого противодействия монголо-татарам в Северо-Восточной Руси. После бегства Андрея великое княжение владимирское перешло к Александру. Возможно, как считает ряд исследователей, это свидетельствует о том, что Александр во время своей поездки в Орду способствовал организации карательного похода против своего брата, но прямых доказательств в пользу данного вывода нет. В том же году из монгольского плена был отпущен в Рязань захваченный в 1237 году раненым князь Олег Ингваревич Красный.

За вокняжением Александра во Владимире последовала новая война с западными соседями. В 1253 году, вскоре после начала великого княжения Александра, его старший сын Василий с новгородцами был вынужден отражать литовцев от Торопца, в том же году псковичи отбили тевтонское вторжение, затем вместе с новгородцами и карелами вторглись в Прибалтику и разбили тевтонцев на их земле, после чего был заключён мир на всей земле новгородской и псковской. В 1256 году на Нарову пришли шведы, емь, сумь и начали ставить город (вероятно речь идёт о уже заложенной в 1223 году крепости Нарва). Новгородцы просили помощи у Александра, который и провёл с суздальскими и новгородскими полками удачный поход на емь. В 1258 году литовцы вторглись в Смоленское княжество и подступали к Торжку.

В 1255 году новгородцы изгнали от себя старшего сына Александра Василия и призвали Ярослава Ярославича из Пскова. Невский же заставил их снова принять Василия, а неугодного ему посадника Онанью, поборника новгородской вольности, заменил услужливым Михалкой Степаничем. В 1257 году монгольская перепись прошла во Владимирской, Муромской и Рязанской землях, но была сорвана в Новгороде, который не был разорён в ходе нашествия. Большие люди, с посадником Михалкой, уговаривали новгородцев покориться воле хана, но меньшие и слышать о том не хотели. Михалко был убит. Князь Василий, разделяя чувства меньших, но не желая ссориться с отцом, ушёл во Псков. В Новгород явился сам Александр Невский с татарскими послами, сослал сына в Суздальскую землю, советчиков его схватил и наказал («овому носа урезаша, а иному очи выимаша») и посадил князем к ним второго своего сына, семилетнего Дмитрия. В 1258 году Александр ездил в Орду «чтить» ханского наместника Улавчия, а в 1259 году, угрожая татарским погромом, добился от новгородцев согласия на перепись и дань («тамги и десятины»). В 1260 году хан Берке ввязывался в войну против Хулагу, что угрожало Руси втягиванию в конфликт между монгольскими государствами.

Принявший в 1253 году королевскую корону Даниил Галицкий своими силами (без союзников из Северо-Восточной Руси, без католизации подвластных земель и без сил крестоносцев) смог нанести ордынцам поражение, но вскоре под угрозой вторжения Орды в 1259 году подчинился и вынужден был срыть все построенные им новые крепости. Литовцы были отбиты от Луцка, после чего последовали ордынские походы на Литву и Польшу, поход Миндовга на Ливонию 1260 года и заключение между Великим княжеством Литовским и Новгородом в 1261 году союза. В 1262 году новгородские, тверские, полоцкие и союзные литовские полки под номинальным началом 12-летнего новгородского князя Дмитрия Александровича предприняли поход в Ливонию и осадили город Юрьев, сожгли посад, но города не взяли.

Смерть[править | править вики-текст]

«Перенесение мощей благоверного князя Св. Александра Невского Петром Великим в Петербург». Слева: Пётр Великий; справа: Меньшиков, Апраксин, Ягужинский

Икона Святого благоверного князя Александра Невского

Святой Александр Невский. Фреска, 1666 год, Москва, Кремль, Архангельский собор, роспись юго-восточного столпа
В 1262 году в ходе антиордынского восстания во Владимире, Суздале, Ростове, Переяславле, Ярославле и других городах были перебиты татарские откупщики дани, а хан Берке потребовал произвести военный набор среди жителей Руси[10], поскольку возникла угроза его владениям со стороны ильхана Ирана Хулагу. Александр Невский отправился в Орду, чтобы попытаться отговорить хана от этого требования[источник не указан 578 дней]. Сама поездка великого князя владимирского затянулась фактически на год. В Орде Александр заболел, хотя ему удалось успокоить хана Берке. Уже будучи больным, он выехал на Русь.

Приняв схиму под именем Алексия, он скончался 14 ноября 1263 года[11] (есть две версии о месте смерти — в Городце Волжском или в Городце Мещёрском). Митрополит Кирилл возвестил народу во Владимире о его смерти словами: «Чада моя милая, разумейте, яко заиде солнце Русской земли», и все с плачем воскликнули: «уже погибаем». «Соблюдение Русской земли, — писал историк Сергей Соловьёв, — от беды на востоке, знаменитые подвиги за веру и землю на западе доставили Александру славную память на Руси и сделали его самым видным историческим лицом в древней истории от Мономаха до Донского».

Изначально был похоронен Александр Невский в Рождественском монастыре во Владимире. В 1724 году по приказу Петра I мощи Александра Невского торжественно перенесены в Александро-Невский монастырь (с 1797 года — лавра) в Санкт-Петербурге.

Семья[править | править вики-текст]
Супруга:

Александра, дочь Брячислава Полоцкого;
Васса[12].
Сыновья:

Василий (до 1245—1271) — князь Новгородский;
Дмитрий (1250—1294) — князь Новгородский (1260—1263), князь Переяславский, Великий князь Владимирский в 1276—1281 и 1283—1293 годах;
Андрей (около 1255—1304) — князь Костромской (1276—1293, 1296—1304), великий князь Владимирский (1281—1284, 1292—1304), князь Новгородский (1281—1285, 1292—1304), князь Городецкий (1264—1304);
Даниил (1261—1303) — первый князь Московский (1263—1303).
Дочери:

Евдокия, ставшая женой Константина Ростиславича Смоленского.
Супруга и дочь Евдокия погребены в соборе Успения Богородицы Успенского Княгинина монастыря во Владимире.

Оценки личности и результатов правления[править | править вики-текст]

Александр Невский на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде
По результатам широкомасштабного опроса россиян 28 декабря 2008 года Александр Невский был выбран «именем России»[13]. Однако в исторической науке нет единой оценки деятельности Александра Невского, взгляды историков на его личность разные, порой прямо противоположные. Веками считалось, что Александр Невский сыграл исключительную роль в русской истории в тот драматический период, когда Русь подверглась удару с трёх сторон, в нём видели родоначальника линии московских государей и великого покровителя православной церкви. Подобная канонизация Александра Ярославича со временем стала вызывать возражения. Как констатирует руководитель кафедры отечественной истории МГУ Николай Борисов, «любители разрушать мифы постоянно „подкапываются“ под Александра Невского и стараются доказать, что и брата он предал, и татар он навёл на русскую землю, и вообще непонятно, за что его великим полководцем считают. Такая дискредитация Александра Невского постоянно в литературе встречается. Каким он был на самом деле? Источники не позволяют на 100 % ответить на этот вопрос»[14].

Решением Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла в 2016 году Александр Невский определён небесным покровителем Сухопутных войск Российской Федерации[15].

Каноническая оценка[править | править вики-текст]
Согласно канонической версии, Александр Невский рассматривается как святой, как своего рода золотая легенда средневековой Руси. В XIII веке Русь подверглась ударам с двух сторон — католического Запада и монголо-татар. Александр Невский, за всю жизнь не проигравший ни одной битвы, проявил талант полководца и дипломата, заключив мир с наиболее сильным (но при этом более веротерпимым) врагом — Золотой Ордой — и отразив нападение с Запада, одновременно защитив православие от католической экспансии. Эта трактовка официально поддерживалась властью как в дореволюционные, так и в советские времена, а также Русской православной церковью. Идеализация Александра достигла зенита перед Великой Отечественной войной, во время и в первые десятилетия после неё. В популярной культуре этот образ был запечатлён в фильме 1938 года «Александр Невский» Сергея Эйзенштейна.

Евразийская оценка[править | править вики-текст]
Лев Гумилёв как представитель евразийства видел в Александре Невском архитектора русско-ордынского альянса. Он утверждает, что в 1251 году «Александр приехал в орду Батыя, подружился, а потом побратался с его сыном Сартаком, вследствие чего стал сыном хана и в 1252 году привёл на Русь татарский корпус с опытным нойоном Неврюем»[16]. С точки зрения Гумилёва и его последователей, дружеские отношения Александра с Батыем, чьим уважением он пользовался, его сыном Сартаком и преемником — ханом Берке позволили наладить с Ордой возможно более мирные отношения, что способствовало синтезу восточнославянской и монголо-татарской культур.

Критическая оценка[править | править вики-текст]
Третья группа историков, в целом соглашаясь с прагматичным характером действий Александра Невского, считает, что объективно он сыграл отрицательную роль в истории России. Некоторые историки, в частности, профессор Оксфордского университета Джон Феннел, д. и. н. Игорь Данилевский, Сергей Смирнов считают, что традиционный образ Александра Невского как гениального полководца и патриота преувеличен. Они акцентируют внимание на свидетельствах, в которых Александр Невский выступает властолюбивым и жестоким человеком[17]. Также ими высказываются сомнения насчёт масштаба ливонской угрозы Руси и реального военного значения столкновений на Неве и Чудском озере[18]. Согласно их трактовке, серьёзной угрозы со стороны немецких рыцарей не было (причём Ледовое побоище не являлось крупной битвой), а пример Литвы (в которую перешёл ряд русских князей со своими землями), по мнению Данилевского, показал, что успешная борьба с монголами была вполне возможна. Александр Невский сознательно пошёл на союз с монголами, чтобы использовать их для укрепления личной власти. В долгосрочной перспективе его выбор предопределил формирование в России деспотической власти.

Александр Невский, заключив союз с Ордой, подчинил Новгород ордынскому влиянию. Он распространил монгольскую власть на Новгород, который никогда не был завоёван монголами. Причём выкалывал глаза несогласным новгородцам, и много за ним грехов всяких.
— д. и. н., академик РАН Валентин Янин[19]
Канонизация[править | править вики-текст]


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

вятослав I Игоревич (942 (ок.930?) - 972х) (см. генеалогическую таблицу)

Родители : Игорь и Ольга Псковская;

Жены и дети :

1. Предслава, дочь киевского боярина => Ярополк (961-980х);

2. Эсфирь => Олег, князь Дреговичский (?-977х);

3. Малуша (Малфред?), ключница => Владимир Красное Солнышко (? (ок.948?) -1015+);
В одной из летописей сообщается, что Малуша была дочерью древлянского князя Мала (Нискини), организатора восстания древлян против князя Игоря. Ольга сослала Малушу в село Будутино (Будник, близ Пскова?), где Малуша родила сына Владимира. Имя Малуши, по Шахматову - славянизированное Малфред. До него Д. Иловайский (в "Разысканиях о начале Руси") пришел к выводу, что Малфред есть только скандинаская переделка имени Малуши (естественная для ключницы, ставшей, по сыну, княгиней).

Брат Малуши Добрыня Никитич (Нискинич) был крупным полководцем и государственным деятелем, воспитателем Владимира Красное Солнышко. О Добрыне и его подвигах сложено много былин.

Основные моменты жизни

Князь Новгородский и вел. князь Киевский (946-972)

По словам византийского хрониста Льва Дьякона, Святослав был "среднего роста и весьма строен, имел широкую грудь, плоский нос, голубые глаза и длинные косматые усы. Волосы на его голове были выстрижены, за исключением одного локона - знак благородного происхождения; в одном ухе висела золотая серьга, украшенная рубином и двумя жемчужинами. Вся наружность князя представляла что-то мрачное и суровое. Белая одежда его только чистотой отличалась от других русских".

Совершал походы с 964 из Киева на Оку, в Поволжье, на Сев. Кавказ и Балканы; освободил вятичей от власти хазар, воевал с Волжской Болгарией, разгромил (965) Хазарский каганат, в 967 воевал с Болгарией за Подунавье. C 60-тысячным войском в 970 году он нанес болгарам поражение при Доростоле.

Святослав поставил г. Переяславец (Малый Переслав) на нижнем Дунае и мечтал сделать его столицей будущего великого славянского государства. "Туда, - говорил он матери, - сходится все хорошее: из Греции золото, паволоки, вина и разные плоды, из Чехии и Венгрии серебро и кони, из Руси меха и воск, мед и рабы ..."

В союзе с венграми, болгарами и др. вел русско-византийскую войну 970-971. Укрепил внешнеполитическое положение Киевского государства. Убит печенегами у днепровских порогов.

Материал с сайта

ОТ РУСИ ДРЕВНЕЙ ДО ИМПЕРИИ РОССИЙСКОЙ

Святослав Игоревич (? - 972) - вел. князь киев., сын киев. кн. Игоря Рюриковича Старого и Ольги Мудрой. Оставшись после гибели отца (945) ребёнком, вырос в среде дружинников. Объявлен вел. князем сразу после смерти Игоря, однако мать все время была при нём правительницей, даже по достижении им зрелого возраста продолжала править гос-вом, поскольку Святослав Игоревич почти всю свою жизнь провёл в военных походах. Единств, мерило его поступков в дальнейшем - мнение дружины, единств. идеал - слава беззаветно храброго воина, никогда не изменявшего традициям дружинников. Возможно, поэтому Святослав Игоревич упорно сопротивлялся христианизации Руси, которая никак не согласовывалась с осн. устоями тогдашнего дружинного быта. Достигнув юношеск, возраста, Святослав Игоревич начал беспрерывную цепь своих военных предприятий. Действия Святослав Игоревич носили наступательный характер, что позволяло ему захватывать инициативу и добиваться успеха. Летописец оставил его красочную поведенческую характеристику: «...и легко ходя, аки пардус, воины многы творяще. Ходя, воз по себе не возяше, ни котла, ни мяс варя, но по тонку изрезав конину, или зверину, или говядину, на углех испек, ядяше. Ни шатра имеяше, но подклад (потник. - Авт.) постилаше и седло в головах. Такоже и прочий вои его бяху вей...» Ещё в 941 на Волге, в стране волжск, булгар, хазар и буртасов, погибла рать его отца. Кроме того, новг. купцов постоянно притесняли местные власти и население. Мстя за позор отца и желая получить в свои руки Великий Волжский путь, соединявший Скандинавию, Сред. Азию и Русь, Святослав Игоревич выступил (964) со своей дружиной в поход. Поднявшись по р. Десне через землю северян, подвластных Киеву, он перешёл в верховья Оки, в землю вятичей. Не желая оставлять в глубоком тылу плативших дань хазарам вятичей, Святослав Игоревич на этот раз не стал воевать с ними и подчинять их своей воле. Перейдя Волгу, он в течение почти 5 лет одержал целый ряд побед над булгарами, буртасами и хазарами, разрушил гл. цитадель последних - Саркел, прошёл до Боспора Киммерийского; на Сев. Кавказе захватил хазар, крепость Семендер, разбил ясов и касогов. Очистив всю Волгу, вернулся в Киев прежним путем. В 966 Святослав совершил поход на вятичей и заставил их платить себе дань. В 967 в Киев прибыл посол визант. имп. Никифора Фоки, знатный вельможа, патриций Калокир. Богато одарив киев. князя и его приближённых, Калокир передал Святослав Игоревич приглашение императора к совместному походу в Болгарию. Дела империи в тот период шли плохо: её владения на востоке и юго-востоке подвергались постоянным нападениям арабов; в 966 Византия начала после 40-летнего перемирия войну с болгарами. Святослав Игоревич пошёл на союз с императором и, неожиданно даже для приближённых дружинников, объявил о походе в Болгарию. Из Киева выступило 10-тыс. войско. Быстро спустившись на ладьях вниз по Днепру к Чёрному морю, Святослав Игоревич оказался вскоре в болгар, пределах. Застигнутый врасплох болгар, царь Петр выслал навстречу русским спешно собранное войско. Святослав Игоревич наголову разбил втрое превосходившую рать болгар, и Петр заперся в крепости Доростпл. Святослав Игоревич легко овладел г. Малая Преслава и занял всю прилегающую к ней область. Между тем Петр снёсся с императором и заключил с ним союз против русских, а Киев осадили печенеги. Летом 968 Святослав Игоревич примчался с частью дружины в свою столицу и освободил Киев от степняков. Похоронив мать (969) и посадив сыновей (Ярополка в Киеве, Олега - в Древлян, земле, а юного Владимира - в Новгороде Великом), Святослав Игоревич снова ушёл с дружиной в Болгарию. Ок. 971 ситуация изменилась: теперь Святослав Игоревич, уже в союзе с венграми и болгарами, начал воевать с Византией. К тому времени Никифор Фока был убит и на престол сел Иоанн Цимисхий. Арабов на юге и востоке удалось на некоторое время оттеснить, поэтому у императора оказалось достаточно войска, чтобы изгнать Святослав Игоревич из Болгарии и затем подчинить её Константинополю. После поражения в битве с превосходящими по численности визант. войсками у Большого Преслава и Доростола Святослав Игоревич укрылся в этой крепости и в течение 3 месяцев сидел в осаде, мужественно терпя со своими воинами лишения, голод и болезни, пока ему не удалось заключить мир с Иоанном. На обратном пути на родину он был убит на о. Хортица подосланными визант. императором печенегами.

Использованы материалы из кн.: Богуславский В.В., Бурминов В.В. Русь рюриковичей. Иллюстрированный исторический словарь.

СВЯТОСЛАВ I ИГОРЕВИЧ (кол. 3) Из рода Рюриковичей. Сын Игоря Рюриковича и кн. Ольги. Род. ок. 940 г. Вел. кн. Киевский в 945 - 972 гг. + 972 г.

В то время, когда отец Святослава, князь Игорь, был убит в Древлянской земле, Святослав был еще ребенком и всеми делами распоряжались мать его княгиня Ольга, кормилец Святослава Асмуд и воевода Свенельд. В 946 году, собрав многих воинов, Ольга пошла на древлян. С ней был и Святослав. Древляне выступили навстречу, и когда оба войска сошлись для схватки, Святослав бросил свое копье во врага. Копье пролетело только между ушей коня и упало у его ног, ибо Святослав был еще очень мал. Но Свенельд и Асмуд сказали: "Князь уже начал бой: последуем, дружина, за князем!" И началась битва, в которой одолели киевляне.

В 957 году после своего крещения Ольга стала уговаривать сына своего также принять христианство. Но Святослав ответил: "Как мне одному принять иную веру? А дружина моя станет насмехаться". И не послушал матери, продолжая жить по языческим обычаям. Но другим креститься не запрещал, а только насмехался над ними. Ольга же молилась за своего сына и продолжала руководить им до тех пор, пока он не возмужал.

Когда Святослав вырос, стал он собирать много воинов храбрых и много воевал, а в походы ходил легко как гепард, рассказывает летописец. И не возил он с собой ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину или зверину или говядину, жарил на углях и так ел. Не имел он и шатров, но спал, подостлав потник с седлом в головах. Такими же были и все его воины. Прежде чем нападать на врага, посылал он вперед гонца со словами: "Хочу на вас идти". И внешность у Святослава, по словам византийского историка Льва Диакона, была под стать его характеру: дикая и суровая. Брови у него были густые, глаза голубые, Волосы и бороду князь имел обыкновение брить, но зато имел длинные висячие усы и пучок волос на одной стороне головы. Будучи невысок ростом и строен телом, он отличался могучей мускулистой шеей и широкими плечами. Роскоши Святослав не любил. Одежду носил самую простую и только в ухе у него висела золотая серьга, украшенная двумя жемчужинами и рубином.

В 965 году, будучи примерно 25 лет от роду, Святослав пошел на хазар. Услышав о том, хазары вышли навстречу во главе с каганом, и началась битва. Святослав одолел хазар и взял города их, Саркел и Белую Вежу. После победил он ясов и касогов. На другой год Святослав победил вятичей и возложил на них дань.

В 967 году Святослав пошел на Дунай в Болгарию. Святослав одолел болгар в битве и, взяв 80 их городов по Дунаю, сел княжить в Переяславце, беря дань с греков.

В 968 году, в отсутствие Святослава, на Русскую землю пришли печенеги. Ольга заперлась в Киеве со своими внуками - Ярополком, Олегом и Владимиром. Печенеги же осадили город великою силой: было их вокруг бесчисленное множество, и нельзя было ни выйти из города, ни набрать воды, и изнемогали люди от голода и жажды. Тогда киевляне послали к Святославу гонца со словами: "Ты, князь, ищешь чужой земли и о ней заботишься, а свою покинул. Нас же чуть было не взяли печенеги вместе с матерью твоей и детьми. Если не придешь и не защитишь нас, то не миновать нам полона. Неужели не жаль тебе своей отчины, старой матери и детей?" Услышав эти слова, Святослав с дружиною немедленно оседлал коней и вернулся в Киев; приветствовал мать свою и детей и сокрушался о том, что случилось с ними от печенегов. После собрал он воинов, прогнал печенегов в поле, и настал покой в Русской земле.

Далее летописец рассказывает так. Святослав созвал бояр и сказал матери своей: "Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае - там середина земли моей, туда стекаются все блага: из Греческой земли - золото, паволоки и вина, различные плоды; из Чехии и из Венгрии - серебро и кони; из Руси же - меха и воск, мед и рабы". Ольга отвечала ему на это: "Видишь - я больна; куда хочешь уйти от меня? Когда похоронишь меня, отправляйся куда захочешь". Через три дня Ольга умерла, и оплакал ее Святослав вместе с сыновьями своими и похоронил.

В 969 году Святослав посадил Ярополка в Киеве, Олега - у древлян, Владимира Послал княжить в Новгород, а сам отплыл в Болгарию в Переяславец. Болгары же, отбившие к этому времени Переяславец, затворились против него в городе и вышли биться с русскими. И была великая сеча, в которой болгары стали одолевать. Тогда сказал Святослав своим воинам: "Здесь нам и умереть! Постоим же мужественно, братья и дружина!" К вечеру одолел Святослав и взял город приступом. И послал он к грекам со словами: "Хочу идти на вас и взять столицу вашу, как и этот город". Греки же сказали: "Чем воевать, возьми дань на всю дружину свою, только скажи, сколько вас, чтобы мы разочлись по числу дружинников твоих". Так говорили греки, обманывая русских. Святослав же послал сказать: "Нас двадцать тысяч". Но прибавил десять тысяч: ибо русских было всего десять тысяч. Получив это известие, Иоанн Цимисхий, император греков, выступил против руси с 30 тысячами, а дани не дал никакой. В 970 году война переместилась во Фракию. В первом сражении Святослав одолел и пошел к Константинополю, захватывая города. В Филиппополе (Пловдиве), по свидетельству Льва Диакона, он велел посадить на кол 20 000 пленных, привел этим болгар в ужас и заставил повиноваться себе. Однако под Андрианополем русские встретились с войском Варды Склира и потерпели от него поражение. Несмотря на победу, Цимисхий из-за начавшегося в Азии мятежа Варды Фоки должен был заключить мир. Он послал сказать Святославу: "Не ходи к столице, возьми дань, сколько хочешь". Святослав, по словам летописца, взял огромную дань, а также много даров и возвратился в Переяславец со славой великой.

Впрочем, мир продолжался совсем недолго. В пасхальные дни 971 года, подавив восстание в Азии, Цимисхий неожиданно для русских перешел Балканы и вторгся в Болгарию. После двухдневной осады греки взяли Преславу и выбили оттуда русский гарнизон, которым командовал Свенельд. После этого Плиска и многие другие болгарские города отпали от Святослава и перешли на сторону Цимисхия. Сам Святослав находился в это время на Дунае в Доростоле, Узнав о поражении у Преславы, он испытал огорчение и досаду, но еще надеялся на победу.

Когда император подступил к Доростолу, он увидел русских, стоящих перед стенами в ожидании битвы. После того, как противники сошлись врукопашную, завязалось яростное сражение, и долго обе стороны бились с одинаковым успехом. К вечеру, когда бойцы стали уже изнемогать, Цимисхий бросил в бой свою конницу. Не выдержав этого натиска, русские обратились в бегство и скрылись за стенами крепости.

После этого в течение нескольких дней происходили упорные сражения перед стенами, из которых греки обычно выходили победителями. Тогда Святослав собрал свою дружину и стал советоваться, как им дальше быть. Многие были за то, чтобы отступить, но Святослав сказал: "Нам некуда уже деться, хотим мы или не хотим - должны сражаться. Так не посрамим земли Русской, но ляжем здесь костьми, ибо мертвые сраму не имут. Если же побежим - позор нам будет. Так не побежим же, но станем крепко, а я пойду впереди вас: если моя голова ляжет, то о своих сами позаботитесь". Воины, вдохновленные этой речью, воскликнули: "Где твоя голова ляжет, там и свои головы положим".

На другой день русские, построившись в фалангу, выступили против греков и бились с невиданным доселе ожесточением. Император, увидев, что греки отступают, сам бросился в бой, чтобы воодушевить воинов. К довершению несчастья разразился ураган. Ветер дул навстречу русским и забивал им глаза. В то же время, обойдя строй Святослава, Варда Склир ударил ему в тыл. Русские не выдержали и побежали под защиту стен. Сам Святослав, израненный стрелами и потерявший много крови, едва не попал в плен.

Всю ночь он провел в гневе и печали, сожалея о гибели своего войска. Но, видя, что ничего уже нельзя предпринять, он почел долгом не падать духом под тяжестью неблагоприятных обстоятельств и приложил все усилия для спасения оставшихся в живых воинов.- Поэтому он отрядил на рассвете послов к императору Иоанну и стал просить мира на следующих условиях: русские уступят грекам Доростол, освободят пленных, уйдут из Болгарии и возвратятся на родину, а греки дадут им возможность отплыть, не нападут на них по дороге с огненосными кораблями, а кроме того, снабдят их продовольствием и будут принимать русских купцов на тех условиях, которые были установлены прежде.

Император с радостью принял эти условия. Из 60-тысячной армии, которую Святослав привело собой в Болгарию, в живых в это время осталось 22 000.

По заключении мира Святослав благополучно достиг устья Днепра и на ладьях отправился к порогам. Воевода Свенельд говорил ему: "Обойди, князь, пороги на конях, ибо стоят у порогов печенеги". Но Святослав не послушал его и пошел в ладьях. Между тем Свенельд беспокоился не зря: болгары послали сказать печенегам: "Вот, идет мимо вас на Русь Святослав с небольшой дружиной, забрав у греков много богатства и пленных без числа". Услышав об этом, печенеги заступили пороги. Святослав узнал, что нельзя пройти через пороги, и остановился с дружиной в Белобережье на зимовку. Вскоре у русских кончилась вся еда, воины стали есть коней и начался великий голод. Весной 972 года Святослав решил продолжить путь. Едва добрался он до порогов, напал на него Куря, князь печенежский, и перебили печенеги всю русскую дружину. Пал в бою и Святослав. А из черепа его печенеги сделали чашу, оковав его, и с тех пор пили из нее печенежские ханы.

Все монархи мира. Россия. 600 кратких жизнеописаний. Константин Рыжов. Москва, 1999 г.

СВЯТОСЛАВ, великий князь Киевский (ок. 945-972), сын кн. Игоря и кн. Ольги, подавивший попытки установить иудейское иго на Руси.

“О, дорогое мое дитя! — говорила Святославу блж. Ольга. — Нет иного Бога ни на небесах наверху, ни на земле внизу, кроме Того, Которого познала я, Создателя всея твари Христа Сына Божия... Послушай меня, сынок, прими веру истинную и крестись, и спасен будешь” (Степенная книга). Однако речи эти, как свидетельствует летописец, подобны были попыткам сеять на воде — князь оставался холоден и непреклонен. “Если бы я и хотел креститься, — отвечал он матери, — никто бы мне не последовал и никто бы из моих вельмож не согласился этого сделать. Если один я закон христианской веры приму, тогда мои бояре и прочие сановники вместо повиновения мне будут смеяться надо мной... И что мне будет самодержство, если из-за чужого закона все меня оставят и я буду никому не нужен”.

Благодатный церковный опыт Ольги оказался недоступен ее строптивому сыну. Плакала мать, скорбя, в молитве изливая Богу свою печаль, прося вразумления, милости и защиты. “Премилостивый Господи, Боже мой Иисус Христос, — взывала княгиня, — прильпе душа моя по Тебе, мене же прият десница Твоя: приклони ухо Твое ко мне и услыши молитву мою... Помощник ми буди и не остави мене, Боже Спасителю мой, яко отец мой и мати моя оставили мя, и супруга я лишилась. От него единственного сына прижила, и тот непокорив и неверен... Я, Господи, на милость Твою уповаю, и на множество щедрот Твоих надежду души моей возлагаю, и к Тебе, прибегая, молюсь: научи меня творить волю Твою и спаси меня от рода лукаваго, от множества язычников. И хоть они ушли от Твоей благодати, но Ты, Владыко, человеколюбия ради не пренебреги ими, но посети и вразуми, приведи их к познанию Себя... Пусть они, просвещенные Тобою, когда-нибудь прославят имя Твое пресвятое, Отца и Сына и Святаго Духа из рода в род и во веки. Аминь”.

Бог внял материнской мольбе. Дело обернулось так, что ревностный язычник и непримиримый враг христианства Святослав как никто другой способствовал разрушению самого главного внешнего препятствия на пути Православия в Россию. Суровый и жестокий воин, он своими дерзкими походами уничтожил Хазарию и укрепил Русское государство, расчистив, таким образом, путь к служению, благодатное призвание на которое последовало тремя десятилетиями позже — в Таинстве Святого Крещения. Мать Святослава — св. равноап. кн. Ольга — не дала угаснуть в народе слабой искре христианства, всеянной тремя “неудачными” крещениями, которая вспыхнула ярким светом на Святой Руси в результате чудесного обращения ее внука — кн. Владимира.

Святослав сохранил единство Руси, защитив ее от внешних врагов, угрожавших молодому государству с юго-востока. Ольга удержала нарождающееся русское христианство от растлевающего еретического влияния католицизма, грозившего ему с северо-западного направления. Святослав спас государственное тело России. Ольга не дала смутить ее неискушенную юную душу. Такое сочетание, вопреки всякому человеческому предвидению, готовило Русь к христианскому прозрению, хотя временами казалось, что новое государство умрет, едва успев родиться.

К сер. X в. киевский князь стал вассалом иудейского царя Хазарии. Произошло это после карательного похода “досточтимого Песаха” — еврейского полководца, который во главе наемной армии отбросил русов от берегов Азовского моря, опустошил страну и осадил Киев. Около 940 от киевского князя отпало Днепровское левобережье, земли уличей и тиверцев в низовьях Днестра и Дуная попали в руки печенегов, кривичи создали свое независимое Полоцкое княжество. Под мощным воздействием хазарских евреев Русь разваливалась на глазах, превращаясь в вассала иудейского каганата, вынужденная не только платить ему дань, но и воевать за его интересы, совершенно чуждые славянам. “Тогда стали русы подчинены власти хазар”, — гордо сообщает современный еврейский автор.

Еще в самом н. IX в. власть в Хазарском каганате захватил некий влиятельный иудей Обадия. Он превратил хана из династии Ашина в марионетку и сделал талмудический иудаизм государственной религией Хазарии. С тех пор ее политика преследовала цели, проистекавшие из мессианских чаяний раввинов и их неутолимой ненависти к христианству. Первой заботой хазарских иудеев традиционно стала забота о богатстве. Через тысячу лет после того, как еврейство отвергло Спасителя, иудеи-рахдониты продолжали свято верить, что путь к господству над миром (якобы обещанному им Самим Богом) один — золото.

Богатство давало возможность подкупать союзников и нанимать воинов. Все это: торговое имущество, купленные союзники и воины-наемники — было брошено к достижению заветной цели: уничтожению или ослаблению ненавистного оплота Вселенского Православия — Византийской империи.

В 939 по Рождеству Христову войну против Византии развязал хазарский царь Иосиф, который начал с того, что “низверг множество необрезанных”, то есть попросту перебил христиан, живущих внутри Хазарии. Затем хазарское войско вторглось в Крым, взяло там три города, “избив мужчин и женщин”, и осадило Херсонес, где нашли себе убежище уцелевшие христиане. Составной частью кампании стал поход на русские земли, закончившийся подчинением киевского кн. Игоря. Он обещал “платить дань кровью”, то есть в войне Хазарии с Византией выставить свою дружину против империи на стороне каганата. Этим, возможно, и объясняются два его похода на Царьград, последовавшие один за другим в 941 и 944.

Подчинение Хазарии сыграло роковую роль и в жизни самого Игоря. Общепризнанно, что он был убит древлянами при сборе дани. Но остается открытым вопрос — для кого собирал он эту дань? Что заставило князя увеличить ее до размеров, вызвавших восстание древлян? Ответ прост: надо было платить Хазарии.

Итак, когда Святослав сел на Киевском столе, перспективы Русской державы казались весьма мрачными. Она потеряла внутреннее единство и внешнюю независимость, происками Хазарии оказалась втянутой в войну с Византией, совершенно не нужную и чуждую русским интересам. На Западе процесс объединения Германии под скипетром саксонской династии делал ее источником мощной военной и духовной агрессии, что тут же испытали на себе славяне Эльбы, Поморья и Вислы. Священная Римская империя германской нации, основанная Карлом Великим еще в 800 году, становилась в Восточной Европе реальной силой, заявлявшей свои права не только на земли, но и на души славян.

В 961 в Киев прибыл римский еп. Адальберт со свитой. Его пригласила сама “королева ругов” — св. равноап. кн. Ольга. Поскольку в то время, несмотря на постепенное отпадение Римской церкви от Православия, канонически это еще не было закреплено, княгиня, возможно, сочла, что на первое время стоит пригласить священников с Запада, ибо это гораздо ближе и удобнее, чем дожидаться оказии из далекой Византии. В 959 она обратилась с этой просьбой к королю Германии Оттону I, результатом чего и явилось посольство Адальберта.

Однако вероотступничество католиков и их политические амбиции были так очевидны даже для малочисленных неискушенных новообращенных русских христиан, что миссия римского прелата провалилась с треском. Уже в следующем, 962 году он был вынужден уехать назад, “не успев ни в чем”. Более того, его отъезд напоминал скорее бегство, ибо “на обратном пути некоторые из его спутников были убиты, сам же он с трудом спасся”. Такой неласковый прием был вызван тем, что Ольга быстро поняла своим здоровым церковным чутьем — Адальберт предлагает ей вовсе не ту веру, благодатные плоды которой она узнала после крещения в Царьграде. “Есть путь, — говорит Писание, — иже мнится человекам прав быти, последняя же его приходят во дно ада” (Притч. 14:12). Святой страх ступить на этот путь — путь утери чистоты веры, путь заблуждения, гибельной ереси — и заставил святую княгиню столь круто обойтись с высоким иноземным гостем.

Святослав почти всю свою жизнь провел в походах. Война с Хазарией за освобождение от вассальной зависимости началась почти сразу после смерти кн. Игоря в 945. В 50-х X в. она шла, то вспыхивая, то затухая, с переменным успехом. “Я живу у входа в реку и не пускаю русов”, — писал хазарский царь Иосиф министру Абдаррахмана III, Омейядского халифа Испании, Хасадаи ибн Шафруту, пытаясь представить дело так, что, удерживая Поволжье от нападений славян, он защищает интересы мусульман. Иосиф искал союзников, ибо у хазарских иудеев уже не хватало сил (или денег), чтобы повторить поход “досточтимого Песаха”, и они пытались заручиться поддержкой в стараниях не упустить молодую Русь из-под своего военного и политического влияния. Всем этим надеждам суждено было рассыпаться в прах — Святослав имел иной взгляд на будущее Хазарии и Руси.

В 964 он совершил свой первый поход — на север, на Оку — в земли вятичей, освободив их от власти хазар и подчинив Киеву. Воспользовавшись победой, князь с помощью вятичей там же, на Оке, срубил для дружины ладьи и весной следующего года спустился речным путем по Волге к Итилю — главному городу иудейской Хазарии. “И бывши брани, одоле Святослав козаром, и град их... взя”, — свидетельствует летописец. Эта победа решила судьбу войны и определила распад Хазарии.

Еврейская община разбежалась, исчез центр сложной торговой, политической и военной системы, вдохновлявшейся религиозными интересами иудеев. Гибель талмудистов Итиля освободила как самих хазар, так и все окрестные народы, входившие в сферу влияния каганата. На обратном пути Святослав завладел крепостью Саркел (Белая Вежа) — столицей Хазарии на Дону — и благополучно вернулся домой, в Киев, не встречая особого сопротивления, ибо местное население вовсе не собиралось воевать за чуждые ему интересы разбежавшихся иудеев. Хазарский каганат прекратил существование. Крушение опорного пункта еврейских интересов на Востоке немедленно повлекло за собой цепь следствий — религиозных, экономических, политических и этнических. Утратили поддержку те, кто опирался на помощь агрессивного талмудического иудаизма. “Во Франции потеряла позиции династия Каролингов, принужденная уступить гегемонию национальным князьям и феодалам, в Китае отдельные солдатские антикочевничевские мятежи переросли в агрессивность и национальную исключительность новорожденной династии Сун, халифат в Багдаде ослабел и потерял контроль даже над Египтом, не говоря уже о “прочей Африке” и Аравии; дезорганизация разъедала Саманидский эмират”. Удар, нанесенный Святославом в низовьях Волги, откликнулся гулким эхом по всему миру.

Годом позже Святослав подчинил волжско-камских болгар и мордовские племена, повторно разгромив остатки хазарского войска. Выйдя к Северному Кавказу, князь осадил и взял крепость Семендер, победил племена аланов, ясов и касогов, союзников каганата, тревоживших набегами юго-восточные рубежи Руси. Выйдя к Азовскому морю, он основал в районе Кубани крепость Тмутаракань, ставшую впоследствии столицей русского Тмутараканского княжества.

В результате этих восточных походов страна воспряла. Совершилось объединение восточнославянских племен в единое государство, Русь установила контроль за торговыми путями по Волге и Дону, обезопасила свои южные границы и заявила о себе как об одном из сильнейших государств Европы. Но неутомимый князь не думал о мире. Война была его жизнью, его ремеслом. Святослав двинул свою дружину в земли Византии.

Плацдармом для этого похода должны были стать болгарские земли, завоеванные Святославом в 968. Весной этого года воины князя приплыли в устье Дуная и разбили не ожидавших нападения болгар. Осенью русы опять разбили болгарское войско у Доростола. Святослав думал даже вообще перенести столицу своей державы из Киева в Переяславец, говоря: “Там середина земли моей, туда стекаются все блага: из греческой земли — золото, паволоки, вина, различные плоды, из Чехии и из Венгрии — серебро и кони, из Руси же — меха и воск, мед и рабы”. Но князя ожидало жестокое разочарование. Его победоносный меч, не знавший поражений в войне с иудейским каганатом, не принес ему славу в боях с православными воинами Византии.

Император Иоанн Цимисхий, опытный дипломат и искусный воин, разбил гордого руса. Весной 971 войска Цимисхия взяли Переяславец и осадили дружину Святослава в Доростоле. Голод и болезни заставили князя заключить мир в обмен на обещание императора беспрепятственно выпустить на родину остатки дружины. Осенью 971 русы покинули Болгарию. В ярости князь поклялся уничтожить в своей стране единоверцев ненавистного Цимисхия. Он послал гонца в Киев с приказом сжечь все христианские церкви и обещал по возвращении “изгубить” всех христиан.

Искать защиты было не у кого — св. кн. Ольга почила в 969. Казалось, христианству на Руси пришел конец, и лишь неожиданная (читай: промыслительная) смерть Святослава в стычке с печенегами на пути в Киев избавила киевлян от ужасов расправы. Летописец так повествует о кончине князя: “В год 972-й, когда наступила весна, отправился Святослав к порогам. И напал на него Куря, князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него”.

Митрополит Иоанн (Снычев)

Русское небо

СВЯТОСЛАВ ИГОРЕВИЧ (927? - 972 или 973) - вел. князь киевский, полководец. Сын Игоря и Ольги. Большую часть своего княжения провел в походах. По словам летописца, С., открыто сообщавший врагам: "Иду на вы!", не брал с собой шатров и котлов, спал на земле, подложив под голову конское седло, нападал с быстротою барса. В 964 - 966 подчинил своей власти вятичей, освободив их от дани хазарам, разгромил волжских болгар и Хазарский каганат. Ок. 971 в союзе с болгарами и венграми начал воину с Византией, закончившуюся подписанием мирного договора 971 с имп. Иоанном Цимисхием. Возвращаясь в Киев, С: был подстережен печенегами, натравленными Византией, и убит у днепровских порогов. Воинственный образ С. сохранился в народном предании.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биограф


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Великая Княгиня Ольга

Княгиня Ольга
нягиня Ольга была первой и единственной женщиной, которая стала правительницей одного из самых больших по тем временам государств Европы - Киевской Руси. Она не вела завоевательных войн, а направила всю свою энергию на внутреннюю политику, поэтому на долгие времена народ сохранил о ней добрую память: княгиня провела административно-налоговую реформу, которая облегчила положение простых людей и упорядочила жизнь в государстве.
И наконец, Ольга первой из русских князей официально приняла христианство и была канонизирована Русской православной церковью еще в домонгольский период.
Месяца июля в 11 день. Память святыа блаженныа великиа княини Олги, нареченной в святом крещении Елене рускои.
Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития 1594 год.
вятая великая княиня Олга родися в Плесковскои стране, в веси, зовомыя Выбуто. Отца имеаше неверна сущи, такоже и матерь некрещену от языка варяжеска и от рода не от княжеска, ни от велмож, но от простых бяше человек. О имени же отца и матере писание нигде же изъяви. Образом бяше святая тиха, и кротка, и любима ко всем, и мудра зело. Посем князь рускии Игорь3 поня ю за ся за премногую ея добродетель и добронравие. По времени же родися сын има Святослав, еще бо в неверьствии има сущи. Посем древяне убиша великаго князя Игоря6, сыну же его Святославу в то время еще младу сущу, оста отца своего и седе в Киеве. Святая же княиня Олга по смерти мужа своего Игоря просвещена бывши Божиею благо-датию и иде в землю Греческую, в Царствующий град, взыска-ти веры Христовы, идеже християнъство утвердися. И паки пришед святая в Царствующий град, и испроси от патриарха святаго крещениа. Посем царь въсхоте пояти святую за ся, понеже бо мудра бе и красна зело. И абие Божиею помощию упремудри царя и глагола: «Царю, не подобает християном поганых поимати». Посем царь же с патриархом сам крести своима рукама святую въ имя Отца и Сына и Святаго Духа, и нарекоша имя ей Елена. И паки поучив ю патриарх6 от божественых писании. Посем святая даде патриярху блюдо злато з драгими камыки и ж женчюгом устроено на послужение святому олтарю соборные церкви. И паки царь глагола святей: «Пойди за мя, се уже крещена еси». Святая же глагола: «Царю, не подобно ти есть поняти, понеже породил мя еси в купели святаго крещениа». Царь же помыслив и патриярх, яко не подобает поняти ей, и даде святей дары многи царь, такоже и патриярх, и отпустиша ю с великою честью в землю Рускую к людем своим. И посем святая нача требища и кумиры сокрушати по многим местом и в тех место нача кресты Христовы во святых своих, Бог Израилев»! То видяще, человецы вернии прославляют Бога, прославляющаго рабы своа. А другим, иже не с верою приходящим к честному ковчегу святыа, не отворится оконце гробное, и не видят святаго и честнаго еа тела, но токмо гроб видяху святыа. Тако Бог прославляет рабу свою великую княгиню Олгу рускую, нареченную в святом крещении Елену. Богу нашему слава со Отцемь, с Пресвятым и благим и животворящим ти Духом и ныне и присно и в веки веком. Аминь.
Основные даты жизни Княгини Ольги

903 - летописная дата брака Игоря и Ольги.
944, осень - первое достоверное упоминание Ольги и ее сына Святослава в источниках (в тексте договора Игоря с греками).
945, поздняя осень - зима - гибель Игоря в Древлянской земле.
946 - поход на древлян, взятие Искоростеня.
947 - поездка на север, к Новгороду и Пскову, установление даней по Мете и Луге; установления по Днепру и Десне.
957, лето - осень - путешествие в Константинополь (Царьград).
9 сентября - первый прием Ольги у императора Константина VII Багрянородного.
Между 9 сентября и 18 октября (14 сентября??) - крещение княгини Ольги.
18 октября - второй прием Ольги у императора Константина.
959, осень - посольство Ольги к германскому королю Оттону I.
961/62 - прибытие в Киев рукоположенного в епископы «ругов» немца Адальберта и изгнание его вместе со спутниками из Руси. Начало языческой реакции (политический переворот?) в Киеве; вероятное отстранение Ольги от реального управления страной.
964 - летописная дата «возмужания» Святослава; начало его военных походов.
969, весна - осада Киева печенегами. Ольга пребывает в городе со своими внуками Ярополком, Олегом и Владимиром. 11 июля - смерть Ольги.
999 - перенесение мощей княгини Ольги ее внуком, князем Владимиром Святославичем, в киевскую Десятинную церковь Пресвятой Богородицы.
нягиня Ольга по праву занимает почетное место среди первых русских князей, которые положили жизнь на создание и укрепление государства, получившего название Киевская Русь. Ольгу, безусловно, можно назвать крупным государственным деятелем, ибо она провела ряд важных реформ, самой значительной из которых была административно-налоговая. Ольга первой из русских князей официально приняла христианство и была канонизирована Русской православной церковью еще в домонгольский период. Монах Иаков (XI век) в своем похвальном слове говорит о нетленности ее тела, перенесенного Владимиром в Десятинную церковь: «Взыскал и воспринял спасение (Владимир) от бабки своей Ольги, которая пришла в Царьград и приняла святое крещение, и пожила хорошо перед Богом, всякими добрыми делами украсившись, и почила с миром во Х


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Рюрик (? - 879+).

Родители : Годослав (808х), князь бодричей; Умила.
Есть летописные известия, позволяющие предположить, что по матери Рюрик был внуком новгородского князя Гостомысла;

Дети : Ефанда, любимая жена, дочь князя урманского, из рода норвежских королей =>

Игорь (877-946х); (см. генеалогическую таблицу)

Основные моменты жизни

Князь Новгородский (862-879);

Наряду с легендой о "призвании варягов" русские летописи сохранили некоторые конкретные данные о Рюрике, позволяющие составить представление о событиях в Новгороде, которые образуют реальную основу этой легенды. В Ипатьевской летописи содержатся данные о том, что до Новгорода Рюрик сидел в построеном им городе-замке в Ладоге. Это свидетельство, подтверждаемое скандинавскими источниками, а также археологическими находками предметов скандинавского происхождения в районе Ладоги, подрывает саму основу легенды о "призвании варягов" из-за моря.

По мысли В.О.Ключевского, Рюрик прибыл в Новгород из Ладоги, находящейся от Новгорода всего в двухстах километрах вниз по течению р.Волхов, в качестве предводителя наемной варяжской дружины, приглашенной туда новгородскими старейшинами во время внутренних усобиц. Эти усобицы и помогли ему захватить власть в Новгороде.
Превращение Рюрика из предводителя наемной дружины в новгородского князя способствовало прекращению усобиц и усилению роли Новгорода как политического центра союза северной группы славянских племен.

Это позволило преемнику Рюрика Олегу организовать поход на юг, завершившийся завоеванием Олегом Киева и перенесением центра объединенного государства в Киев. Это событие, относимое летописью к 882 году, традиционно считается датой образования Древнерусского государства.

Реально родоначальником русской княжеской династии был Игорь (877-946х). И лишь в XII веке летописец Нестор в "Повести временных лет", стремясь идеологически укрепить единство Русской земли, создает свою легендарную родословную, в которой княживший в Новгороде Рюрик становится "отцом" Игоря, княжившего в Киеве.

Материал с сайта

ОТ РУСИ ДРЕВНЕЙ ДО ИМПЕРИИ РОССИЙСКОЙ

Рюрик (колено I). Легендарный варяг, призванный на княжение cлoвeнaми, кривичами, чудью и весью. Родоначальник Рюриковичей. Кн. Новгородский в 862-879 гг. + 879 г.

"Повесть временных лет" рассказывает так о Рюрике: В 859 году варяги из заморья брали дань с чуди, и со словен, и с кривичей, и с веси, а хазары брали дань с полян, северян и с вятичей. В 862 году изгнали варяг за море и не дали им дани, но начали сами собой владеть. И не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать сами с собой, и сказали они' себе: "Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву". И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались-русью, подобно тому, как другие назывались свей (шведы), а иные - норманны и англы, а еще иные готландцы, -вот так и эти назывались. Сказали руси чудь, славяне, кривичи и весь: "Земля наша велика и обильна, а порядку в ней нет. Приходите княжишь и владеть нами". И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли к славянам. И сел старший Рюрик в Ладоге, а другой - Синеус - на Белоозере, а третий Трувор - в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля.

В 864 году, когда умерли Трувор и Синеус, повелел Рюрик срубить на Ильмени город - Новгогод, и поселился там. И стал Рюрик один властвовать всей землей той, и стал раздавать мужам своим города - тому Полоцк, этому - Ростов, другому - Белоозеро.

В 879 году Рюрик умер, передав княжение родичу своему Олегу, ц отдал ему на руки сына Игоря, ибо был тот еще очень мал.

Все монархи мира. Россия. 600 кратких жизнеописаний. Константин Рыжов. Москва, 1999 г.

Рюрик (IX в.) - предводитель варяжской дружины, по летописным преданиям, приглашенный новгородцами для прекращения междоусобиц и прибывший со своими братьями Синеусом и Трувором (некоторые ученые полагают, что таковых не существовало и появились они в результате неправильно прочитанного летописцем иностранного источника: "Рюрик пришел в землю славян со своим домом - "синехус" и верной дружиной - "тру-вор"). Рюрик княжил в Новгороде или на Ладоге. Считается родоначальником династии Рюриковичей. Кем был Рюрик, легендарной фигурой или реальным деятелем, откуда он пришел, какую роль играл в становлении рус. государственности - вопросы, остающиеся спорными до сих пор.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.

РЮРИК, СИНЕУС, ТРУВОР, по русским летописным преданиям, три брата-конунга, т. е. предводителя варяжских дружин, якобы призванные “из-за моря” новгородскими славянами с целью прекращения междоусобиц в Новгороде н основавшие Древнерусское государство. Согласно этой версии, Рюрик сел в Новгороде, Синеус — в Белоозере, Трувор — в Изборске. Быстрая смерть среднего и младшего братьев сделала Рюрика полновластным правителем Новгородской земли. Некоторые ученые отождествляют его с Рёриком Датским, совершавшим во главе варяжской дружины набеги на страны Западной Европы (до 860). Существует мнение, что Синеуса и Трувора не существовало, а известие о них — результат неправильно прочитанного русским летописцем иностранного текста, который сообщает, что Рюрик пришел в землю славян со своим домом (сине-хус) и верной дружиной (тру-вор).

