Твоё здоровье не влияет на моё.

«Это война против собственного народа»
Россия решила ответить на санкции. Тысячи россиян лишатся лекарств и умрут

16 апреля в Государственной думе рассмотрят законопроект об ответных мерах в отношении стран, поддержавших американские санкции против России. Ожидается, что законопроект будет принят, поскольку его авторы — лидеры думских фракций.

Майя Сонина, директор фонда помощи больным муковисцидозом «Кислород»

В России около трех тысяч больных муковисцидозом. В том случае, если законопроект примут, мы им не поможем, даже если разорвемся. Те препараты, которые они получают пожизненно, как правило, импортного производства — из Америки и Европы. Это и гепатопротекторы, и муколитики (препараты для отхаркивания мокроты), и антибиотики, и инсулин — диабетиков среди них достаточно. Российские аналоги не выдерживают критики: на фоне их приема возникают тяжелые осложнения. Мы, к сожалению, это знаем на печальной практике: пациент выписывался из клиники, где ему назначали отечественные дженерики, и через короткое время у него ухудшалось состояние, отказывала печень.

Восстановиться после их приема невозможно, потому что это приводит к дальнейшей невосприимчивости к любым препаратам — в частности, сильнодействующим антибиотикам и, как следствие, к летальному исходу. Колистин, тобрамицин для ингаляций — долго можно перечислять этот список, наши больные принимают их пожизненно, и только на этих препаратах и держатся, только благодаря им выживают.

Российские аналоги — это неочищенные препараты, не прошедшие клинические испытания... Испытания проводят прямо на пациентах: каждый раз они должны вызывать скорую и регистрировать побочные эффекты, затем идти к начальнику поликлиники, который собирает консилиум и решает, что препарат не подошел. Только после этого по индивидуальному заказу закупается оригинальный препарат. Это небезопасно для самих пациентов, и эта практика — по замещению российскими дженериками — идет уже давно.

Но теперь получается, что рабочее лекарство нельзя будет выписать даже после решения консилиума. Более того, под угрозой запрета вообще все препараты. Наш основной муколитик «Пульмозим» (Дорназа альфа), который дает возможность продлить жизнь (без специального лечения больные живут до 16 лет), пока не имеет аналогов. Но он уже разрабатывается, и как только выйдет — все.

В законопроекте говорится не только о лекарствах, а вообще о любых товарах. Мы закупаем в Америке и Европе кислородные концентраторы, ингаляторы, компрессоры для ИВЛ-аппаратов, дыхательные тренажеры, вибромассажеры для дренажа мокроты, откашливатели, аспираторы и так далее. Не дай бог встретиться с отечественными: тот же кислородный концентратор перегорает моментально! И если человек кислородозависим, а в сети происходит скачок напряжения, аппарат просто отключается, и пациент задыхается.

Лазейка с личным провозом лекарств вряд ли сработает. Представьте себе обычную семью из деревни в Челябинской области. Как они будут ездить? Это же огромные деньги! Безусловно, наши волонтеры как могут используют все способы доставить лекарство, в том числе полулегально, но они сильно рискуют, потому что бог его знает, что придет в голову таможеннику. При легальном способе надо было ждать решения врачебного консилиума федерального профильного учреждения. Теперь легальных способов не остается.

За границу на операцию мы перестали отправлять — это дикие деньги. Однажды мы попытались отправить за государственный счет, но документов ждали настолько долго, что девушка, которую отправили в Страсбург, не доехала до клиники и скончалась на вокзале.

По итогам санкций наша возможность помочь подопечным снизилась в восемь раз. Раз в квартал назначают внутривенный курс антибиотиков: 9 граммов меронема при тяжелой синегнойной инфекции легких, курсом 21 день и стоимостью 300 тысяч рублей. Порой у родственников больных возникает ситуация, когда нечем платить за похороны, и мы предлагаем кремацию. Сейчас у нас очередь на полтора года. Некоторые не успеют дождаться.

Гуманитарное убежище удавалось получить лишь единицам, Sad а пациентов с редкими заболеваниями порядка полумиллиона в стране. Еще больше диабетиков и астматиков, которым совсем не жизнь без иностранных препаратов. Всем срочно эмигрировать? Так не выйдет. Никогда не знаешь, как работать в стране, где издаются суровые законы, которые компенсируются как бы необязательностью их исполнения, да еще и на фоне огромнейшей коррупции. Все настолько непредсказуемо и странно, что я не могу прогнозировать, как мы будем с этим работать.

Екатерина Бермант, директор фонда «Детские сердца»

Я даже не знаю, что про это сказать. Это война против собственного народа. Как можно запретить привозить в страну лекарства или медицинское оборудование, которое мы сами производим плохо? Как?

Каждому третьему нашему подопечному нужен кардиостимулятор. Мы имплантируем аппараты только иностранного производства. Российские аналоги в нашей стране есть, но мы не рискнем заказывать их нашим пациентам, потому что срок годности, качество и все остальное разнится примерно, как «Запорожец» и «Мерседес». Они, конечно, не сразу ломаются, но гораздо чаще и быстрее, ведь западные стандарты качества у нас не приняты. Сейчас мы пользуемся услугами дилеров, и если их запретят, я не знаю, как мы будем выкручиваться. В законопроекте есть пункт о том, что разрешается ввоз товаров для личного использования, но, понимаете, на 600 человек ввезти кардиостимуляторов в кармане не получится.

Да, кого-то мы продолжим отправлять на операции за границу — хотя бы здесь, надеюсь, что-то будет в порядке, но всех за границу не отправишь, никаких денег не хватит. Нам уже их не хватает, потому что все цены привязаны к курсу доллара. Так что это будет просто гибель какая-то. Это очень глупая мера, которая не приведет ни к чему, кроме урона тощей и больной экономике и ущерба здоровью жителей страны. Хотя они [депутаты] этого не заметят.

По данным фонда, ежегодно в России рождается 14 тысяч детей с врожденным пороком сердца, 10 тысяч из них могут быть прооперированы за счет бюджета, остальным остается надеяться на помощь фондов.

Екатерина Чистякова, директор фонда «Подари жизнь»

Запрет на ввоз лекарств из США и других противных иностранных государств, согласно законопроекту, не коснется тех препаратов, аналогов которых нет в России (или которые можно, скажем, ввезти из Индии). Это хорошая новость. Судя по тексту, новые препараты, которые находятся под патентной защитой и не могут быть воспроизведены (те же «Адцетрис», «Опдиво», «Китруда»), нас не покинут по причине нового закона.

По многим другим препаратам мы перебьемся тевовскими дженериками. Или венгерскими (наверное). Ну или российскими аналогами. То есть доступность лекарств снизится, но не глобально (будет сильно зависеть от списка стран, которым откажут в импорте лекарств).

На этом хорошие новости заканчиваются. Плохие новости такие. Пострадают пациенты с лекарственными аллергиями. Например, у препарата есть российский и израильский аналог, но на них аллергия, и нужно немецкое лекарство (а оно под санкциями). Это гипотетическая ситуация.

Могут пострадать пациенты с тяжелыми хроническими заболеваниями, которым нужны препараты пожизненно и в больших дозах. Например, антибиотик для лечения воспаления легких может быть условно любого качества, так как курс лечения длится недолго и дозы невелики. Но тот же антибиотик для пациента с муковисцидозом должен быть самым высококлассным (с точки зрения токсичности, в частности), так как принимается ежедневно, пожизненно и в больших дозах.

Может пострадать конкуренция на лекарственном рынке. Для того чтобы все производители работали над качеством и доступностью своих препаратов, нужно, чтобы рынок был большим. Но если доступ лекарств на российский рынок ограничат, то конкуренция может съежиться.

Впрочем, все эти последствия пока гипотетические. Реальная ситуация очень сильно зависит от того, какие именно лекарства войдут в ограничительный список — если, конечно, закон будет принят.

Есть и две нейтральные новости. США точно не пострадают. Российский лекарственный рынок — не очень лакомый пирог. Народу в России много, а вот денег — маловато. А что интересует любую фарму, даже американскую? Правильно — деньги, которые можно выручить от продажи лекарств. От принятия этого закона могут пострадать только бедные, а богатые точно не пострадают. Проект закона не ограничивает возможность граждан ввозить любые лекарства для личного применения. А кто может съездить в Германию за таблетками? Уж точно не бедные. А вот богатые могут, поэтому после принятия закона они ощутят разве что некоторые неудобства.