Рюрик правил сначала в Ладоге. Он не был призван “из-за моря”, а захватил в 862 власть в Новгороде, воспользовавшись внутренними усобицами. Это вызвало восстание против варягов во главе с Вадимом Храбрым. Рюрик казнил Вадима и его “советников”, другие новгородцы бежали в Киев. Легенда о “призвании” варягов, сложившаяся в Новгороде или Ладоге в XI в., была использована при редактировании “Повести временных лет” в н. XII в. для объяснения происхождения и прославления правящей русской княжеской династии, основателем которой стал считаться Рюрик. Эта версия легла в основу антинаучной норманнской теории. Легенда о создании Рюриком Древнерусского государства опровергается многочисленными данными источников, которые говорят о складывании государственности у славян задолго до IX в. и о становлении Древнерусского государства вследствие внутреннего общественного развития.


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Князь Олег Вещий
Красна птица оперением, а человек умением.
Русская народная пословица
В 882 году князь Олег вещий захватил Киев, хитростью умертвив его князей Аскольда и Дира. Сразу же после въезда в Киев он произнес свои знаменитые слова, что отныне суждено Киеву быть матерью городов Русских. Князь Олег произнес эти слова не случайно. Он был весьма доволен тем, насколько удачно было выбрано место для строительства города. Пологие берега Днепра, были практически непреступными, что позволяло надеяться, что город будет надежной защитой для своих жителей.

Наличие преграды со стороны водной границы города было очень актуальным, поскольку именно по этой части Днепра проходил знаменитый торговый путь из варяг в греки. Этот путь представлял и себя путешествие через крупные русские реки. Он брал свое начало в Финском заливе Байкальского моря, которое на тот момент называлось Варяжским. Далее путь шел через реку Неву к Ладанежскому озеру. Путь изваряг в греки продолжался устьем реки Волхов до озера Ильни. Оттуда он мелкими реками добирался до истоков Днепра, а от туда уже проходил до самого Черного моря. Таким путем, начинаясь в Варяжском море и заканчиваясь в Черном море, и проходил известный до сих пор торговый путь.

Внешняя политика вещего Олега
захват Киева вещим Олегом
Князь Олег Вещий после захвата Киева решил продолжить расширение территории государства, за счет включения в него новых территорий, которые были заселены народами, издревле плативших дань хазарам. В результате в состав Киевской Руси вошли племена:

радимичи
поляне
словене
северяне
кривичи
древляне.
Кроме того, князь Олег Вещий навязал свое влияние и другим соседствующим племенам: дреговичам, уличам и тиверцам. В то же время к Киеву подошли угорские племена, вытесненные с территории Урала половцами. В летописях не сохранилось данных о том прошли ли эти племена с миром по Киевской Руси, либо были выбиты из нее. Но доподлинно можно сказать то, что на Руси долго мирились с их пребыванием вблизи Киева. Это место вблизи Киева и по сей день называет Угорским. Эти племена позднее перешли через реку Днепр, захватили близлежащие земли (Молдавию и Бессараббию) и отправились в глубь Европы, где обосновалигосударство Венгерское.

Новый поход на Византию
907 год ознаменуется новым поворотом внешней политики Руси. Предвкушая большую добычу, русичи отправляются войной на Византию. Таким образом, князь Олег вещий становится вторым русским князем объявившим войну Византии, после Аскольда и Дира. В состав войска Олега входило почти 2000 кораблей по 40 воинов на каждом. Берегом их сопровождала конница. Византийский император позволил русскому войску беспрепятственно грабить близлежащие окрестности Константинополя. Вход же в бухту города, носящей название Бухта Золотого Рога, был перекрыт цепями. Летописей Нестор описывает невиданную жестокость русского войска, с которой они разоряли окрестности византийской столицы. Но даже этим они не могли угрожать Константинополю. На выручку пришла хитрость Олега, который приказал оборудовать все корабли колесами. Далее по земле, при попутном ветре, на всех парусах отправиться на сталицу Византии. Так и сделали. Над Византией нависла угроза поражения, и грекиосознав всю горесть нависшей над ними опасности, решили заключить мир с неприятелем. Киевский князь потребовал от проигравших оплатить по 12 (двенадцать) гривен на каждого война, на что греки согласились. В результате 2 сентября 911 года (по данным летописей Нестора) между Киевской Русью и Византийской империей был составлен письменный мирный договор. Князь Олег добился выплаты дани русским городам Киеву и Чернигову, а также права беспошлинной торговли для русских купцов.

Князь Олег Вещий умер в 912 году. Точных данных о дате его рождения не сохранилось.

Внешняя и внутренняя политика Игоря


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

КУТУЗОВ
(Голенищев-Кутузов)
Михаил Илларионович

1745 - 1813
Русский полководец.
В 1759 году окончил Соединенную артиллерийскую и инженерную дворянскую школу.

Военная деятельность Кутузова началась в 1765 году. С 1770 года участвовал в походах против турок в армии фельдмаршала Румянцева. В 1774 году при штурме деревни Шумы близ Алушты был ранен в голову, в результате чего ослеп на правый глаз. В 1776 году служил в Крыму под командованием Суворова; участвовал в осаде Очакова, в сражениях при Аккермане и Каушанах. Участник русско-турецкой войны 1787 - 1791 годов; сражался под Бендерами и участвовал в штурме Измаила, после которого Суворов писал о Кутузове: "...он шел на моем левом фланге, но был моей правой рукой". В 1793 году - посол России в Константинополе.

В 1794 - 1797 годах был директором Сухопутного шляхетского корпуса. Не оставляя сначала этого поста, в 1795 году стал командующим русскими войсками в Финляндии и пробыл им до 1799 года.

В 1801 - 1802 годах Кутузов был Петербургским генерал-губернатором.

В войне с наполеоновской Францией в 1805 году Кутузов был глвнокомандующим русской армией. Успешно вывел армию из-под удара превосходящих французских войск после разгрома союзника России - Австрии, причем нанес французам поражение при Кремсе. После неудачного Аустерлицкого сражения (данного против его воли) впал в немилость у Александра I и на некоторое время отставлен от действующей армии. В 1809 - 1811 году занимал второстепенный пост военного губернатора Вильно.

В 1811 - 1812 годах Кутузов возглавлял русские войска в успешной войне с Турцией (1806 - 1812), нанеся турецкой армии великого визиря Ахмед-паши поражение под Рущуком, а потом заманив ее на левый, русский берег Дуная, окружив под Слободзеей и вынудив к капитуляции. В результате был заключен выгодный для России Бухарестский мир.

В Отечественную войну 1812 года Кутузов был избран начальником Петербургского и Московского ополчений. 8 августа 1812 года, уступая требованиям российского общества, недолюбливавший Кутузова император Александр I назначил его главнокомандующим всеми действующими армиями вместо генерала Барклая де Толи и присвоил звание генерал-фельдмаршала. Кутузов командовал русской армией в Бородинском сражении. По его настоянию на военном совете в Филях было решено оставить Москву, что дало возможость сохранить силы, получить подкрепления, а в дальнейшем - вытеснить наполеоновские войска из России, практически уничтожив их. За победу над Наполеоном Кутузову был пожалован титул светлейшего князя Смоленского.

Умер Кутузов в прусском городе Бунцлау 16 апреля 1813 года, во время заграничного похода русской армии против аполеона. Похоронен в Казанском соборе Санкт-Петербурга.

"Лучше быть слишком осторожным, нежели оплошным и обманутым", - так выразил сам Кутузов свою жизненную философию. "Старый лис Севера", - называл его Наполеон. Когда в августе 1812 года Кутузов отправлялся в действующую армию, его племянник спросил: "Неужели, дядюшка, вы думаете разбить Наполеона?" - "Разбить? Нет... Но обмануть - да, рассчитываю".

В отличие от большинства своих современников, Кутузов не считал, что судьба войны решается генеральным сражением. Его очень часто упрекали в нерешительности, хотя его тактика неизменно приводила к успеху. Когда в 1805 году Александр I, поддерживаемый своим молодым окружением и австрийским ипмператором Францем, торопился дать Наполеону генеральное сражение, Кутузов предлагал иное: "Дайте мне отвести войска к границе России, - сказал он, - и там, в полях Галиции, я погребу кости французов". Это напоминает черновик его действий в 1812 году. Отказ же от его плана привел к Аустерлицкой катастрофе. На знаменитом военном совете в Филях Кутузов обронил такие слова: "Москва, как губка, всосет в себя французов", - ему было ясно то, чего не мог предвидеть Наполеон! И действительно, Великую армию Наполеона уничтожила не какая-нибудь грандиозная битва, а осторожная тактика мудрого старика Кутузова.

Он имел полное основание писать своей дочери Елизавете: "Вот Бонапарт, - этот гордый завоеватель, этт модный Ахиллес, бич рода человеческого, или, скорее, бич Божий, - бежит передо мной более


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Ушаков Федор Федорович
Ушаков
Федор Федорович
13 февраля 1744 – 2 октября 1817
Сражения и победы
Великий русский флотоводец, адмирал, командующий Черноморским флотом. Не знал поражений в морских битвах.
Уже в наши дни Русская Православная Церковь причислила его к общецерковным святым в лике праведных.

Случай причисления Ф.Ф. Ушакова к лику святых беспрецедентный, вызвавший немало вопросов, главный из которых: «В чем же его святость?» Ответ прост и ясен - в безвозмездном служении Родине, в милосердии и величии души...
Будущий адмирал родился 13 (24) февраля 1744 г. (по другим данным в 1745 г.) в селе Бурнаково (ныне Тутаевский район Ярославской области), в небогатой дворянской семье: отцом его был Федор Игнатьевич Ушаков (1710-1781), сержант в отставке, а дядей - старец Феодор Санаксарский.
Влечение к морю зародилось в душе мальчика под влиянием рассказов старика-односельчанина, служившего канониром еще в петровском флоте. Шестнадцатилетнего юношу родные отправили в Петербург и определили на учебу в Морской корпус. Через два года, уже гардемарином, он совершил свое первое учебное плавание на корабле «Святой Евстафий», в 1766 г. - выпустился из корпуса офицером, мичманом, и был зачислен в галерный флот, плававший на Балтике.
Ушаков Ф.Ф.
В 1783 г. Федор Федорович уже в чине капитана 1-го ранга, активно участвовал в строительстве военно-морской базы в Севастополе, в постройке кораблей в Херсоне. Один из новопостроенных мощных линейных кораблей - 60-пушечный «Святой Павел» поступил под его командование. Когда в 1787 г. Екатерина II посетила Севастополь и ознакомилась с созданным в короткое время флотом, она осталась очень довольна. В числе поощренных ею морских офицеров был и Ушаков, которого она произвела в капитаны бригадирского ранга.
Через полгода началась русско-турецкая война, которая сделала имя Ушакова известным не только в России, но и за ее пределами. Правда, первый боевой поход черноморской эскадры оказался неудачным. В виду Варны сильный шторм, продолжавшийся несколько дней, разметал корабли по морю, едва не погиб и «Святой Павел» Ушакова, но мужественный и искусный капитан сумел его спасти.
Летом 1788 г. эскадра вновь вышла в море и 3 июля встретилась с турецким флотом у острова Фидониси. Турки вдвое превосходили русских по числу кораблей, имели тройной перевес в орудиях и первыми открыли огонь по русскому авангарду («Святой Павел» и три фрегата). Расстояние не позволяло русским фрегатам вести эффективную стрельбу из 12-фунтовых пушек, и Ушаков, возглавлявший авангард, предпринял смелый маневр. Он приказал фрегатам обойти головные турецкие корабли с наветренной стороны, чтобы поставить их «в два огня», а сам на «Святом Павле» вышел из строя и решительно атаковал флагманский корабль Гассан-паши. В результате боя, продолжавшегося около трех часов, флагманский корабль противника получил серьезные повреждения. Это вынудило Гассан-пашу, а за ним и все корабли его эскадры покинуть район боя. Потемкин высоко оценил боевое искусство Ушакова, последний был награжден орденом святого Георгия 4-й степени, произведен в контр-адмиралы и получил начальство над всем корабельным флотом в Севастополе.
С этого момента началось подлинное боевое становление этого флота, стали закладываться его славные боевые традиции. В мае 1790 г. Федор Федорович ходил с эскадрой под стены Синопа и Анапы, жег и топил неприятельские корабли, разведывал турецкие крепости, огнем своих пушек наводил трепет на их гарнизоны. В июле у Керченского пролива он преградил путь турецкой эскадре, рвавшейся в Азовское море; смело маневрируя и ведя меткий огонь, Ушаков отразил атаку противника, а затем сам пошел вперед, сблизился с турками на дистанцию картечного залпа и ввел в действие всю артиллерию. Турецкие корабли, значительная часть которых получила повреждения, начали отход и смогли уйти от преследования лишь благодаря большой скорости. Федор Федорович был удостоен ордена святого Владимира 2-й степени.
Морской бой в Керченском проливе 8 июля 1790 г.
Морской бой в Керченском проливе 8 июля 1790 г.

В августе, следуя с эскадрой из Севастополя к Очакову, Ушаков обнаружил у острова Тендра турецкую эскадру, стоявшую на якоре. Он немедленно атаковал противника, не перестраивая свою эскадру из походного положения. Турецкие корабли стали в беспорядке отходить к устью Дуная. Русский контр-адмирал уничтожил два линейных корабля, несколько малых судов, турки потеряли свыше двух тысяч человек, в том числе более семисот пленными.
Потемкин писал:
Наши, благодаря Бога, такого перца задали туркам, что любо. Спасибо Федору Федоровичу!
С этого времени турки стали откровенно бояться Ушакова, а тот получил от Екатерины II еще одну награду - орден святого Георгия 2-й степени.
Барельеф флотоводца на станции Алмиралтейская петербургского метро
Барельеф флотоводца
на станции «Алмиралтейская» петербургского метро
31 июля 1791 г. Ушаков одержал над турецким флотом блистательную победу в сражении у мыса Калиакрия. В этом сражении он атаковал противника в походном строю трех колонн. Исход боя решили смелые маневренные действия - проход русской эскадры между берегом и турецкими кораблями для занятия выгодного наветренного положения перед атакой, выход флагманского корабля Ушакова «Рождество Христово» из кильватерного строя в ходе преследования флагмана противника. Понеся тяжелые потери, турецкие корабли прекратили бой и, пользуясь темнотой, ушли к Босфору. Это поражение перечеркнуло последние надежды Оттоманской Порты и ускорило подписание победного для России Ясского мирного договора.
Екатерина II в рескрипте на имя флотоводца писала:
Знаменитая ПОБЕДА... служит новым доказательством усердия к службе нашей, особливого мужества и искусства вашего. Всемилостивейше пожаловали вас кавалером нашего ордена святого Александра Невского.
В этой войне Ушаков прибегнул к созданной им новой маневренной тактике, принципиально отличавшейся от принятой в то время линейной. Основными чертами тактики Ушакова были: применение единых походно-боевых порядков, выделение резерва («эскадры кайзер-флага»), решительное сближение с противником на короткую дистанцию без перестроения боевого порядка, сосредоточение основных усилий против флагманских кораблей противника, сочетание прицельного артиллерийского огня и маневра, преследование противника до полного его уничтожения или взятия в плен. Придавая большое значение морской и огневой выучке личного состава, Ушаков был сторонником суворовских принципов воспитания подчиненных. Не потеряв в морских сражениях ни одного судна, Ушаков нанес турецкому флоту невосполнимый урон более чем в 50 судов, отвоевав для России целый Черноморский регион. Турки были напуганы победами Ф. Ушакова до такой степени, что их флот не решался выходить из Босфорского пролива, боясь встретиться с грозным для них адмиралом, получившим прозвище «Ушак-паша».
Сражение у мыса Калиакрия 31 июля 1791 г.
Сражение у мыса Калиакрия 31 июля 1791 г.

Наряду с боевыми подвигами, Ф. Ушаков показал высокие административные способности. В 1783 г. он успешно борется с чумой в Херсоне, причем в принятых им мерах против распространения заразы предусмотрены средства борьбы с чумой, разработанные наукой много десятков лет позднее. Благоустраивает военный порт и город Севастополь. После войны с Турцией немедленно приступает к приведению в порядок кораблей Черноморского флота: их ремонту, постройке новых кораблей, пристаней, казарм для экипажей кораблей, госпиталя. По отзыву историков, административные способности Ф.Ф. Ушакова и умение взяться за всякое дело, способствовали тому, что за 15 лет его пребывания в Севастополе не только новый черноморский порт сделался надежным убежищем для флота, но и сам город достиг внушительных размеров.
13 сентября 1793 г. Ф. Ушаков был произведен в вице-адмиралы (контр-адмиралом он стал еще 25 апреля 1789 г.).
С ростом завоевательных устремлений Франции и созданием антифранцузской коалиции европейских государств с участием России Федор Федорович оказался в эпицентре событий, происходивших в Средиземноморье. В 1798 г. Павел I вступил в союз с недавним противником - Турцией, и Черноморскому флоту было поручено действовать вместе с турками в Средиземном море против французов. При этом полный адмирал Кадыр-бей получил от своего султана приказ не только быть в подчинении у русского вице-адмирала, но и учиться у него. Приняв в Константинополе под свое командование присоединившуюся к Черноморскому флоту турецкую эскадру, Ушаков направился в Архипелаг. Силою оружия он освободил из-под власти французов острова Цериго, Занте, Кефалонию, Святой Мавры и в октябре осадил важнейшую стратегическую базу Франции в Ионическом море - остров Корфу.
Схема штурма Корфу 18 февраля 1799 г.
Схема штурма Корфу 18 февраля 1799 г.

Атаковать Корфу с моря и взять крепость штурмом было чрезвычайно трудно, так как противник располагал большими силами и мощными укреплениями, а у Ушакова недоставало сухопутных войск, не было осадной артиллерии. Но четыре месяца блокадных действий у Корфу убедили русского флотоводца в необходимости штурма, и он организовал его блестяще. Овладение сильной крепостью и островом в короткие сроки (18-20 февраля 1799 г.) стало образцом смелых, хорошо спланированных и согласованных действий кораблей и десантов союзников при решающей роли русской эскадры и ее экспедиционного отряда, проявивших себя исключительно доблестно.
Узнав о победе Ушакова, Суворов воскликнул:
Зачем я не был при Корфу хотя бы мичманом!
За взятие крепости и острова Корфу Федор Федорович был произведен в адмиралы, кроме того, получил награды от турецкого султана и неаполитанского короля.
Штурм крепости острова Корфу. Рисунок В. Коченкова из книги И. И. Фирсова Петра творенье
Штурм крепости острова Корфу
Рисунок В. Коченкова из книги И.И. Фирсова «Петра творенье»

С выходом в апреле 1799 г. армии Суворова в Северную Италию Ушаков перенес свои операции к берегам Южной Италии, где его экспедиционные силы заняли ряд городов, включая Неаполь, и дезорганизовали коммуникации противника. Но вскоре отношения России с союзниками ухудшились, и Федор Федорович получил от Павла I приказ о возвращении эскадры на родину (одновременно в Россию был отозван Суворов). В октябре 1800 г. флотоводец привел корабли в Севастополь. В результате действий Ушакова в Средиземноморье Франция лишилась господства в Адриатике, утратила Ионические острова, а приобретение Россией военно-морской базы Корфу помогло союзникам в последующих войнах с Францией в 1805 - 1807 гг.

Обозревая события этой войны, Д.А. Милютин в своих трудах называл адмирала Ф.Ф. Ушакова «знаменитейшим флотоводцем со времен Петра Великого».
Орден Ушакова I степени
Орден Ушакова I степени
Являясь во время пребывания в Средиземном море представителем России, Ушаков обнаружил много политического такта, природного ума, дипломатического искусства, и, благодаря своим способностям, находил выходы из самых затруднительных положений вдали от родины среди чужих народов. В Ушакове отразился дух тех исторических самородков, какими было ознаменовано царствование Екатерины II, и которыми создана слава ее века, выдвинувшая Россию на передний план в ряду европейских держав. Подобно многим другим выдающимся деятелям царствования Екатерины II, Ушаков умел успешно приложить свои дарования ко всему, чего бы ни требовала от него польза Отечества. Для служения Родине он отдал все свои силы, всю свою личную жизнь, а свое достояние передал в дар отечеству.
Заслуги Ф.Ф. Ушакова не были оценены Александром I, который назначил его в мае 1802 г. на второстепенную должность главного командира Балтийского гребного флота и начальником флотских команд в Петербурге (осенью 1804 г.), а в 1807 г. уволил в отставку. В 1809 г. Ушаков приобрел в Темниковском уезде Тамбовской губернии деревню Алексеевка, куда и переехал в конце 1810 г. - начале 1811 г. Во время Отечественной войны 1812 г. Ушаков был избран начальником ополчения Тамбовской губернии, но из-за болезни отказался от должности. Умер он в 21 сентября (2 октября) 1817 г. в своем имении и похоронен в Синаксарском монастыре близ города Темников. На могиле адмирала Ф.Ф. Ушакова возвышается черный мраморный постамент, заканчивающийся бюстом адмирала. На этом постаменте закреплена табличка, на которой выгравирована надпись: «Здесь покоится прах Его Превосходительства Боярина флота адмирала и разных российских и иностранных орденов кавалера Федора Федоровича Ушакова, скончавшегося 1817 г. сентября на 74 году от рождения».
Ушаков Ф.Ф.
Икона «Святой праведный воин Феодор Ушаков»

Деятельность адмирала Ф.Ф. Ушакова оставила глубокий след в истории развития морского могущества русского государства, и он по справедливости должен был занять подобающее место в ряду исторических лиц нашего Отечества. Именно поэтому 30 ноября 2000 г. стало поистине историческим для Военно-морского флота России. Решением Комиссии по канонизации Русской Православной Церкви выдающийся флотоводец Федор Федорович Ушаков причислен к лику местночтимых святых Саранской епархии. Так русские военные моряки после совершения чина церковного прославления адмирала российского флота благоверного боярина Федора Ушакова обрели своего небесного покровителя. Его ратный путь и морские победы навечно вписаны в скрижали отечественной истории, а преданность службе, вере и Отечеству - пример служения для многих поколений русских воинов.
СУРЖИК Д.В., ИВИ РАН
Из обращения главнокомандующего Военно-морским флотом России адмирала флота Владимира Куроедова к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II:
Своей праведной земной жизнью Федор Ушаков явил миру ярчайший образец беззаветного служения Отечеству и своему народу, как на поле брани, так и на ниве благотворительности и милосердия, пример православного воина, которому была ниспослана помощь Божия… Адмирал, воспитанный в благочестии, сам воспитал целую плеяду талантливых флотоводцев, офицеров и просто верных сынов своей Родины - воинов Христовых, всегда, не щадя живота своего, до конца стоявших за Веру и Отечество. По нравственным заповедям адмирала Ушакова Российский Военно-морской флот живет и ныне…
Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл:
…Удивительная личность, удивительный человек. Он канонизирован, конечно, за святость жизни в первую очередь. Но его доблесть, его подвиги нельзя оторвать от всей его жизни… Как непобедим был великий воин адмирал Ушаков силой молитвы и предстательством пред Богом в битвах с врагом видимым, так и мы вместе с ним будем теперь непобедимы в невидимой брани за величие, достоинство и процветание нашего Отечества.


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Олег
князь (Вещий Олег)
?–912
Сражения и победы
Князь новгородский (с 879 г.) и киевский (с 882 г.), объединитель Древней Руси. Расширил ее границы, нанес первый удар по Хазарскому каганату, заключил выгодные для Руси договоры с греками.
Легендарный полководец, о котором Пушкин писал: «Победой прославлено имя твое: Твой щит на вратах Цареграда».

Строкой энциклопедии…

Князь Олег, прозванный также Олегом Вещим, – это легендарный правитель Руси конца IX – начала Х вв. Безусловно, что прототипом летописного Олега являлась историческая личность, о которой, к сожалению, мало что достоверно известно. Поэтому историки обычно в научных, научно-популярных и учебных текстах используют летописную легенду об Олеге и его времени, взятую из «Повести временных лет» (ПВЛ). Этот сочинение конца XI – начала XII вв. признается всеми главным историческим источником для реконструкции прошлого Древнерусского государства. Автором ПВЛ большинство исследователей склонны считать киево-печерского монаха Нестора.
По версии ПВЛ Олег представляется умелым полководцем и предусмотрительным политиком (неслучайно он был прозван «Вещим», т.е. предугадывающим будущее). В 879-882 гг. после смерти Рюрика [1] Олег правил на восточнославянском Севере у кривичей, ильменских словен и окрестных финно-угров (племена мери, веси, чуди). Совершив поход на юг вдоль торгового пути «Из варяг в греки», Олег в 882 г. овладел Киевом. Так два главных центра складывания государственности у восточнославянских племен «Новгород» («Славия» – в зарубежных источниках) и Киевщина («Куяба») были объединены под властью одного правителя. Многие современные историки принимают дату 882 г. за условную дату рождения Древнерусского государства. Олег княжил в нем с 882 г. по 912 г. По Нестору, после смерти Олега от укуса змеи князем Киевским становится сын Рюрика Игорь (912-945).
Князь Олег и Игорь. И. Глазунов
Князь Олег и Игорь
Худ. И. Глазунов
С княжением Олега в Киеве ученые связывают значительные события древнерусской истории. Прежде всего, было заложено территориальное ядро Древнерусской державы. Олега верховным правителем признали племена полян, северян, древлян, ильменских словен, кривичей, вятичей, радимичей, уличей и тиверцев. Через наместников князя Олега и местных князей его вассалов стало строиться государственное управление молодой державой. Ежегодные объезды населения (Полюдье) заложили основу налоговой и судебной систем.
Вел Олег и активную внешнюю политику. Князь воевал с хазарами и заставил их окончательно забыть о том, что в течение двух веков Хазарский каганат собирал дань с ряда восточнославянских земель. В 898 г. у границ державы Олега появились венгры, переселяющиеся из Азии в Европу. С этим воинственным народом Олег сумел наладить мирные отношения. Поход Олега в 907 г. на столицу Византийской империи – Константинополь (он же Царьград) принес Руси в 911 г. исключительно удачный торговый договор: русские купцы получали право беспошлинной торговли в Константинополе, могли жить полгода в столичном предместье в монастыре Св. Мамонта, получать продовольствие и производить ремонт своих ладей за счет византийской стороны. Еще ранее в 909 г. Русь и Византийская империя заключили военный договор о союзе.
Несколько комментариев к традиционной
трактовке образа Вещего Олега
К приведенной выше краткой справке об Олеге, которая стала общепринятой традицией – особенно в популярной и учебной литературе, надо добавить несколько научных комментариев.
Во-первых, по археологическим данным в IX в. Новгорода как такового еще не существовало. На месте Новгорода располагалось три обособленных поселка. Их в единый город связал Детинец, крепость, построенная в конце Х в. Именно крепость в те времена именовали «городом». Так что и Рюрик, и Олег сидели не в Новгороде, а в неком «Старгороде». Им могли быть либо Ладога, либо Рюриково городище под Новгородом. Ладога, укрепленный город на Волхове, расположенный недалеко от впадения Волхова в Ладожское озеро, был в VII – первой половине IX в. самым крупным торговым центром северо-восточной Балтики. По археологическим данным город основали выходцы из Скандинавии, однако в дальнейшем здесь было смешанное население – норманны соседствовали со славянами и финно-уграми. К середине IX в. относится страшный погром и пожар, уничтоживший Ладогу. Это вполне может согласовываться с летописным известием о большой войне 862 г., когда ильменские словене, кривичи, весь, меря и чудь «прогнали за море варягов», собиравших с них дань в 859-862 гг., а потом принялись воевать между собой («и встал род на род…»). После разрушения середины IX в. Ладога отстроилась, но никогда уже не обретала прежнего значения.
Заморские гости. Худ. Н. Рерих
Заморские гости. Худ. Н. Рерих

При Несторе памяти о былом величии Ладоги или значимости Рюрикова городища уже не было, он писал два столетия спустя после времени призвания варягов. А вот слава Новгорода, как крупного политического центра, достигла пика, что и заставило летописца верить в его древность и именно в Новгороде разместить первых правителей Руси.
Вторая наша оговорка будет касаться хронологии. Дело в том, что хронология в ПВЛ, как и в другой древнерусской летописи - Новгородской, до княжения Владимира (980-1015) условна. У Нестора под рукой были отдельные записи фактов X-XI вв., даже, возможно, целый начальный летописный свод, который выделяют в ПВЛ историки, но точных дат ранних событий там не было. О них говорили лишь устные легенды, передававшиеся у жителей Руси из поколения в поколение. Отсутствие дат являлась большой проблемой для Нестора, но он, будучи талантливым летописцем, совершил первую в отечественной исторической науке реконструкцию хронологии. Легенды и отрывочные записи называли имена византийских царей (цезарей), современников первых русских князей. Отталкиваясь от годов правлений, указанных в переведенных на славянский язык в Киеве византийских хроник, автор ПВЛ составил свою условную систему временных координат начального периода древнерусской истории. А.А. Шахматов заметил, что дата смерти Олега в ПВЛ 912 г. совпадает с датой кончины его визави императора Льва VI, а Игорь умирает, как и его современник император Роман I в 945 г. И Игорь и Олег правят по 33 года, такое совпадение подозрительно и веет эпическим сакрально-легендарным подходом к хронологии. Последнее замечание уместно и в отношении рассказа о смерти Олега. И ПВЛ, и Новгородская летопись утверждают, что Олег умер, будучи укушенным змеею, которая выползла из черепа коня. Это был конь самого Олега, но князь отставил его, т.к. волхв однажды предрек ему смерть именно от собственного коня. По версии ПВЛ, эта роковая встреча Олега с его умершим конем произошла под Киевом в 912 г.
Князь Олег и волхв. Пророчество о смерти Олега. Легенда о Вещем Олеге в иллюстрациях В.М. Васнецова
Князь Олег и волхв. Пророчество о смерти Олега. Легенда о Вещем Олеге в иллюстрациях В.М. Васнецова

Третье наше замечание касается того, что версия ПВЛ о происхождении, деятельности и гибели Вещего Олега не является единственной среди летописных русских источников. Первая Новгородская летопись, которая, по мнению ряда исследователей, даже старше ПВЛ, называет Олега не князем, а воеводой при Игоре сыне Рюрика. Олег сопровождает Игоря в его походах. Именно князь Игорь расправляется с Аскольдом, а потом идет в поход на Ромейскую (Византийскую) империю и осаждает Царьград. Олег, по версии Первой Новгородской летописи, находит свой конец, когда уходит из Киева на север в Ладогу, где его поджидает легендарная змея. Укушенный ею, он умирает, но не в 912 г., а в 922 г. Сообщает Новгородская летопись и еще одну версию гибели Олег: некоторые говорят, что Олег ушел «за море» и там умер.
Четвертый комментарий будет связан с возможным участием Олега в восточных походах русов. Русские летописи говорят, что он удачно воевал с хазарами, а восточные источники рассказывают еще и о Каспийских, направленных против Персии, походах русов, которые приходятся на время Олега. Некоторые историки считают, что смутные и отрывочные сообщения восточных документов на данный счет можно гипотетически связать не только со временем, но и именем Олега.
По сообщению историка XIII в. Ибн Исфандийара, где-то между 864 и 884 гг. состоялся первый набег русов на персидский город Абаскун, однако эмир Табаристана сумел разгромить и перебить всех руссов. Другой поход или даже два похода русов пришлось на 909-910 гг. 16 кораблей русов захватили и разграбили город Абаскун, но эмир области Сари в 909 г. догнал отряд русов в районе Муганской степи и разбил. В 910 г. корабли руссов появились под городом Сари, взяли его, а потом одни русы пошли вглубь страны, а другие остались на своих судах. Ширваншах сумел в ночном бою одолеть корабли русов, а сами они все погибли.
И, наконец, еще один поход, который историк может соотносить с одной из русских летописных версий о гибели Олега, состоялся в 913 г. Известный арабский историк и географ Аль-Масуди свидетельствовал, что где-то в 913-914 гг. («… это было после 300 хиджры», — писал Аль-Масуди) русы во главе со своим вождем, имя которого не названо, на 500 ладьях из Черного моря через Керченский пролив вошли в Азовское море. Стоит сказать, что тот же Аль-Масуди в другом своем сочинении упоминал двух великих правителей русов – Ал-Дира, в котом видят летописного правителя Киева, и Олванга, которого обычно ассоциируют с летописным Аскольдом, но можно с равным успехом найти в этой транскрипции имени сходство с именем Олега, победителя Дира и Аскольда.
Но вернемся к сообщению Аль-Масуди о Каспийском походе русов. Правитель Хазарского Каганата, желая отвести от себя опасность, позволил русам пройти к устью Дона, а потом по этой реке добраться до места, где Дон ближе всего подходит к Волге. Здесь русы перетащили свои суда в Волгу. Целью русского вторжения являлась Персия. Хазарскому царю властитель русов обещал за лояльность половину будущей персидской добычи. Русы, спустившись по Волге до Каспийского моря, принялись успешно воевать персидский Азербайджан. Половину добычи они, согласно договору, оставили в Хазарии. Однако спокойно вернуться домой им не довелось. Гвардия хазарского царя состояла из наемников-мусульман, и те решили мстить русам за погибших и ограбленных в Азербайджане единоверцев. Правитель хазар не перечил гвардейцам, но предупредил русов об опасности. Битва между мусульманами и русами длилась три дня. Погибло 30 тысяч русов, остальные отступили верх по Волге, но были окончательно разгромлены тюрками булгарами и буртасами. В этом походе погиб и их предводитель. Отдельные историки считают, что можно предположить, что высказанная в Новгородской летописи «боковая версия» о гибели Олега «за морем» - это смутное воспоминание о гибели Олега именно в Каспийском походе и не верно трактовать «пошел за море», как однозначно вернулся в Скандинавию через Балтийское море, как пытаются обычно расшифровать «глухое» сообщение Новгородской летописи.
Хазарский источник, известный как «Кембриджский документ», повествует о войне русов с хазарами, которая происходила в Х в. Историки считают, что, скорее всего, в 940-е гг., т.к. описанные в «Кембриджском документе» события имеют аналогии с рассказами русских летописей о походе князя Игоря на греков в 941 г. и о набеге русов на хазарский город Самкерц на Тамани в 944 г. Однако в хазарском источнике предводитель русов назван H-l-g-w, что можно прочесть как Хлгу или Хелго, а последнее явно напоминает скандинавское «Хельги» и русское Олег. Может быть, этот Хелго «Кембриджского документа» наш Вещий Олег. Если так, то его регентство над Игорем или соправительство с ним, а может служба ему, длились в реальности дольше, чем принято считать в устоявшейся исторической традиции.
По названному хазарскому сообщению Хелго заключил договор с Царьградом и в силу его отправился воевать с хазарами. На Таманском полуострове он взял город Самкерц и с добычей стал уходить. Тогда хазарский наместник Самкерца Песах собрал силы, догнал и разбил русов. Хелго был принужден по договору с Песахом идти войной на Византию. Однако греки спалили почти весь русский флот знаменитым греческим огнем. Чувство чести не позволяло Хелго и его воинам возвращаться домой дважды разбитыми, и они двинулись в поход на персидские владения на Каспии. Здесь дружина Хелго и сам он нашли в бою свой конец.
От приведенных выше комментариев перейдем теперь к более важному, на наш взгляд, обстоятельству. Дело в том, что всемирная история знает немало примеров, когда исторический персонаж в течение времени, наступившего после его смерти, словно раздваивался. В памяти потомков появлялся его двойник, который выкристаллизовывался из устных преданий, воспоминаний современников, трактовок потомков, размышлений хронистов, записывавших информацию о нем. Легенда часто «исправляла» все промахи и мелкие черты реального прототипа, и в памяти народа (историческом мифе или, другими словами, исторической традиции) этот легендарный двойник вытеснял реальное историческое лицо и начинал действовать как серьезный идеологический фактор в текущей истории народа, которая отстояла уже от времени прототипа на многие столетия. В Западной Европе такая метаморфоза приключилась с Ричардом Львиное Сердце, в русской - во многом с Александром Невским, у кочевых народов Азии – с образами Искандера (Александра Македонского) и Чингисхана. Волей летописца, создавшего «Повесть временных лет», его преемников XIII-XVII вв., первых русских историков и, конечно А.С. Пушкина, который поэтически пересказал предание ПВЛ о Вещем Олеге, легендарный Олег стал частью всей последующей русской истории. Его образ князя-воителя, защитника русской земли и создателя Русского государства стал частью самоидентификации российского народа в течение всей его последующей за IХ столетием истории.
Дела давно минувших лет,
преданья старины глубокой…
Величайшим из полководческих подвигов князя Олега русская историческая традиция признает поход на Царьград в 907 г. Вот, как об этом событии рассказывает «Повесть временных лет».
«В год 6415 (907). Пошел Олег на греков, оставив Игоря в Киеве; взял же с собою множество варягов, и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, известных как толмачи: этих всех называли греки "Великая Скифь". И с этими всеми пошел Олег на конях и в кораблях; и было кораблей числом 2000. И пришел к Царьграду: греки же замкнули Суд, а город затворили. И вышел Олег на берег, и начал воевать, и много убийств сотворил в окрестностях города грекам, и разбили множество палат, и церкви пожгли. А тех, кого захватили в плен, одних иссекли, других замучили, иных же застрелили, а некоторых побросали в море, и много другого зла сделали русские грекам, как обычно делают враги.
И повелел Олег своим воинам сделать колеса и поставить на колеса корабли. И когда подул попутный ветер, подняли они в поле паруса и пошли к городу. Греки же, увидев это, испугались и сказали, послав к Олегу: "Не губи города, дадим тебе дань, какую захочешь". И остановил Олег воинов, и вынесли ему пищу и вино, но не принял его, так как было оно отравлено. И испугались греки, и сказали: "Это не Олег, но святой Дмитрий, посланный на нас Богом". И приказал Олег дать дани на 2000 кораблей: по 12 гривен на человека, а было в каждом корабле по 40 мужей.
Поход Олега на Царьград
Поход Олега на Царьград
Миниатюра Радзивилловской летописи

И согласились на это греки, и стали греки просить мира, чтобы не воевал Греческой земли. Олег же, немного отойдя от столицы, начал переговоры о мире с греческими царями Леоном и Александром и послал к ним в столицу Карла, Фарлафа, Вермуда, Рулава и Стемида со словами: "Платите мне дань". И сказали греки: "Что хочешь, дадим тебе". И приказал Олег дать воинам своим на 2000 кораблей по 12 гривен на уключину, а затем дать дань для русских городов: прежде всего для Киева, затем для Чернигова, для Переяславля, для Полоцка, для Ростова, для Любеча и для других городов: ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу. "Когда приходят русские, пусть берут содержание для послов, сколько хотят; а если придут купцы, пусть берут месячное на 6 месяцев: хлеб, вино, мясо, рыбу и плоды. И пусть устраивают им баню - сколько захотят. Когда же русские отправятся домой, пусть берут у царя на дорогу еду, якоря, канаты, паруса и что им нужно". И обязались греки, и сказали цари и все бояре: "Если русские явятся не для торговли, то пусть не берут месячное; пусть запретит русский князь указом своим приходящим сюда русским творить бесчинства в селах и в стране нашей. Приходящие сюда русские пусть живут у церкви святого Мамонта, и пришлют к ним от нашего царства, и перепишут имена их, тогда возьмут полагающееся им месячное, – сперва те, кто пришли из Киева, затем из Чернигова, и из Переяславля, и из других городов. И пусть входят в город только через одни ворота в сопровождении царского мужа, без оружия, по 50 человек, и торгуют, сколько им нужно, не уплачивая никаких сборов".
Цари же Леон и Александр заключили мир с Олегом, обязались уплачивать дань и присягали друг другу: сами целовали крест, а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом, богом скота, и утвердили мир. И сказал Олег: "Сшейте для руси паруса из паволок, а славянам копринные", - и было так. И повесил щит свой на вратах в знак победы, и пошел от Царьграда. И подняла русь паруса из паволок, а славяне копринные, и разодрал их ветер; и сказали славяне: "Возьмем свои толстины, не даны славянам паруса из паволок". И вернулся Олег в Киев, неся золото, и паволоки, и плоды, и вино, и всякое узорочье. И прозвали Олега Вещим, так как были люди язычниками и непросвещенными».
Историки полагают, что число кораблей (2000) явно завышено летописцем. Ладья русов, названная в греческих хрониках также «моноксилом» (однодеревкой) из-за того, что ее киль вытесывался из одного ствола, была кораблем, который брал на борт до 40 воинов. Следовательно, войско Олега составляло около 80 000 человек. Вряд ли князь мог собрать такую рать. Если взять сведения Первой Новгородской летописи о походе на Царьград, то она относит это событие к 6430 г. от сотворения мира (т.е. к 922 от рождества Христова), говорит максимум о 200 кораблях, т.е. о 8 тысячах воинов, а описание самого похода напоминает рассказ ПВЛ о походе Игоря на греков в 941 г. Как мы видим, интерпретация историком сообщений источников в данном случае может колебаться в вопросе о численности русского войска от 8 до 80 тыс. участников похода.
Позиция историка здесь зависит от того, с каким реальным, а не условным летописным временем (по Новгородской или ПВЛ – неважно) он будет связывать поход Олега. Подавляющее большинство историков - и русистов, и византологов – не сомневается, что сам поход Олега действительно был. Вопрос – когда?
Олег прибивает щит на врата Царьграда
Олег прибивает щит на врата Царьграда

Византийские исторические хроники такого грандиозного похода в 907 г. не знают. Зато византийская историческая наука описала грандиозное вторжение русов в 860 г. (Сочинения патриарха Фотия, современника похода; «Житие патриарха Игнатия» Никиты Пафлогонянина, написанное в начала X века; «Хроника продолжателя Георгия Амартола»; византийская хроника, известная под названием «Брюссельской хроники» (названа так, потому что была обнаружена бельгийским историком Францем Кюмоном и издана в Брюсселе в 1894 г.) и др.). Знают этот поход и западноевропейские источники, в частности «Венецианская хроника», которую написал посол Венеции в Византию Иоанн Диакон. Все названые зарубежные источники характеризуют поход, как исключительно разрушительный и неожиданный для Константинополя. Русы подгадали время для своего похода исключительно грамотно с точки зрения военной стратегии. Император Михаил III с войском, включавшим даже часть гарнизона Царьграда, ушел воевать с арабами. Он находился в момент русского набега в 500 км на восток от Константинополя у некой Черной реки. По «Венецианской хронике» набег русов кончился для них исключительно удачно: «В это время народ норманнов (Иоанн Дьякон считает русов выходцами из Скандинавии, подобно тому, как Нестор называет их варягами, ставя в ряд других северогерманских племен) на 360 кораблях осмелился приблизиться к Константинополю. Но так как они никоим образом не могли нанести ущерб неприступному городу, они дерзко опустошили окрестности, перебив там большое количество народу, и так с триумфом возвратились восвояси [et sic praedicta gens cum triumpho ad propriam regressa est]».
Византийский патриарх Фотий, описал первоначальный успех русов и огромную добычу ими захваченную, однако констатировал, что в конце концов от «северных скифов» византийцы сумели отбиться. «Михаил, сын Феофила [правил] со своею матерью Феодорой четыре года и один – десять лет, и с Василием – один год и четыре месяца. В его царствование 18 июня в 8-й индикт, в лето 6368, на 5-м году его правления пришли Росы на двухстах кораблях, которые предстательством всеславнейшей Богородицы были повержены христианами, полностью побеждены и уничтожены». Однако тот же Фотий был вынужден признать: «О, как же все тогда расстроилось, и город едва, так сказать, не был поднят на копье! Когда легко было взять его, а жителям невозможно защищаться, то очевидно, от воли неприятеля зависело – пострадать ему или не пострадать … Спасение города находилось в руках врагов и сохранение его зависело от их великодушия … город не взят по их милости и присоединенное к страданию бесславие от этого великодушия усиливает болезненное чувство пленения».
Интересно, что Фотий, отражающий знания тогдашних византийцев о нападающих, точно не знал их происхождения. Он называл их «скифами» (т.е. варварами) и «россами», народом серного происхождения, которые пришли со стороны Черного моря. С походом 860 г. Фотий связывал рост силы, могущества и славы россов. В 867 г. в послании Фотия восточным патриархам сообщалось, что после набега русов на Константинополь от них приезжали послы и был заключен договор. Его содержания Фотий не передавал, но отметил, что послов по их просьбе крестили.
Известный отечественный историк Б.А. Рыбаков в свое время выдвинул версию, что описанные в ПВЛ события похода князя Олега на Константинополь на самом деле относятся к войне 860 г. Это мнение склонны разделять и некоторые другие исследователи, к примеру, Л.Н. Гумилев.
[1] В XIX в. историки отсчитывали начало государственности на Руси от 862 г. Даты легендарного призвания варягов-руси на княжение в землю ильменских словен, кривичей и союзных им финно-угров. Причиной призвания нейтральных правителей «из-за моря» послужила внутренняя война между означенными племенами, которая случилась после их совместного и победоносного изгнания «за море» «находников-варягов», взимавших с местных племен дань в 859-862 гг. Родоплеменные пережитки не давали кривичам, словенам и чуди избрать единого правителя из своих вождей, каждое племя желало возвыситься над другим, поставив во главе союза племен своего князя. Такой трайбализм встречался повсеместно в эпоху зарождения государств, и часто разные народы Европы и Азии прибегали к приглашению зарубежного правителя, равноудаленного от всех участников союза. При этом приглашаемый вождь зависел от всех своих новых подданных и должен был обладать определенной собственной силой, дабы его решения уважали.
Очевидно, такими свойствами обладали три брата варяга «из-за моря» Рюрик, Синеус и Трувор из племени руси. Так в ПВЛ первый раз прозвучал термин «русь», - до этого рассказывая о славянской истории, Нестор ни разу не говорил о «руси». При этом Нестор сообщал, что «от тех варягов-руси пошли люди новгородские, а прежде были словене», а «язык русский – словенский есть». Все эти сведения породили позже у историков длящуюся до сих пор дискуссию (спор норманнистов с антинорманнистами) о происхождении государства Русь и роли варягов (норманнов) в его создании.
Что же касается братьев, то летописная легенда гласит, что пришли они «с дружиной своей и родом своим». Рюрик сел у словен в Новгороде, Трувор – у кривечей в


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Сражения и победы
О полководцах начальных веков Руси - воеводах мы имеем лишь отрывочные сведения. О том, что это были яркие персонажи истории, догадываемся благодаря былинам. Собирая по крупицам летописную информацию и анализируя эпос, можно восстановить картину жизненного пути одного из них - боярина Добрыни.
В былинах он «второй по силе» после Ильи Муромца богатырь. И былины, и летописи всячески подчеркивают близость Добрыни к «ласковому князю Владимиру». А в Новгородской летописи образ наместника Добрыни даже заслоняет собой на первых порах юного князя Владимира Святославича.