Александр Саверский, президент «Лиги защитников пациентов»

Это санкции против своего народа. Это нарушение международных норм в отношении права на охрану здоровья, в том числе прав инвалидов, для которых есть особая конвенция. Американских препаратов немного у нас на рынке, но замены им нет. У оригинального препарата молекулярная формула всегда чище, они качественнее. Результат реакции организма зависит даже от длины формулы молекулы, из-за добавочных компонентов она может по-другому действовать. Фактически люди просто останутся без лекарств и погибнут, и это будет на совести депутатов.

Ограничения для некоторых иностранных препаратов у нас действуют не первый год, и пациенты часто жалуются. Переводить человека с одних таблеток на другие, если речь не идет о хроническом заболевании, — это неполезно. А поскольку у нас в стране нет нормальной мониторинговой, надзорной системы, то масштаба последствий мы с вами не узнаем, за исключением отдельных жалоб. Решение таких вопросов происходит через врачебные комиссии и потом через прокуратуру и суд. Все это — на фоне ухудшения состояния человека или покупки нужных лекарств за сумасшедшие деньги.

Конечно, мы будем пытаться их привезти любыми способами: через благотворительные фонды, через поездки за рубеж. Лет десять назад я столкнулся с ситуацией, когда посольство Норвегии начало получать массу запросов на предоставление убежища россиянам, которые утверждали, что в России у них нет возможности лечиться. Поток людей, которые могли уехать по здоровью, был достаточно приличный до 2014 года, пока не взлетел доллар. Сейчас будет такая же ситуация: люди побегут в Америку за убежищем, потому что у нас опять нечем лечиться. Американцы окажутся в интересном положении, когда отказать больным людям сложно, тем более что лекарство есть только у них.

В конце 2015 года уже принималось похожее постановление в отношении лекарств — под названием «третий лишний», об ограничении допуска иностранных лекарств при госзакупках. То есть оговорка про «неимение аналогов» у препарата уже работает в стране. А сейчас речь идет о полном запрете. Я надеюсь, что этого не случится, но инициатива выдвинута, и даже непонятно, у кого рука поднялась.

Антон Красовский, директор благотворительного фонда «СПИД.ЦЕНТР»

(…) Итак, у нас отнимут «Эвиплеру» — единственный комбинированный препарат 3-в-1, внесенный в список жизненно важных средств. Она канадская или ирландская, а компания, ее разработавшая, самая вражеская — американская. Отнимут «Труваду», главный в мире препарат доконтактной профилактики. Исчезнет «Эдюрант», важнейший компонент нетоксичных схем. Пропадет «Маравирок», редкий ингибитор слияния. В тартарары полетит «Ралтегравир» — основной препарат, одобренный в детских схемах. Запретят «Совальди» — главный хит в лечении гепатита С. Ну и не станут даже регистрировать новые американские разработки, на которые штатовских и европейских ВИЧ-позитивных людей перевели еще в позапрошлом году — «Генвойю», «Дескави» и «Одефси».

Все это, вероятнее всего, заменят так называемыми аналогами. По закону аналог — это не аналогичный препарат, а препарат схожего действия. Ну, снижает вирусную нагрузку, и отлично. Никого не будут волновать побочки, прорастающие в почках камни, ломающиеся кости, гниющая печень и отказывающее сердце. Наш ответ Чемберлену важнее.

Чемберлен меж тем срать на нас хотел, ибо объем российского рынка этих лекарств минимален — сравним, наверное, с польским. И уж точно меньше танзанийского. Компании посмотрят на все на это, покрутят пальцем у виска и уйдут из России. И в результате вместе со сложными лекарствами исчезнут и простые — элементарные антигистаминные и антибиотики. И я очень надеюсь, что когда кто-нибудь из авторов законопроекта или его родных будет помирать, а на Запад их лечиться, конечно же, уже не пустят, то кому-нибудь из его внешторговских друзей все же посчастливится найти заветный талон.

Илья Фоминцев, исполнительный директор фонда профилактики рака «Живу не напрасно»

Запрет не только американских, но и европейских лекарств — это перебор, это «бомбардировка Воронежа». В лечении онкологических больных используются в основном препараты иностранного производства. Есть крупные американские компании — MSD, Bristol-Myers Squibb, Pfizer — у которых очень приличные препараты. Некоторые аналоги находятся на разных стадиях испытания в России, и есть даже те, которые уже зарегистрированы, но очень часто аналоги сильно недотягивают, есть серьезный вопрос к качеству сравнительных исследований этих аналогов.