О деятельности древнерусских полководцев-князей (Олега, Святослава, Владимира Святославича и его сыновей от Рогнеды - Ярослава Мудрого и Мстислава Тмутараканского) относительно подробно рассказывают дошедшие до нас летописные памятники «Повесть временных лет» и первая Новгородская летопись. Гораздо меньше историки знают о жизни их воевод, которые, на деле, чаще всего и выступали реальными руководителями военных и прочих начинаний названных князей.
Летописцев, людей духовного звания, мало интересовали фактические подробности битв, а князей, покровителей монахов-летописцев, а часто и прямых заказчиков и верховных редакторов летописей, прежде всего, волновал их собственный образ, запечатленный на века на пергаменте. Поэтому о полководцах «средней руки» мы имеем лишь отрывочные сведения, а о том, что это были яркие персонажи истории, догадываемся, ибо народные воспоминания о них хранят древнерусские былины.
Особенности исторических источников для реконструкции портретов древнерусских воевод
К сожалению, древнерусский эпос[1] не был записан в свое время, как к примеру скандинавские саги. До нас он дошел в осколках, которые сохранила до XIX в. устная народная новгородская традиция. Причины эпической «забывчивости» остальных русичей, наверное, стоит искать в несчастьях, постигших Русскую землю в широком смысле слова в ходе Батыева нашествия. Колоссальный разгром Северо-Восточной, Южной и Юго-Западной Руси был не лучшим фоном сохранения героического эпоса о древних «храбрах». Именно слово «храбр» до 1230-1240-х гг. означало выдающегося бойца, а часто и воеводу. Слово «богатырь», производное от тюркского «богатур», заменило термин «храбр» в конце XIII - XIV вв. Интересно, что восходящая к трагическим для русских событиям битвы на Калке (31 мая 1223 г.) былинная песнь-плач связывает гибель всех русских богатырей, включая былинного «двойника» героя нашего очерка - Добрыню Никитыча, с проигрышем этого сражения. Чуть позже в 1237-1241 гг. в боях с воинством Батыя полегла почти вся социальная элита Северо-Восточной и Южной Руси. Ведь гибли в первую очередь дружинники, воеводы-бояре, горожане, осаждаемых монголо-татарами городов. (Неслучайно историки не могут найти среди российского дворянства XV-XVIII вв. потомков древнерусских бояр и дружинников). Именно древнерусская городская и дружинная среда являлась носителем устной былинной традиции, а так же героических песен военной элиты, единственным сохранившимся фрагментом которых является «Слово о полку Игореве». После Батыева нашествия часто не кому было передавать «от отца к сыну» «преданья старины глубокой».
Древнерусские сказители
Древнерусские сказители

Когда в XIX в. начали записывать старинные былины, содержащие воспоминания о богатырях домонгольской Руси, наибольшее их число было зафиксировано на русском Севере, в прежних новгородских пределах. До Великого Новгорода, как известно, войска Бату-хана не дошли, поэтому здесь сохранились условия для сохранения древних эпических сказаний. (Из 400 таких былин 300 записано в Олонецкой губернии, в Архангельской - 34, в Сибири - 29[2], в Симбирской губернии - 22, в Саратовской - 10, в Нижегородской - 6, в Московской - 3.) Память новгородцев сохранила в первую очередь местные былины (о Садко, боярине Ставре, ушкуйные сказы). В отношении легенд общерусского масштаба она была избирательна. Господин Великий Новгород всегда стоял особняком среди городов Киевской Руси. Более всего на свете он чтил свои древние вольности и даже обусловил помощь своему князю-наместнику Ярославу Владимировичу (Мудрому), боровшемуся за киевский великокняжеский стол с братом Святополком Окаянным, письменным обещанием князя править Новгородом согласно старинным новгородским правилам («Устав князя Ярослава Владимировича», другое название «Правда Ярослава» 1016 г.). В удельный период (1054 –1478) Господин Великий Новгород был «великим сепаратистом». Боярская республика желала любыми путями сохранять свою автономию от прочих центров Руси. Неудивительно поэтому, что помнили новгородцы только тех героев, которые так или иначе были связаны с новгородской историей и были «любезны» Новгороду и его жителям. Таковым, в отличие от упомянутого выше первоначально новгородского князя Ярослава, являлся его отец - «Ласковый князь Владимир Красное Солнышко», а также дядя и главный советник Владимира особенно в первые годы его правления новгородский наместник Добрыня Малкович.
Собирая по крупицам летописную информацию и анализируя эпос можно попытаться восстановить общую картину жизненного пути боярина Добрыни. Конечно, в силу специфики источников, эта картина будет фрагментарна, однако позволит представить, как жили и действовали во времена Киевской Руси реальные прототипы былинных богатырей.
Происхождение Добрыни Малковича
О происхождении Добрыни есть данные в «Повести временных лет». Он представлен там родным братом Малуши, которая являлась доверенным лицом княгини Ольги, являлась ключницей, т.е. фактической хранительницей всего княжеского имущества. Очевидно, значимость должности обрекла Малушу на потерю личной свободы, однако последнее не умаляло в те времена ее высокого политического и социального статуса. Малуша также являлась наложницей киевского князя Святослава, сына княгини Ольги. Малуша и родила Святославу прославленного в русской истории Владимира Красное Солнышко (он же Владимир Святой). Отца Малуши и Добрыни звали Малко Любечанин. Он, судя по всему, тоже был знатным человеком и проживал в одном из городов чернигово-северской земли - Любече.
Добрыня. Художник В. Лукьянец
Добрыня. Художник В. Лукьянец

Далее, восстанавливая происхождение боярина Добрыни, мы обратимся к гипотезам историков, которые за неимением точных летописных сообщений зиждутся на логических предположениях.
Некоторые историки склонны считать, что Малко - это ни кто иной, как бывший древлянский князь Мал[3] , ПОБЕДИТЕЛЬ и виновник гибели князя Игоря, мужа княгини Ольги, и несостоявшийся ее жених, которого после разгрома древлян княгиня держала в почетном плену в Любече.
Другая версия связывает происхождения Малко Любечанина не с древлянским князем, а с воеводой правителей Киева Игоря, Ольги, Святослава и его сына Ярополка - варягом Свенельдом. Летопись сообщает о сыновьях Свенельда - Мстиши и Люте[4] (не исключено, что это был один персонаж - Мстиша-Лют или Мстислав Лютый). Ряд историков считает возможным полагать, что Добрыня и Малуша были детьми Мстиши или Люта-Мстиши и внуками Свенельда. Свенельду князь Игорь пожаловал дань с части Древлянской земли, а возможно и еще с неких других юго-западных своих владений, т.к. по летописным известиям Свенельд принимал участие в подчинении Киеву восточнославянского племени уличей, живших на юго-западе Руси. Свенельд был богатым человеком, содержал собственную дружину, причем ее экипировке, по «Повести временных лет», завидовали «отроки» (воины младшей дружины) самого киевского князя Игоря. После гибели Игоря в ходе древлянского восстания 945 г., Свенельд командовал киевскими войсками в удачной для киевлян битве с древлянами. В дальнейшем он сопровождал воинственного князя Святослава в большинстве его походов и был главным советником и воеводой киевского князя Ярополка Святославича в 972-977 гг.
Былинные прозвища Добрыни Малковича - Резанович и Низкинич (от последнего и произошло «отчество» Никитыч) связывают Добрыню с известным боярским родом Резановичей с юго-западной части Руси - Волыни. Здесь Резановичами связано 3 больших села Калусов (совр. Гряды) Будятичи и Низкиничи[5] . Интересно, что слово «Низкиничи» это синоним «Маловичам», т.е. производное от «малого», «маленького», что в данной ситуации возвращает нас к мысле об имени древлянского князя Мала. Может быть, волости Будятичи и Низкиничи были пожалованы экс-князю Малу княгиней Ольгой вместо отобранной у него в 945 г. древлянской земли, куда были направлены киевские наместники. (Будятичи в Никоновской летописи названы «селом Ольги».) С селом Будятичи ряд историков, в частности известный ученый XVIII в. В.Н. Татищев и современный украинский исследователь Ю. Диба[6] , связывают место рождения племянника Добрыни - будущего великого киевского князя Владимира. В Будятину весь Ольга, по сообщению Никоновской летописи, отправила «в гневе» находящуюся на сносях ключницу Малушу, там и появился на свет Владимир. С селом Калусовом деда князя Владимира и отца Добрыни Мала (Малко) связывает то прозвище, под которым этот исторический персонаж фигурирует у известного «Записками о Московии» автора начала XVI в. Сигизмунда Герберштейна, - Калюсча Малец.
Деятельность боярина Добрыни
Добрыня появляется на страницах летописей уже как «муж», т.е. представитель старшей дружины, киевского князя Святослава. По приказу этого древнерусского властителя Добрыня управляет Новгородом. «Повесть временных лет» и особенно I Софийская (Новгородская) летопись пишут о нем с почтением. В Новгородской летописи образ наместника Добрыни даже заслоняет собой на первых порах юного князя Владимира Святославича.
В возвышенных тонах рассказывают о Добрыне былины. Там Добрыня представлен знатным человеком, боярским сыном. Иногда его называют даже князем и племянником Владимира. Богатырь Добрыня образован, умен, а главное «вежлив». Он лучше всех играет в шахматы и музицирует на гуслях. При этом он «второй по силе» после Ильи Муромца богатырь, а из лука стреляет точнее всех. И былины, и летописи всячески подчеркивают близость Добрыни к «ласковому князю Владимиру».
Богатыри. Художник В.М. Васнецов
В.М. Васнецов. Богатыри. 1881-1898 гг. Холст, масло.
Государственная Третьяковская галерея, Москва

Первым важным делом летописного боярина Добрыни явилось участие в разделе Русской земли между сыновьями Святослава. Произошло это в 970 г. после смерти Ольги, которая исправно выполняла с 945 по 962 г. роль регента, а потом управляла внутренними делами Руси во времена многочисленных походов своего сына князя-воина. «Повесть временных лет» рассказывает, что первоначально Святослав Игоревич думал разделить Русь на две неравные части. Большую часть с Киевом, Новгородом и прочими землями отдать под опеку своему старшему сыну Ярополку. Младшему же сыну Олегу дать Древлянскую землю, восставшую некогда против его деда князя Игоря. Ярополк и Олег названы летописью «законными» сыновьями Святослава, а Владимир - «побочным сыном» от Малуши, ключницы Ольги.
Однако в предварительные планы великого князя вмешиваются новгородцы, которых явно подбивает к этому их «посадник» Добрыня Малкович. Новгородцы требуют, чтобы и им дали князя и вполне открыто угрожают: «а то сами себе найдем князя…» Очевидно традиция «призывать к себе князя», как было в 862 г., когда позвали Рюрика и его братьев, в 970 г. воспринималась, как некое право и вольность Новгорода. По крайней мере, киевский князь Святослав не впал в гнев, а начал спрашивать своих сыновей Ярополка и Олега, не хотят ли они сесть в Новгороде? Эти молодые князья, выросшие на юге Руси, отказались. Вот тогда-то Добрыня Малкович и напомнил о существовании третьего великокняжеского сына Владимира, которого, очевидно, Святослав мало замечал. В итоге инициатива дяди по матери сыграла решающую роль в судьбе Владимира. Он не затерялся в княжеской дружине, а стал князем-наместником отца в одном из важнейших центров Руси. Юный Владимир с дядей Добрыней отправились на русский Север.
После гибели Святослава на днепровских порогах весной 972 г. его сыновья стали фактически автономными правителями трех частей Руси. Это нарушало логику становления и роста единого государства Русь, поэтому киевский князь Ярополк, старший из Святославичей, должен был стремиться восстановить единство. В 976 или 977 г. Ярополк предпринял в данном направлении ряд шагов. Поводом к столкновению с ближайшим соседом Олегом Древлянским послужило убийство Люта Свенельдича, отчего киевский воевода Свенельд стал, по летописной версии, из мести советовать Ярополку: «Пойди на брата своего и учинись в одиначестве».
В ходе битвы под древлянским городком Овручем Олега Святославича столкнули с моста вместе с конем, и он и упал в ров. Святополк оплакивал смерть брата и корил Свенельда. После чего исчезают летописные упоминания воеводы Свенельда. Он уже был пожилым человеком и, скорее всего, после древлянского похода умер. Новым воеводой киевского князя Святополка назван некий Блуд.
Между тем крушение Олега Древлянского вызвало у Ярополка желание прибрать к своим рукам и владения сводного брата Владимира Новгордского. В Новгород были посланы войска и новые киевские наместники. По совету Добрыни Владимир бежит «за море к варягам». Судя по всему, не с пустыми руками, а с той данью, которую по совету с новгородским вечем собрал для него новгородский посадник Добрыня Малкович. Сам Добрыня также на время покидает Новгород.
Однако власть Ярополка над Новгородом продлилась недолго. Уже в 978 г. вернулся «из-за моря» Владимир, ведя нанятую в Скандинавии дружину. Новгородское вече прогоняет наместников Ярополка и возвращает в город Владимира и его дядю Добрыню.
Новгородский торг. Художник А. Васнецов
Новгородский торг. Художник А. Васнецов

Все это означает большую войну с Киевом, причем не столько за автономию Новгорода, сколько за великокняжеский престол в Киеве. Очевидно, по мнению воеводы Добрыни, сил новгородцев и варягов Владимира для такой цели недостаточно. Поэтому Добрыня настоятельно советует князю-племяннику жениться на Рогнеде, дочери соседнего полоцкого правителя Рогволода. Скорее всего, этот Рогволод был потомком одного из дружинников Рюрика, которых тот рассадил по славянским городам управлять от его имени, -со временем многие из них стали независимыми властителями. Добрыня сам возглавил сватовство. Княжеский брак в те времена был лучшей формой военно-политического союза. Многочисленное племя кривичей, юго-западной ветвью которых являлись полочане, могло стать решающим фактором в войне с Ярополком Киевским.
Это понимал и Ярополк. Он тоже озаботился насчет союза с Полоцком и тоже сватался к Рогнеде, по крайней мере, она в 978 г. почему-то собиралась идти замуж именно за Ярополка Святославича. В то время у варягов-язычников и славян из племени полян господствовал моногамный брак, законной могла быть только одна жена. Мы видим такой подход в случае с семьей Святослава. Но у других восточнославянских племен господствовала полигамия. Многочисленный гарем из жен и наложниц воспринимался, как проявление знатности и состоятельности мужчины. Варяжская династия Рюриковичей явно ославянилась к Х в. Святослав имел «незаконную» наложницу Малушу, а его сын Ярополк, уже женатый на некой красавице гречанке, бывшей монахине, которую некогда привез ему в подарок из Дунайского похода отец, собирался заключать брак с Рогнедой.
Случись последнее, Добрыни вряд ли удалось бы отстоять права племянника Владимира не только на Киев, но и на Новгород, ибо военных сил Киевской державы и Полоцкого княжества хватало на разгром варяжско-новгородского войска.
Вначале события развернулись не благоприятно для Добрыни и Владимира. Гордая Рогнеда на вопрос отца: хочет ли она пойти за Владимира, ответила отказам. «Не хочу разути робичича, а хочу пойти за Ярополка!», - таковы были слова Рогнеды, по версии «Повести временных лет». Нестор, предполагаемый автор «Повести временных лет», счел нужным назвать за них Рогнеду «Гореславной», ибо обрекла она отца своего и братьев своих на гибель.
У Добрыни и Владимира оставался теперь один способ не допустить объединения сил Полоцка и Киева против себя, а именно - завоевать Полоцк силой. Кроме того, Х век - это переходное время от родоплеменных обычаев к государственным представлениям. Рогнеда нанесла личное оскорбление и Владимиру, и Добрыне, за которое необходимо было мстить. Неотомстивший не мог ожидать уважения соплеменников. Рогнеда не назвала Владимира князем, даже не упомянула его личного имени, сделав акцент на «робичиче», т.е. сыне рабыни. А рабыня приходилась родной сестрой и знатному боярину Добрыне.
Вернувшийся в Новгород посадник Добрыня внушает племяннику мысль немедленно идти войной на Полоцк. В этом Добрыня убеждает и новгородцев. Новгород был тем городом Руси, где без согласия жителей невозможны были крупные княжеские мероприятия. Новгородцы с подачи Добрыни собирают с себя дань на плату варяжской дружине Владимира, сами исполчаются, и Добрыня Малкович с юным Владимиром ведет их на Полоцк.
Город был взят. Рогнеду «насильем» Владимир обращает в свои жены. По словам летописца, Добрыня приказал Владимиру «быть с ию (Рогнедой) перед отцом ее и матерью». Большего унижения для Рогнеды и ее родичей и лучшей мести за оскорбление Владимира и Добрыни сыскать было нельзя. Опять-таки по совету дяди, Владимир приказывает казнить Рогволода и его сыновей. После чего он, как муж Рогнеды, единственной наследницы Рогволода, становится законным полоцким князем.
Битва Добрыни Никитича со Змеем. Художник К. Васильев
Битва Добрыни Никитыча со Змеем. Художник К. Васильев

Увеличив свои полки за счет полочан и дружины Рогволода, Владимир с Добрыней движутся к Киеву. Они вступают в тайные договоренности с киевским воеводой Блудом, и тот, перейдя на сторону Владимира, дает дурной совет его брату Ярополку. Блуд предлагает преданному им Ярополку покинуть неприступную киевскую крепость и перейти в Родню, маленький городок на границе с печенегами, якобы за тем, чтобы получить у последних помощь против войск северян. Добрыня с Владимиром легко блокируют Родню, не допуская контактов Ярополка с кочевниками. Осажденные изнемогают от голода, а коварный Блуд направляет Ярополка к следующему шагу, ведущему последнего к гибели. «Видишь, сколько воинов у твоего брата, - говорит он киевскому князю, - нам их не одолеть. Иди на переговоры к Владимиру и бери то, что он тебе даст!» Сам же Блуд советует Владимиру убить брата в ходе переговоров, что и случается вскоре, очевидно, не без одобрения Добрыни… Ибо, по летописным сообщениям, молодой князь ничего не предпринимает без совета с Добрыней. Когда Ярополк явился для встречи с Владимиром, Блуд пропустил его в комнату первым, а сам затворил двери, и никто из бояр Ярополка не сумел последовать за своим князем. За дверью же были спрятаны два варяга, которые и подняли Ярополка на мечах. «Не я первым стал убивать братьев!» - так реагировал на злую кончину киевского князя его преемник Владимир.
Справедливости ради надо сказать, что не только жестокости сумел научить князя-племянника воевода Добрыня. Он сам был предан своему господину и передал уважение к долгу других людей, даже, если это были враги. По ряду сообщений Блуда вскоре убили по приказу Владимира. Из дружины Ярополка лишь один муж, некий Варяжко, не пошел в службу к Владимиру, а убежал к печенегам и стал воевать с великим киевским князем, мстя за гибель своего князя Ярополка. И много сил затратил Владимир, пишет летописец, чтобы переманить Варяжку на свою службу.
По «Повести временных лет» гибель Ярополка и вокняжение в Киеве и всей Руси Владимира отнесены к 980 г. Более ранний источник «Житие князя Владимира от монаха Иакова Черноризца» называет другую дату смерти Ярополка - 11 июня 978 г.
После занятия великокняжеского киевского стола у Владимира появилась проблема с варягами. Его наемники требовали обложить киевлян данью в их пользу, что не могло, конечно, укрепить положение Владимира в глазах столичных жителей. И опять мы можем предположить мудрый совет Добрыни. Владимир просит варягов подождать, а сам начинает собирать к себе в дружину многих воинов из разных славянских земель, а также из угро-финнов и тех норманнов, которые служат князю, а не выставляют ему неприемлемые условия. Вскоре собственная дружина Владимира была так велика, что варяги сочли за благо, попросить князя без всякой дани отпустить их в Византию. Владимир это и сделал, но сопроводил эту акцию письмом к ромейскому императору: «Вот идут к тебе варяги, хочешь прими их на службу, а лучше, распредели по разным местам и убей, чтобы не сделали тебе такого зла, как мне!»
При этом, как мы знаем, дело было не в скаредности Владимира. Древнерусская история не знает более щедрого в отношении своих отроков, мужей и простых «воев» князя. Его пиры с дружиной и всем городом Киевом вошли в былины и летописные легенды. Одна из них рассказывает, что как-то на пиру, приняв лишнее, княжеские отроки стали обижаться, что едят они деревянными ложками, а у мужей ложки серебряные. Узнав об этом, воспитанник Добрыни заявил: «С моей дружиной завоюю много серебра и злата, а за серебро и злато не куплю такой дружины!» - и приказал выковать младшим дружинникам такие же серебряные ложки, какими пользовались бояре.
Князь и дружина
Князь, княжич и дружина

После того, как Владимир стал великим киевским князем, он оставляет Добрыню Малковича в новгородских посадниках. Когда Владимир затеял свою первую религиозную реформу, пытаясь внести в языческий пантеон богов определенную иерархию и сделать Перуна главным богом, посадник Добрыня провел подобные мероприятия в Новгороде. На высоком берегу Волхова, на утесе, поросшем вековыми соснами, приказывает Добрыня поставить каменное изваяние Перуна. Место это до сих пор носит название Перынь.
Когда в 988 г. Владимир крестит Русь, Добрыня тоже следует за князем. Своевольный Новгород принял это новшество не сразу, но у посадника Добрыни, когда надо, была тяжелая рука. Не случайно в Новгороде родилась поговорка, зафиксированная летописями: «Путята крестил Новгород мечом, а Добрыня огнем».
В.Н. Татищев, опираясь на не дошедшую до современных историков Иоакимовскую летопись, дает подробный рассказ о борьбе новгородских язычников за «старую веру». В ходе этой борьбы новгородцы, якобы, разграбили двор Добрыни и жестоко избили (убили?) его жену. Однако киевский воевода Путята и Добрыня силой принудили новгородцев просить мира. Историки не очень доверяют сообщениям Татищева со ссылкой на не дошедшие до нас источники. Но археологи, в частности, такой известный исследователь как В.Л. Янин, действительно нащли в новгородских слоях, относящихся к 989 г., следы колоссального пожара. Особенно он был силен на той стороне, которая позже получила название Софийской.
200left.png
Древнерусский меч
Христианизация Новгорода в итоге посаднику Добрыне удалась. Каменного Перуна утопили в Волхове. По преданию, истукан в сердцах метнул в низвергающих его новгородских христиан свой посох, пообещав, что палкой будут бить друг друга новгородцы. Эту легенду часто приводили летописцы, желая объяснить склонный к конфликту нрав быстрых на расправу новгородцев. В былине о новгородском гусляре и купце Садко мы видим образ затопленного Перуна слившимся с взятым из финно-угорских легенд образом подводного царя. Вплоть до конца XIX в. с торговых барж, проходивших мимо Перыни, бросали монетку в воду - дань подводному владыке.
Княжение в Киеве Владимира Святославича (980-1015) имело для Руси эпохальное значение. Если первые князья Рюриковичи очертили только территориальное ядро древнерусского государства, то князь Владимир собрал под руку Киева все земли, заселенные восточными славянами. Именно при нем из многочисленных восточнославянских племен стала формироваться древнерусская народность, чему в огромной степени помогала сплачивающая всех восточных славян новая христианская вера и мораль.
Новгородский посадник Добрыня до конца своих дней оставался советником великого киевского князя, принимал участие во многих военных предприятиях Владимира. Так достоверно известно, что в 985 г. Добрыня Малкович ходил водой в поход на Волжскую Булгарию. «Пошел Владимир на болгар в ладьях, - читаем в «Повести временных лет», - с дядею своим Добрынею…» Русские одержали несколько побед, захватили большой полон и много другой военной добычи. Посадник Добрыня сам осмотрел пленников и посоветовал Владимиру дальше войны не вести, а заключить мир. Летопись так поясняет ход его мысли: «Эти все в сапогах, - говорит князю Добрыня, - эти дани нам не дадут. Пойдем поищем себе лапотников!» Эту странную для современного уха реплику, историки понимают следующим образом. Добрыня по внешнему облику булгар догадался о значительном потенциале их страны. Даже длительная война с Булгарией не гарантировала, что Русь сумеет превратить булгар в зависимых от Руси данников. Действительно в Поволжье русская колонизация конкурировала с тюркским освоением здешних земель до 1552 г. Граница расселения населения, подданного Руси, и подданных Булгарии проходила в течении последующих 6 столетий в районе Ярославля и Костромы. А в 985 г. воевода Добрыня правильно понял, что надо удовлетвориться захваченной военной добычей и временным ослаблением Булгарии и заняться колонизацией земель окрестных разрозненных и не знающих государственности финно-угорских племен. Что в последствии и делали все древнерусские князья вплоть до Батыева нашествия.
Дата окончания жизненного пути боярина Добрыни неизвестна, как неизвестно и место, где он закончил свой путь.
Кончина легендарного богатыря Добрыни
Образец русского шлема
Образец русского шлема
Больше повезло былинному двойнику Добрыни. На реке Оке близ села Шилово есть Добрынин остров. Предание утверждает, что здесь богатырь «ласкового князя Владимира» Добрыня Рязанич держал свой дозор, а иногда и не брезговал захватом проплывавших мимо торговых судов. Этот легендарный Добрыня уже получил «рязанскую прописку». Рязанские сказания, неправильно трактуя прозвище Резанец, считают его уроженцем Рязанской земли и рязанским богатырем.
Былина о смерти всех русских богатырей, отражающая воспоминание о разгроме русских войск на Калке в 1223 г., утверждает, что там пал и Добрыня Рязанич Злат Пояс. Соратники привезли его тело к Оке и похоронили на берегу недалеко от Добрынина острова, насыпав курган. Этот курган, по устным рассказам обитателей местного центра - Шилова, был раскопан шиловскими крестьянами в 1920-е гг. И тогда, якобы, нашли остатки кольчуги, пояса с накладками и шлем.
Потомки новгородского посадника Добрыни Малковича
Былины называют нам имя жены богатыря Добрыни - Настасья. Была она дочерью другого былинного храбра, силача-крестьянина Микулы Селяниновича, оппонента былинного князя-богатыря Вольги. Прототипом Вольги часть историков считает князя Олега, второго сына Святослава Игоревича.
Микула Селянинович и князь Вольга. Художник А. Васнецов
Микула Селянинович и князь Вольга. Художник А. Васнецов

Имя супруги исторического Добрыни Малковича неизвестно, но мы знаем о ближайших его потомках. К счастью для историка, пра-правнуки Добрыни оказались собеседниками летописцев в годы великого княжения Святослава Ярославича (1072-1076), и имена бояр Малковичей и их свершения отразились в «Повести временных лет».
По смерти Добрыни новгородским посадником стал его сын Константин. Он сыграл не последнюю роль в утверждении на киевском великокняжеском престоле своего двоюродного племянника Ярослава. Это был один из старших сыновей Владимира Святославича от Рогнеды. После смерти летописцы, оценив вклад Ярослава в распространение на Руси христианства, грамоты и культуры, дали ему прозвание Мудрого. Однако широтой души, свойственной «ласковому князю» Владимиру, Ярослав не обладал, скорее он был расчетливым, прагматичным, а порой и коварным политиком. Последнее особенно проявилось в его отношениях с Константином Добрынечем и недвусмысленно отражено в новгородском летописании.
В 1014-1015 гг. Ярослав был князем-наместником в Новгороде. Он взбунтовался против воли отца, отказался посылать 2000 гривен серебра из собираемых в новгородских землях 3000 гривен в Киев. Владимир приказал собирать войско, но весть о возможном набеге печенегов отвлекла собранные им полки от похода на север. Вместо этого они выступили на юг во главе с любимым сыном Владимира Борисом. Летопись глухо сообщает, что матерью Бориса и Глеба, была некая болгарка. Но под эту категорию может подойти и единственная после крещения Владимира его законная супруга - византийская принцесса Анна. Она была побочной дочерью византийского императора от знатной болгарской заложницы, жившей при Константинопольском дворе. Поэтому многие историки считают Бориса и Глеба сыновьями Анны и, следовательно, самыми главными наследниками великокняжеского стола в Киеве. «Повесть временных лет» также подчеркивает близость к отцу Бориса, князя Ростовского, который, однако, в последние годы жизни Владимира всегда находился подле отца в Киеве.
Наследование киевского престола Борисом могло вызвать недовольства старших сыновей Владимира: Святополка, рожденного первым от взятой в гарем Владимира жены князя Ярополка, и второго сына Владимира от Рогнеды - Ярослава. Возможно, что и мятеж Ярослава был вызван именно вопросом о престолонаследии. Так или иначе, но Ярослав не был уверен, что новгородцы поддержат его, а потому заблаговременно нанял варяжскую дружину. Для него это было просто сделать, он был женат на дочери шведского конунга. Вторжение киевлян в новгородские пределы задерживалось, и варяги Ярослава бесчинствовали в Новгороде, за что в один прекрасный день и были все истреблены новгородцами. Ярослав же сначала не выказал недовольства, а собрал знатных новгородцев к себе на двор на совет. Однако совет и пир закончился для новгородских бояр печально. Из мести Ярослав приказал своим отрокам из ближней дружины перебить всех гостей. Сам князь собирался бежать «за море». В это время из Киева от родной сестры Ярослава пришла весть о смерти великого князя Владимира и о том, что занявший Киев Святополк «убивает братьев».
Наутро Ярослав собрал новгородское вече и печалился о погибших новгородцах: «О, моя любимая и честная дружина, которую я вчера в безумии своем изрубил! Смерть их теперь никаким золотом нельзя искупить…Братья! Отец мой Владимир умер; в Киеве княжит Святополк. Я хочу идти на него войной - поддержите меня!» Очевидно, родич Ярослава посадник Константин Добрынич сумел найти слова, чтобы умерить гнев новгородцев и найти между ними и Ярославом некий компромисс. Учитывая, что после победы над Святополком в 1016 г. Ярослав сразу дал новгородцам «Устав», можно считать, что договоренность об этом состоялась ранее, и посредником выступил именно сын Добрыни. «Устав Ярослава Владимировича новгородцам», от которого берет начало знаменитая «Правда Ярослава», фиксировал древние новгородские вольности и права, ставил новгородцев на судах выше варягов «из-за моря» и вровень с «русинами» (жителями Киевской земли).
Поход новгородцев во главе с Константином и князем Ярославом на Святополка оказался успешным. В 1016 г. Ярослав занял Киев, а новгородцы с Константином, получив свой «Устав…», вернулись восвояси.
Однако весной 1018 г. Святополк вновь появился у Киева. Он пришел с войсками своего тестя польского князя Болеслава Храброго. Ярослав был разбит на Буге и бежал в Новгород с единственной целью: отправиться «за море к варягам». Этому воспротивился посадник Константин. Он приказал пробить днища княжеских ладей и на вече убедил новгородцев опять оказать помощь князю Ярославу. Для найма варяжской дружины было решено собрать с бояр по 18 гривен серебра, от старост новгородских - по 10 гривен, от простолюдинов - по 4 куны. На собранную дань наняли варяжскую дружину ярла Якуна Золотого плаща, и она вместе с дружиной Ярослава выгнала Святополка из Киева. Окончательное поражение Святополк потерпел в 1019 г. в битве на реке Альте у места гибели Бориса.
За все выше описанные услуги Ярослав наградил Константина Добрынича своеобразно. Он пригласил его якобы для совета в Ростов и… арестовал. Это случилось или сразу в 1019 г. или где-то в 1030-х гг. Константин просидел в порубе[7] 3 года и был убит по приказу князя.

В.М. Васнецов. Богатыри. 1881-1898 гг. Холст, масло. (Фрагмент).
Государственная Третьяковская галерея, Москва

Сын Константина - Остромир входил в старшую княжескую дружину. Он жил при втором сыне Ярослава Мудрого - князе Изяславе. По завещанию Ярослава Мудрого, умершего в 1054 г., новым великим князем стал именно Изяслав. Он назначил Остромира посадником в Великом Новгороде. Таким образом, Остромир получил пост, который занимали его отец и дед. По заказу Остромира было выполнено знаменитое «Остромирово Евангелие», одна из редких древнерусских книг, которая дошла до нас с XI в. Надпись на этом Евангелие называет Остромира «близком», т.е. родичем великого князя Изяслава Ярославича.
Правнук Добрыни - Вышата Остромирович при жизни Ярослава Мудрого являлся его воеводой и воеводой его старшего сына Владимира, сидевшего до своей смерти в 1051 г. князем-наместником в Новгороде. Вышата прославился своим мужеством во время неудачного для русских похода на Византию в 1043 г. Этот поход возглавлял новгородский наместник князь Владимир Ярославич. Буря потопила часть русских кораблей и 6 тыс. воинов были вынуждены высадиться на берег и по чужой территории пытаться пробиться на родину. То была верная смерть, ибо греческое войско в несколько раз превосходило этот вынужденный русский десант. Ни князь Владимир Ярославич, ни другие воеводы не решились возглавить этот пеший отряд. Только воевода Вышата Остромирович согласился остаться с несчастными. Вскоре греки настигли и разбили беглецов. Оставшихся в живых воинов они ослепили и продали в гребцы на византийские галеры. К счастью для воеводы Вышаты он избежал этой участи. Он попал в заложники и смог вернуться домой в 1046 г. после заключения мира между Русью и Византией.
Сыновья Вышаты - Ян и Путята - были известными киевскими боярами. Именно они явились частыми собеседниками летописцев, и те, рассказывая о прошлом, ссылались на информацию братьев. Ян Вышатич, боярин великого киевского князя Святослава (третьего сына Ярослава Мудрого), известен тем, что сумел подавить восстание в Ростово-Суздальской земле в 1071 г. Ян отправился туда собирать дань. На Северо-Востоке Руси царил голод, он и был причиной недовольства, а разжигали страсти языческие волхвы, которые проповедовали среди финно-угорских данников Руси, но имели еще влияние и на здешних русских православных.


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Мстислав
Владимирович Тмутараканский
ок. 983–1036
Сражения и победы
Легендарный древнерусский полководец X-XI веков, удостоенный прозвищ «Храбрый» и «Удалой».
Князь Мстислав Владимирович Тмутараканский напоминал своего деда Святослава Игоревича - боевого вождя времен военной демократии и великого переселения народов. Всегда в седле, всегда в погоне за военными победами, славой и добычей.

На X - первую половину XI в. пришелся героический период древнерусской истории. Это было время становления и расцвета Киевской Руси. При Владимире I (980-1015), прозванном в былинах «Красным солнышком» и «Ласковым князем», все земли, заселенные восточнославянскими племенами, оказались под рукой великого князя Киевского. Одновременно шел процесс слияния конгломерата восточнославянских племен и ассимилированного славянами финно-угорского, летто-литовского, северо-иранского и прочего населения Восточно-европейской равнины и Среднего Поднепровья. Принятие при Владимире христианства в 988 г. очень способствовало сплочению народа вокруг новой веры и складыванию особой древнерусской духовной культуры. Сын Владимира Ярослав, позванный летописцами «Мудрым», в годы своего великого княжения (1016-1054) расширил границы Руси, покровительствовал распространению грамотности и книжности, заложил основу письменного законодательства.
Русь в XI веке (1015-1113 гг.)
Русь в XI веке (1015-1113 гг.)

Владимир и Ярослав были столь яркими правителями, что на их фоне теряются другие древнерусские князья - их современники. Между тем среди последних тоже было немало талантливых людей, храбрых и успешных полководцев, наделенных личной харизмой. Одним из таких князей являлся Мстислав Тмутараканский. О жизни и деятельности Мстислава есть отрывочные сообщения русских летописей и других источников. Этот материал не позволяет полностью реконструировать биографию князя, но мы можем рассказать о наиболее заметных, а потому и запомнившихся летописцам, деяниях князя.
Происхождение Мстислава
Мстислав был сыном Владимира I от полоцкой княжны Рогнеды. (По другой версии его матерью была «чехиня»). Год его появления на свет неизвестен. Историки чаще всего предполагают 983-й и считают Мстислава третьим сыном Рогнеды. Его старшими родными братьями были Изяслав (впоследствии полоцкий князь, родоначальник местной династии Рюриковичей - «Рогволожьих внуков») и Ярослав (в конце жизни отца - князь Новгородский). Впрочем, встречается в исторической литературе мнение и о том, что Мстислав был старше Ярослава.
«Имя Победы»: Мстислав Владимирович Тмутараканский
«Имя Победы»:
Мстислав Владимирович Тмутараканский
Дедом Мстислава по отцу был знаменитый князь-воитель Святослав (годы великого княжения в Киеве 945-972). Прабабкой по отцу являлась известная своей мудростью княгиня Ольга. Дедом по матери Мстислав имел самостоятельного полоцкого правителя Рогволода, который, очевидно, происходил из тех мужей Рюрика, которых, по сообщению «Повести временных лет», тот «сажал» по славянским городам. Рогволод и его дочь Рогнеда скорее всего были варяжского (скандинавского) рода.
Кроме родных братьев у Мстислава имелось еще и 9 сводных братьев, ведь Владимир до своего крещения обладал 8 женами и бесчисленным «штатом» наложниц. Большинство восточнославянских племен до принятия христианства предпочитали многоженство, и обширный гарем был статусной вещью, которая подчеркивала величие и богатство монарха.
При Владимире постепенно ушли в прошлое местные князья, подручные великому князю киевскому. В различных волостях вместо них от имени великого князя стали править наместники. Вначале это были «мужи» (бояре), представители старшей княжеской дружины. Однако Владимир рано начал сажать наместниками своих многочисленных сыновей. Большинство из них стало князьями-наместниками еще в детском возрасте. Конечно, им помогали править «кормильцы», бояре воспитатели и советники. Так с юных лет Рюриковичи приучались нести свою княжескую ношу.
Мстислав и Тмутараканское княжество
Неизвестно, когда Мстислав стал князем-наместником Тмутараканского княжества на Таманском полуострове между Азовским и Черным морем. Часть историков считает, что произошло это около 987-988 гг., когда князю было 4-5 лет от роду. В летописях имя Мстислава прочно ассоциируется с Тмутараканью, что свидетельствует о долгом пребывании князя в этом автономном владении Руси. Другие исследователи начинают тмутараканский период жизни князя с 990-1010 гг.
Тмутаракань. Художник Н.К. Рерих. 1919 г.
Тмутаракань. Художник Н.К. Рерих. 1919 г.

Здесь, в Тмутаракани, князь завел семью. Известно имя его супруги - Мария, скорее всего она была из местного знатного аланского рода. Кроме приставки «Тмутараканский» Мстислав приобрел зафиксированное в источниках и другие прозвания – «Храбрый» и «Удалой». Он вообще был во многом похож на своего деда Святослава Игоревича. Военные походы, битвы и личные поединки составляли страсть князя. Как и Святослав, Мстислав Тмутараканский часто напоминал не столько князя эпохи развития древнерусской государственности, сколько боевого вождя времен военной демократии и великого переселения народов, который всегда в седле в погоне за военными победами, славой и добычей. Легенды о тех седых временах рисовали идеального князя-вождя еще и великодушным. Мстислав, воспитанный в их атмосфере, явно стремился быть таким. Последнее уже редко встречалось у монархов XI в. хотя отчасти великодушие было не чуждо отцу Мстислава - «ласковому князю» Владимиру.
В историю Мстислав Тмутараканский вошел не государственными свершениями, а военными подвигами.
Однако прежде чем повествовать о них, мы объясним, что представляло из себя Тмутараканское княжество к началу правления там Мстислава Владимировича.
Монета Тмутараканского княжества
Монета Тмутараканского княжества
Располагалось оно на Таманском полуострове вблизи двух морей Черного и Азовского и соединяющего их Керченского пролива. В глубокой древности здесь жили скифы. В античное время Тамань входила в Боспорское царство, население которого помимо скифов составляли их родственники по северо-иранской семье народов - сарматы, а также греки, евреи и некоторые другие этносы. Город Таматарха на Тамани, который русские впоследствии именовали Тмутараканью, был основан как греческая колония. В ходе великого переселения народов в IV в. н.э. здесь появились тюрки-гунны.
Чуть позже их сменили тюрки-булгары. Тамань была даже центром Великой Булгарии. Но это государство распалось под ударами тюрок-хазар, и с VII в. власть над Таманью перешла к ним. Хазары создали в Прикаспийских и в Причерноморских степях свое государство - Хазарский каганат. Хотя хазары были кочевниками, Каганат процветал благодаря обслуживанию международной транзитной торговли, что шла через его владение. Поэтому огромное влияние в нем получили знатоки торговли еврейские купцы. От них каган и вся хазарская элита переняли иудаизм, рядовые хазары остались язычниками. Каганат являлся торговым конкурентом Ромейской империи (Византии) и арабов, вел с ними войны. С востока на Хазарию давили первобытные тюркские кочевники печенеги. С VII в. делала попытки освободиться от хазарской зависимости и Булгария, расположенная на Средней Волге. Все это подрывало силы Каганата, а последний удар нанес ему киевский князь Святослав Игоревич.
После разгрома Хазарии Святославом в двух ее бывших владениях Саркеле (Белой Веже) на Дону и в Тмутаракани установилось сильное русское влияние. Хотя на Тамани еще около 20 лет просуществовало автономное иудейское государство во главе с Давидом Таманским, в самой Тмутаракани со времен Святослава очевидно находился русский гарнизон. При Владимире I в 980-х киевское влияние возросло, и в Тмутаракани был посажен наместником великокняжеский сын Мстислав. Так окончательно сформировалось Тмутараканское княжество, зависимое от Руси, но весьма автономное во всех внутренних и внешних делах. Тмутаракань по-прежнему была заселена многонациональным людом. Кроме русских, греков, хазар, евреев, армян здесь проживали касоги и ясы.
Раскопки на месте Тмутаракани, недалеко от современной станицы Тамань
Раскопки на месте Тмутаракани, недалеко от современной станицы Тамань

Касоги (косоги) имели абхазо-адыгейское происхождение. Кроме Таманского полуострова они в массе своей проживали в степях Кубани и на Северном Кавказе. Ясы (предки современных осетин) принадлежали к северо-иранской языковой семье. Они входили в племенные союзы аланов. Ясы также часто являлись союзниками касогов. За пределами Тамани племена ясов и касогов переживали период разложения родо-племенного строя, шел процесс зарождения их государственности, сопровождаемый возвышением отдельных племенных вождей, окруженных верными дружинниками.
Тмутаракань к концу Х в. вела активную внешнюю торговлю, составляющую конкуренцию византийским городам в Крыму. Кроме того, княжество пыталось распространить свое политическое и административное влияние на различные регионы Северного Кавказа. Военные походы Мстислава Тмутараканского стали основной формой реализации этих амбиций Тмутараканской земли.
Мстислав и Редедя
Лаврентьевская редакция «Повести временных лет» и Никоновская летопись содержат подробный рассказ о войне Мстислава с племенным союзом ясов и касогов, возглавляемых Редедей, в 1022 г.
В центре внимания летописцев оказался личный поединок предводителей сторон, который также отражен в «Слове о полку Игореве»:


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Мономах
Владимир Всеволодович
1053 – 19 мая 1125
Сражения и победы
Князь ростовский, черниговский, переяславский, великий князь киевский (1113-1125), выдающийся древнерусский государственный деятель, военачальник, писатель, мыслитель.
Лучший русский полководец своего времени, Владимир на поле брани Мономах одерживал одну победу за другой. С 13 до 25 лет он уже совершил 20 военных походов - «великих путей», по выражению самого Мономаха. Всего на его жизнь придется 83 «великих пути». Его унаследованное от византийского императора греческое прозвище переводится как «Единоборец».

Детство и юность Владимира Мономаха
Его отец Всеволод был пятым сыном Ярослава Мудрого. Именно Всеволода любил больше всех своих детей Ярослав Мудрый и не скрывал этого. Даже в завещании Ярослав Мудрый указал, что ежели доведется ему по очереди вслед за братьями занять трон великого князя Киевского, то похоронить его в Софийском соборе подле саркофага самого Ярослава Мудрого. В отношении старших сыновей Изяслава и Святослава такой приписки сделано не было. Завещание 1054 г. Ярослава ввело очередной порядок престолонаследия на Руси: очередной или лествичный порядок означал, что трон наследуется не прямым порядком от отца к старшему сыну, а переходит к старшему в роду, чаще всего от брата к брату.
Маленький княжич Владимир родился в Киеве еще при жизни деда. Владимир был внуком сразу двух могущественных государей Европы: великого князя Киевского и императора Ромейской империи (Византии). Мать княжича - принцесса Мария была дочерью императора Константина Мономаха.
С детства окружала Владимира обстановка учености. Всеволод Ярославич славился своей образованностью, и, «сидя дома», как сообщил нам позже Владимир Мономах, выучил 5 языков. К сожалению, Владимир не указал, какими языками помимо русского владел его отец. Можно предположить, что скорее всего это были греческий (родной язык его супруги), латинский, половецкий и англо-саксонский (на котором говорила его невестка Гита, дочь последнего англосаксонского короля Гарольда II, первая супруга Владимира Мономаха). Всю жизнь князь Всеволод собирал книги, окружил себя мудрыми мужами и монахами.
В те суровые времена люди жили недолго. За счет колоссальной смертности младенцев средняя продолжительность жизни в Средневековье не достигала и 30 лет. В 40-50 лет многие завершали свой путь. Стрелы половцев и соотечественников, эпидемии, голод и другие тяготы жизни косили русичей. Однако старшему сыну ученого Всеволода Владимиру была суждена долгая жизнь. Он прожил до 72 лет.
О детских годах князя мало что известно. Мы можем лишь предположить, что они протекали так же, как у других княжичей. В возрасте 3 лет прошел Владимир постриги. Это был обычай посвящения маленького человека из знатной семьи в мужчины. Обычно отец дарил ребенку коня, сам его на него усаживал. Потом княжичу отстригали прядь волос в знак того, что он стал взрослым. Устраивали пир. Виновнику торжества вручали дорогие подарки. В 7-8 лет княжича начинали учить Закону Божьему, грамоте, счету, военному делу. По «Изборникам» знакомили с мировой и родной историей. Развлекался княжич охотами и пирами с отцовской ближней дружиной.
Половец (скульптурная реконструкция)
Половец
(скульптурная реконструкция)
Скорее всего, до 13 лет Владимир почти безвыездно жил в городе своего отца Переяславе Русском (Южном). Переяславское княжество было южным пограничьем Руси с Великой Степью. В незапамятные времена здесь были построены «Змиевы валы», земляные укрепления, защищавшие пахарей лесостепного края от набегов «сынов Степи» - кочевников. После разгрома дедом Владимира Мономаха – Ярославом Мудрым печенегов в степном пространстве подле русских рубежей шла смена тюркских кочевых орд. Большая часть печенегов откочевала к Дунаю, где была принята Венгрией. Оставшиеся превратились в дружественное Руси, автономное население русского пограничья. Южнее временно расположились торки, которых быстро вытесняли многочисленные племена кыпчаков, прозванных на Руси половцами от древнерусского слова «полова» - свежескошенная солома - за необычный для тюрок светлый цвет волос.
Детство Владимира Мономаха закончилось к 13 годам. По воле отца он стал князем ростовским и во главе собственной дружины отправился через дремучие муромские леса в Северо-Восточные владения стольного Киева. В 1060-е гг. это был «медвежий угол» Руси. По нему было распылено незначительное преимущественно финно-угорское население, жившее охотой и промыслами. Подсечное земледелие знали славяне вятичи, прежде непокорные киевским князьям, но потом признавшие верховенство Киева. К середине XI в. времена Соловья Разбойника прошли, но по муромским и суздальским землям еще бродили волхвы, горели языческие костры, и в голодные годы вятичи вспоминали старых богов и нападали на проезжих христиан. 13-летний князь благополучно проехал «сквозь вятичи» до «старшего» на северо-востоке города - Ростова Великого. Потом побывал во втором здесь по значению городе Суздале и других «своих» городах.
Очевидно, и в ранней юности Владимир обладал политической интуицией. Ему понравилась эта «дикая» Ростово-Суздальская земля, он почувствовал ее огромный потенциал, чего нельзя сказать о других Рюриковичах той эпохи. Показателен случай. Отец Владимира, уже став великим князем киевским, воевал и победил племянников, детей Святослава Ярославича. Самому яркому и воинственному из них - Олегу он, в примирение, решил отдать Ростово-Суздальскую землю, взяв ее у своего сына Владимира. Олег оскорбился таким уделом и убежал от дяди в автономную от Киева Тмутаракань, где и княжил долгие годы, враждуя с Всеволодом и Владимиром.
А Ростово-Суздальской земле повезло. Она осталась за Владимиром Мономахом, который войдя в возраст, стал энергично ее обустраивать. Он расширил и укрепил новыми крепостями Ростов и Суздаль. В последнем поставил каменный собор Успения Богородицы - первый каменный храм Ростово-Суздальской Руси. Начал закладывать новые города – Владимир на Клязьме, Клещин городок на Клещееве (Переяславском) озере, строил и заселял села. Кстати, при том, что большинство русских летописей связывает возникновение города Владимира с именем Владимира Мономаха, одна летопись сообщает, что его заложил еще Владимир I. Можно примирить эти две версии, предположив, что город был заложен при Владимире I, но действительно превратился в видный центр только в результате строительной деятельности Мономаха.
60-90-е гг. XI в. оказались несчастливыми для Киевской Руси. С 1068 г. непрерывно атаковали ее половцы. Неизвестно, участвовал ли 15-летний Владимир Мономах в неудачной попытке Ярославечей отразить первый поход половцев на Русь в 1068 г. Но о неслыханном прежде разорении русской земли в ходе этого нашествия под предводительством хана Шарукана Владимир Мономах безусловно знал. Даже до нас сквозь века дошла былина с описанием мощи половецкой рати:
Да числа-сметы нет!
А закрыло луну до солнышка красного,
А не видно ведь злата-светла месяца,
А от того же от духу да от татарского (половецкого).
От того же от пару лошадиного…
Ко святой Руси Шарк-великан (Шарукан).
Широку дорожку прокладывает,
Жгучим огнем уравнивает,
Людом христианским речки-озера запруживает…

Все лесостепное южное пограничье Руси было опустошено. Половцы сжигали селения, захватывали скот, имущество, угоняли пленников. Толпы беженцев устремились вглубь Руси. Владимир Мономах примечал беженцев, давал им льготы, строил для них городки и села. Славянское население с юга принесло в лесной край высокую культуру и мастерство, и к концу жизни Мономаха бывшая окраина превратилась в развитый, многолюдный и могущественный в военном отношении край.
Любимец фортуны. Мономах в 1073-1078 гг.
В 1073 г. великим князем Киевским стал Святослав Ярославич. Престол он занял в результате заговора и переворота. Святослав, посаженный отцом на время в Чернигов, опасался, что старший брат великий киевский князь Изяслав переживет его, и тогда его дети «выбудут из очереди». По Завещанию Ярослава Мудрого киевский трон могли наследовать лишь те Рюриковичи, чей отец тоже был великим киевским князем. Сговорившись с Всеволодом, князем Переяславля Русского, Святослав вынудил Изяслава бежать в Польшу, откуда родом была его супруга, дочь польского короля. До своей смерти в 1076 г. Святослав сидел в Киеве. Не прогадал и ученый князь Всеволод. Он получил от великого князя Святослава к Переяславлю, где сидел сам, и Ростово-Суздальской земле, где княжил его сын Владимир Мономах, еще и Чернигов. Так де-факто семейство Всеволода стало самым «многоземельным» в роду Рюриковичей.
По приказу великого князя Святослава и отца в 1073 г. Владимир Мономах выполняет очень важную и трудную дипломатическую задачу. Ему требовалось примирить нового обладателя великого киевского стола и польскую корону. А ведь именно в Польше укрылся у родственников жены свергнутый Изяслав. Мономах с блеском выполнил это поручение.
В 1076 г. Владимир с двоюродным братом Олегом Святославичем (тем самым, что в будущем откажется от Ростово-Суздальской земли) уже воюет за Польшу против чехов. Здесь впервые открылся талант Мономаха как военачальника. Поход длился 4 месяца. Русские дружины бились в Силезии, прошли через Глогову (Глогау), добрались до Бемервальда (Чешского леса). После заключения мира между Польшей и Чехией, Владимир и Олег оказались в трудном положении. Польский король решил не расплачиваться с русскими за их помощь. Этим вероломством он ничего не выиграл. Молодые князья не позволили себя оскорблять. Как истинные сыновья своего века они начали «пустошить» владения строптивого союзника, осадили город Глогов и не уходили из Польши пока король не прислал им 1000 гривен серебра (около 100 кг) и прочие дары. С этой данью и другой военной добычей братья вернулись на Русь.
Великий князь Владимир Мономах. Художник И.Я. Билибин
И.Я. Билибин. Великий князь Владимир Мономах. 1926 г.

По возвращению домой Мономаха ждала большая радость. Он был женат на Гите, дочери последнего англо-саксонского короля Гарольда. В 1076 г. родился старший сын Владимира Мономаха и Гиты - Мстислав, в последствие ставший, как и его отец, видным государственным деятелем и полководцем и прозванный еще при жизни Мстиславом Великим. В крестные отцы для новорожденного Мстислава Владимир позвал друга по польскому походу Олега Святославича.
Еще не закончились пиры в честь рождения Мстислава, а его отец уже скакал в Смоленск, где будоражили народ языческие волхвы. В 1077 г. Владимир воевал с Полоцком.
На поле брани Владимир Мономах одерживал одну победу за другой. С 13 до 25 лет он совершил 20 военных походов («великих путей», по выражению самого Владимира Мономаха; всего на его жизнь придется 83 «великих пути»). Историки посчитали, что исходя из тех мест, куда направлялись походы Мономаха, он за первые 12 лет своей самостоятельной княжеской карьеры должен был преодолеть в седле не менее 10 000 км.
Необычайно везло Владимиру Мономаху и на политическом поприще. С 13 лет он княжил в обширной Ростово-Суздальской земле, а в 20 (в 1073) сел на третий по старшинству русский стол в Переяславе Русском в обход своих двоюродных братьев (более старших по родовому счету). Расчетливый Всеволод, переместившись в освобожденный Святославом Чернигов, заранее оговорил, что и Переяславль останется в его семье и отойдет Владимиру. Конечно, Всеволоду было жаль отдавать Переяславль, как того требовал предложенный Ярославом Мудрым порядок, племянникам. Всеволод 19 лет (с 1054 по 1073) княжил в Переяславе, укрепил и украсил этот город.
Очень бурными, но очень удачно завершившимися для Владимира Мономаха оказались 1076-1078 гг. В 1076 умер великий князь Киевский Святослав. На его место было въехал отец Мономаха Всеволод, но Изяслав на этот раз решил постоять за свои права. Во главе польского войска он двинулся на Русь. Дружины Всеволода возглавил Владимир Мономах. Ученый князь Всеволод был плохим воеводой, его военные успехи начались лишь тогда, когда возмужал его сын и стал вместо отца водить полки. Но если военачальником Всеволод был плохим, то политиком тонким и изворотливым. До битвы русских дружинников с польскими рыцарями в 1076 не дошло. Противники оценили силы друг друга и договорились. Всеволод уступал Киев Изяславу. Очевидно, он представил Изяславу переворот 1073 г., как исключительную инициативу Святослава. Изяслав в благодарность за возвращенный Киев разрешил Всеволоду оставить за собой и Чернигов, где должен был сидеть сам Всеволод, и Переяславль с Ростово-Суздальской землей и Новгородом Великим, где находились дети и внук Всеволода. Таким образом, Всеволод окончательно превращался в самого могучего реального правителя Руси.
В 1078 г. Изяслав Киевский и Всеволод послали Владимира Мономаха против старинного противника Ярославичей Всеслава Полоцкого. Владимир одолел Всеслава и сжег Полоцк.
Но пока Владимир громил полочан, обнаружилось, что его отец Всеволод не может въехать в Чернигов. Город захватили воинственно настроенные Святославичи. Понять их можно. При таком обороте дела, им мало что светило, разве что какие-нибудь мелкие уделы и «медвежьи углы». А Чернигов был тем уделом, который выделил их отцу сам Ярослав Мудрый, хотя по его же установлению теперь в Чернигове, как втором по старшинству столе Руси, должен был сидеть второй по старшинству Рюрикович, т.е. Всеволод.
По возвращении с запада Руси Владимир стал готовиться к большой войне за права своего родителя. Союзником ему и его отцу выступил великий киевский князь Изяслав. Изяслав был человеком недалеким, бесхитростным, но прямым и честным, и на этот раз он руководствовался чувствами, а не политическим расчетом.
Началась очередная междоусобица. Все должно было решить оружие. 3 октября 1078 г. на Нежатиной Ниве случилось решающее сражение.
Святославичи проиграли битву. Глеб Святославич был убит в этой битве, его братья Давыд, Роман и Олег бежали. Пал в бою на Нежатиной Ниве и вступившийся за Всеволода великий князь Киевский Изяслав Ярославич. Это открыло для его младшего брата Всеволода дорогу на киевский трон.
Владимир Мономах сумел сразу же «упокоить» тех, кто мог продолжить борьбу против его отца. С одной стороны это были Святославичи, с другой - Всеслав Полоцкий. Роман и Олег Святославичи, явившиеся на Русь с половецкой поддержкой, были разбиты. Роман погиб, а Олег бежал в византийские пределы, потом закрепился в Тмутаракани. Владимир Мономах тем временем уже шел на Всеслава, осадившего Смоленск. Узнав о приближении Мономаха, полоцкий князь поджег Смоленск и отступил без боя в свою землю. Владимир преследовал его и там, опустошая владения противника. В 1079 г. он повторил вторжение в Полоцкое княжество и взял Минск. Все это отбило желание Всеслава отвоевывать у великого князя Киевского Всеволода «его» территории. В 1080-1092 гг. Владимир Мономах воевал с торками. В итоге этот степной народ, живший в южном порубежье Руси, стал союзником Киева. Вместе с остатками печенегов и берендеев торки составили союз Черных клобуков, своеобразную автономную по отношению к Киеву кочевую пограничную стражу Руси.
В ходе всех этих свершений главной резиденцией Владимира Мономаха в 1078-1094 гг. являлся Чернигов. Отсюда Владимир уходил в «великие пути», сюда он возвращался. В Чернигове по приказу Владимира Всеволодовича был построен роскошный по тем временам каменный княжеский терем, а в другом городе Черниговской земли Любиче Мономах заложил мощный замок.
Владимир Мономах на охоте. Художник В. Тормосов
Владимир Мономах на охоте. Художник В. Тормосов

Позже в своем «Поучении детям» Владимир Мономах часто будет обращаться к черниговскому периоду своей жизни: «То, что мог бы сделать мой дружинник, я делал всегда сам и на войне и на охоте, не давал себе отдыха ни ночью, ни днем, невзирая на зной или стужу. Я не полагался на посадников и бирючей, но сам следил за всем порядком в своем хозяйстве. Я заботился и об устройстве охоты, и о конях, и даже о ловчих птицах, о соколах и ястребах».
Змеевик Владимира Мономаха, утеренный на охоте под Владимиром. Русский музей, Санкт-Петербург
Змеевик Владимира Мономаха,
утеренный на охоте под Владимиром.
Русский музей, Санкт-Петербург
Охота князя с дружиной в те времена была не менее важным и престижным делом, чем война или пир-совет с дружиной. Идеальный, в восприятии русичей того времени, князь должен был во всех этих делах оказываться первым. Поэтому Владимир не без гордости вспоминает свои охотничьи подвиги под Черниговом: «Вот когда я жил в Чернигове, я своими руками стреножил в лесных пущах три десятка диких коней, да еще когда приходилось ездить по степи (по ровни), то тоже собственноручно ловил их. Два раза туры поднимали меня с конем на рога. Олень бодал меня рогами, лось ногами топтал, а другой бодал; дикий вепрь сорвал у меня с бедра меч, медведь укусил мне колено, а рысь однажды, прыгнув мне на бедра, повалила вместе с конем». На одной из охот обронил князь золотой амулет-змеевик, который был обнаружен лишь в 1821 г.
Сидя в Чернигове, Владимир постоянно находится подле отца, являясь, по сути, его соправителем. «… из Чернигова я сотни раз скакал к отцу в Киев за один день, до вечерни», - читаем мы в «Поучении» Мономаха. Как и отец, Владимир ратовал за предельное сосредоточение русских земель под рукой киевского князя, полагая, что только так можно добиться укрепления центральной власти над всей Русью, прекратить усобицы, которые при Ярославичах стали привычной чертой внутренней жизни страны. Родовое старшинство всегда мало волновало Владимира. Его не смущало, что старший по сравнению с ним Святополк Изяславич сидит в маленьком Турове, в то время как его младший сводный брат Ростислав, не достигший и 10 лет, управляет третьим по старшинству столом в Переяславе.
Политика стягивания земель под руку семьи Всеволода и успешные военные рейды Владимира Мономаха против «ослушников» давали свои результаты. Русь, стоявшая на пороге политической раздробленности, сохраняла единство.
Иногда происходили темные истории. При странных обстоятельствах погиб один из сыновей Изяслава – Ярополк. Молва возложила ответственность на князя Василька Ярославича Теребовльского (см. «Персонажи и ситуации» ниже), союзника Владимира Мономаха по войнам. Однако, кто бы ни убил Ярополка, его «живот» (имущество) забрал себе Владимир Мономах. Он же привез в Киев мать Ярополка, объяснив это желанием утешить ее. С политической же точки зрения, нахождение вдовы Изяслава в столице у великого князя Всеволода сделало ее заложницей в политической игре с Изяславичами.
Однако главную угрозу единству Руси и центральной власти великого князя составляли тогда не Изяславичи, сидевшие на малых волостях, и не поредевшие потомки Святослава. Ранее всех обособилась и стремилась к независимости обширная западная часть Руси - Полоцкая земля. Там со времен Владимира I сидели Рогволожьи внуки (см. «Персонажи и ситуации» ниже). Уже в 1067 г. Ярославичи воевали с полоцким князем Всеславом, который пытался увеличить свои владения, отняв у Ярославичей Новгород. Война шла с предельной жестокостью с обеих сторон. В великое княжение Всеволода Владимиру Мономаху пришлось не раз сталкиваться в бою с Всеславом и его полочанами.
Конец княжения Всеволода был неудачным. Неурожаи в течение нескольких лет вызвали голод, болезни и мор. Половцы нападали непрестанно, и даже Владимир Мономах - лучший русский полководец тех лет - не мог остановить их натиск.
В те времена население Руси все успехи и неудачи связывало со своими князьями. Умерший в 1093 г. Всеволод оставил в этом смысле незавидное наследство. По смерти великого князя киевляне не захотели видеть на престоле его фактического соправителя Владимира. Они позвали в Киев наследника «по очереди» - Святополка Изяславича Туровского. Сидя в небольшом Турове, Святополк имел дружину в 800 человек. Эта сила ни в какое сравнение не шла с военными возможностями Владимира Мономаха, контролировавшего Чернигов, Переяславль, Новгород и Ростово-Суздальскую землю. Но Мономах не стал воевать с двоюродным братом.
Он ушел в Чернигов, терпеливо снеся жестокий удар судьбы: с 25 и до 40 лет он был на первых ролях, а теперь приходилось стать подручным киевского князя, «братом молодшим», так это звучало на юридическом языке того времени.
Гамбургский счет… Мономах в 1093-1113 гг.
В конце XIX в. среди цирковых борцов разыгрывалось множество соревнований, но поединки были не настоящие, а расписанные по сценарию. И лишь раз в год лучшие борцы собирались в Гамбурге, чтобы провести свой закрытый чемпионат и выявить действительного, а не формального чемпиона. Чемпион по гамбургскому счету являлся самым уважаемым и сильнейшим в мире борцом.
Великий князь Киевский Святополк II оказался прижимистым, хитрым и одновременно слабым политиком. Он явно не мог совладать с теми внутренними и внешними напастями, которые свалились на Русь в конце XI в. Угасала международная торговля Европы с Византией через русские земли, которая последние 200 лет была главным источником богатства русского государства, его княжеско-дружинной и городской элиты. Выгода от международной торговли и заставляла всех держаться Киева, контролировавшего путь «Из варяг в греки». Новым источником доходов князей и знати теперь становились вотчины (см. «Персонажи и ситуации» ниже). Однако «оседание князей и старшей дружины на землю» разъединяло прежде единую элиту, привязывало ее к тем областям, где располагались ее земельные владения. Общие интересы распадались. На смену им шел местный патриотизм, порождая частые междоусобные войны. С падением торговых прибылей исчезли дружины «варягов из-за моря», которые ранее являлись частыми союзниками киевских князей в их военных конфликтах с внешними и внутренними врагами. А между тем степные кочевники половцы в 60-90-е гг. XI в. с неизменным успехом совершали свои ежегодные вторжения в русские пределы.
Это было сложное время, когда единое государство доживало свое, а новая политическая система независимых русских княжеств еще не родилась…
Это время выставило всем русским князьям свой гамбургский счет. Владимир Мономах, чье греческое прозвище переводилось - «Единоборец», оказался явно лучшим среди прочих Рюриковичей, хотя до 1113 г. он и не занимал главного великокняжеского стола.
Первым испытанием для Мономаха после смерти его отца стала битва на Стугне, единственное крупное сражение, которое он проиграл.
Битва русских с половцами. Летописная миниатюра
Битва русских с половцами. Летописная миниатюра

Святополк II, посаженный киевлянами на великокняжеский стол, горел желанием оправдать их доверие. Он обещал уставшим от половецких ратей жителям Южной Руси, наконец, наказать агрессоров. Напрасно объяснял Владимир своему в прямом и переносном смысле «брату старейшему», что сил недостаточно. Его никто не слушал. Дабы не прослыть трусом, Владимир вынужден был отправиться со Святополком в поход. Из Чернигова подошли его полки, из Переяславля пришел с дружиной его младший 18-летний сводный брат Ростислав.
Весной 1093 г. в половодье перешли русские у города Треполя один из рукавов Днепра - Стугну.
26 мая 1093 г. войска построились. Владимир встал по левую руку, Святополк - по правую, а в центре находился Ростислав. Это было традиционное трехзвенное построение русских дружин.
Половецкий всадник (современная реконструкция)
Половецкий всадник
(современная реконструкция)
По сообщению «Повести временных лет», битва началась натиском половцев на правый фланг. 800 отроков Святополка бились насмерть, но бывшие с ними киевляне дрогнули и побежали, открывая фланг переяславцев. Вскоре полк Ростислава был смятен половецкой конницей, было сломлено сопротивление и черниговской дружины Мономаха. Отступающие сгрудились у переправы. Владимир с братом Ростиславом попытались преодолеть реку вплавь, но Ростислав стал тонуть. Мономах бросился его спасать, но сам чуть не пошел ко дну, его вытащили верные дружинники.
Владимир умчался в Чернигов и стал готовить его к обороне. Как уже знали русские, половцы не умели брать крупных крепостей и если жители храбро бились из города, снимали осаду. Малые города степняки иногда захватывали «изъездом» (это когда стража «проспала» их появление, и половцы просто въехали в город) или «измором» (когда у защитников кончалось продовольствие). Так что более всего от половецких набегов страдала сельская округа. Ее нещадно опустошали. После Стугны Святополк тоже заперся в Киеве, а кыпчаки безнаказанно грабили его окрестности.
Тело юного Ростислава через несколько дней после битвы выловили и отнесли в Киев, где оплакали его мать и горожане. Первая битва Ростислава оказалась для него последней. Так Владимир остался единственным из наследников Всеволода Ярославича.
Безусловно, Владимир Мономах был сыном своего времени. В 1093 -1113 гг. помимо половецкой угрозы его занимали три проблемы: он заводил села и строил укрепленные города в Ростово-Суздальской земле, расселяя по ней захваченных в междоусобиях пленников; враждовал с двоюродным братом Олегом Тмутараканским за Чернигов; интриговал против Святополка II, надеясь заменить его на великокняжеском столе. Но не эти дела князя летописцы поставили ему в заслугу. А то, что защиту Русской Земли от половцев Владимир, в отличие от многих других князей, поставил выше всех своих личных амбиций. Ради борьбы с половцами он нашел, в конце концов, компромисс со всей своей родней, убедил всех объединить силы, и повел это общерусское воинство на Великую Половецкую Степь.
Показателен в этом плане итог его борьбы за Чернигов с Олегом Святославичем. Тот, будучи старше Мономаха по родовой линии, требовал отдать Чернигов - «отчину его отца Святослава». Тмутараканская дружина Олега была слишком мала, чтобы подкрепить это требование, и Олег для войны с Мономахом водил на Русь половцев. После поражения на Стугне Олег с половцами осадил Чернигов. Платой кочевникам за помощь служило разрешение Олега грабить половцам сельскую округу города, который сам Олег называл «своей отчиной». В 1094 г. Владимир был вынужден покинуть Чернигов. Возможно, у него не хватило сил, чтобы одолеть Олега… Или же Мономах решил не губить русских людей, тем более, что очередной порядок престолонаследия, введенный Ярославом Мудрым, в этом споре был явно не на его стороне.
Княжеский дом из камня. Чернигов, XI век
Княжеский дом из камня. Чернигов, XI век

Главной резиденцией Владимира Мономаха с 1094 г. до конца занятия им киевского престола в 1113 г. станет город его детства - Переяславль Русский. Пограничное со Степью положение Переяславля заставляло Владимира концентрироваться, прежде всего, на отражении половецкого натиска.
В 1095 г. Владимир был вынужден заключить мир с ханами Итларом и Китаном, выплатить им дань и отдать своего сына Святослава в заложники. Ханы и их окружение расположились в Переяславле и пировали, празднуя такое выгодное для них завершение дела. Тем временем Владимир совещался с дружиной. Его воевода Ратибор с сыновьями, а также киевский боярин Словята советовали разделаться с ханами, заперев их в зале для пиров и перестрелять через люк в потолке. В оправдание такого хода говорили: половцы сами часто нарушают договоры. В итоге так и порешили. Итлар, Китан и их ближайшее окружение были убиты. Дружинники Мономаха сумели невредимым вызволить княжича Сятослава. Воины поверженных ханов были разбиты.
Ханы Тугоркан и Боняк, неудачно ходившие на Византию, решили атаковать Русь. Боняк с ходу вторгся на Киевщину в мае 1096 г. Святополк и Владимир Мономах тогда были заняты борьбой с Олегом Святославичем. Воспользовавшись этим, Боняк разграбил сельскую округу Киева, спалил княжеский терем в Берестове. Одновременно с Боняком в Переяславских владениях Мономаха на восточном побережье Днепра бесчинствовал хан Куря. Успехи Боняка и Кури ускорили вторжение на юг Руси еще одного половецкого вождя Тугоркана с сыном. 31 мая он осадил Переяславль, но уже 19 июля полки, ведомые Владимиром Мономахом и Святополком Киевским, разбили кыпчаков у Зарубинского брода на Днепре. Здесь погиб хан Тугоркан (Тугарин Змеевич русских былин). Тело Тугоркана нашел и похоронил у Берестова великий киевский князь Святополк. После разгрома Тугоркана русские впервые захватили у своих степных противников множество пленников, скота и другой добычи. Поражение и смерть Тугоркана заставила Боняка и Курю покинуть русские пределы, но уходили они с большой добычей и полоном.
В ходе этих битв Олег Черниговский не собирался оказывать помощь своим кузенам. По сути, он оставался, как и ранее, союзником половцев. В итоге Владимир и Святополк вынудили Олега бежать из Чернигова в Стародуб. Однако оттуда Олег двинулся на Северо-Восток Руси и принялся воевать города, где сидели сыновья Мономаха. Он взял Муром, Суздаль, Ростов. В одной из стычек с Олегом погиб один из сыновей Владимира Мономаха. В конце концов, Олег был разбит своим крестником - старшим сыном Владимира Мономаха Мстиславом, князем Новгородским, а сам Владимир Мономах вместо мести обратился к Олегу с письмом. Он звал Олега на переговоры о Чернигове, предлагал Олегу прекратить «дружбу» с кочевниками и присоединиться к его борьбе с половцами. «Письмо к Олегу» произвело огромное впечатление на современников. Его так часто переписывали, что оно дошло до нас в многочисленных списках.
Конечно, «Письмо Олегу» было написано Мономахом не от хорошей жизни. В 1097 г. степняки предприняли новый натиск на Южную Русь. 19 июня 1097 г. Владимир Мономах и Святополк II Киевский разбили одно половецкое войско на реке Трубеж, но другая половецкая орда разграбила киевские предместья. Эта беда заставила всех старших князей собраться на съезд в Любече. Все осознали, как опасны усобицы перед лицом половецкой угрозы. Идея организации обще-княжеских походов на Великую Степь все более занимала русскую элиту. Кроме того, Олег Святославич, разбитый Мстиславом и бывший прежде союзником половцев, выглядел, по замыслу Мономаха - главного организатора Любечевского съезда князей, не лучшим претендентом на обладание Черниговским столом. Владимир Мономах рассчитывал в ходе дипломатических ухищрений добиться на этом съезде возвращения ему Черниговской земли. Этого не произошло. Более того, решение съезда: «Каждый держит отчину (т.е. владение отца) свою!», закрепило за Олегом и его братом Давыдом Черниговские и Новгород-Северские земли. Однако в другом важном для Владимира Мономаха вопросе - осмыслении князьями необходимости совместной борьбы всех против половцев, был сделан шаг вперед. «Зачем губим Русскую землю, сами между собой устраивая распри? - вопрошали князья, - А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами идут войны». Решение съезда - «Каждый держит отчину свою!» не искоренило междоусобицы, но стало одной из предпосылок возможности организации совместных обще-княжеских походов на Великую Степь.
Памятник Любечевскому съезду князей. Скульптор Г. Ершов (Мономах второй слева)
Памятник Любечевскому съезду князей
Скульптор Г. Ершов
(Мономах второй слева)
Мысль об организации общерусских походов против половцев Мономах развивал на княжеских съездах: Витичевском 1100 г. и Долобском 1103 гг. После Долобского съезда состоялся - в том же 1103 г. - первый такой поход. Полки практически всех значимых русских князей собрались в урочище Сутень на Днепре, и 4 апреля 1103 г. нанесли поражение половцам. Погибли хан Урусоба и 19 других половецких правителей.
В 1107 г. кыпчаки попытались нанести ответный удар. В мае хан Боняк осадил город Лубен в Переяславском княжестве Монамаха. Владимир, объединившись со Святополком Киевским, отогнали степняков от Лубена. Бросив добычу, половцы ретировались в степь. Боняк вступил в переговоры с русскими князьями. Заключили мир, подкрепленный династическими браками: сын Владимира Мономаха Юрий (Долгорукий) взял в жены дочь хана Аелы; на ее сестре женился и сын Олега Черниговского - Святослав будущий союзник Юрия Долгорукого по междоусобицам. С их пиром 1147 г. в Москве, связано первое летописное упоминание нашей столицы. Святослав Ольгович являлся также отцом знаменитого князя Игоря, главного героя «Слова о полку Игореве», совершившего свой неудачный поход на половцев в 1185 г.
Поскольку половцы не имели государства, мир с ними не мог быть долгим. Если одни ханы и соблюдали его, то другие не считали себя связанными этим договором. Нападения кочевников возобновились. Далее последовали общерусские походы 1109, 1110 и 1111 гг.
Особенно опустошительным для кыпчаков и победоносным для русских стал поход 1111 г. Ряд ханов собирался нанести Руси новый удар. Однако небольшая дружина из воинов Владимира Мономаха под предводительством воеводы Дмитра совершила вылазку в Степь и разведала планы противника. 26 февраля 1111 г. в Великую Степь под началом Владимира Мономаха двинулись почти все русские князья, включая Святополка Киевского. Впереди воинов тогда ехали священники. Они читали библейские тексты, пели псалмы и несли кресты. В глубине Половецкой степи русские захватили столицу кыпчаков Шарукань и город Сугров. Шарукан пытался увести основные силы степняков, но 26 марта 1111 г. русские их нагнали. Сражение на Сальнице завершилось полной победой русских. Летописцы уверяли, что весть о разгроме «поганых» (язычников-половцев) дойдет до Польши, Чехии, Венгрии и самого Рима. Некоторые историки называют поход 1111 г. «Крестовым походом» Мономаха на степняков.
Схема расположения половецких объединений во второй половине XII - начале XIII века
Схема расположения половецких объединений
во второй половине XII - начале XIII века

Кто знает, может быть, Владимир действительно вдохновлялся подвигами своих зарубежных братьев-крестоносцев. Его двоюродный брат, сын дочери Ярослава Мудрого Анны - французский король Филипп I много сил вложил в организацию похода французских крестоносцев для освобождения Святой Земли. Другой французский кузен Мономаха, младший сын Анны Ярославны - Гуго возглавил французских крестоносцев в этом победоносном для них походе. Раскол западной и восточной христианских церквей уже состоялся (1054), но во времена Владимира Мономаха на Руси его еще не начали переживать с такой остротой и ненавистью к «еретикам»-католикам, как это случится позже.
В ходе русского натиска на Великую Степь потерпели поражение знаменитые ханы Боняк и Куря. Погиб Шарукан - враг и зять великого киевского князя Святополка II (в 1095 г. для заключения мира после разгрома на Стугне Святополк вынужден был породниться со степным вождем). В борьбе с половцами Владимир Мономах был беспощаден. Он даже не отпускал за выкуп пленных ханов и знатных половцев, приказывал их казнить. Ужас охватил Половецкую Степь. Половецкие матери по версии автора «Слова о погибели русской земли» пугали детей именем Мономаха, как в свое время русские женщины стращали своих чад Тугарином Змеевичем, чьим прототипом являлся половецкий хан Тугоркан. Колесо фортуны повернулось, и теперь на Русь из Степи потекли золото, серебро, табуны коней и пленники. В великое княжение Владимира Мономаха в Киеве (1113-1125) его сын Ярополк, который отвагой и военным дарованием напоминал своего пращура Святослава Игоревича, дважды ходил в Степь. В 1116 г. он захватил 3 половецких города. Когда же Владимир отправил его в Степь в следующий раз, молодой князь просто не нашел половцев. Они откочевали подальше от русской границы: к Волге, Азовскому морю, а орда хана Отрака, перевалив Кавказский хребет, ушла служить грузинскому царю Давиду Строителю. Половцы затихли и до конца жизни Владимира Мономаха не тревожили Русь.
Помимо военных баталий и дипломатических игр Владимир Мономах в 1094-1097 гг. интенсивно работал над своими литературными сочинениями. Он составил свое знаменитое «Поучение детям», куда вошла и «Летопись его жизни», своеобразный отчет о военных походах и прочих важных, с точки зрения Владимира Мономаха, делах. «Поучение» Владимира Мономаха оказалось одним из самых востребованных публицистических сочинений Древней Руси. Оно дошло до нас в многочисленных списках, что свидетельствует о том, что его читали не только в княжеско-дружинной среде, но и все образованные русские люди XIII-XVII вв.
Однако одной из практических задач Мономаха при составлении им публицистических произведений («Поучение детям», «Летопись жизни», «Письмо Олегу») была борьба за киевский и черниговский столы. Любичевский съезд мало способствовал реализации этих стремлений князя. После 1097 г. он, видимо, охладел к своим потайным мечтам, уже мало занимался публицистикой и сконцентрировался на достижении той цели, которая в конечном итоге и приведет его на великокняжеский престол - Мономах стал главным организатором общекняжеских походов на половцев.
Из внутриполитических побед стоит отметить его неоспоримое влияние в Новгороде. Этот город, главный соперник Киева по общерусской значимости, не входил в старшинство городов, которые по замыслу Ярослава Мудрого должны были переходить по родовой лестнице. В Новгороде обычно сидел сын великого князя Киевского. В 1102 г. Святополк попытался направить новгородцам своего сына, чтобы тот заменил сидевшего на новгородском столе сына Владимира Мономаха - Мстислава. «Если у твоего сына две головы, - ответили новгородцы, - то присылай его нам!» В итоге Новгород остался за первенцем Мономаха.
Владимир Мономах у киевских ворот. Художники Константин Мирошник и Наталия Кургузова-Мирошник
Владимир Мономах у Киевских ворот
Художники Константин Мирошник и Наталия Кургузова-Мирошник

Великое княжение Владимира Мономаха
В 1113 г. свершилась заветная мечта Мономаха. Он, наконец, стал великим князем Киевским. Причем сел Владимир на киевский трон своего отца и деда не путем заговора, а решением народа. Смерть великого князя Святополка II, вызвала в Киеве восстание против ростовщиков, которым покровительствовал великий князь, быть может, получая за то часть их прибыли. За «купу» ЗАЁМ) ростовщики брали 200-300%. Должники вынуждены были продавать жен, детей, а потом и себя в уплату долгов. Это коснулось сотен семей. Они потеряли свободу: из «людей» (так древнерусский кодекс законов «Русская Правда» именовала свободных) превращались в «закупов» (зависимых должников), а еще хуже в «челядь» (рабов). Но в день смерти великого князя Святополка наступила расплата. Ростовщики, многие из которых являлись потомками хазарских купцов-иудеев, переведенных в Киев князем Святославом после разгрома им Хазарии, были перебиты. Хаос, который царил в Киеве и опасность перехода ярости бедных людей на бояр и состоятельных горожан, заставили последних обратиться к самому авторитетному князю Руси Владимиру Мономаху с призывом сесть на киевский престол (4 мая 1113 г.). Владимир принял это предложение.
Никто из князей, даже Олег Черниговский, который был старше Мономаха по родовому счету, не воспротивился такому исходу дела.
Мономах быстро разрешил проблему должников. Он издал новый закон «Устав о резах» (процентах). Никто не мог брать с закупов (должников) выше 50% годовых и держать насильно их на своем дворе в работниках, если они просили отпустить их, чтобы найти средства для возвращения долга. Закупы, 3 года проработавшие на кредитора, считались уплатившими долг и резы по нему. «Устав о резах» стал одной из частей древнерусского законодательства «Русской Правды». Известный петербургский историк И.Я. Фроянов справедливо заметил, что «Устав о резах» снизил социальную напряженность в древнерусском обществе (Фроянов И.Я. Древняя Русь IX—XIII веков. Народные движения. Княжеская и вечевая власть. М., 2012. С. 201).
Владимир Мономах на памятнике «Тысячелетие России»
Владимир Мономах на памятнике «Тысячелетие России»
На великое княжение Владимира Мономаха в Киеве (1113-1125), а потом и его старшего сына Мстислава (1125-1132) приходится период последнего усиления центральной власти в Киевской Руси. Продолжая линию, которую вел в свое время его отец Всеволод Ярославич, Владимир Мономах стремился сосредоточить в руках своей семьи наибольшее количество древнерусских столов. К 1125 г. около трех четвертей всех волостей Руси значилось за Владимиром и его сыновьями. В частности, Владимир отдал киевский пригород Белгород своему первенцу Мстиславу (1117). В Новгороде утвердил внука - Всеволода Мстиславича (1118). Сыновьям Мономаха достались Туров (1113) и Владимир на Волыни, откуда был изгнан Ярослав, сын Святополка II. В 1119 г. Владимир Мономах овладел Минском. Попытки ряда князей военным путем противостоять такой политике централизации не увенчались успехом. Скажем, Ярослав Святополчич пытался отвоевать у Мономаха Волынь в союзе с венграми, поляками и галицкими Ростиславичами, однако проиграл и погиб в 1123 г.
Владимир Мономах активно задействовал династические браки своих детей и внуков для решения внешнеполитических и внутрирусских дел. На внучках Мономаха, дочерях его сына Мстислава, были женаты упомянутый выше Ярослав Святополчич и сын Олега Черниговского - Всеволод. Сын Мономаха от первой жены Гиты - Роман взял в супруги дочь перемышльского князя Володаря Ростиславича (двоюродного брата Владимира Мономаха). Сын Мономаха от второго брака - Юрий Долгорукий был женат на дочери половецкого хана Аепы. Таким образом, Владимир Мономах пытался поддерживать мир на русско-половецкой границе не только военными средствами. Среди детей, рожденных в первом браке князя Юрия Долгорукого, был знаменитый Андрей Боголюбский (1112-1174), для которого впоследствии половцы оказались частыми союзниками в его междоусобиях с другими русскими князьями.
Шапка Мономаха
Шапка Мономаха
Дочь Владимира Мономаха Мария была выдана замуж за некого византийца, который выдавал себя за Льва Диогена, погибшего ранее младшего сына императора Романа IV Диогена. Это был уже второй самозванец, принявший имя Льва Диогена. Самозванец вел войну с действующим византийским императором Алексеем I Комнином. В 1116 г. русские войска были посланы на помощь «Льву Диогену», что помогло последнему закрепиться в ряде Дунайских городов. Константинополь устранил самозванца 15 августа 1116 г. руками наемных убийц, но Владимир Мономах продолжил войну с Византией за интересы своего внука, сына Марии Владимировны и Лжедиогена - «царевича» Василия (вскоре погиб). Закончилось это последнее в истории военное столкновение Киевской Руси и Византии дипломатическими переговорами и компромиссом. В ходе переговоров греки вручили великому киевскому князю богатые дары, включавшие царские регалии (отсюда в русской традиции родилась легенда о «шапке Мономаха»). В 1122 г. внучка Мономаха Евпраксия, дочь его сына Мстислава, вышла замуж за племянника византийского императора (ПСРЛ. Т. II. С. 206, 292).
Три другие Мстиславны были выданы за иностранных монархов: Малфрид Мстиславна - за короля Норвегии; Евфросинья Мстиславна - за короля Венгрии; Ингеборг Мстиславна - за сына датского принца Кнута Лаварда, короля бодричей (одно из крупнейших племен полабских славян).
Законодательные, военные, дипломатические и династические начинания великого князя Владимира Мономаха не помешали ему позаботиться о том, каким образом будет сохранена история его эпохи и вообще история Руси. Отдельные летописные записи велись в Новгороде и Киеве еще с конца Х в. При Ярославе Мудром, возможно, был составлен первый систематический летописный свод. Все это легло в основу «Повести временных лет» (ПВЛ), которую в правление великого князя киевского Святополка II составил монах Киево-Печерского монастыря Нестор, доведя до 1113 г. По приказу Владимира Мономаха «Повесть временных лет» дважды редактировалась. В 1116 г. игуменом Киевского Выдубицкого монастыря Сильвестром, политическим сторонником Мономаха. Эта редакция дошла до нас в Лаврентьевской летописи (по имени монаха, переписавшего ее в XV в.). Еще раз ПВЛ редактировалась в 1118 г. В данной редакции участвовал сын Мономаха Мстислав и привезенные им с севера ученые новгородские монахи. Эту версию ПВЛ мы знаем по Ипатьевкому списку (название по монастырю, где был впервые обнаружен текст).
Завершился жизненный путь Владимира Мономаха 19 мая 1125 г. Он был погребен в Святой Софии подле захоронения своего отца Всеволода. Власть в Киеве по завещанию Владимира Мономаха отошла его сыну Мстиславу, который сумел продолжить внешнюю и внутреннюю политику отца и получил прозвище Великий (1125-1132).
Завещание Владимира Мономаха детям. 1125 г.
Завещание Владимира Мономаха детям. 1125 г.

Подводя итог свершениям Владимира Мономаха в русской истории, хочется обратиться к мнению его ближайших потомков. «Народ плакал по нем, засвидетельствовал летописец, - как дети плачут по отце или матери. Слава его прошла по всем странам, особенно же он был страшен поганым; был он братолюбец и нищелюбец и добрый страдалец за Русскую землю».
За несколько лет до страшного потрясения Руси - нашествия Батыя - было написано «Слово о погибели Русской земли». Его автор буквально воспел эпоху Владимира Мономаха и самого этого князя. Мешая историческую правду с героическим мифом, автор обрисовывает границы единой Руси. Они тянутся от Польши и Венгрии к Литве и Ливонскому ордену, через Карелию достигают шведских пределов, устремляются на север, а на востоке упираются во владения Волжской Булгарии, земли буртасов, мордвы и удмуртов. И везде в великое княжение Владимира Мономаха царили мир, порядок и справедливость.
Внешние соседи не решались пренебрегать мнением Мономаха, «…которым то половци дети своя полошаху в колыбели, а литва из болота на свет не выникываху, а угри твердяху каменыи городы железными вороты, абы на них великий Володимер тамо не въехал». И даже византийский император «великыя дары посылаша к нему, абы под ним великый князь Володимер Цесаря-города (Царьграда) не взял».
ЧЕРНИКОВА Т.В., к.и.н., доцент МГИМО (У)

Персонажи и ситуации

Ярославичи. Первый из сыновей Ярослава Мудрого - Илья известен только по имени. Очевидно, он скончался еще ребенком. Следующий сын Владимир сидел в Новгороде и долгое время считался наследником отца. Но он умер раньше родителя в 1051 г. В итоге к моменту составления знаменитого Завещания 1054 г. Ярослава Мудрого, которое ввело очередной порядок престолонаследия на Руси, у Ярослава в живых оставалось 5 взрослых преемников: сыновья, племянник и внук Ростислав Владимирович. Очередной или лествичный порядок престолонаследия означал, что трон наследуется не прямым порядком от отца к старшему сыну, а переходит к старшему в роду, чаще всего от брата к брату. У самого Ярослава не было братьев, которые могли бы претендовать на трон. Он очертил круг своих сыновей-наследников тремя старшими: Изяслав, Святослав и Всеволод должны были по очереди наследовать друг у друга киевский стол.
Василько Теребовльский - один из сыновей «выбывшего из очереди» старшего внука Ярослава Мудрого Ростислава. После смерти Ростислава в Тмутаракани, подстроенной византийцами, его дети Рюрик, Володарь и Василько оказались окончательно без уделов. Тогда они вспомнили, что некогда Ярослав Мудрый выделил их отцу «медвежий угол» на юго-западе Руси. Они двинулись туда, чтобы мечем отвоевать свои владения. Ростиславичи прославились военными подвигами и верностью дружинным традициям. Они щедро одаривали своих воинов и бояр, что привлекло к ним на службу немало храбрых вольных воинов со всех концов Руси. На землях, которые чуть позже станут называться Галицией, братья основали три княжества – Звенигородское, Перемышльское и Теребовльское. После ухода Рюрика в монастырь, осталось два княжества. Звенигородско-Перемышльское, где сидел Володарь; и Теребовльское – Васильки. После поражения в Х в. от Владимира I отсюда ушли к Адриатики остатки племенного союза хорватов, поэтому галицкие земли оказались мало заселенными и в этническом плане неопределившимися. Ростиславичи населяли их захваченными в русских междоусобицах и пограничных война с соседними Руси странами пленниками - русскими, поляками, венграми, половцами. Принимали они и расселяли беженцев, вытесняемых с юга Руси половецкой агрессией.
Рогволожьи внуки - династия, берущая начало от старшего сына Владимира от его первой жены Рогнеды Изяслава. Будучи мальчиком, Изяслав вступился за мать, которую Владимир предполагал казнить, за покушение на свою жизнь. Владимир взял Рогнеду насильно, разгромив и казнив ее отца Рогволода и ее братьев за отказ выдать Рогнеду за него, что означало тогда союз Владимира князя Новгородского и Рогволода князя Полоцкого против Ярополка Киевского. Владимир пощадил Рогнеду, но обозвал сына Рогволожьем внуком, удалил его от себя, дав в удел Полоцк, город его деда по матери.
Вотчина - земельный участок, который находился в безусловной частной собственности владельца, на котором он с помощью своих челяди (холопов, закупов, рядовичей), а также зависимых крестьян организовывал свое земледельческое хозяйство. Вотчинное хозяйство XI-XIII вв. носило натуральн


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Мстислав
Удатный (Удалой)
ок. 1175–1228
Сражения и победы
Древнерусский князь и полководец, князь Трипольский, Торопецкий, Новгородский, Галицкий и др. ПОБЕДИТЕЛЬ в Липицкой битве. Первый из русских князей, оказавший сопротивление монголам, - в битве на Калке…
Князя Мстислава Мстиславича чаще называют Удалым, что привычнее для современного русского уха, однако «удалой» означает, скорее, «лихой», тогда как «удатный» - «удачливый». Казалось бы, первое для воина более почетно, но ведь и удача для него важна не менее, а для правителя и подавно, тем более что она - дар Всевышнего.

Мстислав был сыном Мстислава Храброго и праправнуком Владимира Мономаха. Он стал дедом одного из самых знаменитых героев древнерусской истории - Александра Невского. Однако это все генеалогия, и то, что кто-то был чьим-то отцом или сыном, еще не свидетельствует о значимости его самого. Но само лестное прозвище Мстислава говорит о многом. Да и историки позднейших времен высоко оценивали князя - достаточно сказать, что его смертью завершает второй том своей «Истории России с древнейших времен» С.М. Соловьев. Нашлось ему место и на памятнике «Тысячелетие России». Удивляться не приходится - он правил в Новгороде и Галиче, с его именем связаны битвы на Липице и на Калке.
Мстислав Ростиславович Храбрый, отец героя
Мстислав Ростиславович Храбрый, отец героя
Хронология жизни и деятельности Мстислава Удатного весьма запутанна, и в исторической литературе можно встретить изложение событий с разными датировками и в не совпадающей последовательности. Начать с того, что неизвестен год его рождения. Наиболее вероятно, что Мстислав появился на свет около 1175 г. Правил он поначалу в Треполе, под Киевом – его дед великий князь киевский Ростислав Мстиславич позаботился, чтобы его детям достались города Киевской земли, которые не раз служили для них плацдармом в борьбе за Киев. Впервые как полководец Мстислав заявил о себе в 1196 г., приняв участие в борьбе своего дяди Рюрика Ростиславича Киевского и его союзников против Романа Мстиславича Волынского и Ольговичей.
Выбыв позднее из борьбы за Киев, Мстислав оказался надолго втянут в политические дела Северо-Западной Руси, прежде всего Новгорода. Здесь с 1205 г. сидел сын владимирского князя Всеволода Большое Гнездо Константин, опиравшийся на группировку Мирошкиничей. В 1209 г. в условиях обострившейся политической борьбы в городе на Волхове Всеволод посадил Константина князем в Ростове, а вместо него отправил младшего сына Святослава. Противники Мирошкиничей Михалковичи задумали изгнать его и, видимо, тайно обратились с предложением о союзе к Мстиславу. Тот напал на Торжок, схватил там дворян Святослава Всеволодовича и его наместника и отправил послов в Новгород, официально предложив им свою помощь:

Пришьл есмь к вам к вам, слыша насилье от князь, и жаль ми своея отцины.
Ведь здесь княжил и умер в 1180 г. его отец. После этого противники Святослава восстали и арестовали Святослава вместе с боярами. Мстислав, принятый в качестве князя новгородцами, собрал ополчение и вновь двинулся к Торжку, готовясь встретить суздальские полки. Всеволод, очевидно, не готовый к схватке с Новгородом и Мстиславом, за которым стояли Ростиславичи, предпочел мирное соглашение и обменял схваченных им было новгородских купцов с их товарами на Святослава и его людей.
Печать Мстислава
Печать Мстислава
Став князем новгородским, Мстислав обратился к делам прибалтийским. В это время Орден меченосцев, завершивший покорение Ливонии, готовился к захвату Эстонии, после чего на очереди оказывались новгородско-псковские земли. Наилучшим способом избежать такого варианта событий было создать сферу своего влияния в землях эстов. В 1209 г. Мстислав направил посадника Дмитра Якунича с отрядом новгородцев в Великие Луки, велев ему «ставить города» (т.е. укрепленные пункты) на границе с Орденом. Затем он сам проинспектировал границу, побывал в Торжке, Торопце, а потом прибыл к Дмитру в Великие Луки. Здесь Мстислав договорился со своим братом Владимиром, князем псковским, о совместном походе в земли чуди. В 1212 г. их рати вторглись в Унганию близ Дерпта (Юрьева), нанесли поражение местным князькам, захватили множество пленников и скота, а затем после восьмидневной осады взяли Медвежью Голову (Оденпе). Побежденных обложили данью и начали обращать в христианство по православному обряду…
В боях, походах и осадах на Северо-Западе, Юго-Западе и Юге прошло еще несколько лет. Хитросплетения древнерусской политики вокруг Новгорода, Галича, Киева разрубались мечом. Мстислав Удатный приближался к своей главной победе и одной крупнейших битв в истории междоусобных войн Древней Руси.
Провладимирская группировка в Новгороде добилась приглашения князя Ярослава - сына Всеволода Большое Гнездо, отца Александра Невского и, кстати, зятя Мстислава Удатного. Однако самовластие Ярослава, который среди прочего преследовал сторонников своего тестя, вызвало сильнейшее недовольство новгородцев. Когда жители Прусской улицы восстали против сторонников князя и убили двоих из них, он перенес свою резиденцию в Торжок и перекрыл подвоз хлеба, чем вызвал голод в Новгороде. Дважды прибывавших оттуда с просьбой о снятии блокады и возвращении послов князь арестовал, как и многих новгородских купцов. Тогда новгородцы обратились к Мстиславу с призывом спасти их, и он, вновь заняв новгородский стол, предложил зятю отпустить арестованных и покинуть Торжок. Получив отказ, князь созвал вече, на котором призвал изгнать Ярослава из Торжка: «Да не будеть Новый търг Новгородом, ни Новгород Тържьком. (…) А и в мнозе бог, и в мале бог и правда!»
1 марта 1216 г. Мстислав вместе с братом Владимиром выступил в поход, вызволил из осады Ржев, овладел Зубцовом, куда подоспел с войском и смоленский князь Владимир Рюрикович. Дойдя до Холохни, что близ Старицы, князья предложили Ярославу мириться, но тот гордо отказался: «Миру не хощу».
Двинувшись вдоль Волги, союзники вступили в Тверскую волость, грозя отрезать Ярослава от Суздальской земли. Он спешно покинул Торжок (чего так хотели новгородцы) и выслал авангард к Твери. Поняв, что Ярослав уже в Твери или вот-вот будет там, Мстислав обошел ее с востока, продолжив движение на Переяславль. Ярославу пришлось оставить Тверь, а потом - бежать к Юрию-Польскому. Здесь, на Липицком поле, встретились армии противников. С одной стороны - отряды из Ростовской, Новгородской, Псковской, Смоленской земли, с другой - из Владимира, Суздаля, Переяславля-Залесского, Юрия-Польского и других городов.
Вступление Мстислава в битву на Липице
Вступление Мстислава в битву на Липице

Новгородский летописец уверяет, будто на пиру перед Липицкой битвой бояре «с суздальской стороны» кричали, что закидают врагов седлами («навержем их седлы»). Юрий и Ярослав заранее-де поделили Русскую землю: Юрию - Владимир и Ростов, Ярославу - Новгород, им обоим - Галицкая земля, Святославу - Смоленск, а Ольговичам - Киев. На этом они будто бы целовали крест и подписали грамоты, которые после боя захватили смоляне. Все это часто повторяется в научной литературе безо всяких сомнений. Сомнения, однако, вполне уместны, учитывая пристрастность новгородских летописцев, которым вряд ли кто-то рассказывал, чтó творилось в княжеском шатре перед битвой. И уж тем более сомнительно, чтобы подвыпившие князья и бояре стали заниматься таким скучным делом, как составление грамот - в те времена, как верно указывает А.А. Кузнецов, вполне обошлись бы устными декларациями, а фиксация с помощью актов, да еще в столь конкретной форме, больше напоминает практику XV-XVI вв., когда соответствующие летописи и составлялись.
Однако факт остается фактом: к битве Юрий и Ярослав оказались не готовы. Мстислав, впрочем, не торопился лезть в драку, а вновь прибег к маневру, двинувшись на Владимир в обход Авдовой горы, где стояли воины Юрия. Как только они стали сходить с нее, чтобы атаковать наступающего на стольный город врага, ратники Мстислава обратились против них и сильным контрударом заставили отступить.
Главная битва произошла 21 апреля. Владимир Смоленский стоял на фланге против Ярослава, Мстислав и Всеволод (сын Мстислава Романовича) стояли в центре против Юрия с его суздальскими полками, а Константин на другом крыле - против Святослава и Владимира, младших братьев Юрия и Ярослава.

Нача же Мстислав с Володимеромъ укрепляти новогородци и смолняны, ркуще: «Братье, се вошли есми в землю силну, а позряче на Богъ, станем крепко, не озираимся назадъ: побегше, не уйти. А забудем, братье, домы, жены и дети, а коли любо умирати, хто хочеть пешь, или кто на коне.
Перед боем Мстислав среди прочего заявил воинам: «А кто хощеть пешь, а кто хощеть - на конех». Многие новгородцы, заявив, что хотят сражаться, «яко отци наши билися», не только «съседьше с конь», но и «порты и сапози сметавше» (стало быть, и доспехи). Кое-кто из смолян также спешился и разулся, но не до конца, а «перевив» себе ноги, доспехи же снимать не стали. Часть смолян, полк воеводы Ивора Михайловича, пошел на конях через густой лес («дебри»). Пехота вступила в схватку с людьми Ярослава, не дожидаясь кавалерии, и опрокинули один из стягов Ярослава, а затем, когда подоспели конники, - и второй.
Теперь атаковал и Мстислав с Всеволодом и Владимиром. Летописец уверяет, будто удалой князь проскакал «сквозе полкы» Юрия и Ярослава, обращая на себя внимание, ибо был у него «топор с паворозою» (ремнем или петлей, привязывавшим оружие к руке), которым он рубил врагов. В конце концов его воины «досекошася и до товаров», т.е. прорвались к обозу, после чего Юрий, Ярослав и их младшие братья бежали с поля боя, где осталось лежать будто бы 9233 побежденных, 60 попало в плен, тогда как новгородцев пало лишь 4 или 5, а смолян и вовсе один (!).
Бегство Юрия (Георгия) после Липицкой битвы
Бегство Юрия (Георгия) после Липицкой битвы

Вся эта картина требует множества поправок и разъяснений. Поведение снявших доспехи, обувь и спешившихся новгородцев объясняется, видимо, не только сугубо практическими соображениями (для новгородцев кавалерийский бой вообще не характерен), но, как полагает А. С. Щавелев, и неким воинским обычаем, напоминающим обычаи викингов, демонстрировавшим готовность биться насмерть… Очевидным результатом риторического осмысления текста стал эпизод с троекратным прохождением Мстислава через вражеский строй и неправдоподобно огромные цифры потерь - 9233. Многие ученые уверенно повторяют их как вполне достоверные, но нет уверенности, что столько людей с одной из сторон вообще участвовало в сражении. Истинный же масштаб потерь отражает скромное число пленных суздальцев.
Простояв на поле битвы, на следующий день победители неспешно двинулись к Владимиру, где заперся Юрий. Жители отнюдь не рвались защищать князя перед лицом сильного врага (не первый случай в истории Руси). Пока союзники стояли под стенами, «думаху отъкуду взятии», ночью во Владимире начались пожары. Мстислав и Владимир не дали новгородцам и смолянам, рвавшимся пограбить беззащитный город, войти в него, а на следующее утро Юрий капитулировал и ушел в Радилов Городец, оставленный ему в удел победителями.
Шлем Ярослава Всеволодовича_брошенный им на поле Липицкой битвы
Шлем Ярослава Всеволодовича, брошенный им на поле Липицкой битвы
Что касается Ярослава, то ему пришлось вернуть оставшихся в живых новгородских и новоторжских пленников, а кроме того, Мстислав забрал у него свою дочь, хотя Ярослав и уговаривал оставить ее ему (впоследствии брак возобновится, и Феодосия станет матерью Александра Невского). Спорные земли на Волоке, надо думать, также были возвращены новгородцам. Зато Ярослав, в отличие от Юрия, остался княжить там, где и прежде, хотя его вина в конфликте была, пожалуй, больше.
Для Новгорода победа на Липице означала крах попыток суздальских князей самовластно распоряжаться на берегах Волхова. Потом Ярослав еще не раз будет княжить там, но таких самодурских выходок, как прежде, себе уже не позволит. А ПОБЕДИТЕЛЬ на Липице, несмотря на просьбы новгородцев, в конце концов навсегда покинет берега Волхова - Галич представлялся куда более заманчивой целью.
В 1219 или 1220 г. Мстислав Удатный и Владимир Рюрикович с русскими и половецкими отрядами вторглись в Галицкую землю. Венгерско-польско-моравское войско выступило ему навстречу, но потерпело полное поражение и попал в плен. Победители овладели городскими воротами и вступили в Галич. Венгры укрылись в церкви Богородицы, превращенную ими в крепость, и отстреливались оттуда. Осаждающим помогли горожане, охотно выступившие против завоевателей. Венграм, у которых кончилась вода, пришлось сдаться. Те из интервентов, кто спасся из города, «смерды избьени быша» – сельские жители также не жаловали захватчиков. Однако Мстислав понимал, что прежде всего надо наладить отношения с местными боярами, чье влияние решало здесь куда больше, чем в других княжествах.