Многие специалисты говорят, что наши препараты неплохие и работают, но когда речь заходит о своих пациентах — родственниках, то все хотят оригинал. Именно потому, что нет доверия к качеству: эквивалентность этих препаратов исследована плохо. Больные любым раком — например, легких или меланомой — под угрозой.

Например, у нас пока нет нормальных аналогов для ингибиторов контрольных точек иммунного ответа. Хорошо, что есть аналоги, хорошо, что они дешевле, но зачем запрещать оригиналы? Последнее время они нормально конкурировали, был даже рост российской фармацевтики на фоне поддержки производителей. Но запрет конкурента не приведет к дальнейшему росту нашей фарминдустрии. Люди окажутся в ситуации, когда их возможности в лечении рака ограничены.

Сейчас будут петь песни про то, что наши препараты ничуть не хуже. Чтобы в эти песни поверить, нужно получить очень серьезные доказательства. Никто не знает, хуже российские лекарства или не хуже, — чтобы это узнать, надо провести нормальные исследования. Будут возмущаться: как же так, их провел Росздравнадзор. Лично у меня нет никакого доверия к Росздравнадзору. Если будет проведено независимое ни от нас, ни от американцев исследование, выложенное в открытый доступ, тогда я поверю. Но на моей памяти еще ни разу такого не делали.

В качестве пилотного проекта я бы предложил попробовать отказ от американских препаратов на самих депутатах, когда они заболеют, но скорее всего они просто уедут лечиться за границу.

Алексей Кащеев, врач-нейрохирург, кандидат медицинских наук

(…) Среди моих пациентов самые разные люди — от нищих до фантастически богатых. Среди последних тоже всякие, в том числе и те, кто «принимает решения»: есть федеральные судьи, депутаты Государственной Думы, топовые журналисты кремлевского пула, один посол (в отставке) и несколько сотрудников МИДа, немало высокопоставленных сотрудников ФСБ и МВД, серьезные чиновники из Администрации Президента, всяческих министерств и ведомств, топ-менеджеры госкорпораций, чьи имена еженедельно мелькают в новостных лентах, и даже один очень известный практически руководитель одной непризнанной республики. (...)

Они нередко оперируются в России, тем более что некоторые из них невыездные. Я уже не говорю о том, что когда их настигает острая медицинская проблема (инфаркт миокарда, автотравма, белая горячка), они вызывают ту же самую скорую помощь, ту же 03, что и прочие смертные. И точно так же их родственники начинают панический обзвон «своих каналов», чтобы найти «нормального врача». И ровно так же эти близкие, а по сути бабушки и дедушки, дяденьки и тетеньки, телочки и пацанчики, трясутся за их здоровье и жизнь, как все остальные. Эти высокопоставленные люди носят дорогие костюмы, но под этими костюмами обычное человеческое тело — несчастное, болезное, смертное. И все они заслуживают помощи и спасения, потому что они — люди.

И вот я думаю про этих людей в хороших костюмах, которые хотят сейчас запретить ввоз на территорию России американских препаратов (а они понимают последствия и прекрасно знают, что это означает для российских пациентов, — я видел этих людей в хороших костюмах и не замечал среди них слабоумных, все они сплошь умны, а порой чрезвычайно, исключительно умны), — так вот, впервые я думаю, обязан ли я оказывать им впредь медицинскую помощь лишь на основании того, что они живые люди, а я работаю врачом, или же правильнее им отказать? Sad

Нюта Федермессер, учредитель благотворительного фонда помощи хосписам «Вера»

(…) Мы уже пережили кучу войн, терактов, дебильных законов, собственных ошибок, пережили — и живем дальше. Мы живучие, и память у нас короткая. Мы малообучаемы. Поэтому опять, когда Дума инициировала закон о запрете на ввоз препаратов и медоборудования американского производства (а, кстати, масса неамериканских компаний имеет производства в США), мы смотрим на это, словно на зоопарк, не понимая последствий. «И этот идиотизм мы переживем», — думаем мы. «Надо же, — думаем мы, — Сколько же дебилов и мудаков собралось в самом центре Москвы». Мы думаем про это спокойно и смотрим на это как бы уже из «потом», когда мы и этот ураган уже пережили...

Все верно, это и есть зоопарк. Только они смотрители, а звери — мы. Очень важно иногда вспоминать, кстати, что звери сильнее. И что зверей больше... Несколько сотен детей, которых мы годами переводили из отделений реанимации домой, постепенно обучали их родителей работать с аппаратами вентиляции легких, с откашливателями и прочим непростым оборудованием, чтобы их дети могли иметь детство, ходить на улицу, в школу, даже в бассейне чтобы могли плавать на аппарате ИВЛ, — так вот несколько сотен этих детей уже несколько лет живут на американском оборудовании с американской расходкой.