Когда венгерский ставленник Судислав стал молить князя о пощаде, «обуимая нозе его, обещася работе быти ему», т.е. обещая быть рабом, ПОБЕДИТЕЛЬ на Липице, «веровавшю словесемь его и честью великою почтив его», назначил наместником Звенигорода.
В 1223 г. к Мстиславу обратился за помощью его тесть половецкий хан Котян, которого теснили новые завоеватели - монголы. Победитель на Липице предложил князьям обсудить просьбу Котяна о помощи. Они собрались в Киеве, где приняли решение помочь половцам. В походе приняли участие помимо самого Мстислава, его тезки - князья киевский, черниговский и луцкий, а также Владимир Рюрикович Смоленский, Даниил Романович Волынский и другие правители Руси, не говоря уже о половецких ханах Котяне, Бастые и прочих.
Мстислав Мстиславович. Художник Б. Чориков
Мстислав Мстиславович
Художник Б. Чориков
В апреле войско выступило в поход, и у г. Заруба, у переправы на левый берег Днепра, их встретили монгольские послы. Они заявили, что монголы воюют с половцами, врагами русских, а против самих русских ничего не имеют - так они обманули в свое время самих половцев, когда те хотели помочь аланам и черкесам. Князья не поверили лживым словам послов и велели убить их.
Причина столь сильной реакции неясна, но такие случаи происходили подозрительно часто - монгольских послов убивали в Хорезме, Венгрии... А.А. Немировский, обративший внимание на это обстоятельство, объясняет его тем, что монголы считали себя вправе вырезать народы, чьи правители убивали их послов, и ханы поручали своим представителям делать такие заявления, которые вызывали законное возмущение принимающей стороны - так, хорезмшаха они сразу назвали от имени Чингисхана одним из его любимых сыновей, т.е. вассалом, а потом потребовали выдачи его ближайшего родственника, по чьей вине погиб монгольский караван в Отраре. Неудивительно, что одного из послов в итоге казнили, зато его соплеменники считали себя вправе не соблюдать в отношениях с Хорезмом никаких правил. Возможно, что-то подобное произошло и в Зарубе - представители монголов повели себя столь заносчиво, что разгневанные князья просто не могли не убить их.
Вскоре Мстислав столкнулся с передовым отрядом неприятеля во главе с Гемябеком и разгромил его, сам Гемябек пытался спрятаться, но его нашли и убили (по другой версии, это случилось с Семеябеком, а Гемябек бежал). Продолжив поход, у Хортицкого брода союзники встретились с подошедшим из Галича подкреплением под командованием Юрия Домамерича и Держикрая Володиславича. Сюда же подошли половецкие отряды. После недолгой задержки союзные рати двинулись дальше и вскоре столкнулись с передовым отрядом неприятеля.

Стрелци же Рускыи победиша и (их. – А.К.) и гнали в поле, далеце секуще и взяша скоты их.
Через восемь дней русские полки достигли реки Калки. Передовой русско-половецкий отряд завязал с вражеской «сторожей» бой, в котором погиб воевода Иван Дмитриевич и еще двое безымянных ратников (или тоже воевод?).
Битва на Калке
Битва на Калке

31 мая Мстислав Удатный приказал Даниилу переправиться через Калку, а затем сделал это сам. Обнаружив перед собой главные силы неприятелей под командованием Джебе и Субедея, князья решили атаковать. Дальнейшее не вполне ясно. Непонятно прежде всего, осознали ли князья, что это именно главные силы, а не очередной передовой отряд, хотя и более многочисленный, Ибн ал-Насир пишет, что монголы заманили русских и половцев и атаковали, когда те этого не ожидали. Ипатьевская летопись сообщает, будто бы Мстислав, призвавший других князей к оружию, ничего не сообщил киевскому и черниговскому князьям, «бе бо котора (ссора. – А.К.) велика межю има», но почему-то прежде о ней ничего не говорилось. В битве приняли участие, помимо галицкого и волынского князей, Олег Курский и Мстислав Немой, правитель Луцка. Похоже, сражался и Мстислав Черниговский - его за уклонение от битвы, как киевского князя, летописцы не упрекают. Даниил проявлял чудеса храбрости, «не чюяше ран, бывших на телеси его». Новгородский летописец уверяет, будто во всем виноваты половцы - «побегоша не успевъше ничтоже Половци назад, и потъпташа бежаще станы русскых князь». Так или иначе, союзники потерпели полное поражение, Мстислав Киевский, не принявший участия в битве, был окружен в лагере и через три дня (цифра, впрочем, сугубо условная) сдался под честное слово, которое ему дал союзник монголов, предводитель бродников Плоскиня. Но после убийства своих послов Джебе и Субедей считали себя вправе нарушать любые обещания и расправились с князем и его приближенными.
Очевидно, Мстислав стал жертвой собственной удали - он начал бой, не дождавшись сосредоточения главных сил. Видимо, прежние успехи вскружили ему голову. Вина половцев за поражение представляется сильно преувеличенной - вряд ли они были столь многочисленны, что своим бегством решили исход битвы. Кроме того, следует учесть, что союзники столкнулись с сильнейшими воинами своего времени, прекрасно обученными, храбрыми, опытными, которыми руководили способные полководцы, применившие здесь, судя по Ибн ал-Насиру, отработанную тактику заманивания. Битва на Калке стала грозным предвестием того, что ждет Русь в недалеком будущем.
Расправа с русскими князьями после битвы при Калке глазами П. Рыженко
Расправа с русскими князьями после битвы при Калке глазами П. Рыженко

Последняя битва Мстислава была с венграми под Звенигородом.

Мстислав победи я и гнаша по них до станов королевых, секуще и, тогда же Мартиниша убиша, воеводу королева. Король же смятеся умом и поиде и земли борзо.
Трудно сказать, чем руководствовался Мстислав, когда в конце концов передал Галич и уехал в Торческ. Там в 1228 г. «Мьстислав великыи удатныи князь умре».
Мстислав Удатный не прославился победами над половцами, как Владимир Мономах, над крестоносцами, как Александр Невский, или над татарами, как Дмитрий Донской. После сражения под Звенигородом Мстислав почти сразу потерял Галич, за который так долго боролся. Остается Липицкая ПОБЕДА, которая укрепила положение Новгорода и заставила впоследствии Ярослава вести себя на берегах Волхова, как подобает государственному мужу, а не разбойнику с большой дороги. Если смотреть на дело шире, Мстислав боролся в той войне за соблюдение правил. Нельзя сказать, что все действия этого князя вызывают одобрение, но мы не слышим, чтобы его упрекали в предательстве, клятвопреступлении или подлости.
Мситислав Удатный глазами М.О. Микешина на памятнике «Тысячелетие России»
М.О. Микешин, И.Н. Шредер.
Памятник Тысячелетию России.
1862 г. (Фрагмент)
Теперь обратимся к особенностям полководческого почерка. Мстислав был, выражаясь высоким стилем, рыцарем без страха и упрека, не раз лично участвовал в боях и проявлял себя как храбрый воин. Конечно, можно обвинить князя в опасном молодечестве, но даже о его ранениях мы не слышим, к тому же это работало на его репутацию как в глазах общества, так и собственных воинов. Конечно, стремительная атака явно была по душе Мстиславу, но во время похода к Липице он показал себя умелым стратегом, мастером маневра, постоянно вынуждая Ярослава отступать. Единственное крупное поражение Мстислава - Калка, но здесь многое объясняется неизученностью противника, к тому же не имевшего себе в те времена равных. И даже если бы на Калке князьям удалось победить, это, к несчастью, не спасло бы Русь от Батыева погрома.
Следует также отметить умение Мстислава удачно выбирать время для нанесения удара (политический расчет - неотъемлемая часть стратегии). Однако в случае с Галичем налицо и важный недостаток Мстислава - он выбрал себе цель не по силам. Здесь оказалось слишком много врагов (венгры, поляки, часть местных князей и бояр), а силы его были весьма скромны. Между тем руководствовался Мстислав явно не самыми благородными соображениями, просто желая себе более престижного стола. Но такова была психология практически всех князей, и трудно упрекать его за это.
А.В. КОРОЛЕНКОВ, Академиздатцентр «Наука»

Литература

Грушевський М.С. Iсторiя Украïни-Русі. Львiв, 1905
Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деят


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Мстислав Удатный (Удалой)
Мстислав
Удатный (Удалой)
ок. 1175–1228
Сражения и победы
Древнерусский князь и полководец, князь Трипольский, Торопецкий, Новгородский, Галицкий и др. ПОБЕДИТЕЛЬ в Липицкой битве. Первый из русских князей, оказавший сопротивление монголам, - в битве на Калке…
Князя Мстислава Мстиславича чаще называют Удалым, что привычнее для современного русского уха, однако «удалой» означает, скорее, «лихой», тогда как «удатный» - «удачливый». Казалось бы, первое для воина более почетно, но ведь и удача для него важна не менее, а для правителя и подавно, тем более что она - дар Всевышнего.

Мстислав был сыном Мстислава Храброго и праправнуком Владимира Мономаха. Он стал дедом одного из самых знаменитых героев древнерусской истории - Александра Невского. Однако это все генеалогия, и то, что кто-то был чьим-то отцом или сыном, еще не свидетельствует о значимости его самого. Но само лестное прозвище Мстислава говорит о многом. Да и историки позднейших времен высоко оценивали князя - достаточно сказать, что его смертью завершает второй том своей «Истории России с древнейших времен» С.М. Соловьев. Нашлось ему место и на памятнике «Тысячелетие России». Удивляться не приходится - он правил в Новгороде и Галиче, с его именем связаны битвы на Липице и на Калке.
Мстислав Ростиславович Храбрый, отец героя
Мстислав Ростиславович Храбрый, отец героя
Хронология жизни и деятельности Мстислава Удатного весьма запутанна, и в исторической литературе можно встретить изложение событий с разными датировками и в не совпадающей последовательности. Начать с того, что неизвестен год его рождения. Наиболее вероятно, что Мстислав появился на свет около 1175 г. Правил он поначалу в Треполе, под Киевом – его дед великий князь киевский Ростислав Мстиславич позаботился, чтобы его детям достались города Киевской земли, которые не раз служили для них плацдармом в борьбе за Киев. Впервые как полководец Мстислав заявил о себе в 1196 г., приняв участие в борьбе своего дяди Рюрика Ростиславича Киевского и его союзников против Романа Мстиславича Волынского и Ольговичей.
Выбыв позднее из борьбы за Киев, Мстислав оказался надолго втянут в политические дела Северо-Западной Руси, прежде всего Новгорода. Здесь с 1205 г. сидел сын владимирского князя Всеволода Большое Гнездо Константин, опиравшийся на группировку Мирошкиничей. В 1209 г. в условиях обострившейся политической борьбы в городе на Волхове Всеволод посадил Константина князем в Ростове, а вместо него отправил младшего сына Святослава. Противники Мирошкиничей Михалковичи задумали изгнать его и, видимо, тайно обратились с предложением о союзе к Мстиславу. Тот напал на Торжок, схватил там дворян Святослава Всеволодовича и его наместника и отправил послов в Новгород, официально предложив им свою помощь:

Пришьл есмь к вам к вам, слыша насилье от князь, и жаль ми своея отцины.
Ведь здесь княжил и умер в 1180 г. его отец. После этого противники Святослава восстали и арестовали Святослава вместе с боярами. Мстислав, принятый в качестве князя новгородцами, собрал ополчение и вновь двинулся к Торжку, готовясь встретить суздальские полки. Всеволод, очевидно, не готовый к схватке с Новгородом и Мстиславом, за которым стояли Ростиславичи, предпочел мирное соглашение и обменял схваченных им было новгородских купцов с их товарами на Святослава и его людей.
Печать Мстислава
Печать Мстислава
Став князем новгородским, Мстислав обратился к делам прибалтийским. В это время Орден меченосцев, завершивший покорение Ливонии, готовился к захвату Эстонии, после чего на очереди оказывались новгородско-псковские земли. Наилучшим способом избежать такого варианта событий было создать сферу своего влияния в землях эстов. В 1209 г. Мстислав направил посадника Дмитра Якунича с отрядом новгородцев в Великие Луки, велев ему «ставить города» (т.е. укрепленные пункты) на границе с Орденом. Затем он сам проинспектировал границу, побывал в Торжке, Торопце, а потом прибыл к Дмитру в Великие Луки. Здесь Мстислав договорился со своим братом Владимиром, князем псковским, о совместном походе в земли чуди. В 1212 г. их рати вторглись в Унганию близ Дерпта (Юрьева), нанесли поражение местным князькам, захватили множество пленников и скота, а затем после восьмидневной осады взяли Медвежью Голову (Оденпе). Побежденных обложили данью и начали обращать в христианство по православному обряду…
В боях, походах и осадах на Северо-Западе, Юго-Западе и Юге прошло еще несколько лет. Хитросплетения древнерусской политики вокруг Новгорода, Галича, Киева разрубались мечом. Мстислав Удатный приближался к своей главной победе и одной крупнейших битв в истории междоусобных войн Древней Руси.
Провладимирская группировка в Новгороде добилась приглашения князя Ярослава - сына Всеволода Большое Гнездо, отца Александра Невского и, кстати, зятя Мстислава Удатного. Однако самовластие Ярослава, который среди прочего преследовал сторонников своего тестя, вызвало сильнейшее недовольство новгородцев. Когда жители Прусской улицы восстали против сторонников князя и убили двоих из них, он перенес свою резиденцию в Торжок и перекрыл подвоз хлеба, чем вызвал голод в Новгороде. Дважды прибывавших оттуда с просьбой о снятии блокады и возвращении послов князь арестовал, как и многих новгородских купцов. Тогда новгородцы обратились к Мстиславу с призывом спасти их, и он, вновь заняв новгородский стол, предложил зятю отпустить арестованных и покинуть Торжок. Получив отказ, князь созвал вече, на котором призвал изгнать Ярослава из Торжка: «Да не будеть Новый търг Новгородом, ни Новгород Тържьком. (…) А и в мнозе бог, и в мале бог и правда!»
1 марта 1216 г. Мстислав вместе с братом Владимиром выступил в поход, вызволил из осады Ржев, овладел Зубцовом, куда подоспел с войском и смоленский князь Владимир Рюрикович. Дойдя до Холохни, что близ Старицы, князья предложили Ярославу мириться, но тот гордо отказался: «Миру не хощу».
Двинувшись вдоль Волги, союзники вступили в Тверскую волость, грозя отрезать Ярослава от Суздальской земли. Он спешно покинул Торжок (чего так хотели новгородцы) и выслал авангард к Твери. Поняв, что Ярослав уже в Твери или вот-вот будет там, Мстислав обошел ее с востока, продолжив движение на Переяславль. Ярославу пришлось оставить Тверь, а потом - бежать к Юрию-Польскому. Здесь, на Липицком поле, встретились армии противников. С одной стороны - отряды из Ростовской, Новгородской, Псковской, Смоленской земли, с другой - из Владимира, Суздаля, Переяславля-Залесского, Юрия-Польского и других городов.
Вступление Мстислава в битву на Липице
Вступление Мстислава в битву на Липице

Новгородский летописец уверяет, будто на пиру перед Липицкой битвой бояре «с суздальской стороны» кричали, что закидают врагов седлами («навержем их седлы»). Юрий и Ярослав заранее-де поделили Русскую землю: Юрию - Владимир и Ростов, Ярославу - Новгород, им обоим - Галицкая земля, Святославу - Смоленск, а Ольговичам - Киев. На этом они будто бы целовали крест и подписали грамоты, которые после боя захватили смоляне. Все это часто повторяется в научной литературе безо всяких сомнений. Сомнения, однако, вполне уместны, учитывая пристрастность новгородских летописцев, которым вряд ли кто-то рассказывал, чтó творилось в княжеском шатре перед битвой. И уж тем более сомнительно, чтобы подвыпившие князья и бояре стали заниматься таким скучным делом, как составление грамот - в те времена, как верно указывает А.А. Кузнецов, вполне обошлись бы устными декларациями, а фиксация с помощью актов, да еще в столь конкретной форме, больше напоминает практику XV-XVI вв., когда соответствующие летописи и составлялись.
Однако факт остается фактом: к битве Юрий и Ярослав оказались не готовы. Мстислав, впрочем, не торопился лезть в драку, а вновь прибег к маневру, двинувшись на Владимир в обход Авдовой горы, где стояли воины Юрия. Как только они стали сходить с нее, чтобы атаковать наступающего на стольный город врага, ратники Мстислава обратились против них и сильным контрударом заставили отступить.
Главная битва произошла 21 апреля. Владимир Смоленский стоял на фланге против Ярослава, Мстислав и Всеволод (сын Мстислава Романовича) стояли в центре против Юрия с его суздальскими полками, а Константин на другом крыле - против Святослава и Владимира, младших братьев Юрия и Ярослава.

Нача же Мстислав с Володимеромъ укрепляти новогородци и смолняны, ркуще: «Братье, се вошли есми в землю силну, а позряче на Богъ, станем крепко, не озираимся назадъ: побегше, не уйти. А забудем, братье, домы, жены и дети, а коли любо умирати, хто хочеть пешь, или кто на коне.
Перед боем Мстислав среди прочего заявил воинам: «А кто хощеть пешь, а кто хощеть - на конех». Многие новгородцы, заявив, что хотят сражаться, «яко отци наши билися», не только «съседьше с конь», но и «порты и сапози сметавше» (стало быть, и доспехи). Кое-кто из смолян также спешился и разулся, но не до конца, а «перевив» себе ноги, доспехи же снимать не стали. Часть смолян, полк воеводы Ивора Михайловича, пошел на конях через густой лес («дебри»). Пехота вступила в схватку с людьми Ярослава, не дожидаясь кавалерии, и опрокинули один из стягов Ярослава, а затем, когда подоспели конники, - и второй.
Теперь атаковал и Мстислав с Всеволодом и Владимиром. Летописец уверяет, будто удалой князь проскакал «сквозе полкы» Юрия и Ярослава, обращая на себя внимание, ибо был у него «топор с паворозою» (ремнем или петлей, привязывавшим оружие к руке), которым он рубил врагов. В конце концов его воины «досекошася и до товаров», т.е. прорвались к обозу, после чего Юрий, Ярослав и их младшие братья бежали с поля боя, где осталось лежать будто бы 9233 побежденных, 60 попало в плен, тогда как новгородцев пало лишь 4 или 5, а смолян и вовсе один (!).
Бегство Юрия (Георгия) после Липицкой битвы
Бегство Юрия (Георгия) после Липицкой битвы

Вся эта картина требует множества поправок и разъяснений. Поведение снявших доспехи, обувь и спешившихся новгородцев объясняется, видимо, не только сугубо практическими соображениями (для новгородцев кавалерийский бой вообще не характерен), но, как полагает А. С. Щавелев, и неким воинским обычаем, напоминающим обычаи викингов, демонстрировавшим готовность биться насмерть… Очевидным результатом риторического осмысления текста стал эпизод с троекратным прохождением Мстислава через вражеский строй и неправдоподобно огромные цифры потерь - 9233. Многие ученые уверенно повторяют их как вполне достоверные, но нет уверенности, что столько людей с одной из сторон вообще участвовало в сражении. Истинный же масштаб потерь отражает скромное число пленных суздальцев.
Простояв на поле битвы, на следующий день победители неспешно двинулись к Владимиру, где заперся Юрий. Жители отнюдь не рвались защищать князя перед лицом сильного врага (не первый случай в истории Руси). Пока союзники стояли под стенами, «думаху отъкуду взятии», ночью во Владимире начались пожары. Мстислав и Владимир не дали новгородцам и смолянам, рвавшимся пограбить беззащитный город, войти в него, а на следующее утро Юрий капитулировал и ушел в Радилов Городец, оставленный ему в удел победителями.
Шлем Ярослава Всеволодовича_брошенный им на поле Липицкой битвы
Шлем Ярослава Всеволодовича, брошенный им на поле Липицкой битвы
Что касается Ярослава, то ему пришлось вернуть оставшихся в живых новгородских и новоторжских пленников, а кроме того, Мстислав забрал у него свою дочь, хотя Ярослав и уговаривал оставить ее ему (впоследствии брак возобновится, и Феодосия станет матерью Александра Невского). Спорные земли на Волоке, надо думать, также были возвращены новгородцам. Зато Ярослав, в отличие от Юрия, остался княжить там, где и прежде, хотя его вина в конфликте была, пожалуй, больше.
Для Новгорода ПОБЕДА на Липице означала крах попыток суздальских князей самовластно распоряжаться на берегах Волхова. Потом Ярослав еще не раз будет княжить там, но таких самодурских выходок, как прежде, себе уже не позволит. А победитель на Липице, несмотря на просьбы новгородцев, в конце концов навсегда покинет берега Волхова - Галич представлялся куда более заманчивой целью.
В 1219 или 1220 г. Мстислав Удатный и Владимир Рюрикович с русскими и половецкими отрядами вторглись в Галицкую землю. Венгерско-польско-моравское войско выступило ему навстречу, но потерпело полное поражение и попал в плен. Победители овладели городскими воротами и вступили в Галич. Венгры укрылись в церкви Богородицы, превращенную ими в крепость, и отстреливались оттуда. Осаждающим помогли горожане, охотно выступившие против завоевателей. Венграм, у которых кончилась вода, пришлось сдаться. Те из интервентов, кто спасся из города, «смерды избьени быша» – сельские жители также не жаловали захватчиков. Однако Мстислав понимал, что прежде всего надо наладить отношения с местными боярами, чье влияние решало здесь куда больше, чем в других княжествах.

Когда венгерский ставленник Судислав стал молить князя о пощаде, «обуимая нозе его, обещася работе быти ему», т.е. обещая быть рабом, ПОБЕДИТЕЛЬ на Липице, «веровавшю словесемь его и честью великою почтив его», назначил наместником Звенигорода.
В 1223 г. к Мстиславу обратился за помощью его тесть половецкий хан Котян, которого теснили новые завоеватели - монголы. Победитель на Липице предложил князьям обсудить просьбу Котяна о помощи. Они собрались в Киеве, где приняли решение помочь половцам. В походе приняли участие помимо самого Мстислава, его тезки - князья киевский, черниговский и луцкий, а также Владимир Рюрикович Смоленский, Даниил Романович Волынский и другие правители Руси, не говоря уже о половецких ханах Котяне, Бастые и прочих.
Мстислав Мстиславович. Художник Б. Чориков
Мстислав Мстиславович
Художник Б. Чориков
В апреле войско выступило в поход, и у г. Заруба, у переправы на левый берег Днепра, их встретили монгольские послы. Они заявили, что монголы воюют с половцами, врагами русских, а против самих русских ничего не имеют - так они обманули в свое время самих половцев, когда те хотели помочь аланам и черкесам. Князья не поверили лживым словам послов и велели убить их.
Причина столь сильной реакции неясна, но такие случаи происходили подозрительно часто - монгольских послов убивали в Хорезме, Венгрии... А.А. Немировский, обративший внимание на это обстоятельство, объясняет его тем, что монголы считали себя вправе вырезать народы, чьи правители убивали их послов, и ханы поручали своим представителям делать такие заявления, которые вызывали законное возмущение принимающей стороны - так, хорезмшаха они сразу назвали от имени Чингисхана одним из его любимых сыновей, т.е. вассалом, а потом потребовали выдачи его ближайшего родственника, по чьей вине погиб монгольский караван в Отраре. Неудивительно, что одного из послов в итоге казнили, зато его соплеменники считали себя вправе не соблюдать в отношениях с Хорезмом никаких правил. Возможно, что-то подобное произошло и в Зарубе - представители монголов повели себя столь заносчиво, что разгневанные князья просто не могли не убить их.
Вскоре Мстислав столкнулся с передовым отрядом неприятеля во главе с Гемябеком и разгромил его, сам Гемябек пытался спрятаться, но его нашли и убили (по другой версии, это случилось с Семеябеком, а Гемябек бежал). Продолжив поход, у Хортицкого брода союзники встретились с подошедшим из Галича подкреплением под командованием Юрия Домамерича и Держикрая Володиславича. Сюда же подошли половецкие отряды. После недолгой задержки союзные рати двинулись дальше и вскоре столкнулись с передовым отрядом неприятеля.

Стрелци же Рускыи победиша и (их. – А.К.) и гнали в поле, далеце секуще и взяша скоты их.
Через восемь дней русские полки достигли реки Калки. Передовой русско-половецкий отряд завязал с вражеской «сторожей» бой, в котором погиб воевода Иван Дмитриевич и еще двое безымянных ратников (или тоже воевод?).
Битва на Калке
Битва на Калке

31 мая Мстислав Удатный приказал Даниилу переправиться через Калку, а затем сделал это сам. Обнаружив перед собой главные силы неприятелей под командованием Джебе и Субедея, князья решили атаковать. Дальнейшее не вполне ясно. Непонятно прежде всего, осознали ли князья, что это именно главные силы, а не очередной передовой отряд, хотя и более многочисленный, Ибн ал-Насир пишет, что монголы заманили русских и половцев и атаковали, когда те этого не ожидали. Ипатьевская летопись сообщает, будто бы Мстислав, призвавший других князей к оружию, ничего не сообщил киевскому и черниговскому князьям, «бе бо котора (ссора. – А.К.) велика межю има», но почему-то прежде о ней ничего не говорилось. В битве приняли участие, помимо галицкого и волынского князей, Олег Курский и Мстислав Немой, правитель Луцка. Похоже, сражался и Мстислав Черниговский - его за уклонение от битвы, как киевского князя, летописцы не упрекают. Даниил проявлял чудеса храбрости, «не чюяше ран, бывших на телеси его». Новгородский летописец уверяет, будто во всем виноваты половцы - «побегоша не успевъше ничтоже Половци назад, и потъпташа бежаще станы русскых князь». Так или иначе, союзники потерпели полное поражение, Мстислав Киевский, не принявший участия в битве, был окружен в лагере и через три дня (цифра, впрочем, сугубо условная) сдался под честное слово, которое ему дал союзник монголов, предводитель бродников Плоскиня. Но после убийства своих послов Джебе и Субедей считали себя вправе нарушать любые обещания и расправились с князем и его приближенными.
Очевидно, Мстислав стал жертвой собственной удали - он начал бой, не дождавшись сосредоточения главных сил. Видимо, прежние успехи вскружили ему голову. Вина половцев за поражение представляется сильно преувеличенной - вряд ли они были столь многочисленны, что своим бегством решили исход битвы. Кроме того, следует учесть, что союзники столкнулись с сильнейшими воинами своего времени, прекрасно обученными, храбрыми, опытными, которыми руководили способные полководцы, применившие здесь, судя по Ибн ал-Насиру, отработанную тактику заманивания. Битва на Калке стала грозным предвестием того, что ждет Русь в недалеком будущем.
Расправа с русскими князьями после битвы при Калке глазами П. Рыженко
Расправа с русскими князьями после битвы при Калке глазами П. Рыженко

Последняя битва Мстислава была с венграми под Звенигородом.

Мстислав победи я и гнаша по них до станов королевых, секуще и, тогда же Мартиниша убиша, воеводу королева. Король же смятеся умом и поиде и земли борзо.
Трудно сказать, чем руководствовался Мстислав, когда в конце концов передал Галич и уехал в Торческ. Там в 1228 г. «Мьстислав великыи удатныи князь умре».
Мстислав Удатный не прославился победами над половцами, как Владимир Мономах, над крестоносцами, как Александр Невский, или над татарами, как Дмитрий Донской. После сражения под Звенигородом Мстислав почти сразу потерял Галич, за который так долго боролся. Остается Липицкая ПОБЕДА, которая укрепила положение Новгорода и заставила впоследствии Ярослава вести себя на берегах Волхова, как подобает государственному мужу, а не разбойнику с большой дороги. Если смотреть на дело шире, Мстислав боролся в той войне за соблюдение правил. Нельзя сказать, что все действия этого князя вызывают одобрение, но мы не слышим, чтобы его упрекали в предательстве, клятвопреступлении или подлости.
Мситислав Удатный глазами М.О. Микешина на памятнике «Тысячелетие России»
М.О. Микешин, И.Н. Шредер.
Памятник Тысячелетию России.
1862 г. (Фрагмент)
Теперь обратимся к особенностям полководческого почерка. Мстислав был, выражаясь высоким стилем, рыцарем без страха и упрека, не раз лично участвовал в боях и проявлял себя как храбрый воин. Конечно, можно обвинить князя в опасном молодечестве, но даже о его ранениях мы не слышим, к тому же это работало на его репутацию как в глазах общества, так и собственных воинов. Конечно, стремительная атака явно была по душе Мстиславу, но во время похода к Липице он показал себя умелым стратегом, мастером маневра, постоянно вынуждая Ярослава отступать. Единственное крупное поражение Мстислава - Калка, но здесь многое объясняется неизученностью противника, к тому же не имевшего себе в те времена равных. И даже если бы на Калке князьям удалось победить, это, к несчастью, не спасло бы Русь от Батыева погрома.
Следует также отметить умение Мстислава удачно выбирать время для нанесения удара (политический расчет - неотъемлемая часть стратегии). Однако в случае с Галичем налицо и важный недостаток Мстислава - он выбрал себе цель не по силам. Здесь оказалось слишком много врагов (венгры, поляки, часть местных князей и бояр), а силы его были весьма скромны. Между тем руководствовался Мстислав явно не самыми благородными соображениями, просто желая себе более престижного стола. Но такова была психология практически всех князей, и трудно упрекать его за это.
А.В. КОРОЛЕНКОВ, Академиздатцентр «Наука»


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Даниил Романович Галицкий
Даниил
Романович Галицкий
1201 - 1264
Сражения и победы
Князь Галицкий, Волынский, Великий князь киевский, выдающийся политический деятель, дипломат и полководец Древней Руси, первый русский король.
В 15 лет Даниил впервые сам командовал своей дружиной, и в домонгольский период военные победы, дипломатическая гибкость и благородство Даниила Романовича снискали ему заслуженную славу. Воевал в Европе. Пытался объединить Русь и помощью папы Римского организовать крестовый поход против татаро-монголов.

Историк С.М. Соловьев среди князей середины XIII в. выделял двух самых талантливых политиков и полководцев. Это были Александр Ярославич (Невский) и Даниил Романович Галицкий. При этом не было тогда на Руси политиков более различающихся по геополитическому видению ситуации и по личным качествам, нежели Даниил и Александр. Соловьев полагал, что долгосрочные последствия линии Александра оказались более весомыми для Российской истории, в сравнении с яркими во всех отношениях военно-государственными усилиями Даниила. В отношении истории России это, безусловно, так, однако современные украинские и белорусские историки оспаривают этот вывод применительно к истории Южной и Западной Руси XIII-XV вв.
Целью нашего очерка не является выяснение данной проблемы. Мы ставил своей задачей лишь рассказ о жизни, государственных и военных предприятиях князя Даниила Романовича.
Происхождение Даниила и особенности политической истории Галицко-Волынской Руси
Даниил принадлежал к старшей ветви Мономаховичей, которая шла от Мстислава Владимировича Великого, преемника Владимира Мономаха на киевском великокняжеском столе в 1125-1132 гг. Отец Даниила - Роман Мстиславич, правнук Мстислава Великого, являлся князем Волынским. Он впервые в русский истории сумел объединить в одно государство богатые и развитые земли русского Юго-Запада - княжества Волынское и Галицкое. Так родилось Великое Галицко-Волынское княжество, которое в дальнейшем в истории домонгольской Руси конкурировало по значимости в разделенном на 12 независимых государств Русском пространстве с Великим Владимиро-Суздальским княжеством и Господином Великим Новгородом.
Но если Новгород никогда не пытался объединять вокруг себя политически раздробленные русские земли, то Владимиро-Суздальское и Галицко-Волынское княжества стремились к этой цели. Галицко-Волынский князь Роман (1199-1205) преуспел в этом направлении. Он дважды овладевал Киевом - в 1201 и 1204 гг., и, как предполагают историки, вынашивал мысль о централизаторской реформе политического строя Руси.
Кн. Даниил Романович захватывает княжеский стол в Киеве. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F. IV. 225. Л. 360).jpg
Кн. Даниил Романович захватывает княжеский стол в Киеве. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F. IV. 225. Л. 360)

Роман предполагал выстроить четкую иерархию русских князей и их уделов, усилив главенство Киева, как центрального города Руси. Великий князь киевский должен был, по его мысли, выбираться на съезде наиболее видных и сильных удельных князей. Правители мелких и слабых княжеств на съезд не допускались. После выбора великого киевского князя все остальные князья - и великие удельные, и младшие должны были учитывать его мнение во всех внешнеполитических делах, отношениях между русскими княжествами и отчасти в вопросах внутренней политики. План этот напоминал устройство Священной Римской империи германской нации в XIII-XVI вв.
Краковский князь Лешек Белый. Худ. Матейко
Краковский князь Лешек Белый. Художник Матейко
Однако отец Даниила не сумел реализовать свои замыслы. Как все волынские и галицкие князья, Роман Мстиславич, связанный родственными узами с польской династией Пястов, часто принимал участие во внутрипольских раздорах. Будучи сначала союзником, а потом противником своих юных польских кузенов Лешека Белого и его младшего брата Конрада Мазовецкого Роман был убит в битве на реке Висле у города Завихоста. На момент смерти князю Роману было 55 лет, однако его дети-наследники от второго брака находились в почти младенческом возрасте: старшему Даниилу исполнилось 4 года, а младшему Васильке – 2.
Вдова Романа княгиня Анна не сумела удержаться в качестве регента при юных княжичах. Сама Анна, по версии историка А.В. Майорова, являлась дочерью византийского императора Исаака II Ангела. Правда, это мнение оспаривается. Н.И. Костомаров считал мать Даниила Галицкого сестрой Андраша II, короля Венгрии; а Н.Ф. Котляр полагал, что Анна происходила из знатного волынского боярского рода (Котляр Н.Ф. Даниил, князь Галицкий. СПб., 2008).
Внутренняя политическая жизнь Волынской и особенно Галицкой Руси всегда напоминала ВУЛКАН. Здесь имелось очень богатое и сильное боярство, которому принадлежало большая часть сельской населенной земли. Другая часть являлась вотчиной князей. Свободных крестьян-общинников почти не осталось. Боярство являлось противовесом княжеской власти и было разделено на множество группировок, которые соперничали друг с другом. Эти группировки могли ориентироваться на различных претендентов на княжеские столы, кто-то поддерживал великого князя. Самостоятельной социально-политической силой являлись развитые торгово-ремесленные центры - города Волыни и Галиции. Великие князья часто находили поддержку у горожан, а также опирались на свои многочисленные дружины, которые состояли из мелких и средних вотчинников. Во внутренние дела Галиции и Волыни могли вмешиваться русские князья из других уделов, а кроме того и зарубежные силы - венгры с поляками. Неудивительно, что вдова Романа Мстиславича с детьми оказалась игрушкой в руках различных, часто меняющихся ролями политических сил.
Начало пути: посреди политической «вакханалии»
Сразу после известия о гибели Романа Мстиславича жители Галиции и Волыни признали наследником 4-летнего Даниила Романовича. Причем в Галиче это было обсуждено на вече, где тон задавали знатные бояре. Опекуном и регентом Даниила стал волынский боярин Мирослав (что и послужило основой предположения о кровном родстве княгини Анны и боярина Мирослава).
Однако противники погибшего Романа сразу подняли голову. Отец его первой супруги, в 1203 г. насильно постриженный им с женой и дочерью в монахи, бывший киевский князь Рюрик Ростиславович сбросил ризу и вновь овладел Киевом. В союзе с черниговскими князьями Игорем Святославичем Новгород-Северским и его детьми, а также с половцами он двинулся на Галицко-Волынскую землю. Княгиня Анна обратилась за помощью к побратиму своего супруга венгерскому королю Андрашу (Андрею) II. Узнав о приближении венгерских рыцарей, половцы ушли восвояси, а Рюрик с союзниками был вынужден ретироваться. Но как только мадьярские силы оставили Галич, Рюрик с черниговцами, смолянами и берендеями вновь появились в Галиции.
Часть галицких бояр решила, что маленький Даниил - не лучший правитель для их земли. Король Андраш II, к которому опять взывала Анна, был занят внутренней смутой и не прислал помощь. Галич охватило восстание. Анна с детьми бежала на Волынь. В Галиче верховодил видный галицкий боярин Владислав из рода Кормиличей. Он некогда был изгнан князем Романом из Галича и нашел приют в Новгороде Северском у упомянутого выше князя Игоря Святославича. Связь героя «Слова о полку Игореве» князя Игоря Святославича с галичанами объяснялась его вторым браком. Его женой являлась Ярославна, дочь знаменитого галицкого князя Ярослава Осмомысла (1153-1187)[1]. Владислав Кормилич, изгнанный в свое время отцом Даниила из Галича, одно время нашел пристанище у Игоря и Ярославны в Новгороде Северском. Теперь боярин Владислав предложил прекратить войну с Рюриком Киевским и его союзниками. Он считал, что галицкий престол нужно передать сыновьям Игоря Новгород-Северского, двое из которых приходились внуками Ярославу Осмомыслу. На том и порешили.
Владимир Волынский. Реконструкция
Владимир Волынский. Реконструкция

Но в итоге на галицком престоле оказался не сын Ярославны и не внук Осмомысла, а старший из Игоревечей - Владимир (сын Игоря от первого брака). С династической точки зрения это было очень сомнительное решение, и сам Владислав Кормилич перешел в «оппозицию» к новому галицкому князю. Первому Сыну Ярославны достался Звенигород в Галиции, а для второго Святослава Игоревича решили отвоевать Волынь, где, как мы видели, сидел маленький Даниил. Князь Новгород-Северский Игорь Святославич послал сказать во Владимир-на Волыне: «Выдайте нам Романовичей и примите князем Святослава, а то города вашего на свете не будет».
Несчастная княгиня Анна с детьми и «дядькой» Мирославом решилась бежать за границу. С сыном Васильком она нашла прибежище у краковского князя Лешека Белого, который выделил Васильку стол в Бресте, а свергнутый с галицкого и волынского престолов его брат Даниил был отправлен к Андрашу II. (Это решение Лешеко и навело Костомарова на мысль о том, что Анна являлась дочерью венгерского короля, и он, как дед Даниила, должен был бороться за права свергнутого внука. Однако Андраш II предпочел договориться с Игоревичами, что скорее говорит против родства венгерского короля и матери Даниила).
Галицко-Волынское княжество в начале XIII в.gif
Галицко-Волынское княжество в начале XIII в.

Все эти перестановки не принесли мира на Галицко-Волынскую землю. Вскоре галицкие бояре решили, что у Игоревичей слишком «тяжелая рука». Игоревичи нещадно казнили бояр - своих политических оппонентов. К тому же сами Игоревичи перессорились друг с другом. Начались междоусобицы, куда были втянуты соседи - венгры с поляками. Из Владимира-на-Волыни был изгнан Святослав Игоревич, а на его место сел кузен Даниила - Александр Всеволодович, племянник Романа Мстиславича и тесть Лешки. Галич начал переходить из рук в руки, и городское вече с боярами решило вернуть Даниила. По совету боярина Владислава, Игоревичи были повешены на воротах Галича. Редкий случай расправы над князьями в Древней Руси! А 10-летний князь Даниил Романович в 1211 г. вторично въехал в Галич. Но князь-отрок своим бессилием только усугубил галицкие распри. Часть бояр составила заговор с целью убийства Даниила, Однако другие успели предупредить князя и тот вовремя бежал к матери в Белз.

Н.В. Неврев. Роман Галицкий принимает послов папы Иннокентия III. 1875 г. Национальный художественный музей Республики Беларусь

В Галиче началась полная государственная «вакханалия». На престол даже сел не Рюрикович и не отпрыск королевских династий, а русский боярин Владислав. Это единственный случай в древнерусской истории! Но и с ним не сжились галичане. Краковский князь Лешек Белый сверг Владислава, и боярин окончил свои дни в темнице. По соглашению галицкой аристократии с венгерским королем Андрашом II и краковским князем Лешеком Галич в 1214 г. отдали сыну венгерского короля: 5-летнему Коломану Андреевичу (Андрашевичу). Коломана обручили с 3-летней польской княжной Саломеей, дочерью Лешека. Это решение одобрил папа Римский Иннокентий III.
А что же Даниил Романович из волынских Мономаховичей? Надо отдать должное Лешеку Белому. В 1214-1215 гг. он озаботился тем, чтобы вернуть своему русскому двоюродному племяннику Даниилу родовой удел его отца - Волынское княжество. Сидевший там двоюродный брат Даниила Александр Всеволодович, сын младшего брата Романа Мстиславича - Всеволода Мстиславича, был изгнан.
200left.png
Мстислав Удалой (слева) на памятнике 1000-летие России
Тем временем раздоры и иностранное вмешательство в них утомили уже самих галичан. Горожане и большая часть боярства склонилась к мысли, что следует призвать к себе на княжение сильного и авторитетного русского князя. Их выбор пал на Мстислава Мстиславича Удалого (Удатного). Он относился к смоленской ветви потомков Мстислава Великого, происходя от его сына Ростислава. Мстислав Удалой с согласия Лешека Белого прогнал королевича Коломана. А за волынского князя Даниила Романовича выдал свою дочь Анну, что означало восстановление союза Галиции и Волыни и не пришлось по вкусу Лешеку Белому. Вскоре Мстислав и его юный зять Даниил уже воевали с объединенным польско-венгерским войском.
В этой войне 15-летний Даниил впервые сам командовал своей дружиной, сразу проявив талант военачальника и храброго воина. Даниил заслужил авторитет самостоятельного князя, внушающего доверие союзникам и опасения противникам. Даниилу удалось закрепить за собой ряд городов - Берестье, Угровеск, Верещин, Столпье, Комов и польско-волынское пограничье. В 1216 г., когда Мстислав Удалой по призыву новгородского вече отбыл в Великий Новгород, краковский князь был вынужден признать все приобретения Даниила.
Правда, на вновь освободившийся галицкий стол Даниилу сразу сесть не пришлось. В результате переговоров в Галич вернулся венгерский королевич Коломан Андреевич. Но уже в 1219 г. галичане, уставшие от венгров, поляков и собственных разногласий, опять позвали Мстислава Удалого. Чтобы избежать войны с венграми, Мстислав заручился поддержкой Лешека Белого, а также выдал в 1221 г. свою дочь замуж за другого венгерского королевича Андрея Андреевича, что вводило последнего в круг возможных наследников Галича после смерти Мстислава Удалого.
Битва на Калке: первый,
ударивший по монголо-татарам
А между тем на востоке от Руси происходили события, без преувеличения, вселенского значения. С 1206 по 1223 г. в результате завоеваний монголов, ведомых Чингисханом, возникла огромная Монгольская империя. Ее границы тянулись от дальневосточного поморья до рубежей Ирана и Половецкой Степи. Под властью Чингисхана помимо Монгольской степи находилась значительная часть Северного Китая, Сибирь, государства Средней Азии, включая сильнейшее из них - Хорезм.
Вдогонку за наследником хорезмийского престола Джелал-ад-Дином, намеревавшимся получить помощь в Иране, Чингисхан послал 40-тысячную рать. Ее вели Джелме-нойон (Джебе) и Субедей-Богатур, два знаменитых полководца Чингисхана. Как нож сквозь масло прошло их войско через иранские и закавказские земли. Степняки не знали поражений, шли, неся разрушение и захватывая богатую добычу. Обойдя горными тропами неприступный Дербент, монголо-татары[2] проникли на Северный Кавказ. Здесь их встретило разноплеменное войско, готовое дать отпор. Предки осетин - ясы и касоги (адыги) договорились о помощи с кочевниками половцами. Однако Субедей-богатур пошел на хитрость. Взывая к степной солидарности и тюркскому родству, он отколол кыпчаков от их северокавказских союзников. Половцы, нагруженные дарами монголо-татар, откочевали в родные степи. Ясы и касоги были разбиты, а часть их, раздосадованная предательством половцев, влилась в войско Субедея и Джебе. Чуть позже, как снег на голову, обрушились они на ничего не подозревавших кыпчаков. Половцы потерпели жестокое поражение.
Один из влиятельнейших половецких вождей хан Котян обратился за помощью к своему зятю великому галицкому князю Мстиславу Удалому. «Сегодня нас разбили, - констатировал он, - а завтра вас разобьют…» Мстислав счел такой поворот событий возможным и призвал всех старших и младших южно-русских князей поучаствовать в походе против неведомых прежде татар. Напрасно послы Джебе и Субедея говорили: «Мы воюем не с вами, а с врагами вашими половцами…» Послов умертвили, и большое русское войско под предводительством трех великих южнорусских князей - Мстислава Галицкого, Мстислава Черниговского и Мстислава Киевского выступило в путь.
Волынский князь Даниил шел с полками Мстислава Удалого, ему был поручен авангард, состоявший из его конной дружины и всадников Котяна. Воины Мстислава Удалого первыми наткнулись на передовые разъезды монголов и легко обратили их в бегство. Необычный вид завоевателей (странных безбородых мужчин в войлочных одеждах и в слабых кожаных доспехах, вооруженных маленькими луками и саблями вместо привычных на Руси мечей, сидевших на низкорослых лохматых лошадках) произвел на русских дружинников ошибочное впечатление. «Это не воины, - поговаривали они, - а мужики какие-то…» Лишь один воевода усомнился и на совете возразил: «Если они столько стран прошли, значит, они воины хорошие…»
Калка Худ. П.В. Рыженко
Калка. Художник П.В. Рыженко

Решающая битва состоялась в глубине половецких владений на берегу реки Калки. Три старших Мстислава мало доверяли друг другу, прежде в русских междоусобиях они были соперниками. Ни единого командования, ни единого плана действий три Мстислава не выработали. Великий киевский князь вообще решил стоять в укрепленном лагере на одном берегу Калки, а Мстислав Черниговский и Мстислав Удалой с Даниилом Волынским решили переправиться на другой, где находилась конница противника - монголы сражались только конными.
По обычаю, кто начинал битву («ходил на переде»), тому и доставалась большая часть военной добычи. Мстислав Удалой и Даниил Романович решили начать дело первыми, не предупреждая о том Мстислава Черниговского. Они даже приказали обмотать тряпками копыта коней, чтобы те топотом не разбудили черниговцев. Ранним утром 31 мая 1223 г. воины Мстислава Галицкого и Даниила Волынского начали переправу через реку. Конная дружина Даниила и половцы Котяна переплыли Калку на конях и в полном вооружении. Остальные воины разделись и переправляли доспехи и оружие на плотах. Когда все они вышли на вражеский берег, встрепенулись и черниговцы. Победу и добычу хотели у них похитить! Мстислав Черниговский приказал также спешно форсировать Калку. Видя это, Мстислав Удалой, один из опытнейших и прославленных русских военачальников XIII в., отдал легкомысленный приказ. Он велел Даниилу не дожидаться, пока он выстроит все свои полки, а атаковать монголо-татар с ходу.
Ведя своих дружинников и половцев, юный Даниил врезался в неприятельские ряды. Монгольский авангард был смят, а может быть, выполняя обманный маневр по приказу Субедея и Джебе, обратился в ложное отступление - часто применявшийся монголо-татарами прием. Монгольские всадники поскакали прочь, увлекая за собой людей Даниила. В итоге русско-половецкий авангард оказался выведенным прямо на основную лаву степной конницы. Тысячи смертоносных стрел встретило русских и половцев, а потом на них обрушились силы, которые превосходили их в несколько раз. В пылу схватки Даниил даже не заметил, что был тяжело ранен копьем в грудь. А между тем его конница была обращена в бегство. Масса несущихся в панике всадников ударила в полки Мстислава Удалого, которые еще не успели завершить построение. Преследующие авангард монголо-татары смяли их окончательно и обрушились на выбирающихся из реки черниговцев. Разгром русских был колоссальный. Лишь десятый воин из черниговского, галицкого и волынского полков вернулся на родину. Сумел уйти восвояси и раненый князь Даниил Романович.
Еще более печальной оказалась судьба Мстислава Киевского и его людей. На следующий день коварный Субедей-богатур, вступив в переговоры о пропуске киевлян на Русь, с помощью предательства неких славянских промысловиков – бродников, ворвался в русский лагерь, порубил почти всех его защитников, захватил в плен великого князя и бывших с ним младших князей. В отместку за гибель своих послов, монгольские полководцы приказали положить всех пленников и раненых на землю, а сверху придавили их деревянным помостом, на котором под стоны умирающих снизу людей и пировали до вечера, праздную победу.
В дальнейшем, разорив беззащитное южнорусское пограничье, степная орда вторглась в пределы Волжской Булгарии, где, наконец, потерпела поражение. После этого Субедей и Джебе увели своих всадников к Чингисхану в Среднюю Азию, и целых 13 лет о монголах ничего не слышали на Руси.
Даниил в 1224-1240 гг.: в хитросплетениях южнорусской политики
Выздоровев после ранения, Даниил Романович принялся расширять свои владения. Он был очень дружен со своим братом Васильком, который во всем следовал за Даниилом.
Авторитет же и силы Мстислава Удалого на Юго-Западе Руси после поражения на Калке были подорваны. В конце жизни Мстислав все ощутимее чувствовал строптивость галицкой аристократии. Многие бояре были не прочь заменить этого «смоленского Ростиславича» на сына Романа, первого общего для Галиции и Волыни князя. Отношения Мстислава Удалого с его зятем Даниилом Волынским испортились. Мстислав Удалой несколько раз организовывал вместе с киевским князем Владимиром Рюриковичем и ханом Котяном коалиции против Даниила в поддержку его кузена Александра Всеволодовича, лишенного некогда Волынского стола и осевшего в Белзе. Желая привлечь на свою сторону венгров, Мстислав объявил своим наследником в Галиче мужа своей второй дочери - венгерского королевича Андрея (1227).
Однако в середине 1220-х гг. князь Даниил Романович уже постиг все нюансы дипломатического искусства в хитросплетениях южнорусской политики. Он заключил союз с прежним своим покровителем краковским князем Лешеком Белым, и, будучи уже опытным военачальником, сам бесстрашно атаковал всех своих противников. Он отвоевал Луцкое княжество, а у западнорусского пинского князя Ростислава отнял Чарторыйск. Сидевшие в Чарторыйске Ростиславичи оказались в плену у Даниила (1227).
Ростислав Пинский, Владимир Киевский, ряд чернигово-северских князей и половецкий хан Котян двинулись против Даниила и осадили в 1228 г. его укрепленный город Каменец. Даниил успешно отбивался, а к тому же убедил Котяна выйти из войны. Одновременно Даниил договорился о союзе с прежним противником, своим двоюродным братом Александром Белзским, а также с поляками. Вместе с союзниками Даниил напал на Киевщину, что заставило его врагов покинуть волынские пределы. При этом Даниил не мстил своим противникам, проявив редкое по тем временам среди русских князей великодушие.
Тем временем в Малой Польше созрел заговор против краковского князя Лешека, и он пал от рук убийц в 1227 г. Даниил Волынский счел своим долгом оказать помощь младшему брату Лешека Конраду Мазовецкому. Волынские полки вторглись в пределы Великой Польши и взяли в осаду город Калиш. Этот поход оказался не только победоносным, но и прибыльным для волынян. За снятие осады с Калиша Даниил получил тысячу гривен серебра.
Военные победы, дипломатическая гибкость и благородство Даниила Романовича снискали ему заслуженную славу. Кроме того, он был известен, как покровитель ремесленников, купцов, ученых людей. Даниил построил на Волыни не один новый город, укрепив его прочными Руси каменными замками и украсив соборами. К таковым относятся новые города Холм, Львов, Угровеск и Данилов, а также обновленные Дорогичин и Каменец. С точки зрения древнерусского человека, зафиксированной в летописях, князь Даниил Романович относился к категории правителей, близких к общему для Древней Руси идеалу князя. Такой славы удостаивались немногие. Среди князей второй половины XI - начала XIII вв. можно назвать Владимира Мономаха и его потомков: правнука Мстислава Ростиславича Храброго с его сыном Мстиславом Мстиславичем Удалым и, как мы уже отмечали, Даниила Романовича.
Венгерский король Бела IV. Миниатюра 13 в.
Венгерский король Бела IV. Миниатюра XIII в.
После смерти Мстислава Удалого (1228) в Галич было вошел королевич Андрей. Однако, Даниил Романович, возвращавшийся тогда из польского похода, тут же получил от одной из галицких боярских группировок предложение сесть на «отчий стол». Князь не стал пренебрегать такой возможностью. Город он взял «измором», т.е. долгой осадой, но не учинил расправы со своими противниками, постарался придать на вече своему вокняжению вид «всенародного избрания». Венгерского королевича Андрея он «с честью», как пишет летописец, отправил на родину. Последнее не помогло избежать похода на Галич старшего брата изгнанного Андрея - Белы IV, соправителя своего отца короля Андраша II. Однако Бела не сумел взять Галич. В ходе осады Галича венгерское войско охватила эпидемия. Бесконечные проливные дожди осложнили отступление мадьяр, чем воспользовался Даниил. Он организовал преследование венгерских полков, отчего те понесли большие потери.
На следующий год венгры под руководством королевича Андрея, подстрекаемого галицким боярином Судиславом Кормиличем, повторили вторжение. Даниил, которого на этот раз отказалась поддержать старшая галицкая дружина, вынужден был бежать в Киев. Он расположил в свою сторону великого князя Владимира Рюриковича. В самом Галиче многие были против королевича Андрея и венгров, так что, когда Даниил получил помощь от киевского князя и от своего кузена Александра Белзского, у него были значительные шансы вернуть себе Галич. Даниил осадил с союзниками Галич. В ходе осады королевич Андрей умер, и галичане приняли князем Даниил Романовича. Вступив в Галич, Даниил опять не предпринял суровых расправ над своими политическими противниками, попытавшись найти с ними компромисс.
Смыслом внутренней политики Даниила Романовича на Юго-Западе Руси являлось воссоздание единого Галицко-Волынского княжества и укрепление в нем центральной великокняжеской власти. Объективно только это могло ввести Галицко-Волынскую землю в число наиболее значимых государственных образований Руси и прекратить как внутренние междоусобицы, так и вмешательство в галицкие дела различных внешних сил: русских князей, венгерских и польских монархов. С другой стороны объединенное Галицко-Волынское княжество при условии внутренней стабильности, само могло диктовать свою волю другим русским землям и ближайшим иностранным соседям, что соответствовало интересам и галицко-волынской аристократии, и всему населению Юго-Западной Руси. Естественно, что это понимали русские, польские и венгерские соседи Галицко-Волынской Руси и в их интересах было не допустить подобного оборота событий.
200left.png
«Князь Галицкой Даниил и ляхи. 1234 г.». Литография. Ок. 1836 г. (РГБ)
Нападение во все времена слыло лучшей формой обороны, поэтому Даниил в 1234 г. решил вмешаться в междоусобие южнорусских князей. Михаил Черниговский и князь Изяслав из северской ветви Рюриковичей воевали против великого киевского князя Владимира Рюриковича. Владимир Киевский, как мы видели, оказал в свое время помощь Даниилу, и Даниил Романович счел своим долгом поддержать Владимира Рюриковича. Даниил Волынский поначалу успешно выступил против Михаила Черниговского.
Однако при возвращении дружины Даниила из черниговского похода, на него у Торческа напали половцы, союзники Михаила Черниговского. Войско Даниила было разбито. Галичане не прощали своим князьям поражений. Галицкие бояре из числа противников Даниила тут же совершили политический переворот. Великим князем Галицким в 1235 г. был провозглашен Михаил Черниговский, а в Киеве на какое-то время утвердился его союзник Изяслав. Желая расширить круг своих союзников, волынский князь Даниил Романович в 1235 г. ездил в Венгрию и присутствовал на коронации Белы IV в Фехерваре. Добрые отношения с Венгрией нужны были князю, чтобы получить Галич, а возможно и Киев. После смерти Владимира Рюриковича в 1236 г. Даниил сам стал претендовать на Киев. Между тем Киев в 1238 г. занял Михаил Черниговский, а Галич перешел к его сыну Ростиславу. Даниилу нужна была не столько военная помощь мадьяр, сколько их невмешательство в галицко-волынские дела, что и было обеспечено. В 1239 г. Даниил Романович сумел выгнать Ростислава из Галича. При подходе войск Даниила к Галичу бояре сами отправили князя Ростислава к отцу и отворили ворота Даниилу. Последний не провел репрессий в Галиче против сторонников черниговских князей, но решил сделать своей резиденцией новый построенный им самим город – Холм.
Вскоре в руках Даниила оказался и Киев. Обладая Волынским княжеством, где теперь сидел его верный вассал и брат Василько, а также Галицией и Киевщиной, великий князь Даниил Романович превратился в одного из самых могущественных русских правителей. Теперь он мог попытаться вернуться к той политике усиления центральной власти, которую вели в свое время Владимир Мономах с Мстиславом Великим, и о которой мечтал в начале XIII в. его отец Роман.
Однако начавшееся татаро-монгольское нашествие перечеркнуло эти планы.
Объединить Русь, победить Орду
Бату-хан. Рисунок XIII в.jpg
Бату-хан. Рисунок XIII в.
Бату-хан (прозванный на Руси Батыем), внук «сотрясателя вселенной» Чингисхана, привел свои многочисленные и разноплеменные войска к русским границам. Правой рукой Батыя являлся его воспитатель, известный на Руси по битве на Калке Субедей-богатур. В 1236 г. была покорена Волжская Булгария. В декабре 1237-1238 гг. Батый разгромил силы Великого княжества Рязанского и Великого княжества Владимиро-Суздальского. Монголо-татары взяли в январе-апреле 1238 г. в северо-восточных русских землях 14 городов, включая новгородский пригород Торжок, но, испугавшись надвигающейся весенней распутицы, которая сделала бы для их конницы непроходимыми русские леса и болота, не дойдя до Великого Новгорода 100 км, повернули назад. Не желая идти уже опустошенными территориями, Батый прошел по пограничью Смоленского и Черниговского княжеств. Неожиданно для хана стойкое сопротивление оказал черниговский городок Козельск. Здесь полегло до 4 тыс. воинов Батыя, за что они и прозвали Козельск «злым городом». Уничтожив город и его жителей, Бытый отошел в Поволжские степи. Здесь летом и осенью 1238 г. он победил и присоединил к себе половцев. Лишь старый хан Котян не покорился и увел несколько тысяч своих людей в Венгрию.
Эти несчастья Северо-Восточной Руси и ее восточных соседей не привели к прекращению ни междоусобиц на Юге Руси, ни даже к прекращению участия в них северо-восточных князей. Так брат великого князя Владимиро-Суздальского Юрия - Ярослав Всеволодович (отец Александра Невского) как-то случайно «заскочил» в Киев. Но смерть великого князя Владимиро-Суздальского Юрия в битве на р. Сити 4 апреля 1238 г., открыла Ярославу путь на владимирский великокняжеский стол, и он вернулся восвояси.
Конечно, удельный князь переяславль-залесский Ярослав Всеволодович был случайным претендентом на Киев. А смертельную борьбу за «матерь городам русским» вели мономахович великий галицко-волынский князь Даниил Романович и представитель более старшей, по родовому счету, ветви Рюриковичей, потомок Святослава II (третьего сына Ярослава Мудрого) великий чернигово-северский князь Михаил Всеволодович.
Оба князя попеременно владели Киевом. В 1239 г. городом завладел Даниил. В преддверии Батыева похода на Южную и Юго-Западную Русь и Даниил, и Михаил отбыли в Польшу и Венгрию в надежде, что через династические браки своих сыновей они сумеют добиться военного союза с ближайшими зарубежными соседями Руси и вместе с ними выступят против монголов. Михаил успешно женил своего сына на дочери венгерского короля. Сватовство сына Даниила Галицкого Льва к другой дочери венгерского короля затянулось (брак был осуществлен лишь в конце 1240-х гг.) Что же касается военного союза против Батыя, то здесь оба великих князя не преуспели.
Хан Батый ''пытает'' боярина Дмитра.jpg
Хан Батый «пытает» боярина Дмитра о кн. Данииле Романовиче, бежавшем в Венгрию. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F.IV.225.Л. 367 об)
Тем временем Батый в 1239 г. завоевал Чернигово-Северскую и Переяславскую земли. Двоюродный брат Батыя хан Мунке (Менгу-хан) подошел к Киеву. Очарованный его красотой, Мунке предложил киевлянам сдаться на выгодных условиях. Даниил Галицкий оставил в Киеве своего боярина тысяцкого Дмитра. Киевляне не приняли предложение Мунке и убили послов. Мунке не имел приказа джихангира (главнокомандующего) Бату-хана о штурме города и отошел. Но злая доля не миновала Киев. В сентябре 1240 г. он был осажден главными силами Батыя, а в декабре пал в ходе штурма. Большая часть защитников города и оставшегося в нем населения была перебита. Воеводу Дмитра, захваченного в плен, Бату-хан пощадил «за храбрость его» и приблизил к себе.
В 1241 г. Батый уже воевал в Галицко-Волынской земле. Пал Владимир-на-Волыни, Галич, Каменец, Ладыжин-на-Буге и ряд других городов. Но были и такие юго-западные города, которые Батый не взял (к примеру, неприступный Кременец с каменным замком) или которые обошел. В отличие от Владимиро-Суздальского княжества значительная часть военных ресурсов Галицко-Волынского княжества сохранилась и после Батыева нашествия на Южную и Юго-Западную Русь в 1239-1241 гг. В 1241 г. двумя потоками через Волынь и Галицию полчища Батыя ушли в Венгрию и Польшу. По версии русских летописей, это было сделано по совету пленного воеводы Дмитра, который таким образом желал помочь своей земле. Западная Русь (Полоцкая, Минская, Пинская и прочие земли) вообще не была затронута походами Батыя на Русь 1237-1241 гг.
Татарское нашествие в Венгрии


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Даниил Романович Галицкий
Даниил
Романович Галицкий
1201 - 1264
Сражения и победы
Князь Галицкий, Волынский, Великий князь киевский, выдающийся политический деятель, дипломат и полководец Древней Руси, первый русский король.
В 15 лет Даниил впервые сам командовал своей дружиной, и в домонгольский период военные победы, дипломатическая гибкость и благородство Даниила Романовича снискали ему заслуженную славу. Воевал в Европе. Пытался объединить Русь и помощью папы Римского организовать крестовый поход против татаро-монголов.

Историк С.М. Соловьев среди князей середины XIII в. выделял двух самых талантливых политиков и полководцев. Это были Александр Ярославич (Невский) и Даниил Романович Галицкий. При этом не было тогда на Руси политиков более различающихся по геополитическому видению ситуации и по личным качествам, нежели Даниил и Александр. Соловьев полагал, что долгосрочные последствия линии Александра оказались более весомыми для Российской истории, в сравнении с яркими во всех отношениях военно-государственными усилиями Даниила. В отношении истории России это, безусловно, так, однако современные украинские и белорусские историки оспаривают этот вывод применительно к истории Южной и Западной Руси XIII-XV вв.
Целью нашего очерка не является выяснение данной проблемы. Мы ставил своей задачей лишь рассказ о жизни, государственных и военных предприятиях князя Даниила Романовича.
Происхождение Даниила и особенности политической истории Галицко-Волынской Руси
Даниил принадлежал к старшей ветви Мономаховичей, которая шла от Мстислава Владимировича Великого, преемника Владимира Мономаха на киевском великокняжеском столе в 1125-1132 гг. Отец Даниила - Роман Мстиславич, правнук Мстислава Великого, являлся князем Волынским. Он впервые в русский истории сумел объединить в одно государство богатые и развитые земли русского Юго-Запада - княжества Волынское и Галицкое. Так родилось Великое Галицко-Волынское княжество, которое в дальнейшем в истории домонгольской Руси конкурировало по значимости в разделенном на 12 независимых государств Русском пространстве с Великим Владимиро-Суздальским княжеством и Господином Великим Новгородом.
Но если Новгород никогда не пытался объединять вокруг себя политически раздробленные русские земли, то Владимиро-Суздальское и Галицко-Волынское княжества стремились к этой цели. Галицко-Волынский князь Роман (1199-1205) преуспел в этом направлении. Он дважды овладевал Киевом - в 1201 и 1204 гг., и, как предполагают историки, вынашивал мысль о централизаторской реформе политического строя Руси.
Кн. Даниил Романович захватывает княжеский стол в Киеве. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F. IV. 225. Л. 360).jpg
Кн. Даниил Романович захватывает княжеский стол в Киеве. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F. IV. 225. Л. 360)

Роман предполагал выстроить четкую иерархию русских князей и их уделов, усилив главенство Киева, как центрального города Руси. Великий князь киевский должен был, по его мысли, выбираться на съезде наиболее видных и сильных удельных князей. Правители мелких и слабых княжеств на съезд не допускались. После выбора великого киевского князя все остальные князья - и великие удельные, и младшие должны были учитывать его мнение во всех внешнеполитических делах, отношениях между русскими княжествами и отчасти в вопросах внутренней политики. План этот напоминал устройство Священной Римской империи германской нации в XIII-XVI вв.
Краковский князь Лешек Белый. Худ. Матейко
Краковский князь Лешек Белый. Художник Матейко
Однако отец Даниила не сумел реализовать свои замыслы. Как все волынские и галицкие князья, Роман Мстиславич, связанный родственными узами с польской династией Пястов, часто принимал участие во внутрипольских раздорах. Будучи сначала союзником, а потом противником своих юных польских кузенов Лешека Белого и его младшего брата Конрада Мазовецкого Роман был убит в битве на реке Висле у города Завихоста. На момент смерти князю Роману было 55 лет, однако его дети-наследники от второго брака находились в почти младенческом возрасте: старшему Даниилу исполнилось 4 года, а младшему Васильке – 2.
Вдова Романа княгиня Анна не сумела удержаться в качестве регента при юных княжичах. Сама Анна, по версии историка А.В. Майорова, являлась дочерью византийского императора Исаака II Ангела. Правда, это мнение оспаривается. Н.И. Костомаров считал мать Даниила Галицкого сестрой Андраша II, короля Венгрии; а Н.Ф. Котляр полагал, что Анна происходила из знатного волынского боярского рода (Котляр Н.Ф. Даниил, князь Галицкий. СПб., 2008).
Внутренняя политическая жизнь Волынской и особенно Галицкой Руси всегда напоминала ВУЛКАН. Здесь имелось очень богатое и сильное боярство, которому принадлежало большая часть сельской населенной земли. Другая часть являлась вотчиной князей. Свободных крестьян-общинников почти не осталось. Боярство являлось противовесом княжеской власти и было разделено на множество группировок, которые соперничали друг с другом. Эти группировки могли ориентироваться на различных претендентов на княжеские столы, кто-то поддерживал великого князя. Самостоятельной социально-политической силой являлись развитые торгово-ремесленные центры - города Волыни и Галиции. Великие князья часто находили поддержку у горожан, а также опирались на свои многочисленные дружины, которые состояли из мелких и средних вотчинников. Во внутренние дела Галиции и Волыни могли вмешиваться русские князья из других уделов, а кроме того и зарубежные силы - венгры с поляками. Неудивительно, что вдова Романа Мстиславича с детьми оказалась игрушкой в руках различных, часто меняющихся ролями политических сил.
Начало пути: посреди политической «вакханалии»
Сразу после известия о гибели Романа Мстиславича жители Галиции и Волыни признали наследником 4-летнего Даниила Романовича. Причем в Галиче это было обсуждено на вече, где тон задавали знатные бояре. Опекуном и регентом Даниила стал волынский боярин Мирослав (что и послужило основой предположения о кровном родстве княгини Анны и боярина Мирослава).
Однако противники погибшего Романа сразу подняли голову. Отец его первой супруги, в 1203 г. насильно постриженный им с женой и дочерью в монахи, бывший киевский князь Рюрик Ростиславович сбросил ризу и вновь овладел Киевом. В союзе с черниговскими князьями Игорем Святославичем Новгород-Северским и его детьми, а также с половцами он двинулся на Галицко-Волынскую землю. Княгиня Анна обратилась за помощью к побратиму своего супруга венгерскому королю Андрашу (Андрею) II. Узнав о приближении венгерских рыцарей, половцы ушли восвояси, а Рюрик с союзниками был вынужден ретироваться. Но как только мадьярские силы оставили Галич, Рюрик с черниговцами, смолянами и берендеями вновь появились в Галиции.
Часть галицких бояр решила, что маленький Даниил - не лучший правитель для их земли. Король Андраш II, к которому опять взывала Анна, был занят внутренней смутой и не прислал помощь. Галич охватило восстание. Анна с детьми бежала на Волынь. В Галиче верховодил видный галицкий боярин Владислав из рода Кормиличей. Он некогда был изгнан князем Романом из Галича и нашел приют в Новгороде Северском у упомянутого выше князя Игоря Святославича. Связь героя «Слова о полку Игореве» князя Игоря Святославича с галичанами объяснялась его вторым браком. Его женой являлась Ярославна, дочь знаменитого галицкого князя Ярослава Осмомысла (1153-1187)[1]. Владислав Кормилич, изгнанный в свое время отцом Даниила из Галича, одно время нашел пристанище у Игоря и Ярославны в Новгороде Северском. Теперь боярин Владислав предложил прекратить войну с Рюриком Киевским и его союзниками. Он считал, что галицкий престол нужно передать сыновьям Игоря Новгород-Северского, двое из которых приходились внуками Ярославу Осмомыслу. На том и порешили.
Владимир Волынский. Реконструкция
Владимир Волынский. Реконструкция

Но в итоге на галицком престоле оказался не сын Ярославны и не внук Осмомысла, а старший из Игоревечей - Владимир (сын Игоря от первого брака). С династической точки зрения это было очень сомнительное решение, и сам Владислав Кормилич перешел в «оппозицию» к новому галицкому князю. Первому Сыну Ярославны достался Звенигород в Галиции, а для второго Святослава Игоревича решили отвоевать Волынь, где, как мы видели, сидел маленький Даниил. Князь Новгород-Северский Игорь Святославич послал сказать во Владимир-на Волыне: «Выдайте нам Романовичей и примите князем Святослава, а то города вашего на свете не будет».
Несчастная княгиня Анна с детьми и «дядькой» Мирославом решилась бежать за границу. С сыном Васильком она нашла прибежище у краковского князя Лешека Белого, который выделил Васильку стол в Бресте, а свергнутый с галицкого и волынского престолов его брат Даниил был отправлен к Андрашу II. (Это решение Лешеко и навело Костомарова на мысль о том, что Анна являлась дочерью венгерского короля, и он, как дед Даниила, должен был бороться за права свергнутого внука. Однако Андраш II предпочел договориться с Игоревичами, что скорее говорит против родства венгерского короля и матери Даниила).
Галицко-Волынское княжество в начале XIII в.gif
Галицко-Волынское княжество в начале XIII в.

Все эти перестановки не принесли мира на Галицко-Волынскую землю. Вскоре галицкие бояре решили, что у Игоревичей слишком «тяжелая рука». Игоревичи нещадно казнили бояр - своих политических оппонентов. К тому же сами Игоревичи перессорились друг с другом. Начались междоусобицы, куда были втянуты соседи - венгры с поляками. Из Владимира-на-Волыни был изгнан Святослав Игоревич, а на его место сел кузен Даниила - Александр Всеволодович, племянник Романа Мстиславича и тесть Лешки. Галич начал переходить из рук в руки, и городское вече с боярами решило вернуть Даниила. По совету боярина Владислава, Игоревичи были повешены на воротах Галича. Редкий случай расправы над князьями в Древней Руси! А 10-летний князь Даниил Романович в 1211 г. вторично въехал в Галич. Но князь-отрок своим бессилием только усугубил галицкие распри. Часть бояр составила заговор с целью убийства Даниила, Однако другие успели предупредить князя и тот вовремя бежал к матери в Белз.

Н.В. Неврев. Роман Галицкий принимает послов папы Иннокентия III. 1875 г. Национальный художественный музей Республики Беларусь

В Галиче началась полная государственная «вакханалия». На престол даже сел не Рюрикович и не отпрыск королевских династий, а русский боярин Владислав. Это единственный случай в древнерусской истории! Но и с ним не сжились галичане. Краковский князь Лешек Белый сверг Владислава, и боярин окончил свои дни в темнице. По соглашению галицкой аристократии с венгерским королем Андрашом II и краковским князем Лешеком Галич в 1214 г. отдали сыну венгерского короля: 5-летнему Коломану Андреевичу (Андрашевичу). Коломана обручили с 3-летней польской княжной Саломеей, дочерью Лешека. Это решение одобрил папа Римский Иннокентий III.
А что же Даниил Романович из волынских Мономаховичей? Надо отдать должное Лешеку Белому. В 1214-1215 гг. он озаботился тем, чтобы вернуть своему русскому двоюродному племяннику Даниилу родовой удел его отца - Волынское княжество. Сидевший там двоюродный брат Даниила Александр Всеволодович, сын младшего брата Романа Мстиславича - Всеволода Мстиславича, был изгнан.
200left.png
Мстислав Удалой (слева) на памятнике 1000-летие России
Тем временем раздоры и иностранное вмешательство в них утомили уже самих галичан. Горожане и большая часть боярства склонилась к мысли, что следует призвать к себе на княжение сильного и авторитетного русского князя. Их выбор пал на Мстислава Мстиславича Удалого (Удатного). Он относился к смоленской ветви потомков Мстислава Великого, происходя от его сына Ростислава. Мстислав Удалой с согласия Лешека Белого прогнал королевича Коломана. А за волынского князя Даниила Романовича выдал свою дочь Анну, что означало восстановление союза Галиции и Волыни и не пришлось по вкусу Лешеку Белому. Вскоре Мстислав и его юный зять Даниил уже воевали с объединенным польско-венгерским войском.
В этой войне 15-летний Даниил впервые сам командовал своей дружиной, сразу проявив талант военачальника и храброго воина. Даниил заслужил авторитет самостоятельного князя, внушающего доверие союзникам и опасения противникам. Даниилу удалось закрепить за собой ряд городов - Берестье, Угровеск, Верещин, Столпье, Комов и польско-волынское пограничье. В 1216 г., когда Мстислав Удалой по призыву новгородского вече отбыл в Великий Новгород, краковский князь был вынужден признать все приобретения Даниила.
Правда, на вновь освободившийся галицкий стол Даниилу сразу сесть не пришлось. В результате переговоров в Галич вернулся венгерский королевич Коломан Андреевич. Но уже в 1219 г. галичане, уставшие от венгров, поляков и собственных разногласий, опять позвали Мстислава Удалого. Чтобы избежать войны с венграми, Мстислав заручился поддержкой Лешека Белого, а также выдал в 1221 г. свою дочь замуж за другого венгерского королевича Андрея Андреевича, что вводило последнего в круг возможных наследников Галича после смерти Мстислава Удалого.
Битва на Калке: первый,
ударивший по монголо-татарам
А между тем на востоке от Руси происходили события, без преувеличения, вселенского значения. С 1206 по 1223 г. в результате завоеваний монголов, ведомых Чингисханом, возникла огромная Монгольская империя. Ее границы тянулись от дальневосточного поморья до рубежей Ирана и Половецкой Степи. Под властью Чингисхана помимо Монгольской степи находилась значительная часть Северного Китая, Сибирь, государства Средней Азии, включая сильнейшее из них - Хорезм.
Вдогонку за наследником хорезмийского престола Джелал-ад-Дином, намеревавшимся получить помощь в Иране, Чингисхан послал 40-тысячную рать. Ее вели Джелме-нойон (Джебе) и Субедей-Богатур, два знаменитых полководца Чингисхана. Как нож сквозь масло прошло их войско через иранские и закавказские земли. Степняки не знали поражений, шли, неся разрушение и захватывая богатую добычу. Обойдя горными тропами неприступный Дербент, монголо-татары[2] проникли на Северный Кавказ. Здесь их встретило разноплеменное войско, готовое дать отпор. Предки осетин - ясы и касоги (адыги) договорились о помощи с кочевниками половцами. Однако Субедей-богатур пошел на хитрость. Взывая к степной солидарности и тюркскому родству, он отколол кыпчаков от их северокавказских союзников. Половцы, нагруженные дарами монголо-татар, откочевали в родные степи. Ясы и касоги были разбиты, а часть их, раздосадованная предательством половцев, влилась в войско Субедея и Джебе. Чуть позже, как снег на голову, обрушились они на ничего не подозревавших кыпчаков. Половцы потерпели жестокое поражение.
Один из влиятельнейших половецких вождей хан Котян обратился за помощью к своему зятю великому галицкому князю Мстиславу Удалому. «Сегодня нас разбили, - констатировал он, - а завтра вас разобьют…» Мстислав счел такой поворот событий возможным и призвал всех старших и младших южно-русских князей поучаствовать в походе против неведомых прежде татар. Напрасно послы Джебе и Субедея говорили: «Мы воюем не с вами, а с врагами вашими половцами…» Послов умертвили, и большое русское войско под предводительством трех великих южнорусских князей - Мстислава Галицкого, Мстислава Черниговского и Мстислава Киевского выступило в путь.
Волынский князь Даниил шел с полками Мстислава Удалого, ему был поручен авангард, состоявший из его конной дружины и всадников Котяна. Воины Мстислава Удалого первыми наткнулись на передовые разъезды монголов и легко обратили их в бегство. Необычный вид завоевателей (странных безбородых мужчин в войлочных одеждах и в слабых кожаных доспехах, вооруженных маленькими луками и саблями вместо привычных на Руси мечей, сидевших на низкорослых лохматых лошадках) произвел на русских дружинников ошибочное впечатление. «Это не воины, - поговаривали они, - а мужики какие-то…» Лишь один воевода усомнился и на совете возразил: «Если они столько стран прошли, значит, они воины хорошие…»
Калка Худ. П.В. Рыженко
Калка. Художник П.В. Рыженко

Решающая битва состоялась в глубине половецких владений на берегу реки Калки. Три старших Мстислава мало доверяли друг другу, прежде в русских междоусобиях они были соперниками. Ни единого командования, ни единого плана действий три Мстислава не выработали. Великий киевский князь вообще решил стоять в укрепленном лагере на одном берегу Калки, а Мстислав Черниговский и Мстислав Удалой с Даниилом Волынским решили переправиться на другой, где находилась конница противника - монголы сражались только конными.
По обычаю, кто начинал битву («ходил на переде»), тому и доставалась большая часть военной добычи. Мстислав Удалой и Даниил Романович решили начать дело первыми, не предупреждая о том Мстислава Черниговского. Они даже приказали обмотать тряпками копыта коней, чтобы те топотом не разбудили черниговцев. Ранним утром 31 мая 1223 г. воины Мстислава Галицкого и Даниила Волынского начали переправу через реку. Конная дружина Даниила и половцы Котяна переплыли Калку на конях и в полном вооружении. Остальные воины разделись и переправляли доспехи и оружие на плотах. Когда все они вышли на вражеский берег, встрепенулись и черниговцы. Победу и добычу хотели у них похитить! Мстислав Черниговский приказал также спешно форсировать Калку. Видя это, Мстислав Удалой, один из опытнейших и прославленных русских военачальников XIII в., отдал легкомысленный приказ. Он велел Даниилу не дожидаться, пока он выстроит все свои полки, а атаковать монголо-татар с ходу.
Ведя своих дружинников и половцев, юный Даниил врезался в неприятельские ряды. Монгольский авангард был смят, а может быть, выполняя обманный маневр по приказу Субедея и Джебе, обратился в ложное отступление - часто применявшийся монголо-татарами прием. Монгольские всадники поскакали прочь, увлекая за собой людей Даниила. В итоге русско-половецкий авангард оказался выведенным прямо на основную лаву степной конницы. Тысячи смертоносных стрел встретило русских и половцев, а потом на них обрушились силы, которые превосходили их в несколько раз. В пылу схватки Даниил даже не заметил, что был тяжело ранен копьем в грудь. А между тем его конница была обращена в бегство. Масса несущихся в панике всадников ударила в полки Мстислава Удалого, которые еще не успели завершить построение. Преследующие авангард монголо-татары смяли их окончательно и обрушились на выбирающихся из реки черниговцев. Разгром русских был колоссальный. Лишь десятый воин из черниговского, галицкого и волынского полков вернулся на родину. Сумел уйти восвояси и раненый князь Даниил Романович.
Еще более печальной оказалась судьба Мстислава Киевского и его людей. На следующий день коварный Субедей-богатур, вступив в переговоры о пропуске киевлян на Русь, с помощью предательства неких славянских промысловиков – бродников, ворвался в русский лагерь, порубил почти всех его защитников, захватил в плен великого князя и бывших с ним младших князей. В отместку за гибель своих послов, монгольские полководцы приказали положить всех пленников и раненых на землю, а сверху придавили их деревянным помостом, на котором под стоны умирающих снизу людей и пировали до вечера, праздную победу.
В дальнейшем, разорив беззащитное южнорусское пограничье, степная орда вторглась в пределы Волжской Булгарии, где, наконец, потерпела поражение. После этого Субедей и Джебе увели своих всадников к Чингисхану в Среднюю Азию, и целых 13 лет о монголах ничего не слышали на Руси.
Даниил в 1224-1240 гг.: в хитросплетениях южнорусской политики
Выздоровев после ранения, Даниил Романович принялся расширять свои владения. Он был очень дружен со своим братом Васильком, который во всем следовал за Даниилом.
Авторитет же и силы Мстислава Удалого на Юго-Западе Руси после поражения на Калке были подорваны. В конце жизни Мстислав все ощутимее чувствовал строптивость галицкой аристократии. Многие бояре были не прочь заменить этого «смоленского Ростиславича» на сына Романа, первого общего для Галиции и Волыни князя. Отношения Мстислава Удалого с его зятем Даниилом Волынским испортились. Мстислав Удалой несколько раз организовывал вместе с киевским князем Владимиром Рюриковичем и ханом Котяном коалиции против Даниила в поддержку его кузена Александра Всеволодовича, лишенного некогда Волынского стола и осевшего в Белзе. Желая привлечь на свою сторону венгров, Мстислав объявил своим наследником в Галиче мужа своей второй дочери - венгерского королевича Андрея (1227).
Однако в середине 1220-х гг. князь Даниил Романович уже постиг все нюансы дипломатического искусства в хитросплетениях южнорусской политики. Он заключил союз с прежним своим покровителем краковским князем Лешеком Белым, и, будучи уже опытным военачальником, сам бесстрашно атаковал всех своих противников. Он отвоевал Луцкое княжество, а у западнорусского пинского князя Ростислава отнял Чарторыйск. Сидевшие в Чарторыйске Ростиславичи оказались в плену у Даниила (1227).
Ростислав Пинский, Владимир Киевский, ряд чернигово-северских князей и половецкий хан Котян двинулись против Даниила и осадили в 1228 г. его укрепленный город Каменец. Даниил успешно отбивался, а к тому же убедил Котяна выйти из войны. Одновременно Даниил договорился о союзе с прежним противником, своим двоюродным братом Александром Белзским, а также с поляками. Вместе с союзниками Даниил напал на Киевщину, что заставило его врагов покинуть волынские пределы. При этом Даниил не мстил своим противникам, проявив редкое по тем временам среди русских князей великодушие.
Тем временем в Малой Польше созрел заговор против краковского князя Лешека, и он пал от рук убийц в 1227 г. Даниил Волынский счел своим долгом оказать помощь младшему брату Лешека Конраду Мазовецкому. Волынские полки вторглись в пределы Великой Польши и взяли в осаду город Калиш. Этот поход оказался не только победоносным, но и прибыльным для волынян. За снятие осады с Калиша Даниил получил тысячу гривен серебра.
Военные победы, дипломатическая гибкость и благородство Даниила Романовича снискали ему заслуженную славу. Кроме того, он был известен, как покровитель ремесленников, купцов, ученых людей. Даниил построил на Волыни не один новый город, укрепив его прочными Руси каменными замками и украсив соборами. К таковым относятся новые города Холм, Львов, Угровеск и Данилов, а также обновленные Дорогичин и Каменец. С точки зрения древнерусского человека, зафиксированной в летописях, князь Даниил Романович относился к категории правителей, близких к общему для Древней Руси идеалу князя. Такой славы удостаивались немногие. Среди князей второй половины XI - начала XIII вв. можно назвать Владимира Мономаха и его потомков: правнука Мстислава Ростиславича Храброго с его сыном Мстиславом Мстиславичем Удалым и, как мы уже отмечали, Даниила Романовича.
Венгерский король Бела IV. Миниатюра 13 в.
Венгерский король Бела IV. Миниатюра XIII в.
После смерти Мстислава Удалого (1228) в Галич было вошел королевич Андрей. Однако, Даниил Романович, возвращавшийся тогда из польского похода, тут же получил от одной из галицких боярских группировок предложение сесть на «отчий стол». Князь не стал пренебрегать такой возможностью. Город он взял «измором», т.е. долгой осадой, но не учинил расправы со своими противниками, постарался придать на вече своему вокняжению вид «всенародного избрания». Венгерского королевича Андрея он «с честью», как пишет летописец, отправил на родину. Последнее не помогло избежать похода на Галич старшего брата изгнанного Андрея - Белы IV, соправителя своего отца короля Андраша II. Однако Бела не сумел взять Галич. В ходе осады Галича венгерское войско охватила эпидемия. Бесконечные проливные дожди осложнили отступление мадьяр, чем воспользовался Даниил. Он организовал преследование венгерских полков, отчего те понесли большие потери.
На следующий год венгры под руководством королевича Андрея, подстрекаемого галицким боярином Судиславом Кормиличем, повторили вторжение. Даниил, которого на этот раз отказалась поддержать старшая галицкая дружина, вынужден был бежать в Киев. Он расположил в свою сторону великого князя Владимира Рюриковича. В самом Галиче многие были против королевича Андрея и венгров, так что, когда Даниил получил помощь от киевского князя и от своего кузена Александра Белзского, у него были значительные шансы вернуть себе Галич. Даниил осадил с союзниками Галич. В ходе осады королевич Андрей умер, и галичане приняли князем Даниил Романовича. Вступив в Галич, Даниил опять не предпринял суровых расправ над своими политическими противниками, попытавшись найти с ними компромисс.
Смыслом внутренней политики Даниила Романовича на Юго-Западе Руси являлось воссоздание единого Галицко-Волынского княжества и укрепление в нем центральной великокняжеской власти. Объективно только это могло ввести Галицко-Волынскую землю в число наиболее значимых государственных образований Руси и прекратить как внутренние междоусобицы, так и вмешательство в галицкие дела различных внешних сил: русских князей, венгерских и польских монархов. С другой стороны объединенное Галицко-Волынское княжество при условии внутренней стабильности, само могло диктовать свою волю другим русским землям и ближайшим иностранным соседям, что соответствовало интересам и галицко-волынской аристократии, и всему населению Юго-Западной Руси. Естественно, что это понимали русские, польские и венгерские соседи Галицко-Волынской Руси и в их интересах было не допустить подобного оборота событий.
200left.png
«Князь Галицкой Даниил и ляхи. 1234 г.». Литография. Ок. 1836 г. (РГБ)
Нападение во все времена слыло лучшей формой обороны, поэтому Даниил в 1234 г. решил вмешаться в междоусобие южнорусских князей. Михаил Черниговский и князь Изяслав из северской ветви Рюриковичей воевали против великого киевского князя Владимира Рюриковича. Владимир Киевский, как мы видели, оказал в свое время помощь Даниилу, и Даниил Романович счел своим долгом поддержать Владимира Рюриковича. Даниил Волынский поначалу успешно выступил против Михаила Черниговского.
Однако при возвращении дружины Даниила из черниговского похода, на него у Торческа напали половцы, союзники Михаила Черниговского. Войско Даниила было разбито. Галичане не прощали своим князьям поражений. Галицкие бояре из числа противников Даниила тут же совершили политический переворот. Великим князем Галицким в 1235 г. был провозглашен Михаил Черниговский, а в Киеве на какое-то время утвердился его союзник Изяслав. Желая расширить круг своих союзников, волынский князь Даниил Романович в 1235 г. ездил в Венгрию и присутствовал на коронации Белы IV в Фехерваре. Добрые отношения с Венгрией нужны были князю, чтобы получить Галич, а возможно и Киев. После смерти Владимира Рюриковича в 1236 г. Даниил сам стал претендовать на Киев. Между тем Киев в 1238 г. занял Михаил Черниговский, а Галич перешел к его сыну Ростиславу. Даниилу нужна была не столько военная помощь мадьяр, сколько их невмешательство в галицко-волынские дела, что и было обеспечено. В 1239 г. Даниил Романович сумел выгнать Ростислава из Галича. При подходе войск Даниила к Галичу бояре сами отправили князя Ростислава к отцу и отворили ворота Даниилу. Последний не провел репрессий в Галиче против сторонников черниговских князей, но решил сделать своей резиденцией новый построенный им самим город – Холм.
Вскоре в руках Даниила оказался и Киев. Обладая Волынским княжеством, где теперь сидел его верный вассал и брат Василько, а также Галицией и Киевщиной, великий князь Даниил Романович превратился в одного из самых могущественных русских правителей. Теперь он мог попытаться вернуться к той политике усиления центральной власти, которую вели в свое время Владимир Мономах с Мстиславом Великим, и о которой мечтал в начале XIII в. его отец Роман.
Однако начавшееся татаро-монгольское нашествие перечеркнуло эти планы.
Объединить Русь, победить Орду
Бату-хан. Рисунок XIII в.jpg
Бату-хан. Рисунок XIII в.
Бату-хан (прозванный на Руси Батыем), внук «сотрясателя вселенной» Чингисхана, привел свои многочисленные и разноплеменные войска к русским границам. Правой рукой Батыя являлся его воспитатель, известный на Руси по битве на Калке Субедей-богатур. В 1236 г. была покорена Волжская Булгария. В декабре 1237-1238 гг. Батый разгромил силы Великого княжества Рязанского и Великого княжества Владимиро-Суздальского. Монголо-татары взяли в январе-апреле 1238 г. в северо-восточных русских землях 14 городов, включая новгородский пригород Торжок, но, испугавшись надвигающейся весенней распутицы, которая сделала бы для их конницы непроходимыми русские леса и болота, не дойдя до Великого Новгорода 100 км, повернули назад. Не желая идти уже опустошенными территориями, Батый прошел по пограничью Смоленского и Черниговского княжеств. Неожиданно для хана стойкое сопротивление оказал черниговский городок Козельск. Здесь полегло до 4 тыс. воинов Батыя, за что они и прозвали Козельск «злым городом». Уничтожив город и его жителей, Бытый отошел в Поволжские степи. Здесь летом и осенью 1238 г. он победил и присоединил к себе половцев. Лишь старый хан Котян не покорился и увел несколько тысяч своих людей в Венгрию.
Эти несчастья Северо-Восточной Руси и ее восточных соседей не привели к прекращению ни междоусобиц на Юге Руси, ни даже к прекращению участия в них северо-восточных князей. Так брат великого князя Владимиро-Суздальского Юрия - Ярослав Всеволодович (отец Александра Невского) как-то случайно «заскочил» в Киев. Но смерть великого князя Владимиро-Суздальского Юрия в битве на р. Сити 4 апреля 1238 г., открыла Ярославу путь на владимирский великокняжеский стол, и он вернулся восвояси.
Конечно, удельный князь переяславль-залесский Ярослав Всеволодович был случайным претендентом на Киев. А смертельную борьбу за «матерь городам русским» вели мономахович великий галицко-волынский князь Даниил Романович и представитель более старшей, по родовому счету, ветви Рюриковичей, потомок Святослава II (третьего сына Ярослава Мудрого) великий чернигово-северский князь Михаил Всеволодович.
Оба князя попеременно владели Киевом. В 1239 г. городом завладел Даниил. В преддверии Батыева похода на Южную и Юго-Западную Русь и Даниил, и Михаил отбыли в Польшу и Венгрию в надежде, что через династические браки своих сыновей они сумеют добиться военного союза с ближайшими зарубежными соседями Руси и вместе с ними выступят против монголов. Михаил успешно женил своего сына на дочери венгерского короля. Сватовство сына Даниила Галицкого Льва к другой дочери венгерского короля затянулось (брак был осуществлен лишь в конце 1240-х гг.) Что же касается военного союза против Батыя, то здесь оба великих князя не преуспели.
Хан Батый ''пытает'' боярина Дмитра.jpg
Хан Батый «пытает» боярина Дмитра о кн. Данииле Романовиче, бежавшем в Венгрию. Миниатюра из Лицевого летописного свода. 70-е гг. XVI в. (РНБ. F.IV.225.Л. 367 об)
Тем временем Батый в 1239 г. завоевал Чернигово-Северскую и Переяславскую земли. Двоюродный брат Батыя хан Мунке (Менгу-хан) подошел к Киеву. Очарованный его красотой, Мунке предложил киевлянам сдаться на выгодных условиях. Даниил Галицкий оставил в Киеве своего боярина тысяцкого Дмитра. Киевляне не приняли предложение Мунке и убили послов. Мунке не имел приказа джихангира (главнокомандующего) Бату-хана о штурме города и отошел. Но злая доля не миновала Киев. В сентябре 1240 г. он был осажден главными силами Батыя, а в декабре пал в ходе штурма. Большая часть защитников города и оставшегося в нем населения была перебита. Воеводу Дмитра, захваченного в плен, Бату-хан пощадил «за храбрость его» и приблизил к себе.
В 1241 г. Батый уже воевал в Галицко-Волынской земле. Пал Владимир-на-Волыни, Галич, Каменец, Ладыжин-на-Буге и ряд других городов. Но были и такие юго-западные города, которые Батый не взял (к примеру, неприступный Кременец с каменным замком) или которые обошел. В отличие от Владимиро-Суздальского княжества значительная часть военных ресурсов Галицко-Волынского княжества сохранилась и после Батыева нашествия на Южную и Юго-Западную Русь в 1239-1241 гг. В 1241 г. двумя потоками через Волынь и Галицию полчища Батыя ушли в Венгрию и Польшу. По версии русских летописей, это было сделано по совету пленного воеводы Дмитра, который таким образом желал помочь своей земле. Западная Русь (Полоцкая, Минская, Пинская и прочие земли) вообще не была затронута походами Батыя на Русь 1237-1241 гг.
Татарское нашествие в Венгрии


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Донской Дмитрий Иванович
Донской
Дмитрий Иванович
12 октября 1350 - 19 мая 1389
Сражения и победы
Князь Московский и великий князь Владимирский, прозванный Донским за победу в битве на Куликовском поле.
Княжение Дмитрия Донского (1359-1389) оказалось переломной эпохой не только в истории Московского княжества XIV в., но и в истории всей Руси. Князь Дмитрий Иванович первым из московских правителей начал борьбу за освобождение русских земель от ордынской зависимости, под его руководством была одержана первая крупная ПОБЕДА над ордынским войском 8 сентября 1380 г. на Куликовом поле. Причислен к лику святых в 1988 г., в год тысячелетия крещения Руси.