Но Дума не думает про несколько сотен детей, которых придется снова выдернуть из дома и передать в отделения реанимации. Дума не думает про то, что этих детей снова придется навсегда закрыть в отделениях реанимации по всей стране, навсегда снова отделить их от мам, как в концлагере, потому что в реанимации по-прежнему не пускают, потому что Дума по-прежнему не внесла поправки в закон о посещении реанимаций.

Что для Думы несколько сотен детей? Если каждого члена Думы выбрали несколько миллионов взрослых... Для Думы важна геополитика. Дума думает стратегически и на годы вперед, а несколько сотен неизлечимых детей — это здесь и сейчас. (…)

https://lenta.ru/articles/2018/04/16/genocid/

Развитие событий трудно даже представить. Жизнь больных людей зависит от необдуманного, пафосного жеста - мы им покажем! А ощущать всю прелесть этого грозного и столь ничтожного "покажем" будем мы.

Это следствие того, что в

Это следствие того, что в России нет общества и всех соответствующих её культуре и истории структур. Вскоре после 1917 года была создана административная система для развития экономики. Невозможность эффективно управлять обновлённой вертикалью власти усугубляет дезориентацию масс практически мёртвого общества, которое не реагирует на войны, коррупцию, грабежи, насилие, конфликты, персональные протесты бомжевания или подвиги научной мысли.
Катастрофа России, её населения, уведённого не той дорогой к счастью продолжается.Это генетическая усталость или по простому вырождение.Посмотрим много людей эта статья взволнует,кроме идиотов и тролей,конечно.

x-men пишет: Посмотрим много

x-men пишет:

Посмотрим много людей эта статья взволнует,кроме идиотов и тролей,конечно.

Прикольно

Все зависит от человека с мечом. Между тем он никто. У него нет ни короны, ни золота, ни благословения богов - только кусок заостренной стали... но если нами правят люди с мечами, почему мы тогда притворяемся, будто власть принадлежит королям?

x-men пишет:

Посмотрим много людей эта статья взволнует

Да! а вот и ответ на Ваш вопрос:

Подавляющее число россиян не хотят участвовать в каких-либо протестных акциях (86 процентов) и не замечали таковых в последние несколько месяцев (88 процентов). Об этом сообщили в «Левада-центре», передает РБК в понедельник, 16 апреля.

«Проблемы есть, но склонности винить центральную власть нет, тем более, если власти стараются реагировать, хотя бы частично удовлетворяя запросы граждан» Круто!

как показывает опрос, большая часть населения удовлетворена всем, что происходит в стране.

Подавляющее число россиян не хотят участвовать в каких-либо протестных акциях (86 процентов) и не замечали таковых в последние несколько месяцев (88 процентов). Об этом сообщили в «Левада-центре», передает РБК в понедельник, 16 апреля.
Желающих участвовать в политических акциях еще меньше — 6 процентов (на два процента меньше, чем в декабре 2017-го).

Три четверти россиян вообще считают маловероятными какие-либо массовые выступления из-за падения уровня жизни или в целях защиты своих прав. Противоположной точки зрения придерживается 17 процентов респондентов (на шесть процентов меньше).

Протесты по политическим мотивам, по мнению россиян, еще менее вероятны (80 процентов). Допускают такую возможность 12 процентов опрошенных.

Участвовали в митингах за последние два или три месяца один процент респондентов.

https://lenta.ru/news/2018/04/16/proteat/

При этом даже не упоминают Закон о митингах, собраниях, о Законе Яровой, повлиявших на супер пассивную гражданскую активность. В том числе и депутатам - они теперь не могут собраться со своими избирателями, чтобы те могли высказать свои требования, а те отчитаться. Для этого депутат и их избиратели должны пройти процедуру согласования с администрацией города. Громкий смех Но думаю их то это вполне устраивает. Нет проблем. Депутаты и чинуши блюдуют Законы. Сами придумали, сами и подчиняются им, в пример гражданам Тсс! Это секрет!

Ад - место, где десять заповедей преследуются по закону.

Генри Луис Менкен

Я говорю-вырождение

Я говорю-вырождение народа.Рим падет.

очередной пример, когда ещё

очередной пример, когда ещё ничего не сделано, а паника уже выше крыши, причём полностью основанная на фантазиях

zeborema пишет:

очередной пример, когда ещё ничего не сделано, а паника уже выше крыши, причём полностью основанная на фантазиях

Я в шоке!
Вообще-то круто! Госдура ещё не разу не обманула тревожных ожиданий. Да!
Депутаты всем составом, даже не нашли нужным спросить мнение, даже не нас, а специалистов, которые выражают тревогу, заботу, бьют в колокола в надежде, что к ним прислушаются именно те, кто обрекает народ на трудности, которые обязательно возникнут. Завтра узнаем, как пройдёт рассмотрение данного вопроса, и если депутаты "прислушаются" к "фантазиям", это будет во благо. В случае снятия с повестки дня.

И повежливее, пожалуйста. Ничего нам не даётся так легко, как вежливость Громкий смех

Ад - место, где десять заповедей преследуются по закону.

Генри Луис Менкен

zeborema пишет:очередной

zeborema пишет:

очередной пример, когда ещё ничего не сделано, а паника уже выше крыши,

Уже многое, что сделано. Пример, "Закон Димы Яковлева" по-которому богатые американцы не могут забирать больных ребятишек из нищих российских приютов. В штатах они чувствуют себя людьми, а здесь тихо умирают.

zeborema пишет: ещё ничего не

zeborema пишет:

ещё ничего не сделано

А мы в принципе не хотим чтоб это было сделано, а урода, только подумавшего о подобном тут же пинком под зад из властей

Все зависит от человека с мечом. Между тем он никто. У него нет ни короны, ни золота, ни благословения богов - только кусок заостренной стали... но если нами правят люди с мечами, почему мы тогда притворяемся, будто власть принадлежит королям?

И лечиться ему в урюпинске

И лечиться ему в урюпинске

Все зависит от человека с мечом. Между тем он никто. У него нет ни короны, ни золота, ни благословения богов - только кусок заостренной стали... но если нами правят люди с мечами, почему мы тогда притворяемся, будто власть принадлежит королям?

Наблюдая реакцию людей на данную инициативу, можно сказать, что люди находятся в, почти, панике. И очень эмоционально высказываются на сей счёт, что выдаёт тревогу, что всё-таки будет так, как посоветовали думцам, они-то сами давно не думают. Везде бездебатные холуи.

Не просить, а судить

Запрет лекарств будет не первой подлостью на счету Государственной Думы. Один закон Димы Яковлева чего стоит! Но лекарства — это уже перебор. Это как применение оружия массового уничтожения – удар по площадям. Пострадают, разумеется, самые незащищенные. Эта откормленная тварь, которая предлагала лечиться корой дуба, и его коллеги по борьбе за народное счастье никаких изменений и не заметят.

Бессмысленно что-то им объяснять – им это не интересно. Бессмысленно их о чем-то просить – они не считают себя субъектами собственных решений, действуют по команде, не испытывают ни колебаний, ни чувства вины. Они спокойны и радостны, они делают одно большое общее дело.

Надо «смутить веселость их».

КАЖДЫЙ, кто проголосует за этот закон, преступник — полагаю, хорошие юристы смогут обосновать этот очевидный для неюриста тезис. И КАЖДОГО проголосовавшего надо судить. Сейчас не получится, но от следующего президента – а ведь будет когда-нибудь следующий – это надо будет требовать. Надо составлять и публиковать списки тех, кто умрет от отсутствия нужных лекарств. И в предвыборных кампаниях – а ведь будут когда-нибудь выборы – наказание виновных в этих смертях должно быть частью предвыборных обязательств.

И уже сейчас надо добиваться, чтобы проголосовавших за этот закон признали преступниками юстиции других государств.

Они должны ответить. И они должны знать, что ответят! Они должны жить, зная, что отвечать придется. Не на том свете – на этом!

https://echo.msk.ru/blog/leonid_gozman/2184856-echo/

Ад - место, где десять заповедей преследуются по закону.

Генри Луис Менкен

Россия вперед

Россия вперед пишет:
zeborema пишет:

очередной пример, когда ещё ничего не сделано, а паника уже выше крыши,

Уже многое, что сделано. Пример, "Закон Димы Яковлева" по-которому богатые американцы не могут забирать больных ребятишек из нищих российских приютов. В штатах они чувствуют себя людьми, а здесь тихо умирают.