Дмитрий Донской и его предшественники на московском престоле
Дмитрий Иванович родился 12 октября 1350 г. в Москве от второго брака[1] удельного князя Звенигородского Ивана Красного (годы жизни: 1326-1359), второго сына великого князя Московского и Владимирского Ивана I Калиты (годы правления: 1325-1340). Мать княжича Дмитрия звали Александрой Ивановной. Больше о ней ничего не известно.
200left.png
Дмитрий Донской. Художник С. Кириллов
Отец Дмитрия стал великим князем в 1353 г. после смерти от чумы своего старшего брата Симеона Гордого. Прозвание «Красный» он, очевидно, получил за свою внешность. Летописцы также называли его «Кротким» и «Милостливым», наверное, за особенности характера.
На Руси в то время стояла «великая тишина». После подавления Тверского восстания 1327 г. татаро-московской ратью во главе с Иваном Калитой, Тверь утратила былое значение, ярлык на великое княжение Владимирское перешел к московскому князю Ивану I Калите. Он был верным улусником золотоордынских ханов и завещал эту роль сыновьям - Симеону и Ивану.
Однако политика услужения московскими князьями Орде имела и положительную сторону, причем не только для возвысившегося Московского княжества, но и для всей Северо-Восточной Руси, находившейся с 1243 г. в зависимости от Золотой Орды. С 1327 по 1367 г. не было ни одной татарской рати на русские земли. Это позволило восстановить хозяйство. Пришло новое поколение русских людей, не видевших ордынского погрома и не боявшихся татар.
Другим достижением деда Дмитрия Донского являлся переход права сбора ордынского выхода от баскаков к великому князю Владимирскому. Часть дани оседала в московской казне, что благотворно влияло на внутреннее положение московских земель. В столице Иван Калита построил новый дубовый кремль и заложил первый каменный успенский собор. Дружба Ивана Калиты с митрополитом Петром усилила церковные позиции Москвы, а преемник Петра грек Феогност вообще перенес резиденцию митрополитов Руси из Владимира в Москву (1328).
Москва во времена Ивана Калиты. Художник А. Васнецов
Москва во времена Ивана Калиты. Художник А. Васнецов
Московский Кремль

Правившие после смерти Калиты Симеон Гордый (1340-1353) и Иван II Красный (1353-1359) продолжили политику отца. Шел, начатый еще при младшим сыне Александра Невского и первом московском князе Данииле (1276-1303), процесс расширения территории Московского княжества. В 1301 г. у Рязани отвоевали Коломну, а в 1303 г у Смоленска - Можайск. По завещанию племянника Ивана Дмитриевича Даниил Московский получил большое Переяславль-Залеское княжество. Иван Калита прикупил некоторые земли у разных русских князей. При Симеоне к Москве в 1351 отошел Юрьев Польский, при Иване II - костромские и Дмитровские земли, а с 1353 г. и Верея постепенно закрепилась за Москвой. Попытка великого князя Литовского и Русского Ольгерда захватить Можайск, не удалась, хотя Иван II предоставил можайцам право самим отбиваться от Ольгерда или принять его.
Как мы видим, предшественники князя Дмитрия Ивановича на московском престоле сделали неплохой задел. Однако радужной картина жизни и Московского княжества, и всей Руси да и всех европейских и азиатских стран в середине XIV в. не была. Эпидемия «черной смерти» - чумы поразила все страны Старого Света кроме Польши, унеся от 30 до 40% населения. На Русь чума приходила дважды. От нее скончались Симеон Гордый со всей своей семьей, от чумы умер 13 ноября 1359 г. в возрасте 33 лет и отец Дмитрия Донского. На момент его кончины в московской княжеской семье осталось 3 мужчины, один младше другого. Сыновьям Ивана II Дмитрию и Ивану (1354-1364) было соответственно 9 и 5 лет; от младшего брата Ивана II удельного серпуховского князя Андрея, погибшего тоже от чумы в 1354 г., остался 5-летний сын Владимир. Как старший по родовому счету и по возрасту, Дмитрий Иванович занял московский престол.
Великокняжеский владимирский стол маленький князь Дмитрий Московский утерял. В Золотой Орде не было практики выдавать ярлыки на великое княжение вассалам-детям. Ярлык ушел в Суздальско-Нижегородское княжество.
Иван II, умирая, оставил сына-наследника и его княжество на попечении московских бояр и митрополита Алексея (в миру Елевферий), близкого московской княжеской семье. Отец Алексея, крупный черниговский боярин Федор Бяконт, перешел с 2 тыс. своими людьми на службу в Москву еще в конце XIII в. Крестным отцом будущего митрополита стал княжич Иван, будущий великий князь Иван Калита. Елевферий рано принял монашество. Природный ум и близость к Ивану Калите и митрополиту Феогносту позволили ему сделать блестящую духовную карьеру. В 1354 г. константинопольский патриарх утвердил Алексея митрополитом всея Руси. Уже при Иване II митрополит Алексей был, по сути, главой московского правительства, а при малолетнем Дмитрии уже официально возглавил его как опекун московского князя.
Русь и Золотая Орда
в годы детства Дмитрия Донского
Пик могущества Золотой Орды XIV в. пришелся на правление хана Узбека. Мусульманин Узбек, став золотоордынским правителем, решил порвать со старинной монгольской политеистической традицией веротерпимости. В 1314 г. он объявил ислам государственной религией Золотой Орды и стал жестоко бороться с теми своими подданными, которые пытались продолжить исповедывать старые культы своих отцов. Многие мурзы даже бежали от религиозных преследований на Русь, где постепенно приняли православие, войдя в среду русской аристократии. Впрочем, хан Узбек не запрещал вассальной от Золотой Орды части Руси держаться православия. Он подтвердил и даже расширил привилегии русской православной церкви, по преданию, в знак благодарности митрополиту Алексею, который сумел излечить ханскую жену Тайдулу от слепоты.
После смерти Узбека в 1341 г. престол занял его старший сын Тинибек (1341-1342), которого вскоре сверг его брат Джанибек, убив вместе с еще одним своим братом и конкурентом Хирзой. Однако и сам хан Джанибек через 14 лет пал жертвой заговора от рук собственного сына Бердибека, который поспешил уничтожить также 12 своих братьев. Все эти перевороты, сопровождаемые насильственной смертью золотоордынских ханов, свидетельствовали о постепенной ослаблении центральной власти в Золотой Орде.
И действительно вскоре она погрузилась в 25-летний хаос, названный русскими летописями «великой ордынской замятней». Хана Бердибека (1357-1359) в августе 1359 г. уничтожил некий Кульпа. Сам Кульпа утверждал, что он сын хана Джанибека и брат Бердибека, но большинство источников называют его самозванцем. Кульпа удержался на престоле с 1359 по 1360 гг., а вообще в период с 1359 по 1380 г. на золотоордынском троне побывало 25 правителей из разных ветвей Чингизидов (потомков старшего сына Чингисхана хана Джучи, отца Батыя). Со смертью Бердибека династия Батуидов (потомков Батыя) в Сарае прервалась, на престол «охотились» отпрыски младших братьев Батыя, особенно потомки Минг-Тимура.
Золотая Орда фактически распалась на отдельные автономные улусы. В ее западной части Дунайской (Крымской или Причерноморской) Орде в качестве регента при слабых правителях Батуидах (сначала ханом был Абдуллах, после его смерти в 1370 г. на престол взошел 8-летний Мухаммед-Булак) укрепился темник Мамай. Он являлся внуком Исатая, близкого к хану Узбеку эмира, и был женат на дочери убитого хана Бердибека. При Бердибеке Мамай занимал одну из высших золотоордынских должностей. Он был беклярбеком, к ведению которого относилось руководство армией, внешняя политика и верховный суд. Мамай сразу объявил Кульпу узурпатором и самозванцем. Беклярбек хотел видеть на золотоордынском престоле в Сарае Абдуллаха, но это не встретило единодушия среди влиятельных царевичей, эмиров и мурз. Последующая 11-летняя (1359-1370) война Мамая за права его ставленника увенчалась лишь тактическими успехами. Единство Золотой Орды Мамай не восстановил, хотя на время установил свой контроль над Белой Ордой (правобережье Волги), а в 1363, 1367-1368, 1372-1373 гг. захватывал золотоордынскую столицу город Сарай. Ставка самого Мамая и его ханов находилась в низовьях Днепра у города Укек. Сейчас это место затоплено Каховским водохранилищем.
Золотая Орда и центры собирания русских земель в середине XIII - середине XIV вв.
Батыево нашествие на Русь 1237-1241 гг. имело огромные последствия для русской истории. Нашествие углубило и, как показали последующие столетия, сделало необратимым раскол древнерусского пространства на три самостоятельные части: независимую от Батыя Западную (Белую) Русь и попавшие под вассалитет от государства Батыя, Золотой Орды, Южную Русь и Северо-Восточную Русь с северо-западными Новгородом и Псковом. Однако процесс формирования самостоятельных этносов на названных территориях шел долго: с конца XIII по XVII в. Он и не был до конца завершен даже в XVIII - начале ХХ столетия.
С середины XIII в. главной национальной задачей для всех земель, ранее составлявших единое древнерусское пространство, стала борьба с ордынским игом или возможным распространением его на не завоеванные в свое время Батыем земли. Неудачный опыт локальных восстаний в Северо-Восточной Руси в 1252 и в 1263 гг., как и неудачная в стратегическом плане борьба галицко-волынских князей против ордынской зависимости, свидетельствовали, что покончить с игом «сарайских царей» можно только объединив усилия всех княжеств, одновременно дождавшись ослабления самой Золотой Орды.
История выдвинула две альтернативы в деле объединения Руси. Одной стала консолидация русских земель в рамках великого княжества Литовского и Русского. Эта страна возникла в середине-конце XIII в. как союз литовских и западнорусских земель в ответ на агрессию крестоносцев и претензии золотоордынцев. При Гедимине и его сыне Ольгерде в составе литовско-русского государства оказались 8 из 12 независимых земель, на которые после 1132 г. распалась Киевская Русь.
Крупнейшим геополитическим событием середины XIV в. явилась Битва у Синих вод. Воспользовавшись «великой замятней» в Орде, великий князь Литовский и Русский Ольгерд 25 декабря 1362 г. разгромил золотоордынских ханов, контролирующих Южную Русь, и присоединил южнорусские княжества к своему государству. Так пало ордынское иго на будущей Украине. Южнорусские и западнорусские княжества составили большую часть территории и населения великого княжества Литовского и Русского. Летописание княжества шло на русском языке, а суд вершился по «Русской Правде». Само княжество представляло собой федерацию земель, где власть великого князя в значительной степени была ограничена необходимостью учитывать интересы местных князей и городов Литвы и западно- и южно-русских областей, русско-литовской аристократии и дружины.
Гедиминовичи стремились распространить свой успех в деле консолидации русских земель на Северо-Восточные русские княжества и Новгород с Псковом. Однако здесь они встретили не только противодействие Золотой Орды, но и сопротивление самого Северо-Восточного и Северо-Западного русского пространства.
Сначала Тверь, а потом Москва стали здешними собирателями земель. Оба княжества тяготели к унитарности и росту центральной княжеской власти. Это была совершенно другая в сравнении с литовско-русским княжеством модель государственности. Отличия между Тверью и Москвой в первой половине XIV в. состояло в особенностях внешнеполитической ориентации. Тверские князья часто входили в династические браки с Гедиминовичами, что потенциально могло привести (но на деле не привело) к возникновению литовско-тверского союза против Орды. Первые московские князья ориентировались на поддержку золотоордынских царей. Московские князья всегда отставали на одно поколение от тверских, и это в силу древнерусского очередного порядка престолонаследия лишало их права на владимирский великокняжеский стол. Однако в условиях ига выше всех древнерусских правовых норм стояла воля хана. Он мог любому выдать ярлык на великое или удельное княжение. Пролитовские связи тверских князей заставили Золотую Орду благосклонно смотреть на московских правителей, а те, воспользовавшись помощью Орды, победили Тверь. Москва постепенно стала более сильным центром в деле объединения вокруг себя Северо-Русских земель.
Князь Дмитрий Иванович и князь Дмитрий Константинович в борьбе за великокняжеский ярлык
Успехи предшественников и ослабление Золотой Орды открыло перед молодым московским князем Дмитрием Ивановичем перспективы нового военно-политического курса. Он первым из московских князей превратился из «верного улусника», наращивающего свой удел, в борца за национальные интересы всей Руси, которые требовали свержения ига. Князь Дмитрий не упустил такой возможности, и именно за это великий российский историк В.О. Ключевский дал ему оценку как выдающемуся государственному деятелю, в противовес предшественникам, которые представлялись историку прагматичными удельными «хищниками».
Мы уже говорили, что вступив на московский престол, 9-летний князь Дмитрий утратил ярлык на великое княжение Владимирское. Возвращение ярлыка стало одной из главных задач московского боярского правительства и митрополита Алексея.
В январе 1360 г. хан Кульпа с двумя сыновьями был убит Науруз-ханом, который тоже объявлял себя сыном хана Джанибека. Науруз-хан выдал ярлык на великое княжение Владимирское великому суздальско-нижегородскому князю Андрею Константиновичу, а тот передал его своему брату и наследнику Дмитрию Константиновичу. В свое время ярлыка на великое княжение Владимирское добивался еще отец Андрея и Дмитрия суздальско-нижегородский князь Константин Васильевич, но золотоордынский хан Джанибек послал ярлык Ивану II Московскому. 22 июня 1360 г. Дмитрий Константинович въехал во Владимир.
Но пробыл он великим князем Владимирским недолго. В 1362 г. очередной сарайский правитель хан Мюрид решил передать ярлык 12-летнему князю Московскому. В это время митрополит Алексей вместе с Дмитрием отправились к наиболее сильному ордынскому правителю: в Причерноморскую Орду к Мамаю, и тот выдал от имени своего ставленника хана Абдуллаха князю Дмитрию ярлык на великое княжение Владимирское (1363). Тогда же договорились с Мамаем о снижении размера дани, которую земли Владимирского княжения должны платить Орде. Узнав про это, хан Мюрид опять дал ярлык Дмитрию Константиновичу. Однако московское войско заставило Дмитрия Константиновича суздальско-нижегородского князя покинуть номинальную столицу Северо-Восточной Руси.
Дмитрий Константинович не собирался сдаваться. Однако со времен Ивана Калиты владимирским ярлыком владели московские князья, и на Руси постепенно стали смотреть на них, как на законных обладателей владимирского великокняжеского стола. Даже младший брат Дмитрия Константиновича Суздальско-Нижегородского Борис, видя приготовления «брата старейшего» к войне с Москвой, говорил, что он зря это затеял и ярлыка «не удержать». Кроме военных стычек между Москвой и Суздалем шла дипломатическая борьба. Сын Дмитрия Константиновича Василий поехал в 1364 г. в Орду к новому хану Азизу, желая выторговать ярлык для отца. Но московская дипломатия не дремала, и в итоге ярлык остался за Москвой.

И. Глазунов. Князь Дмитрий Донской. 1961-1980 гг.

Не случилось и большой войны между Москвой и Суздалем. Пока Дмитрий Константинович грезил о великом княжении Владимирском, его младший брат Борис чуть не увел у него великокняжеский суздальско-нижегородский стол. 2 июня 1365 г. умер старший Константинович - Андрей, городецкий удельный князь Борис въехал в Нижний Новгород и «не в очередь» объявил себя великим князем. Дмитрий Константинович был вынужден обратиться за помощью ко вчерашнему сопернику Дмитрию Московскому. Когда же ему в 1366 г. опять привезли из Орды ярлык на великое княжение Владимирское, он отказался от него в пользу Дмитрия Московского и признавал 15-летнего великого князя Московского и Владимирского «братом старейшим». Военно-политический союз двух Дмитриев был оформлен браком московского князя Дмитрия с дочерью Дмитрия Константиновича Евдокией. Свадьба состоялась 18 января 1366 г. Сыграли ее в Коломне, т.к. Москва полностью выгорела от очередного пожара. Не устоял даже дубовый кремль Ивана Калиты, стены которого были обмазаны глиной и побелены известью.
Вскоре московская рать во главе с Дмитрием Ивановичем выступила к Нижнему Новгороду. Тамошние бояре не решились воевать за Бориса, и все кончилось миром. Суздальско-Нижегородский великокняжеский престол отошел законному наследнику Дмитрию Константиновичу.
Однако не только свадьбой и борьбой за права тестя занимался в то время юный князь Дмитрий Иванович. Он затеял в Москве грандиозное строительство. В зиму 1367 г. «князь великий Дмитрий Иванович, - сообщает Рогожская летопись, - погадав с братом своим Володимиром Андреевичем и со всеми боярами старейшими и задумал ставить город каменный Москву, да что умыслил, то и сотворил» (ПСРЛ. Т. XV. Вып. 1. С. 83. Перевод на современный русский язык автора). Известняковые камни для строительства Кремля возили на санях по руслу замерзшей реки Москвы, а весной сплавляли на плотах из Мячковских каменоломен, которые находились недалеко от Москвы.
Достоверно не известно, каким был новый московский кремль. Одни историки полагают, что каменными были только башни, а стены были деревянные и только обложенные известняковыми блоками. Другие историки настаивают, что стены тоже были каменные, и их строительство не завершилось в 1367 г., а продолжалось постепенно почти все княжение Дмитрия Ивановича. В доказательство своего предположения, эти исследователи приводят летописное сообщение о том, что воины Тохтамыша во время осады Москвы в 1382 г. москвичей «…с стен збиша…, еще бо граду тогда ниску сущу» (т.е. стены были не достроены и низки). Археология мало что может подсказать для решения этого спора историков, потому что при Иване III в конце XV в. кремль Дмитрия Донского был полностью разобран при возведении итальянскими мастерами новой кирпичной крепости.
Так или иначе, но к концу 1360-х гг. белокаменный московский кремль оказался самой мощной крепостью Северо-Восточной Руси и первой ее каменной цитаделью. Прежде каменный детинцы имели только Новгород и Псков на Северо-Западе Руси.
Князь Дмитрий Иванович и князь Михаил Александрович в борьбе за великокняжеский ярлык
Каменный кремль очень пригодился москвичам. 17-летний Дмитрий стал проявлять себя, как решительный и самостоятельный князь. Сначала, как мы видели, он сумел не только отстоять свои права на Владимирское княжение (т.е. стать официально старшим среди прочих северо-восточных князей), но и разрешить спор суздальско-нижегородских князей. В 1367 г. Дмитрий не побоялся вмешаться в распрю тверских князей.
Удельный микулинский князь Михаил Александрович согнал с великокняжеского тверского стола своего дядю кашинского князя Василия Михайловича. Дмитрий Московский решил восстановить «справедливость». Василиий Кашинский был союзником Москвы, что было закреплено в 1349 г. его браком с Василисой, дочерью московского князя Симеона Гордого. Москвичи поддерживали Василия Кашинского еще во время прежней усобицы в Твери, когда тверской великокняжеский престол оспаривал у него его племянник (и старший брат Михаила Александровича) Всеволод Александрович Холмский. Михаил Александрович Тверской, сын и брат казненных в Орде из-за спора с Москвой великих князей Тверских и Владимирских, желал вернуть себе великокняжеский тверской стол. А после (как и случилось) он мог подумать о ярлыке и на великое княжение Владимирское. Помощь ему, как в свое время и Всеволоду Александровичу Холмскому, готов был оказать могущественный великий князь Литовский и Русский Ольгерд. Последний был женат вторым браком (1350) на сестре князя Михаила - Ульяне[2].
Князь Ольгерд со своим войском. Современный рисунок
Дмитрий Донской. Художник Ю. Ракша

В 1367 г. началась Московско-Тверская война, которая длилась до 1375 г. Сначала в 1367 г. Василий Кашинский с московскими войсками повоевал Тверскую область, а Михаил Александрович бежал в Литву к Ольгерду. Вскоре в 1368 г. митрополит Алексей зазвал Михаила Александровича Тверского в Москву на третейский суд, однако, в Москве тверского князя фактически арестовали. Только приезд на Русь трех знатных ордынцев заставил москвичей отпустить Михаила Тверского на свободу, заставив отказаться от части его земель. Раздосадованный Михаил опять поехал к Ольгерду.
В том же году Ольгерд вторгся в московские владения. В Москве успели выслать навстречу ему сторожевой полк во главе с боярином Дмитрием Мининым, а князь Дмитрий Иванович с братом Владимиром Серпуховским и митрополитом Алексеем стали готовить свою столицу к осаде. Окрестные села сожгли. Их население со скарбом переместили за московские крепостные стены. Средневековые войны в Европе велись не столько битвами противников. Это была лишь верхушка тогдашнего военного айсберга. Главное, что делали полководцы, - это врывались на чужую территорию и начинали ее «пустошить»: захватывать в плен людей, забирать имущество и скот. Все это увозил к себе ПОБЕДИТЕЛЬ, а постройки и урожай врага сжигались. Так действовали и русские князья в роли военачальников, когда воевали друг с другом или с внешним противником. Подрыв экономического потенциала противника являлся основным шансом на успех.
21 ноября 1368 г. Ольгерд разбил московский сторожевой полк у реки Тростны. У пленников он выведал, что великий князь Дмитрий в Москве, и, «пустоша» округу, рванулся к Москве. Осада длилась 3 дня и 3 ночи, но взять с ходу новую каменную крепость литовско-русский правитель не смог. Впервые за 40 лет Московское княжество было опустошено так, что московские летописцы сравнили нашествие Ольгерда («литовщину») с Батыевым походом.
Интересно, что западнорусские летописи, рассказывая о походе своего князя, сообщали, что «Русь ходила на Москву и победила». Полки Ольгерда состояли в основном из западно-русских воинов. Вообще, как великий князь Литовский и Русский, Ольгерд преимущественно занимался русскими делами, а его брат и фактический соправитель Кейстут Гедиминович управлял литовскими владениями и бился с крестоносцами за Жмудь, которая то была у Литвы, то захватывалась Ливонским Орденом.
По итогам «литовщины» москвичи вынуждены были вернуть Михаилу Тверскому Городок и прочие отторгнутые у него земли. Однако Дмитрий Московский не собирался сдаваться. В 1369 г. он обрушился на Смоленское княжество, союзника Ольгерда по походу на Москву 1368 г. Москвичи опустошили Смоленские волости и двинулись разорять Брянские земли, владения великого княжества Литовского и Русского. В 1370 г. возобновилась и война с Михаилом Тверским. Михаил бежал в Вильну, а Дмитрий Московский во главе сильного войска пожег тверские города Зубцов и Микулин и множество сел вокруг их. С великим полоном московские полки ушли к себе.
Ольгерд, занятый войной с крестоносцами, смог ответить на удар Дмитрия Московского лишь в конце 1370 г. Состоялась вторая «литовщина». Ольгерд вел полки своих сыновей и братьев, а также с ним выступили войска великого князя Тверского Михаила и великого князя Смоленского Святославава. Поход не был неожиданным для москвичей. Князь Дмитрий хорошо подготовил пограничный город Волоколамск к отражению атаки.
В 1370 г. под Волоколамском произошло двухдневное сражение. С московской стороны им руководил князь Василий Иванович Березуйский, который погиб от раны, полученной в ходе боя. Князь Василий находился на мосту, когда вражеский воин, оказавшийся под мостом, пронзил его снизу копьем. Не сумев взять Волоколамск, Ольгерд двинулся к Москве. В декабре 1370 г. его полки появились около столицы князя Дмитрия. Новая осада Москвы Ольгердом длилась 8 дней и тоже не принесла ему успеха. Обороной Москвы руководил на этот раз один 19-летний великий московский и владимирский князь Дмитрий. Митрополит Алексей поехал за помощью в Нижний Новгород, а 15-летний князь Владимир Серпуховской успел съездить к великому князю Рязанскому Олегу и привести от него на подмогу рязанские и пронские полки. Владимир занял городок Перемышль и готовился нанести удар во фланг армии Ольгерда.
Неудача под Москвой и угроза долгой войны в зимнее время с москвичами и их союзниками заставила Ольгерда пойти на переговоры. Ольгерд и Дмитрий договорились о перемирии «до Петрова дня». Так же по некоторым источникам шла речь о возможном в будущем браке двоюродного брата Дмитрия Московского князя Владимира Андреевича Серпуховского с Еленой, дочерью Ольгерда и соответственно племянницей тверского князя Михаила Александровича. Брак состоялся летом 1371 г. и был устроен митрополитом Алексеем в то время, когда Дмитрий Московский находился в Орде. По другим источникам этот брак состоялся в 1372 г. и венчал собой очередное замирение Ольгерда и московских князей. Покидая московские земли в 1370 г., Ольгерд, по сообщению летописцев, шел «с опасением», «боясь погони».
В ходе войны с Михаилом Тверским у Дмитрия Московского осложнились отношения с ордынцами, включая прежнего к нему доброхота темника Мамая. Московский князь оказался совсем не тем «улусником», на которого рассчитывал Мамай, давая в свое время ему ярлык на великое княжение. В 1370 г. Мамай решил передать ярлык на великое княжение Владимирское великому князю Тверскому Михаилу Александровичу. В 1371 г. князь Михаил съездил в Орду за ярлыком и два года (1371-1372) провел в военных походах против Дмитрия Московского. Он опустошил Костромскую волость, взял Мологу, Углич и Бежецк. Вместе с Кейстутом Гедиминовичем и Андреем Ольгердовичем пытался захватить Переяславль Залесский. «Взял град Дмитров, а посад и села пожже, а бояр многое множество и людей с женами и детьми сведе в Тферь», - повествует «нейтральная», составленная на русском Севере летопись Авраамки. Желая поставить под свой контроль Новгород Великий Михаил Александрович занял Торжок.
200left.png
Дмитрий Донской на памятнике 1000-летие России. Великий Новгород
Однако все эти дела тверского князя не переломили ход событий в его пользу. Еще в 1371 г. владимирцы не пустили князя Михаила с его ярлыком в город, а московский князь Дмитрий отказался ему присягать. Ордынский посол, который ехал с Михаилом, чтобы ввести его в великое княжение Владимирское отбыл в Москву, где через него выкупили из Орды тверского заложника княжича Ивана, сына Михаила Тверского. За княжича Дмитрий Московский заплатил сумму, превышающую годовой выход со всех княжеств великого княжения Владимирского. Теперь Иван Михайлович стал заложником в Москве. На стороне Михаила Тверского опять выступил Ольгерд, а навстречу ему вышел Владимир Серпуховской. Но воевать они не стали. Под Любутском между великим княжеством Литовским и Русским с одной стороны и великим княжеством Московским с другой был, наконец, заключен мир (1372).
Теперь Михаилу Тверскому надо было рассчитывать только на свои силы. Между тем Дмитрий Московский сумел собрать вокруг себя коалицию всех князей Северо-Восточной Руси, а к тому же вернул себе ярлык на великое княжение Владимирское. Великий князь Московский Дмитрий Иванович в 1371 г. с дарами съездил к Мамаю, и тот от имени нового хана 9-летнего Мухаммада-Булака дал ему ярлык на великое княжение Владимирское. Однако князь Дмитрий Иванович не торопился собирать для Мамаевой Орды дань или помогать Мухаммад-Булаку бороться с другими Чингизидами за Сарайский престол. Кстати, перестал возить в Сарай ордынский выход и великий князь Рязанский Олег Иванович. (Рязанское княжество не входило в великое княжение Владимирское, а великие владимирские князья не являлись «братьями старейшими», т.е. сеньорами для рязанских князей). В 1374 г. отношения Мамая и Дмитрия Московского окончательно испортились.
В это время рано возмужавший князь Дмитрий Иванович уже не нуждался в боярской опеке. Конечно, это не всем нравилось в Москве. В 1374 г. из Москвы в Тверь бежали два знатных боярина - Некомат Сурожанин и Иван Васильевич Вельяминов (сын последнего московского тысяцкого, нового тысяцкого князь Дмитрий решил не назначать). С появлением московских перебежчиков в Твери Михаил Александрович Тверской начал новую кампанию против Дмитрия Московского. Тверской князь опять получил ярлык на великое княжение Владимирское (1374) и напал на Торжок и Углич. Однако почти все князья великого княжения Владимирского и даже великий князь Смоленский Святослав на этот раз выступили на стороне Москвы.
Ханский ярлык тверского князя на фоне продолжавшейся в Орде «великой замятни» мало что уже значил. В московской волости - Переяславле Залесском в 1374 г. произошел съезд князей, которые ратовали, как предполагает ряд историков, за совместную борьбу против Орды. В Переяславль приехали не только князья подконтрольной Орде Северо-Восточной Руси, но и князья из великого княжества Литовского и Русского. После съезда тесть Дмитрия Московского суздальско-нижегородский князь Дмитрий Константинович велел своему сыну Василию Кирдяпе уничтожить ордынского посла Сарайку и его отряд, находившийся в Нижнем Новгороде, что и было сделано. А в 1375 г. новгородские ушкуйники на 70 лодках совершили набег на Булгар и Сарай. Булгар откупился от них данью, а столица Золотой Орды была взята и разграблена.
Нападение Михаила на Торжок и Углич вызвало ответный поход коалиции во главе с Дмитрием Московским на Тверь. Ольгерд на сей раз не вступил в прямой конфликт с Москвой, а лишь пожег смоленское пограничье в отместку Святославу Смоленскому за отход от смоленско-тверского союза.
В 1375 г. Михаил Тверской вынужден был признать ярлык на великое княжение Владимирское «вотчиной» московских князей (т.е. наследственным для московских князей), князя Дмитрия Ивановича он признавал «братом старейшим» (т.е. становился его вассалом) и обещал, «если переменить Бог Орду» и случится Дмитрию Московскому с ней воевать, тоже воевать с ордынцами. Этот пункт княжеского докончания (договора) содержал первое в истории указание на намерение Москвы прекратить быть «верным улусником ханов» и возглавить борьбу русских княжеств за освобождение от ордынского ига. Интересно, что третейским судьей в 1375 г. в споре Михаила Тверского и Дмитрия Московского выступил великий князь Рязанский Олег Иванович.
Начало войны с Ордой. Битвы на Пьяне и на Воже
Река Пьяна. Фото К. Юсупова
Река Пьяна. Фото К. Юсупова
В 1377 г. царевич Арапша (хан Араб-шах из Синей Заяицкой Орды[3]) готовился к набегу на нижегородские земли. Некоторые источники сообщают, что Арапша с 1376 г. служил Мамаю, по другим - он был враждебен Мамаю. Сведения о готовящемся набеге ордынцев просочились на Русь. Навстречу Арапше вышло объединенное войско из нижегородцев, владимирцев, москвичей, муромцев, ярославцев, рязанцев. Арапша не появлялся. Воины сняли доспехи, забавлялись охотой и пировали. Русский лагерь находился на левом берегу реки Пьяны в 100 верстах от Нижнего Новгорода. Арапша не появлялся. Князь Дмитрий Московский решил, что его набег не состоится, и увел свои войска восвояси. Между тем мордовские князьки тайно подвели ордынский отряд к русскому лагерю. 2 августа 1377 г. татары неожиданно атаковали московских союзников и нанесли им страшное поражение. «Повесть о побоище на реке Пьяне», один из главных источников об этом событии, приписывает разгром русских полков не людям Арапши, а татарам из Мамаевой Орды.
В «Повести о побоище на реке Пьянее» читаем:
И ту убиша князя Семена Михайловичя и множество бояръ. Князь же Иван Дмитреевич прибѣгоша в оторопѣ к рѣцѣ ко Пьянѣ, гоним напрасно, и вержеся на конѣ в рѣку и ту утопе, и с ним истопоша в рѣцѣ множество бояръ и слугъ и народа безчислено. Сиа же злоба съдѣяся мѣсяца августа въ 2 день, на память святаго мученика Стефана, в недѣлю, въ 6 час дне от полудне.
Татарове же одолѣвше христианом, и сташа на костех, полонъ весь и грабеж оставиша ту, а сами поидоша к Новугороду к Нижнему изгоном, без вести. Князю же Дмитрею Костянтиновичю не бысть силы стати противу ихъ на бой, но побѣжа в Суждаль. А люди горожане новогородстии разбѣжашася в судѣх по Волзѣ к Городцу. (Отрывок «Повести...» публикуется по списку Симеоновской летописи первой половины XVI в. БАН, 16.8.25. Отдельные исправления ошибочных написаний сделаны по Рогожскому летописцу. РГБ, ф. 247 - собрание Рогожского кладбища, № 253).
5 августа татары ворвались в Нижний Новгород, оставшийся без защиты, и грабили его 2 дня. Пострадали и другие города, не говоря уже о селах.
Ослабевшее нижегородское пограничье пытались атаковать мордовские вожди. Однако их набеги были пресечены князем Борисом Константиновичем Городецким, который зимой 1377 г. совместно с племянником Семеном Дмитриевичем (братом жены Дмитрия Московского) и московским полком под руководством воеводы Свибла напали на мордовскую землю и «положили ее пусту».
На следующий 1378 г. Мамай отправил на Русь новое войско под командованием мурзы Бегича. Московские и пронские (из рязанской земли) полки вышли навстречу врагу. По одной из версий, союзником Москвы был и Андрей Ольгердович, князь Полоцкий. Князь Дмитрий Иванович сумел хорошо организовать разведку планов противника, и русские перекрыли брод через приток Оки реку Вожу. Здесь собирались переправляться ордынцы. Русские заняли хорошую позицию на холме. Бегич долго не решался переходить Вожу.
Схема битвы на р. Воже 11 августа 1378 г.
Схема битвы на р. Воже 11 августа 1378 г.

Тогда Дмитрий Московский приказал отступить от реки, завлекая неприятеля. Русские полки построились дугой. Великий князь стоял в центре, а на флангах командовали московский окольничий Тимофей Вельяминов и князь Даниил Пронский (или Андрей Ольгердович). Историк А.Н. Кирпичников, известный специалист по эпохе Дмитрия Донского, считал, что фланги русского войска находились в засаде в близлежащих оврагах, и татары их не видели. Бегич неправильно представлял себе численность противника и его диспозицию. 11 августа 1378 г. конница Бегича атаковала центр, но ее, как клещами стали сдавливать русские фланги. Татары побежали. Многие из них утонули, переправляясь через реку. Погиб Бегич и еще несколько мурз. Русская летопись сообщает: «Вот имена убитых князей их: Хазибей, Коверга, Карабулук, Костров, Бегичка…А когда приспел вечер, и зашло солнце, и померк свет, и наступила ночь, и сделалось темно, то нельзя было гнаться за ними за реку. А на другой день с утра стоял сильный туман. А татары, как побежали вечером, так и продолжали бежать всю ночь. Князь же великий в этот день только в предобеденное время пошел вслед за ними, преследуя их, а они уже далеко убежали…»
Поражение и гибель Бегича в битве на Воже сильно подорвало авторитет Мамая. Темнику необходим был реванш. Теневой правитель Причерноморской Орды привык к власти и не хотел ее терять, а между тем один из ханов Заяикской Орды Тохтамыш, ставленник могучего среднеазиатского эмира Тимура[4], уже начал собирать ордынские улусы в свой кулак. В тот же год осенью Мамай опустошил Рязанское княжество и захватил его столицу Переяславль Рязанский. Великий князь Рязанский Олег Иванович, чтобы сохранить дружину, не стал оборонять город. Он ушел на север своих владений. Однако такая ПОБЕДА над рязанцами не могла восстановить авторитет Мамая. Ему нужно было разгромить действительно большие русские силы, что давало шанс устоять в борьбе с Чингизидом Тохтамышем за влияние в Золотой Орде.
Разорение татарами рязанской столицы Переяславля Рязанского. Миниатюра Лицевого свода XVI в.
Разорение татарами рязанской столицы Переяславля-Рязанского. Миниатюра Лицевого свода XVI в.

Куликовская битва
Близилось решающие столкновение с Мамаем и главное событие в жизни великого князя Дмитрия Ивановича, благодаря которому он станет великим героем русской истории.
Осенью 1380 г. Мамай повел на Русь 150-тысячное войско. В Кафе, генуэзской колонии в Крыму, Мамай нанял отряд закованной в латы западноевропейской пехоты. Темник заручился так же союзом с великим литовским князем Ягайло Ольгердовичем и рязанским князем Олегом. Это были ненадежные союзники.
Дмитрий Донской встречает союзников в 1380 г. князей Андрея и Дмитрия Ольгердовичей. Летописная миниатюра
Дмитрий Донской встречает союзников в 1380 г. князей Андрея и Дмитрия Ольгердовичей. Летописная миниатюра
Ягайло, занявший великокняжеский престол после смерти Ольгерда (1377), выжидал, желая знать победителя, и не спешил на соединение с Мамаем. Его старшие братья Андрей Полоцкий и Дмитрий Брянский со своими полками шли на Мамая вместе с Дмитрием Московским. Андрей Полоцкий был старшим сыном Ольгерда от первого брака с княжной витебской Марией Ярославной из династии Рюриковичей. Дмитрий Брянский являлся его родным младшим братом. От Дмитрия Ольгердовича вели свой род русские аристократы князья Трубецкие.
Великий князь Рязанский Олег был вынужденным союзником Мамая. После битвы на Пьяне его земля была опустошена татарской ратью в 1378-1379 гг. В 1380 г. Олег указал татарам броды на Оке, а Дмитрию Московскому послал весть об ордынском продвижении. Сам Олег «не успел» прийти на соединение с Мамаем, хотя Куликовская битва состоялась именно в его владениях.
Навстречу ордынцам вышло объединенное русское войско, состоящее из полков и отрядов различных русских земель. Местом сбора была назначена Коломна, принадлежащая Москве с начала XIV в. В одном из летописных сообщений о Куликовской битве говорилось, что с князем Дмитрием выступило 100 тыс. воинов из Московского княжества и 50 тыс. из других русских земель. «Сказание о Мамаевом побоище» свидетельствует о более чем 200 тыс. русских сил. Никоновская летопись называет цифру в 400 тыс. воинов. Эти же источники оценивают численность противника от 100 до 300 тыс. воинов. Н.М. Карамзин верил этим данным. В 100-150 тыс. человек и примерно столько же воинов Мамая оценивает силы сторон в Куликовской битве Большая советская энциклопедия (статья В.И. Буганова «Куликовская битва». БСЭ. М., 1969-1978). Однако еще предшественник Н.М. Карамзина историк XVIII в. В.Н. Татищев засомневался в таком большом числе бойцов. Он писал о 60 тыс. Историк ХХ векап С.Б. Веселовский в последних своих исследованиях склонялся к мысли, что в Куликовской битве сражалось 5-6 тыс. русских и примерно столько же татар. Большинство современных ученых дает разброс оценок от 10 до 100 тыс. участников сражения с обеих сторон.
Но в массовом русском историческом сознании укрепилось представление о грандиозности битвы у Дона в 1380 г. Никогда еще Русь не выводила на брань такого числа воинов. Шли к Дону дружинники и ополченцы из многих русских земель. Правда, не было среди них тверских, рязанских и нижегородских полков, хотя не исключено, что отдельные жители этих земель в битве на Куликовом поле участвовали. Так, хотя Михаил Александрович Тверской не прислал своего войска, как требовал московско-тверской договор 1375 г., но кашинские и холмские отряды из Тверского княжества были в объединенном русском войске. А автором поэмы о Куликовской битве «Задонщины» был, вероятнее всего, в прошлом брянский боярин, а потом рязанский священник Сафоний, непосредственный очевидец сражения.
Оборона Москвы от Тохтамыша в 1382 г. Худ. А. Васнецов
Святые Сергий Радонежский и Дмитрий Донской. Художник С. Симаков

Дмитрия Московского и его двоюродного брата Владимира Серпуховского благословил на бой с татарами русский монах-подвижник, основатель Троицкого монастыря Сергий Радонежский. Его устами русская церковь впервые с момента установления зависимости русских земель от золотоордынских ханов одобрила открытую борьбу с ними. Наверное, поэтому так почитаема на Руси память св. Сергия. Два инока Троицкого монастыря - в прошлом бояре из великого княжества Литовского и Русского - Пересвет и Ослябя отправились вместе с русским войском навстречу ордынцам. Благословение Сергия было очень важно для князя Дмитрия Московского. У него был конфликт с новым русским митрополитом Киприаном. Князь выгнал митрополита из Москвы, а митрополит наложил на Дмитрия анафему (проклятие).
Выход войск князя Дмитрия из Москвы в 1380 г. на сбор в Коломну. Художник Е. Данилевский
Выход войск князя Дмитрия из Москвы в 1380 г. на сбор в Коломну. Художник Е. Данилевский
Куликовская битва

Кровопролитное сражение случилось 8 сентября 1380 г.[5] Помимо Дмитрия Московского план будущего сражения разрабатывали все князья и воеводы. По совету литовских князей перед битвой сожгли мосты через Дон, дабы ни у кого не было соблазна бегством спастись с поля боя. Очевидно, непосредственно битвой (по крайней мере, в решающей ее завершающей стадии) руководили двоюродный брат Дмитрия Ивановича Московского Владимир Андреевич Серпуховской и воевода Дмитрий Боброк-Волынский. Он перешел из великого княжества Литовского и Русского на московскую службу в 1360-х гг. Некоторые летописи называют его князем. За Боброка Дмитрий Московский выдал свою сестру Анну.
Русские полки построились традиционным для себя строем - орлом. Но при этом оставили в засаде в дубраве около трети войска. Это был неожиданно большой резерв. Им командовали Владимир Серпуховской и Боброк-Волынский. В центре стоял большой полк, состоявший в основном из московских людей. Им командовал московский воевода Тимофей Вельяминов. Перед ним под предводительством князей Симеона Оболенского и Ивана Тарусского располагался передовой полк, а еще далее «сторожа» (разведчики) Семена Мелика. Полком правой руки, состоявшем преимущественно из тяжеловооруженной пехоты брянской, полоцкой и прочих западно-русских земель, командовал Андрей Ольгердович. Полком левой руки, из формирований разных русских земель, командовали князья Василий Ярославский и Федор Моложский.
Летописная повесть «Сказание о Мамаевом побоище» описывает и стяг, под которым выступали все русские силы. Это был красный (чермный) стяг с изображением Спаса Нерукотворного.
Бой начался поединком богатырей: монаха Александра из Троице-Сергиевой обители (в прошлом жителя великого княжества Литовского и Русского, брянского боярина - Пересвета) и ордынского богатура Челубея. Витязи насмерть поразили друг друга копьями. По преданию на Куликовском поле сражался еще один монах Троице-Сергиева монастыря Андрей (в миру - брянский боярин Родион Ослябя). По одной версии он тоже погиб, по другой выжил и даже ездил позже с церковным посольством в Константинополь.
Схема Куликовской битвы 8 сентября 1380 г.
Схема Куликовской битвы 8 сентября 1380 г.

После поединка богатырей татарские всадники пошли в атаку. Они смяли русский Сторожевой полк. Великий князь Дмитрий сражался в доспехах простого воина в Передовом полку. Воины этого полка почти все пали. Дмитрия после боя с трудом нашли: князь лежал без сознания, придавленный срубленным в схватке деревом. Ордынцам вначале удалось прорвать левый русский фланг. Уверовав в скорую победу, ордынцы устремились в тыл Большому полку. Однако здесь им путь перекрыл перестроившийся Большой полк и резервные отряды.
Затем неожиданно для татар на них обрушился многочисленный Засадный полк. По летописным версиям Засадный полк стоял с левого фланга русских, а поэма «Задонщина» размещает его на правом фланге. Так или иначе удара Засадного полка нукеры Мамая не выдержали. Они побежали, сметая собственные подкрепления. Не спасла Мамая ни восточная конница, ни генуэзские наемники-пехотинцы. Мамай был разгромлен и бежал. Русские встали, как тогда говорили, «на костях» (т.е. за ними осталось поле боя).
Монумент на Куликовом поле. Автор А. Брюллов
Монумент на Куликовом поле. Автор А. Брюллов
Преследовать Мамая великий князь Дмитрий Иванович, прозванный с тех пор Донским, не стал.
У реки Калки остатки Мамаева войска были вторично разбиты ханом Тохтамышем. Мамай пытался укрыться в генуэзской колонии Кафе (современная Феодосия в восточном Крыму), но горожане убили темника, желая завладеть его казной.
Князь Дмитрий Донским благополучно вернулся со своим воинством на Русь. Правда, русские полки понесли немалые потери. Летописец писал: «Оскуде бо вся Русская земля от Мамаева побоища за Доном».

Поход хана Тохтамыша 1382 г.
ПОБЕДАна Куликовом поле не принесла Северо-Восточной Руси освобождения от ига. Хан Тохтамыш, объединивший под своей властью Золотую Орду, требовал от Руси покорности. В 1382 г. он взял обманом Москву, сжег ее и убил жителей.
Дмитрий Донской, уверенный в крепости каменного Кремля, уехал из столицы. Прямое столкновение князя Дмитрия с ханом Тохтамышем лишало его широты дипломатического маневра в случае московско-ордынских переговоров, а плен мог уронить значение Московского княжества, как главного центра объединения Северо-Восточной Руси, а это означало, что консолидацию русских земель придется начинать заново.
Оборона Москвы от Тохтамыша в 1382 г. Худ. А. Васнецов
Оборона Москвы от Тохтамыша в 1382 г. Художник А. Васнецов

Москвичи собирались биться, несмотря на то, что из города бежал митрополит Киприан, великокняжеская семья и отдельные бояре. Посадские люди выбрали своим предводителем случайно оказавшегося в Москве 18-летнего литовского князя Остея. Он был или младшим сыном Ольгерда Гедеминовича, или его внуком, сыном Андрея Ольгердовича Полоцкого. Остей организовал оборону, поставил на стены «тюфяки» (скорее всего это были камнеметальные машины, хотя некоторые историки говорят о пушках). Попытка Тохтамыша штурмовать Москву была отбита. Тогда хан пошел на хитрость. Пришедшие с Тохтамышем суздальско-нижегородские князья (братья московской княгини) поклялись, что татары хотят наказать только «ослушника» князя Дмитрия. А раз его нет в городе, то ордынцы никого не тронут, если москвичи добровольно пустят хана в столицу и поднесут дары. Возможно, нижегородские князья сами верили словам Тохтамыша. Москвичи за свое доверие поплатились жизнью. Делегация с дарами во главе с Остеем была зарублена, ордынцы ворвались в город через открытые ворота, перебили людей, а город сожгли.
Памятник князю Владимиру Андреевичу Храброму в Серпухове.Скульптор В. Клыков.
Памятник князю Владимиру Андреевичу Храброму в Серпухове. Скульптор В. Клыков
Пострадали от нашествия Тохтамыша и другие русские земли. Навстречу хану вышел с войском двоюродный брат Дмитрия Донского - Владимир Серпуховской, прозванный после Куликовской битвы Владимиром Храбрым. Не дожидаясь битвы с ним, хан Тохтамыш ушел в степь.
Вскоре великий князь Московский и Владимирский Дмитрий Донской вынужден был признать власть хана Тохтамыша[6] над собой и своей землей. В 1382 г. другие русские князья не поддержали великого князя Московского и Владимирского так, как это было перед Куликовской битвой. В одиночку справиться с объединившейся Золотой Ордой Москва еще не могла. Однако Москва осталась главным городом Северо-Восточной Руси, т.к. Дмитрий Московский получил от Тохтамыша ярлык на великое княжение Владимирское. Дмитрий возобновил выплату дани, заложником этого в Орде оказался его старший сын Василий (будущий великий князь Василий I).
Умер Дмитрий Донской неожиданно 19 мая 1389 г. 39 лет от роду. Еще в 1388 г. он составил завещание, где назвал наследниками великокняжеского престола своих сыновей Василия и Юрия. Это нарушало порядок очередного престолонаследия, утвердившийся на Руси с 1054 г. и поссорило Дмитрия Донского с Владимиром Храбрым. Чуть позже кузены помирились, т.к. Дмитрий обещал увеличения удела серпуховского князя за счет Волоколамска и Ржева. После смерти отца великий князь Василий I отдал эти города Владимиру Андреевичу, а тот не начал усобицы, признав племянника «братом старейшим».
Карта. Русские земли в конце княжения Дмитрия Донского
Русские земли в конце княжения Дмитрия Донского

Оценка историками княжения Дмитрия Донского
Зарубежные исследователи в массе своей оценивают итоги княжения Дмитрия скромно: попытка освобождения Северо-Восточной Руси не удалась.
В отличие от них, большинство отечественных ученых считает время Дмитрия Донского поворотным в русской истории: был решен вопрос об объединяющем Северо-Восточные русские земли центре - им окончательно стала Москва. Характер зависимости Руси после Куликовской битвы стал меняться - иго неуклонно слабело.
Однако и среди российских историков есть противники такого взгляда. Ниже мы поместили аргументы обоих подходов.
Н.И. Костомаров о князе Дмитрии Донском и его времени
«Княжение Дмитрия Донского принадлежит к самым несчастным и печальным эпохам истории многострадального русского народа. Беспрестанные разорения и опустошения то от внешних врагов, то от внутренних усобиц, следовали одни за другими в громадных размерах. Московская земля, не считая мелких разорений, была два раза опустошаема литовцами, а потом потерпела нашествие Орды Тохтамыша; Рязанская земля - страдала два раза от татар, два раза от москвичей и была приведена в крайнее разорение; Тверскую - несколько раз разоряли москвичи; Смоленская - терпела и от москвичей, и от литовцев; Новгородская земля - понесла разорение от тверичей и от москвичей. К этому присоединились физические бедствия (эпидемия чумы, засухи 1365, 1371, 1373 гг. и голод, пожары)...
Сам Дмитрий не был князем, способным мудростью правления облегчить тяжелую судьбу народа; действовал ли он от себя или по внушению бояр своих, - в его действиях виден ряд промахов. Следуя задаче подчинить Москве русские земли, он не только не умел достигать своих целей, но даже упускал из рук то, что ему доставляли обстоятельства; он не уничтожил силы и самостоятельности Твери и Рязани, не умел и поладить с ними...; Дмитрий только раздражал их и подвергал напрасному разорению ни в чем не повинных жителей этих земель; раздражил Орду, но не воспользовался ее временным разорением... не предпринял мер к обороне против опасности (в 1382); и последствием всей его деятельности было то, что разоренная Русь опять должна была ползать и унижаться перед издыхающей Ордой».
С.М. Соловьев о князе Дмитрии Донском и его времени
«В 1389 г. умер великий князь московский Димитрий, еще только 39 лет от рождения. Дед, дядя и отец Димитрия в тишине приготовили богатые средства к борьбе открытой, решительной. Заслуга Димитрия состояла в том, что он умел воспользоваться этими средствами, умел развернуть приготовленные силы и дать им вовремя надлежащее употребление. Лучшим доказательством особенно важного значения, придаваемого деятельности Димитрия современниками, служит существование особого сказания о подвигах этого князя, особого, украшено написанного жития его...
Важные следствия деятельности Димитрия обнаруживаются в его духовном завещании; в нем встречаем неслыханное прежде распоряжение: московский князь благословляет старшего своего сына Василия великим княжением Владимирским, которое зовет своей отчиной. Донской уже не боится соперников для своего сына ни из Твери, ни из Суздаля».
В.О. Ключевский о князе Дмитрии Донском и его времени
«Димитрий Донской далеко выдался вперед из строго выровненного ряда своих предшественников и преемников. Молодость (умер 39 лет), исключительные обстоятельства, с 11 лет посадившие его на боевого коня, четырехсторонняя борьба с Тверью, Литвой, Рязанью и Ордой, наполнившая шумом и тревогами его 30-летнее княжение, и более всего великое побоище на Дону положили на него яркий отблеск Александра Невского, и летопись с заметным подъемом духа говорит о нем, что он был «крепок и мужествен и взором дивен зело». Биограф-современник отметил и другие, мирные качества Димитрия - набожность, семейные добродетели, прибавив: «...аще книгам не учен сый добре, но духовные книги в сердце своем имяше».
ЧЕРНИКОВА Т.В., к.и.н., доцент МГИМО (У) МИД РФ
Литература

Хрестоматия по истории России. Сост. И.В. Бабич, В.Н. Захаров, И.Е. Уколова. М., 1994
Повесть о битве на реке Пьяне. Воинские повести Древней Руси. Л., 1985


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

ражения и победы
Русский полководец, носивший почетные прозвища «Храбрый» и «Донской». Удельный князь Серпуховской, Боровский, Углицкий. Двоюродный брат великого князя Московского Дмитрия Донского.
В свой первый поход князь отправился в 8 (!) лет, и с тех пор его жизнь протекала в непрерывных сражениях. Главным из них, несомненно, стала битва на Куликовом поле, где он командовал засадным полком, решившим ее исход.

Эпоха Куликова поля дала истории целую плеяду ярких государственных деятелей, блестящих воевод, которые стали лучшим доказательством постепенного подъема русского Северо-Востока. Если великое княжество Литовское и Русское в XIV в. преуспело в собирании западно- и южно-русских земель, то в Северо-Восточной Руси к середине XIV в. бесспорным центром консолидации здешних территорий стала Москва. Немалую роль в военных победах Московского княжества над всеми ее соперниками и противниками сыграл удельный князь Владимир Андреевич Храбрый, двоюродный брат и верный вассал великого князя Московского и Владимирского Дмитрия Донского.
Памятник Владимиру Храброму в Серпухове
Памятник Владимиру Храброму в Серпухове
Отцом Владимира был младший сын Ивана I Калиты - Андрей. Ему кроме небольшого удела в пределах самой Москвы принадлежали московские уделы Серпуховской и Боровский. Отец Владимира Храброго за свою короткую жизнь подвизался чаще на дипломатическом поприще. 12-летним он представлял интересы Москвы в Новгороде, потом вместе со старшими братьями Семеном Гордым и Иваном Красивым (Красным) ездил по поручению отца Ивана Калиты в Орду. После смерти Калиты 14-летний Андрей сопровождал своего старшего брата, нового московского князя Семена Гордого к золотоордынскому хану для получения ярлыка на великое княжение Владимирское. Умер Андрей Иванович Серпуховской 6 июня 1353 г. 26 лет от роду от чумы, так и не увидев рождения своего второго сына Владимира, которому суждено было прославиться военными подвигами более всех своих родичей - московских князей XIV в. Кроме Дмитрия Донского, конечно.
Происхождение князя Владимира Серпуховского
Владимир появился на свет на 40-й день после кончины отца. Его рождение было добрым знаком для династии московских Рюриковичей-Даниловичей. Чума, свирепствовавшая по всей Европе и Азии, не знала социальных различий: косила и простолюдинов, и князей. В 1353 г. в великокняжеской семье, кроме отца Владимира, умер великий князь Симеон Гордый и два его сына: 4-летний Иван и 2-летний Симеон. В тот же год от чумы скончался митрополит Феогност, и новым митрополитом стал Алексей, крестник Ивана Калиты и сын близкого к Калите боярина Федора Бяконта. В 1357 г. не стало старшего брата Владимира - Ивана. Владимир Андреевич остался единственным отпрыском своего отца.
«Имя Победы»: Серпуховской Владимир Андреевич
«Имя Победы»:
Серпуховской Владимир Андреевич
Великий князь Московский и Владимирский Иван Красный заболел чумой в 1359 г., по завещанию, составленному им перед кончиной, он увеличил владения племянника, присоединив к Серпуховскому уделу Галич и Новый Городок. К моменту вступления на московский престол 9-летнего Дмитрия, будущего Донского, 6-летний Владимир Андреевич занимал третье место по старшинству в московском княжеском роду. После смерти родного брата Дмитрия - Ивана, Владимир стал вторым лицом в московской княжеской династии. Это означало, что со временем он вполне может стать и великим князем, ведь на Руси был принят очередной порядок престолонаследия, и власть переходила от брата к брату.
Юность князя
Воспитателем юных великого князя Дмитрия Ивановича и удельного князя Владимира Андреевича по завещанию Ивана Красного стал митрополит Алексей. Он же был регентом и главой московского боярского правительства. Детство Владимир Серпуховской провел в Москве, где ему принадлежала своя доля. Все московские великие князья, умирая, выделяли всем своим сыновьям и племянникам долю в столице, дабы привязать всех потенциальных наследников великокняжеского ярлыка к Москве, дабы удельные московские князья тоже считали ее «своей».
Военный опыт князь Владимир стал нарабатывать очень рано. 8-летним мальчиком в 1362 г. он отправился в свой первый военный поход через Переяславль на Галич, где проявил редкую для ребенка храбрость и энергию. Тогда же митрополит и московские бояре решили составить первый княжеский «ряд» (договор) между Владимиром Серпуховским и Дмитрием Московским. Алексий стремился воспитать Владимира верным «братом молодшим» (вассалом) великого князя, чтобы в будущем избежать междоусобиц внутри Московского княжества. Договор гласил: «Се аз князь великий Дмитрий Иванович докончали есмы с братом своим молодшим со князем Володимиром Андреевичем, целовали есмы крест у отца своего у Алексея у митрополита всея Руси. Бытины за один, имети ми брата своего старейшего князя великого Дмитрия в отца место… А тобе брату моему молодшему мне служити без ослушания…, а мне тобе кормити по твоей службе».
Князь Владимир Храбрый. Художник Ф. Москвитин. 2009 г.
Князь Владимир Храбрый. Художник Ф. Москвитин. 2009 г.