[.
Этот закон призван оградить детей от издевательства. Хочется думать, что богатый американец из жалости и по благородству души берет ребенка и лечит его, но, нет, он оформляет усыновление инвалида, получает налоговые льготы и все, на этом его интерес заканчивается, но человек, не кошка, его не выбросишь и он начинает нервировать, а, поскольку изнеженные американцы поголовно сидят на антидепрессантах-- считай наркоманы, этим все сказано.
Прекратите вы придумывать слезные истории. Смотрите лучше доктор хаус и кости, судя по ним в америке нет ни одного больного и 100 процентов раскрываемость преступлений.

Я вам приведу пример, а вы

Я вам приведу пример, а вы думайте, есть такое лекарство, наше, называется " азатиоприн" стоит 200 рублей, действует лучше, меньше побочных эффектов, иностранные аналоги хуже и стоят от5 до 13 тысяч за упаковку. Одна упаковка на две недели. Считайте. И попробуйте купить азатиоприн, завод его перестал выпускать, дешево- не выгодно . Кто виноват?

defender,zeborema,

defender,zeborema,

Ужастики что ли любите

Ужастики что ли любите смотреть? Мы в детстве ходили ночью на кладбище 12 мр. Гулять. Фигня, не страшно

Енот. пишет: А мы в принципе

Енот. пишет:

А мы в принципе не хотим чтоб это было сделано, а урода, только подумавшего о подобном тут же пинком под зад из властей

Громкий смех Одобрям-с!
80% населения - путинские рабы.

Кста: кто помнит переписку

Кста: кто помнит переписку двух летней давности--? -- ну и кого из вас взлетевший доллар убил?

А остальные 20 ?

А остальные 20 ?

Враги. Как у хороших пацанов.

Враги. Как у хороших пацанов.

defender, Ты-то

defender,
Ты-то кто,спинозадый.Грант путинский выиграл или с ним в бильярд играешь?Троллишь за сколько?

defender

defender пишет:

азатиоприн

Кстати выпускается.А вот американский Хумулин М3 (сах.диабет 2 типа) можно забыть и умереть.Даже датский инсулин и то хуже.Да если бы умные были правители, то в лучшие годы поставили несколько инсулиновых заводов,т.к. люди стали жрать больше и болеть диабетом. А вообще за 25 лет можно столько построить и не закупать за бугром.И выебавается можно-бы.Да бы мешает.

По идее, сейчас должны вопить всякие благотворительные фонды, типа артисточки Чулпан Хаматовой "Подари жизнь".
Гуглю, вот что они пишут про себя: Благотворительный фонд помощи детям с онкогематологическими и иными тяжелыми заболеваниями «Подари жизнь»

https://podari-zhizn.ru/main/node/2

И чо? А не чо... А почему? А потому, что только вякни и от этого фонда останется одно только красивое название. Его на следующей день закроют и пох, сколько они там детских жизней спасли.

zim1976

zim1976 пишет:

defender,
Ты-то кто,спинозадый.Грант путинский выиграл или с ним в бильярд играешь?Троллишь за сколько?

Я б за деньги то с удовольствием, даже принципами потупился, где платят, не подскажешь?
Кста: не очень я в терминах слен, но, вроде , форумный троль- это кому пофиг где, лишь бы на конфрикт выводить. Я напротив конфликты не люблю, так что ч не тролль. Не согласен со мною- аргументируй нет аргументов-- тухни.

(Тема не указана)

defender, Ты власть защищаешь

defender,
Ты власть защищаешь дурила,это и приводит к мысли,что ты тролишь.Кто-то здесь говорил,что власть не любят ни богатые ни бедные.А ты что?Тебя пусть хоть писать научат.Про тролеей ты знаешь смотрю?Значит был контакт?

defender пишет: ну и кого из

defender пишет:

ну и кого из вас взлетевший доллар убил?

чирипаха до сих пор бьется в конвульсиях, не доедает, не досыпает, вкалывает круглые сутки, бидняжка... Громкий смех

zim1976, Братишка твой

zim1976,
Братишка твой появился Плюшкин Ольгинский

defender, Братишка твой

defender,
Братишка твой появился Плюшкин Ольгинский

Бабусенька Ягусенька

Бабусенька Ягусенька пишет:

Гуманитарное убежище удавалось получить лишь единицам, а пациентов с редкими заболеваниями порядка полумиллиона в стране. Еще больше диабетиков и астматиков, которым совсем не жизнь без иностранных препаратов. Всем срочно эмигрировать?