Договор являлся политической программой взаимодействия великого князя и второго лица в московской княжеской династии, а также этим «рядом» митрополит Алексей пытался выработать кодекс чести младшего удельного князя, для которого основой княжеской чести была покорность и послушание «брату старейшему». Очередная система престолонаследия, принятая на Руси еще с 1054 г., была очень несовершенным инструментом решения вопроса о переходе власти от князя к князю. История многих русских уделов, в частности Тверского или Суздальско-Нижегородского, показывала, как междоусобицы братьев губят большие государственные планы великих князей, а заодно и всего княжества. Митрополит понимал, что в данном вопросе что-то надо делать, но будучи лицом духовным, он не думал о реформе самой системы престолонаследия, а пытался воздействовать на поведение младших князей нравственными средствами.
Как покажет дальнейший ход событий, в отношении Владимира Серпуховского эти методы дали свой позитивный результат. Будучи не менее талантлив по сравнению с Дмитрием Донским в государственных делах и превосходя Дмитрия в полководческом таланте, Владимир не начал войны, когда Дмитрий Донской, презрев старинное право, назначил наследником московского великокняжеского стола не его - Владимира, а своего сына Василия. Но об этом речь еще пойдет впереди.
Владимир Серпуховской в борьбе за права Дмитрия Московского
«Брат молодший» Владимир Серпуховской верно несет службу «брату старейшему» Дмитрию Московскому. В 1364 г. 10-летний князь Владимир идет с дружиной против суздальско-нижегородского князя Дмитрия Константиновича, оспаривавшего у великого московского ярлык на великое княжение Владимирское. Конечно, юный князь не командует войсками сам, но он набирается военного опыта, учится, привыкает к тяготам походной жизни и играет важную символическую роль в войске.
Как известно, борьба Дмитрия Московского - будущего Донского - с Дмитрием Суздальско-Нижегородским закончилась добрым миром. Дмитрий Константинович уступил ярлык Москве. Дмитрий Иванович Московский женился на дочери суздальско-нижегородского князя и помог тестю усмирить его мятежного брата Бориса Константиновича.
Но в 1368 г. началась новая война. На сей раз между Москвой и Тверью, которая последний раз в своей истории всерьез пыталась вернуть себе ярлык на великое княжение Владимирское, а вместе с ним и политическое лидерство на всем русском Северо-Востоке. Союзником тверского князя Михаила Александровича выступил могущественный Ольгерд Гедеминович, великий князь Литовский и Русский. Походы Ольгерда на Московское княжество непосредственно затронули и личное владение Владимира Андреевича - его Серпуховской удел.
Владимир Храбрый. Художник А. Шишкин
Владимир Храбрый. Художник А. Шишкин

В 1368 г. 15-летний Владимир с 18-летнем Дмитрием сели в осаду в новопостроенном московском белокаменном Кремле. Тем временем серпуховской полк Владимира сумел прогнать «литву» (западнорусские отряды Ольгерда) из Ржева, а потом сражался в составе московского войска на Тростне. Не сумев овладеть Москвой, Ольгерд подался восвояси.
В 1370 г. великий князь Ольгерд видимо осознал бесперспективность претензий Михаила Тверского и пошел на мир с Москвой. Заключение мира сопровождалось договором о браке Владимира Серпуховского с дочерью Ольгерда - Еленой (1371). После женитьбы Владимира в 1372 г. великий московский князь Дмитрий Иванович заключил с ним новый «ряд» и передал в удел Владимиру земли по реке Протве и города Дмитров и Галич.
Потом летописец видит Владимира Андреевича в Новгороде Великом. Здесь Владимир, как московский наместник, в 1372 и начале 1373 гг. борется с «происками» Твери, великого княжества Литовского и Русского, воюет, как достойный пра-правнук Александра Невского, с ливонскими крестоносцами. Чуть позже, в 1373 г., по призыву Дмитрия Ивановича Владимир спешит с дружиной на Оку, где ожидался набег татарского отряда. В Золотой Орде царила «великая замятня» (междоусобица), и отдельные царевичи, согнанные с улусов, или просто шальные «находчики» вторгались в русские границы с целью грабежа.
Забота о собственном уделе и другие дела Владимира в 1370-е гг.
Для укрепления обороны пограничного Серпуховского княжества Владимир Андреевич возводит в 1374 г. на месте старинного большого села Серпуховское мощную по тем временам дубовую крепость. Дата ее возведения и считается временем основания Серпухова. Внутри крепости были поставлены и княжеские палаты, стены которых Владимир приказал расписать видами Москвы.
Рядом с городом князь решил построить монастырь, хотя один монастырь - Владычин, основанный здесь митрополитом Алексеем, уже стоял. Для выбора места новой обители Владимир Андреевич пригласил самого почитаемого тогда на Руси подвижника - Сергия Радонежского. Сергий выбрал село Высокое. Здесь и был поставлен новый монастырь, а первым его настоятелем стал ученик Сергия Радонежского - Афанасий. И Владычин монастырь, и княжеский Высоцкий монастырь были посвящены Богородице. Первая церковь княжеского Высоцкого Богородичного монастыря была освящена в 1380 г.
Основание Высоцкого Богородицкого монастыря
Основание Высоцкого Богородицкого монастыря

В 1375 г. Москве удалось создать из многих великих и удельных князей большую антитверскую коалицию, деятельным членом ее был и серпуховской князь Владимир. В результате общего похода на Тверь Дмитрий Московский смог, наконец, вырвать у Михаила Тверского «докончание» (договор), где тот признавал ярлык на великое княжение Московское «вотчиной» московских князей (т.е. их наследственным владением), себя называл «братом молодшим» великого московского князя и обещал, «если Бог переменит Орду» и будет Дмитрий воевать с ней, идти ему на помощь. Кстати, это докончание Дмитрия Московского и Михаила Тверского - первый документ, где зафиксирована готовность Москвы к возможной войне с Ордой.
В 1376 г. Владимир один ходил на Ржеву, но без успеха.
После смерти великого князя Ольгерда великокняжеский престол русско-литовского государства отошел его младшему сыну Ягайло (в Литве был жив еще древний обычай миноритета). В 1379 г. Владимир Андреевич ходил в западнорусские пределы отстаивать интересы своего шурина полоцкого князя Андрея Ольгердовича, старшего брата Ягайло. Вместе с Андреем и волынским боярином Дмитрием Михайловичем Боброком Владимир Серпуховской взял Трубчевск, Стародуб и ряд других волостей великого княжества Литовского и Русского.
В борьбе с ордынцами
Но главным делом жизни Владимира Серпуховского следует признать его участие в Куликовской битве, которая состоялась в пятницу 8 сентября 1380 г. Владимир Андреевич вместе с великим князем Дмитрием, литовско-русскими князьями Андреем и Дмитрием Ольгердовичими и прочими русскими воеводами принимал участие в военном совете, где 7 сентября 1380 г. обсуждался план действия русских войск. «Сказание о Мамаевом побоище» сообщает, что перед битвой князь Владимир горячо молился: «Боже, Отец наш, сотворший небо и землю, помоги народу христианскому! Не допусти, Господи, радоваться врагам нашим над нами, мало накажи и много помилуй, ибо милосердие Твое бесконечно!»
8 сентября 1380 г. князь Владимир Серпуховской, возможно, осуществлял верховное руководство сражением, находясь с Дмитрием Боброком-Волынским во главе Засадного полка. Сам Дмитрий Донской, как известно, сражался рядовым воином в составе Передового полка.
Изображение Куликовской битвы. Вторая половина 1890-х гг. Художник И. Г. Блинов. (Лубок, фрагмент)
Изображение Куликовской битвы. Вторая половина 1890-х гг.
Художник И.Г. Блинов. (Лубок, фрагмент)

«И была крепкая битва и злая сеча, и кровь лилась, как вода, и бесчисленное множество воинов с обеих сторон, с татарской и русской, пали мертвыми. И татарское тело падало на христианское, и христианское на татарское, и смешалась кровь татарская с христианской. А всюду лежало такое множество мертвых, что кони не могли ступать по мертвым. И погибали не только от оружия, но многие сами себя убивали, и под копытами конскими умирали, и задыхались от великой тесноты: ведь невозможно было вместиться на поле Куликовом между Доном и Мечей из-за множества сошедших войск», - так рассказывает о сражении летописная повесть.
Удар Засадного полка в тыл татарской коннице, которая, потеснив русский полк левой руки, стала заходить во фланг Большого полка, стал поворотным моментом Куликовской битвы. Этот удар привел к паническому отступлению и разгрому войск темника Мамая.
За свои действия на Куликовом поле Владимир Андреевич получил прозвания «Храброго» и «Донского». Историки редко используют последнее, чтобы не вызывать путаницы, т.к. и Дмитрий, тяжело контуженный в Куликовском сражении, заслужил «титул Донского». Но летописцы называли Владимира Донским, прозвания «Донской» и «Храбрый» вошли в эпитафию на надгробной плите на захоронении Владимира Серпуховского в Архангельском соборе московского Кремля.
Удар Засадного полка в Куликовской битве. Художник П. Попов
Удар Засадного полка в Куликовской битве. Художник П. Попов

Необычайно решительно князь Владимир действовал в 1382 г. в ходе нашествия хана Тохтамыша на Русь. Собственно, Владимир Андреевич оказался единственным русским князем, который не побоялся выступить против Тохтамыша лично. В отличие от темника Мамая Тохтамыш был Чингизидом и законным обладателем золотоордынского трона. Это помогло ему с помощью эмира Тимура (Тамерлана) прекратить «великую замятню» и восстановить единство Золотой Орды. Инерция политического сознания на русском Северо-Востоке была еще велика, и князья, готовые во главе с Дмитрием Московским и Владимирским сражаться против узурпатора Мамая, вовсе не были так решительны в отношении «законного царя» Тохтамыша. Собрать вновь общерусскую коалицию в 1382 г. не удалось. Большинство северо-восточных русских князей признали власть Тохтамыша. Москва, оставленная Дмитрием Донским, была взята обманом и сожжена, жители ее погибли. Но навстречу Тохтамышу выступил Владимир Серпуховской. Под Волоколамском он разбил передовой отряд татар, и хан прекратил нашествие и ушел в Степь.
Однако зависимость от Золотой Орды великого княжения Владимирского вместе со всеми входящими в нее великими и удельными княжествами была восстановлена. Дмитрий Иванович Московский получил ярлык и возобновил выплату дани Орде. Заложником в Сарае был в 1382 г. оставлен княжич Василий, старший сын Дмитрия Донского.
«Розмирие» с Дмитрием Донским
До 1388 г. Дмитрий Донской и Владимир Донской Храбрый жили мирно. Но в 1388 г. летопись сообщает о «розмирье» между ними.
В это время на родину из Золотой Орды бежал княжич Василий Дмитриевич. Боясь и гнева отца, и ханского гнева, он искал покровительства у литовского князя Витовта. По Кревской унии 1385 г. (договору между Литвой и Польшей) Ягайло Ольгердович женился на польской королеве Ядвиге, принял католичество и стал польским королем Владиславом. Однако его противником в борьбе за литовско-русский престол выступил Витовт Кейстутович, двоюродный брат Ольгерда-Владислава и сын Кейстута Гедиминовича (брата и соправителя Ольгерда Гедиминовича). Большинство населения русско-литовского государства поддержало Витовта, и вскоре он стал наместником Ольгерда в литовско-русских землях, а впоследствии по Городельской унии 1413 г. - и великим князем Литовским и Русским. Витовт поддержал княжича Василия и согласился выдать за него свою дочь Софью. Этот брак делал 18-летнего Василия обладателем могущественного союзника и давал ему надежду стать наследником московского великого стола, оттеснив от него дядю - Владимира Андреевича.
Изображение Куликовской битвы. Вторая половина 1890-х гг. Художник И. Г. Блинов. (Лубок, фрагмент)
Настенная роспись церкви иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» серпуховского Высоцкого монастыря (паломнический корпус)

Учитывая сложившуюся ситуацию, Дмитрий Донской решил написать завещание, в котором наследником московского стола называл Василия. Вряд ли Дмитрий планировал реформу престолонаследия с отменой очередного порядка на прямой, где сын наследует отцу. Иначе он бы не назначил следующего по очереди наследника: за Василием должен был вступать на престол любимый сын Дмитрия Донского - Юрий. Желание передать престол детям в обход брата уже встречалось в Московском княжестве. В 1353 г. умирающий от чумы великий князь Симеон Иванович Гордый, потерявший к этому моменту всех своих сыновей, пытался оставить трон гипотетическому наследнику, еще не рожденному ребенку, которого носила его жена. Но стол тогда унаследовал брат Симеона - Иван Красный, отец Дмитрия Донского.
Деньга князя Владимира Андреевича. Сепуховское княжество
Деньга князя Владимира Андреевича. Сепуховское княжество
Летописцы не говорят, в чем состояла причина «розмирья» Дмитрия и Владимира в 1388 г. Ряд историков склонен считать, что Владимир Андреевич не захотел признавать племянника, Василия Дмитриевича, «братом старейшим». Однако в том же году братья помирились. Очевидно, Дмитрий Донской обещал Владимиру увеличение его удела за признание наследником Василия.
19 мая 1389 г. великий князь Московский и Владимирский Дмитрий Иванович неожиданно скончался 39 лет от роду. Василий Дмитриевич вступил на великокняжеский престол, но вскоре у него случилось несогласие с дядей – Владимиром Серпуховским. Возможно Владимир не получил от племянника обещанных Дмитрием Донским волостей. Н.М. Карамзин подозревал, что во всем были виноваты бояре Василия, которые стремились оттереть серпуховского князя от участия в решение московских дел. Так или иначе, но в 1389 г. Владимир Андреевич покинул Москву. Он уехал в Серпухов, а потом в новгородский пригород Торжок.
Великий князь Василий I счел за лучшее искать компромисс с дядей. Василий уступил Владимиру Волоколамск и Ржеву, которые потом выменял на Городец, Углич с селом Золоторусским, Козельск, Гоголь, Алексин и Лисин.
Был заключен также договор, в котором Владимир признавал племянника «братом старейшим», обязывается без ослушания «садиться на коня» (ходить в военные походы по приказу Василия), не иметь притязаний на Муром, Тарусу и другие города, которые великий князь впоследствии «примыслит себе», и оставлять свою княгиню и детей во время походов в Москве. Последний пункт этого княжеского докончания, очевидно, говорит о недоверии племянника к дяде.
Последние дела князя Владимира
Памятник Владимиру Храброму в Малоярославце
Памятник Владимиру Храброму в Малоярославце
Кроме города Серпухова князем Владимиром Храбрым был основан город Ярославль Боровский, названый так в честь четвертого сына Владимира Ярослава (Афанасия). В источниках этот город впервые упомянут в 1402 г. Позже (в 1485) он стал называться Малоярославец.
Последними значительными свершениями Владимира Андреевича стали дела военные.
В 1393 г. он ходил по приказу Василия I походом на Торжок в Новгородскую землю. Причиной московского похода послужил отказ Новгорода выполнить решение суда митрополита Киприана и платить пошлины Москве.
В 1395 г. Владимир Серпуховской выводил московские полки навстречу Тамерлану. К счастью для Руси, среднеазиатский эмир, разгромив и опустошив Золотую Орду в отместку Тохтамышу, переставшему почитать Тамерлана, не стал воевать Русь. Пострадали лишь отдельные пограничные районы.
Новое вторжение с Востока последовало лишь в 1408 г., когда на Русь двинулись полчища ордынского темника Эдигея. Как и Дмитрий Донской в 1382 г., в нашествие Эдигея Василий I уехал из Москвы в Кострому, поручив оборону города Владимиру Серпуховскому. Тот справился со своей задачей успешно. Эдигей пожег московский посад и округу, простоял под стенами Кремля три недели, но взять белокаменную крепость не смог.
В начале XV в. у Василия I, который не отличался полководческим дарованием, был под рукой и другой воевода, достойный сменить Владимира Храброго, в качестве лучшего московского военачальника. Им являлся великокняжеский брат Юрий Дмитриевич, удельный князь Звенигородский.
Архангельский собор Московского кремля - место упокоения князя
Архангельский собор Московского кремля - место упокоения князя
Владимир Андреевич пережил своего соратника по Куликовской битве Дмитрия Донского на 21 год. Он скончался в Москве в мае 1410 г. и был погребен в Архангельском соборе Москвы. Из 7 сыновей князя к моменту его смерти были живы пятеро. Между ними и поделил свое движимое и недвижимое имение Владимир. Старший сын Иван получил Серпухов, Козельск, Гоголь, Лисин и Алексин, Семен - Боровск и половину Городца-на-Волге, Ярослав - названный в честь него Ярославец, другую половину Городца и Юрьевец, Андрей Меньшой - Радонеж с половиной Углича, а Василий - Перемышль с другой половиной Углича. Еще сыновья Владимира получили каждый свою долю в «московской трети» их отца. В Кремле Владимир Андреевич имел двор. Другую московскую резиденцию серпуховского князя составлял «большой двор на Трех горах» (где теперь стоит Трехгорная мануфактура). Князю принадлежало село Кудрино, располагавшееся на месте современной площади Восстания, а так же еще ряд деревень, садов, различных угодий и мельниц, которые лежали в районе нынешнего Ленинградского проспекта и Никитских ворот.
Н.М. Карамзин высоко оценил деятельность Владимира Андреевича Серпуховского, причем не только его боевые заслуги, но и отказ с оружием в руках биться за великокняжеский престол: «Сей знаменитый внук Калитин… преставился с доброю славою князя мужественного, любившего пользу отечества более власти. Он первый отказался от древних прав семейственного старейшинства и был из князей российских первым дядею, служившим племяннику. Кратковременные ссоры его с Донским и Василием происходили не от желания присвоить себе великокняжеский сан, а только от смут боярских. Сия великодушная жертва возвысила в Владимире пред судилищем потомства достоинство героя, который счастливым ударом решил судьбу битвы Куликовской, а может быть России».
ЧЕРНИКОВА Т.В., к.и.н., доцент МГИМО (У)

Литература

Кучкин B.А. Договор 1372 г. Великого князя Дмитрия Ивановича с Владимиром Андреевичем Серпуховским. «Древняя Русь. Вопросы медиевистики», 2007.
№ 1 (27)
Кучкин B.А. Договор 1372 г. Великого князя Дмитрия Ивановича с Владимиром Андреевичем Серпуховским (окончание). «Древняя Русь. Вопросы


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

сечас поделился медодом часвого на мясо ему понравился хоть и был он хрестианом все рботает


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

еще я буду говорить только тут о реальных полквоцев ктором нежно выдавать себя задругих и так ааттила.


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Атти́ла (лат. Attila, тюрк. Атил, греч. Ἀττήλας, ср.-в.-нем. Etzel; умер в 453) — правитель гуннов с 434 по 453 год, объединивший под своей властью тюркские, германские и другие племена, создавший державу, простиравшуюся от Рейна до Волги.

Спустя век после смерти Аттилы готский историк Иордан так отозвался о вожде варваров[5]: «Повелитель всех гуннов и правитель, единственный в мире, племён чуть ли не всей Скифии, достойный удивления по баснословной славе своей среди всех варваров». Память о вожде гуннов сохранялась на протяжении веков в устном германском эпосе и перешла в скандинавские саги. В ранних сказаниях германцев, сложенных в эпоху Великого переселения народов, Аттила указан вторым в списке великих правителей[6][7].

Содержание [скрыть]
1 Происхождение и приход к власти
1.1 Аттила и Бледа. 434—444 годы
2 Война с Восточной Римской империей. 441—447 годы
2.1 Первый поход на Византию. 441—442 годы
2.2 Второй поход на Византию. 447 год
2.3 Мир с Византией. 448—450 годы
3 Война с Западной Римской империей. 451—454 годы
3.1 Поход в Галлию. 451 год
3.2 Поход в Италию. 452 год
3.3 Набег в Галлию. 453 год
4 Смерть Аттилы и распад его империи
5 Личность Аттилы
6 Образ Аттилы в искусстве
6.1 Нумизматика
6.2 Предания
6.3 Литература
6.4 Музыка
6.5 Фильмы
6.5.1 Художественные
6.5.2 Документальные
6.6 Мультфильмы
6.7 Игры
7 См. также
8 Примечания
9 Ссылки
Происхождение и приход к власти[править | править вики-текст]
Год и место рождения Аттилы остались неизвестны. Очень приблизительно его возраст можно определить на основании свидетельств очевидца Приска Панийского, который в 448 году дал описание Аттилы как человека с бородой, только тронутой сединой. Старший сын Аттилы, которого он послал править среди акациров в 448 году, был в таком возрасте, что ему требовался опекун в лице военачальника Онегесия. Всё это позволяет предположить рождение Аттилы в первом десятилетии V века. По одной из версий имя Аттила восходит к тюркскому Итиль, Атиль (Волга), и означает «волжанин», «человек с Волги», по другой версии имя происходит от тюркского слова «атлы, атли», что означает «именитый», «прославленный», второе же значение данного слова «всадник», «конник», по третьей версии имя восходит к слову «ата, атта», что с тюркских языков переводится «отец», «главный»[8].

До 440-х годов гунны не доставляли особых хлопот Западной и Восточной Римским империям, выступая чаще как федераты Западной империи против её врагов-германцев. Область их расселения в 420-е годы отмечена[9] около Паннонии (примерно в районе современной Венгрии). Они кочевали за Дунаем на обширных пространствах между его устьем и Рейном, покоряя местные варварские племена.

Отец Аттилы Мундзук был из царского рода гуннов. Его братья Октар (или Оптар) и Руа (Роас, Ругила) были вождями у гуннов[10]. Приск упоминает также их четвёртого брата Оиварсия. О Мундзуке ничего не известно, кроме того, что он был отцом будущих вождей Аттилы и Бледы. Оптар отмечен в «Истории» Сократа Схоластика как вождь гуннов, который в 420-е годы сражался с бургундами на Рейне и умер от обжорства[11].

Наибольшую известность в источниках получил Руа (Ругила, Роас, Руга, Роил)[12]. В 433 году Руа, которому Византия выплачивала ежегодную дань в 350 литр[13] золотом, стал грозить Восточной Римской империи (Византии) разорвать мирные соглашения из-за беглецов, спасавшихся от гуннов на территории империи[14]. В ходе переговорного процесса и локальных набегов Руа скончался[15].

В 434 году племянники Ругилы Бледа и Аттила стали вождями гуннов. Вероятно, Бледа был старшим из братьев, так как «Галльская хроника 452 года» сообщает только его имя как наследника Ругилы (Руа)[16]. Однако Бледа ничем не проявил себя, в то время как историк Приск в описании событий всегда упоминает Аттилу как вождя, с которым империя была вынуждена договариваться. Продолжив переговоры, начатые Руа, Аттила заставил византийского императора Феодосия Младшего выплачивать ежегодную дань в двойном размере (700 литр золотом, то есть 230 кг) и наложил другие тяжёлые условия сохранения мира[17]. Мирный договор поддерживался на протяжении 7 лет, в течение которых гунны воевали с варварскими племенами за пределами Римской империи.

Одним из известных событий стал разгром гуннами одного из первых германских государств, Бургундского королевства на Рейне, в 437 году. По Идацию, погибло 20 тысяч бургундов[18], выжившим Западная Римская империя предоставила для поселения новые земли в Галлии на средней Роне (в области современной границы Франции и Швейцарии).

Аттила и Бледа. 434—444 годы[править | править вики-текст]

Аттила из венгерского музея
В хрониках имена Аттилы и Бледы обычно упоминались рядом в период их совместного правления. Не сохранилось свидетельств о том, как именно братья делили власть. Историк Д. Б. Бьюри[19] предположил, что Бледа правил на востоке гуннских владений, в то время как Аттила воевал на западе. Об отношениях между братьями также нет сведений, за исключением их разногласий насчёт шута Зеркона, которого Бледа обожал, а Аттила терпеть не мог[20].

Когда гунны в 442 году разоряли Византийскую империю в Иллирике (в районе современной Сербии), их предводителями назывались оба брата, Бледа и Аттила[21].

В 444 году, по хронике современника событий Проспера Аквитанского, Аттила убил брата: «Аттила, царь гуннов, Бледу, брата своего и соратника по царству, убил и его народы вынудил себе повиноваться»[22]. Более поздний хронист второй половины VI века Марцеллин Комит датирует гибель Бледы 445 годом, а «Галльская хроника 452 года» помещает это событие под 446 годом.

Наиболее подробный источник сведений об Аттиле историк Приск в изложении Иордана почти повторяет сведения Проспера: «После того, как был коварно умерщвлён брат его Бледа, повелевавший значительной частью гуннов, Аттила соединил под своей властью всё племя целиком»[23]. О гибели Бледы в результате коварства и обмана, при этом прямо не указывая на Аттилу как виновника смерти брата, свидетельствуют Марцеллин Комит и «Галльская хроника».

Подобным образом выражался Олимпиодор в рассказе о гибели гуннского вождя Доната около 412 года: «Донат, коварно обманутый клятвой, был преступно умерщвлён»[24], но там виновниками смерти вождя являлись римляне или их союзники.

С 444 до своей смерти в 453 году Аттила единолично правил мощной империей гуннов, представлявшей собой конгломерат разнообразных варварских племён, живущих к северу от Дуная на обширных территориях от Причерноморья до Рейна.

Война с Восточной Римской империей. 441—447 годы[править | править вики-текст]
Первый поход на Византию. 441—442 годы[править | править вики-текст]

Гунны идут на Рим. Иллюстрация худ. Ульпиано Кеки.
Первый поход Аттилы и Бледы на византийскую провинцию Иллирик (совр. Сербия) начался в 441 году[25], в крайне неудачный для восточных римлян момент, когда их армии были отвлечены на борьбу с персами и с королём вандалов Гейзерихом на Сицилии. Гейзерих высадился на острове в 440 году, и весной следующего года против него был отправлен экспедиционный корпус под началом византийского полководца из германцев Ареобинда. Ареобинд прибыл на Сицилию слишком поздно, когда вандалы уже покинули её. В том же 441 году на владения Византии в Малой Азии напали персы, впрочем, война с ними быстро завершилась миром и уступками со стороны командующего силами Византии на востоке Анатолии[26].

Согласно Приску, боевые действия начались с нападения гуннов на римлян на торговой ярмарке в районе современного Белграда. Предлогом для атаки стало похищение епископом города Марг[27] гуннских сокровищ, вероятно, из царских гробниц[28]. Марг был захвачен, пали близлежащие более крупные города на Дунае Сингидунум (современный Белград) и Виминаций (современный сербский Костолац). Гунны двинулись далее на восток вдоль Дуная к Ратиарии (современное болгарское село Арчар) и на юг вдоль долины Моравы к Наиссу (современный сербский Ниш).

Штурм и захват Наисса описаны Приском достаточно подробно, чтобы понять, как кочевники гунны, используя строительные навыки подвластных им народов, умели захватывать укреплённые города[29]:

Так как жители не осмелились выйти для сражения, [гунны], чтобы облегчить переправу своих войск, построили мост через реку [Нишаву] с южной стороны ниже города по течению и подвели свои машины к опоясывающим город стенам. Сначала они подвели деревянные платформы на колёсах. На них стояли воины, которые расстреливали защитников на бастионах. Позади платформ стояли люди, которые толкали колёса своими ногами и двигали машины куда нужно, так что [лучники] могли успешно стрелять через экраны. Чтобы воины на платформе могли сражаться в безопасности, они были прикрыты экранами из плетёного ивняка с наброшенными поверх шкурами и кожами для защиты от метательных снарядов и зажигательных дротиков […] Когда множество машин было подведено к стенам, защитники оставили бастионы из-за ливня метательных снарядов. Затем подвели так называемые тараны […] Защитники со стен сбрасывали огромные валуны […] Некоторые из машин были раздавлены вместе с обслугой, но защитники не могли выстоять против их большого количества […] Варвары ворвались через часть стены, пробитой ударами таранов, а также посредством составных лестниц.

Эдвард Томпсон (англ.)русск. предположил вымысел Приска в описании осады Наисса, так как литературный стиль текста сильно напоминал описание Фукидидом осады Платеи около 430 до н. э.[30] Однако другие историки не согласились с мнением Томпсона[31], указывая на то, что подражание классическим образцам литературы нередко встречалось среди грекоязычных писателей[32].

Когда Приск в составе византийского посольства проезжал в 448 году через Наисс, он нашёл его «безлюдным и разрушенным неприятелями… по берегу реки всё было покрыто костями убитых в сражении»[33].

В 442 году военные действия, по-видимому, закончились[34]. После того как в 442 году император Феодосий заключил мир с вандалами, армия Ареобинда была переброшена из Сицилии во Фракию, где боевые действия завершились[35]. Оборону Фракии, прикрывая столицу Константинополь, координировал командующий византийскими войсками Аспар[36].

Согласно Приску, гуннами была захвачена обширная территория в районе современной Сербии на пять дней пути к югу от Дуная.

Второй поход на Византию. 447 год[править | править вики-текст]

Империя Гуннов
В период между первым и вторым походами на Византию скончался Бледа, и Аттила сосредоточил в руках всю военную силу гуннов. В этот период произошла война гуннов с акацирами, кочевниками из Северного Причерноморья, о которой стало известно по упоминанию в разговоре между Приском и неким греком, бывшим пленником Онегесия, соратника Аттилы[37].

Хронология походов на Византию, в какой поход какие города были захвачены, когда был заключён мирный договор (известный по фрагменту Приска), все эти события реконструируются разными исследователями по-разному[38].

Наиболее подробно походы Аттилы на Византию восстанавливал историк О. Д. Менхен-Хельфен в своей работе «Мир гуннов». После завершения 1-го похода Аттила в качестве единственного вождя гуннов потребовал от Византии оговорённую дань и выдачу перебежчиков. Император Феодосий Младший на совете решил скорее вступить в войну, чем выполнить унизительные требования гуннов[39]. Тогда Аттила захватил Ратиарию, откуда в конце 446 или начале 447 года атаковал балканские владения Византии. Марцеллин Комит в своей хронике под 447 годом оставил такую запись: «В страшной войне, намного более тяжёлой, чем первая [в 441—442 гг.], Аттила почти всю Европу[40] стёр в пыль.»[41]

В последовавшем сражении на реке Утум[42] к востоку от Ратиарии византийские войска под командованием военачальника Арнегискла (Arnegisclus) были разгромлены, сам Арнегискл погиб в сражении[43].

Гунны беспрепятственно прошли далее на восток по равнине между Дунаем и Балканским хребтом до Маркианополя[44], захватили этот город и повернули на юг, захватив Филиппополь и Аркадиополь. О масштабах вторжения можно судить по словам современника Каллиника, который сообщил о захвате гуннами более 100 городов[45] и полном опустошении Фракии. Приск подробно остановился на борьбе жителей небольшой крепости Асимунт на границе Иллирика с Фракией, которые единственные (по сохранившимся свидетельствам) сумели дать достойный отпор гуннам[46].

Опасность почувствовали даже в Константинополе, который был частично разрушен сильнейшим землетрясением 27 января 447 года[41]. Из источников неясно, были ли полностью восстановлены стены города (к маю 447) к моменту подхода к нему гуннов. Из города бежали многие жители,[47] сам император Феодосий готов был к бегству[48]. Несторий в агиографической работе «Bazaar of Heracleides» рассказывает о чудесном спасении города с помощью воздвижения крестов, увидев которые, гунны в беспорядке отступили.

Отряды гуннов вышли к Мраморному морю и подходили к Греции, отметившись под Фермопилами[41]. На полуострове Херсонесе Фракийском произошло ещё одно сражение с гуннами, после которого был заключён тяжёлый для Византии мир[49].

Мир с Византией. 448—450 годы[править | править вики-текст]
Условия мира Византии с гуннами подробно изложены в сохранившемся фрагменте Приска:

Выдать гуннам перебежчиков и шесть тысяч литр золота [ок. 2 тонн], в жалованье за прошедшее время; платить ежегодно определённую дань в две тысячи сто литр золота; за каждого римского военнопленного, бежавшего [от гуннов] и перешедшего в свою землю без выкупа, платить двенадцать золотых монет; если принимающие его не будут платить этой цены, то обязаны выдать гуннам беглеца. Римлянам не принимать к себе никакого варвара, прибегающего к ним[49].

Если в эдикте императора Феодосия от 29 ноября 444 года (после 1-го похода гуннов) было сказано о снижении налоговых требований к земельным поместьям[50], то теперь все льготы были отменены. Деньги взимались побоями, состоятельные граждане распродавали личное имущество и украшения жён. Согласно Приску: «Такое бедствие постигло римлян [жителей Византии] после этой войны, что многие из них уморили себя голодом, или прекратили жизнь, надев петлю на шею.»[49]

Пир Аттилы. Справа изображён византийский дипломат и историк Приск. Худ. Mór Than (1870) по мемуарам Приска.
Византия выплатила тяжёлую дань, и в 448 году у Аттилы остались только следующие требования к побеждённой империи — выдача беглецов с гуннских земель и прекращение сельскохозяйственной деятельности на завоёванных им территориях, которые простирались от Дуная до Наисса и Сердики (современная София). В ходе переговоров в составе византийского посольства в 448 году ставку Аттилы где-то на территории современной Венгрии посетил историк Приск, ставший основным источником сведений для последующих авторов о деяниях гуннов и жизни Аттилы.

Приск рассказал о неудавшейся попытке убить Аттилу через подкуп гунна Эдекона, доверенного военачальника у Аттилы. Эдекон выдал заговор, однако Аттила пощадил ответственного за исполнение переводчика византийского посольства Вигилу, взяв с него в качестве искупления большой выкуп.

В 448 году Аттила поставил старшего сына Эллака вождём над племенами акациров в Причерноморье.

В 449 году византийским послам Анатолию и Ному удалось добиться от Аттилы обещания вернуть империи придунайские земли и урегулировать вопрос с выдачей беглецов от гуннов. По словам Приска, были «прекращены несогласия с Аттилою»[51].

В июле 450 года в результате падения с лошади скончался император Феодосий. 25 августа сестра императора Пульхерия возвела на престол Византии нового императора, военачальника Маркиана, который отказался выплачивать прежнюю дань гуннам[52]:

Восточный император объявил, что он не обязан платить назначенной Феодосием дани; что если Аттила будет оставаться в покое, то он пришлёт ему дары, но если будет грозить войною, то он выведет силу, которая не уступит его силе.

В то же время обостряются отношения Аттилы с Западной Римской империей, поводом для чего послужило призвание Аттилы Гонорией, сестрой римского императора Валентиниана. Легенда о том, как Гонория обратилась к вождю гуннов с просьбой о помощи, изложена в статье Юста Грата Гонория.

Отсутствие точных сведений древние хронисты заменяли легендами, которые обычно рождались в Константинополе. Так, хронист VI века Иоанн Малала сообщил, что Аттила через послов приказал Маркиану и Валентиниану держать для него готовыми их дворцы[53]. Ранней весной 451 года гунны и другие подвластные Аттиле племена вторглись в Галлию.

Война с Западной Римской империей. 451—454 годы[править | править вики-текст]
Поход в Галлию. 451 год[править | править вики-текст]

Гунны разоряют виллу в Галлии.
Иллюстрация худ. G. Rochegrosse (1910 г.)
Основная статья: Битва на Каталаунских полях
Ход вторжения не нашёл отражения в записях хронистов и восстанавливается по агиографическим источникам: житиям католических святых, проявивших себя в 451 году.

7 апреля 451 года гуннами захвачен и разрушен Мец, пали также города Трир, Кёльн, Реймс, Тонгер, Труа. Аттила подошёл к Орлеану в центре Галлии и, возможно, осаждал его. Если бы он взял город, то смог бы пересечь Луару по мостам, проникнув во владения Тулузского королевства везеготов на западе Галлии. 14 июня в критический момент, когда, согласно житию святого Анниана, стены города были уже пробиты таранами, на помощь Орлеану подошли соединённые армии римского полководца Аэция и короля вестготов Теодориха.

Аттила отошёл на Каталаунские поля (более 200 км к востоку от Орлеана), перейдя на правый берег Сены, вероятно, в городе Труа[54]. К северу от Труа, на обширной равнине в современной провинции Шампань состоялось генеральное сражение, точное место которого и дата остались неизвестны. Историки предполагают день сражения в диапазоне от конца июня до начала июля 451 года. В результате грандиозной бойни обе стороны понесли тяжёлые потери, погиб король Теодорих I. По-видимому, войско Аттилы потерпело более существенный урон, так как на следующий день он заперся в укреплённом лагере, окружив себя со всех сторон повозками. Инициатива перешла в руки готско-римской коалиции; тем не менее, вновь избранный королём вестготов Торисмунд первым увёл свою армию с поля боя в Тулузу, чтобы обезопасить свою власть от братьев.

Затем с поля битвы беспрепятственно удалился никем не преследуемый Аттила. Он вывел уцелевшие войска за Дунай, откуда в следующем 452 году напал теперь уже на север Италии.

Поход в Италию. 452 год[править | править вики-текст]

Аттила атакует символические образы Италии и муз. Фреска Делакруа, ок. 1840 г.
Летом[55] 452 года Аттила атаковал Италию со стороны Паннонии через широкий равнинный проход в Альпах. Первой под удар попала Аквилея в провинции Венетия, крупнейший в то время город на Адриатическом побережье. Согласно Иордану, «после долгой и усиленной осады Аттила почти ничего не смог там сделать; внутри города сопротивлялись ему сильнейшие римские воины, а его собственное войско уже роптало и стремилось уйти»[56].

Однако Аттила настоял на продолжении осады, и во время штурма с использованием метательных и осадных машин[57] город пал. Хотя Иордан заявляет об исчезновении Аквилеи («разоряют всё с такой жестокостью, что, как кажется, не оставляют от города никаких следов»), на самом деле вскоре город был восстановлен, но угас естественным образом в следующем веке после нашествия лангобардов, так как большинство жителей предпочли перебраться в новый, гораздо лучше защищённый морем город, получивший название Венеция. В 458 году епископ Аквилеи обсуждал вопрос с папой Львом о мужчинах, возвратившихся из гуннского плена и заставших своих жён замужем за другими[58].

Захвачены были и остальные города Венетии, после чего Аттила двинулся на запад северной Италии. Вероятно, командующий римскими войсками Аэций решил организовать оборону по реке По, отказавшись от защиты городов на её левом (северном) берегу. Точно такая же тактика принесла успех римлянам более 550 лет назад во времена вторжения кимвров, когда в 102 до н. э. были отданы варварам на разорение земли к северу от По, в результате чего удалось выиграть время для переброски сильной армии из Галлии. Подобным образом происходил и поход готов Алариха на север Италии в 401 году, когда готы также захватили Аквилею и прошли к западным Альпам, но командующий римскими войсками Стилихон не допустил их в Италию южнее По и затем нанёс поражение.

Встреча папы Льва с Аттилой. Фреска Рафаэля в Ватикане (1514 г.)
Гунны захватили Медиоланум (современный Милан) и Тицинум (современная Павия). В Медиолануме Аттила занял императорский дворец (город был столицей Римской империи в начале V века). По сообщению Суды, Аттила увидел картину, изображающую римских императоров на троне с распростёртыми у их ног мёртвыми скифами. Тогда он приказал разыскать художника и заставил его нарисовать себя на троне, а римских императоров высыпающими золото из мешков к его ногам[59]. Большинство жителей бежало из Медиоланума, их дома были разграблены или сожжены, а церкви разрушены[60].

Секретарь римского папы Проспер записал в своей хронике, что папа Лев в сопровождении знатных римлян Авиена и Тригетия встретился с вождем гуннов и уговорил его уйти за Дунай[61]. По версии Приска Аттилу, кроме папы Льва, отговорили идти на Рим советники, опасаясь скорой кончины вождя (что действительно произошло, хотя и без захвата Рима) после захвата столицы мира подобно тому, как умер Аларих после захвата Рима.

Однако другие источники освещают уход Аттилы по-другому. Из письма к папе Симмаху в 512 году стала известна цель миссии папы Льва к Аттиле. Папа Лев вёл переговоры об освобождении римских пленников (возможно, обсуждая размер выкупа), включая язычников[62]. Убедительные причины ухода Аттилы из Италии изложены в хронике современника событий Идация[63]:

Дополнительные войска, посланные императором Маркианом, под командованием Аэция вырезали их [гуннов] на собственных стоянках. Также они были истреблены посланной с неба чумой.

Историки разошлись во мнениях о личности Аэция, упомянутого в хронике. В то время, как Томпсон полагал его за византийского тёзку Флавия Аэция и относил поход за Дунай в глубокие тылы гуннов, Менхен-Хельфен не сомневается в том, что это и был Флавий Аэций, а византийская армия переправилась морем в Италию, где и стала наносить удары. Историки сходятся в одном, что чума среди гуннов явилась гораздо более решающим фактором их ухода из Италии, чем уговоры римского папы.

Набег в Галлию. 453 год[править | править вики-текст]
После возвращения из похода на Италию Аттила вновь стал угрожать Византии, требуя дань, оговорённую с покойным императором Феодосием. Император Маркиан пробует договориться с вождём гуннов, посылает подарки, однако Аттила отказывается от них. По мнению Иордана, угрозы в сторону Византии были лишь хитрым прикрытием действительных планов Аттилы: «Поступая таким образом, он, лукавый и хитрый, в одну сторону грозил, в другую — направлял оружие.»[64]

Аттила совершил стремительный рейд на аланов, поселившихся на Луаре в центре Галлии. Однако король везеготов Торисмунд успел прийти к ним на помощь, и в сражении Аттила если и не был разгромлен, то вынужден был отступить к себе в Паннонию и Дакию. Кроме короткого сообщения Иордана, нет других источников по этой последней битве Аттилы.

Смерть Аттилы, последовавшая в 453 году, устранила постоянную угрозу границам Римской империи[65].

Смерть Аттилы и распад его империи[править | править вики-текст]
Причиной смерти Аттилы считается носовое кровотечение. Иордан, пересказывая Приска, единственный описал смерть Аттилы и его похороны:

Он взял себе в супруги — после бесчисленных жён, как это в обычае у того народа, — девушку замечательной красоты по имени Ильдико. Ослабевший на свадьбе от великого ею наслаждения и отяжелённый вином и сном, он лежал, плавая в крови, которая обыкновенно шла у него из ноздрей, но теперь была задержана в своём обычном ходе и, изливаясь по смертоносному пути через горло, задушила его. […] Среди степей в шёлковом шатре поместили труп его, и это представляло поразительное и торжественное зрелище. Отборнейшие всадники всего гуннского племени объезжали кругом, наподобие цирковых ристаний, то место, где был он положен; при этом они в погребальных песнопениях так поминали его подвиги […] После того как был он оплакан такими стенаниями, они справляют на его кургане «страву» (так называют это они сами), сопровождая её громадным пиршеством. Сочетая противоположные [чувства], выражают они похоронную скорбь, смешанную с ликованием. Ночью, тайно труп предают земле, накрепко заключив его в [три] гроба — первый из золота, второй из серебра, третий из крепкого железа. […] Для того же, чтобы предотвратить человеческое любопытство перед столь великими богатствами, они убили всех, кому поручено было это дело[66].

В марте 2014 года было сообщено, что при строительстве нового моста через Дунай в Будапеште была найдена могила знатного гунна, возможно Аттилы[67].

Историки считают, что Ильдико — германское имя. Марцеллин передал слух, что «разрушитель Европы» Аттила был заколот во сне неназванной женой. Эта легенда нашла отражение в скандинавском эпосе в «Старшей Эдде»: сестра бургундского короля Гудрун убила своего пьяного мужа, короля гуннов Атли (Аттилу)[68].

Многочисленные сыновья Аттилы бросились делить империю отца, но подвластные ему ранее варварские вожди не пожелали подчиняться новым правителям. Король гепидов Ардарих, возглавляя восстание ряда германских племён, в 454[69] в битве на Недао (совр. Недава — река в Паннонии, приток Савы) разбил гуннов, убив в сражении старшего сына Аттилы Эллака. Рассеянные после поражения гуннские племена заняли разные места. Младший сын Аттилы Эрнак поселился с частью племени в Добрудже, других гуннов более сильные племена оттеснили на восток за Дунай на территорию Византии, где они потом воевали с готами[70].

Последние известия о гуннах Аттилы датируются 469 годом, когда по хронике Марцеллина «голова Денгизириха [Denzicis], сына Аттилы, короля гуннов, была доставлена в Константинополь». Остатки гуннских племён смешались с другими кочевыми племенами, а этноним «гунны» прочно вошёл в лексикон авторов VI века для обозначения варварских кочевых орд, накатывающих волнами в Западную Европу с северного побережья Чёрного моря[71].

Личность Аттилы[править | править вики-текст]
Иордан через сто лет после смерти Аттилы передал описание его внешности и характера:

Аттила (Атли). Иллюстрация к изданию «Старшей Эдды» (1893 г.)
Он был горделив поступью, метал взоры туда и сюда и самими телодвижениями обнаруживал высоко вознесённое своё могущество. Любитель войны, сам он был умерен на руку, очень силён здравомыслием, доступен просящим и милостив к тем, кому однажды доверился. По внешнему виду низкорослый, с широкой грудью, с крупной головой и маленькими глазами, с редкой бородой, тронутый сединою, с приплюснутым носом, с отвратительным цветом [кожи], он являл все признаки своего происхождения[72].

Приск во время посольства к гуннам в 448 году пристально следил за поведением Аттилы. В зарисовках Приска вождь многих народов отличался от своих военачальников неприхотливостью, носил простую одежду, не украшал оружие золотом, на пиру ел из деревянной тарелки, в то время как гостям подносили блюда на серебряных. В изложении Приска Аттила на пиру ведёт себя как германский средневековый король, ничем не напоминая вождя кочевников с Востока.

Нашествие Аттилы в Галлию в 451 году и его встреча с папой римским Львом в 452 году оставили богатый след в католической житийной литературе. В средневековых сочинениях Аттилу стали называть Бич Божий (flagellum Dei) или Гнев Божий, отражая латинскую церковную традицию рассматривать вождя гуннов как коллективное наказание, посланное народам за недостаточно усердное служение Богу. В начале VII века Исидор сформулировал устоявшиеся воззрения на гуннов Аттилы[73]:

Они были гневом Господним. Так часто, как его возмущение вырастает против верующих, он наказывает их Гуннами, чтобы, очистившись в страданиях, верующие отвергли соблазны мира и его грехи и вошли в небесное королевство.

В более позднее время Аттилу стали рассматривать как символ дикого варварства, несущего одни только разрушения для западной цивилизации.

В отличие от церковной традиции, Аттила в германском эпосе практически не отличается от германских королей и характеризуется как добродетельный славный правитель, гостеприимный и справедливый с вассалами. Такой образ развивается в скандинавских песнях «Старшей Эдды» и героическом сказании «Песня о Нибелунгах».

Около 1200 года в венгерском королевстве писец придворной канцелярии, за которым укрепилось наименование Анонима, написал Gesta Hungarorum («Деяния венгров»). Аноним, по его же словам, решил рассказать в своём скорее литературном, чем историческом, сочинении о «происхождении мадьярских королей и дворян», поскольку об их предках во времена Анонима можно было узнать только из «лживых мужицких сказок» и «болтливых былин»[74]. Таким образом автор в отсутствие источников сочинил героическую историю венгерского дворянства, в которой он сделал Аттилу родоначальником венгерских королей[75]. Последователь Анонима Шимон Кезаи развил образ Аттилы в своей «Истории венгров», написанной ок. 1283 года, и до настоящего времени имя Аттила является популярным в Венгрии.

Профессор археологии Лотте Хедеагер приводит аргументы в пользу того, что образ Одина в скандинавских сагах, в частности в Саге об инглингах, сложился в результате слияния образов божества древних германцев Вотана и Аттилы под воздействием экспансии гуннов. Об этом может говорить ряд совпадений в мифологической биографии Одина и Аттилы, путь завоеваний в эпосе похожий на перемещения гуннов в 4-6 веках, значительная роль провидцев и шаманов у гуннов с функциями аналогичными действиям Одина, а также эволюция изображений верховного божества на археологических находках того времени[76].

Образ Аттилы в искусстве[править | править вики-текст]

Аттила (медаль)
Нумизматика[править | править вики-текст]
В 2009 году Нацбанк Казахстана выпустил памятную серебряную монету «Аттила» в серии «Великие полководцы» номиналом 100 тенге и тиражом 13 тысяч штук. Монета «Аттила» изготовлена из серебра 925 пробы, масса 31,1 грамма, диаметр 38,61 мм[77]. На лицевой стороне (аверсе) монеты «Аттила» изображен скачущий на коне воин, в центральной части оборотной стороны (реверса) расположено позолоченное изображение старинного медальона с изображением Аттилы. В нижнем секторе изображены три скачущих на коне воина, в верхнем секторе по окружности расположена надпись «ATTILA THE HUN» на английском языке и числа «406—453» обозначающие годы жизни полководца. Монета получила диплом в номинации «Монета года» на международном конкурсе «Монетное созвездие-2010» в Санкт-Петербурге, на котором были представлены 209 монет из 24 стран мира[78].

Предания[править | править вики-текст]
Аттила, выведенный под именем Этцель — один из главных героев ге


+0-0
шиноби (гость)
русский стиль

Рука его мала, но в ней зажал весь мир,
Как жалкого птенца изранив когтем;
И не излечит ран его победный пир,
Уродливость лица не скроет копоть.

Божий гнев - бич небес, глотает пот и пыль.
Жизнь в седле, смерть и блеск на острие судьбы.

Водоворот орды всю нечесть свёл в одну,
Германец или скиф добычу делят.
Костров Аттилы дым несёт с собой чуму
И варварский мотив сжигает веру!

"Запад здесь, под рукой. Мечами выбьем дверь!" -
Бросил клич дух степной - злой азиатский зверь!

Припев:
Над нами синего неба флаг.
Нет страха в блеске холодных глаз.
Нет правил в этот рассветный час,
До заката смерть рассудит нас.

Смертельная любовь, коварная судьба
На свадебном пиру справляют тризну.
Отравлено вино, яд на его губах,
Как горький поцелуй последний в жизни.

Горлом хмель, горлом кровь всю жизнь испил дикарь.
Кто теперь сын ветров, жестоких Гуннов царь?