кто-та тута говорил что государство никаму ничем не помогает, а тут нате полмиллиона, и всем чота от государства нужно... при капитализме, как не печально, слабые за борт вылетают...

zim1976 пишет: Братишка твой

zim1976 пишет:

Братишка твой появился Плюшкин Ольгинский

а ты сирота??? с годом рождения вначале разберись... Громкий смех

x-men пишет:масс практически

x-men пишет:

масс практически мёртвого общества, которое не реагирует на войны, коррупцию, грабежи, насилие, конфликты, персональные протесты бомжевания или подвиги научной мысли.

выбери свое, прогейпендошен не реагирует на подвиги российской научной мысли, зато на всё остальное реакция хоть отбавляй, хотя эти подвиги в развитии страны совершают такие же граждане как они сами...

Плюшкин, RIP

Плюшкин,
RIP

ну ясен пень, чего мона

ну ясен пень, чего мона ожидать от пропиндосского типа в лекарственной теме, конечно же пожелание сдохнуть... Пацталом

Плюшкин пишет:

чирипаха до сих пор бьется в конвульсиях

а кто эта чирипаха? Громкий смех

лунтика глянь...

лунтика глянь... Громкий смех

Плюшкин пишет: лунтика

Плюшкин пишет:

лунтика глянь...

Громкий смех скрываишь?

вот тимнота, сразу видно

вот тимнота, сразу видно малых детёв нетю, чего тута скрывать, мультик называется "лунтик"

Плюшкин пишет: мультик

Плюшкин пишет:

мультик называется "лунтик"

да я знаю, я же не о мультике спрашиваю ))

defender пишет: Мы в детстве

defender пишет:

Мы в детстве ходили ночью на кладбище 12 мр. Гулять

Ржунимагу так э
то вы были)

Воля-вольная пишет: да я

Воля-вольная пишет:

да я знаю, я же не о мультике спрашиваю ))

пипец, ну и кто в лунтике чирипаха??? Громкий смех

Плюшкин пишет: ну и кто в

Плюшкин пишет:

ну и кто в лунтике чирипаха???

Ржунимагу пришлось ознакомиться с нетленкой внимательно Громкий смех
ясно всё с чирипахой, прям открытие Громкий смех

ваще риальный персонаж и

ваще риальный персонаж и полное соответствие... Громкий смех

Плюшкин пишет:

ваще риальный персонаж и полное соответствие...

Нет я особо не смотрела много, но вроде в мультике она доброжелательная

x-men пишет: Катастрофа

x-men пишет:

Катастрофа России, её населения, уведённого не той дорогой к счастью продолжается.Это генетическая усталость или по простому вырождение.

Да!

А хули им, кабанам, дел до

А хули им, кабанам, дел до Ивана? Они своих чадок не здесь лечут

Ры.сы. Пейсаки-поддакиватели видать думают, что если когда вдруг заболеют, то им за былые пейсательские заслуги выделят упаковочку-другую американских лекарств. Один тут такой всё хвалой занимался. А потом рыдал, что когда ему спинку прихватило, его на Х послали отечественные медики. И даже заслуги былые не в счет...

Бабусенька Ягусенька

Бабусенька Ягусенька пишет:

Подавляющее число россиян не хотят участвовать в каких-либо протестных акциях (86 процентов) и не замечали таковых в последние несколько месяцев (88 процентов).

Бабусенька Ягусенька пишет:

Участвовали в митингах за последние два или три месяца один процент респондентов.

Да! Да, никогда эта страна не будет жить хорошо.

x-men пишет:

Я говорю-вырождение народа.Рим падет.

Да!

Бабусенька Ягусенька пишет:

Вообще-то круто! Госдура ещё не разу не обманула тревожных ожиданий.

Да!

Енот. пишет: А мы в принципе

Енот. пишет:

А мы в принципе не хотим чтоб это было сделано, а урода, только подумавшего о подобном тут же пинком под зад из властей

Кто пинок осуществлять будет? Читайте выше:

Бабусенька Ягусенька пишет:

Участвовали в митингах за последние два или три месяца один процент респондентов.

x-men пишет:

Я говорю-вырождение народа.Рим падет.

СОС! Хелп! Помощь!

Российские пациенты не

Российские пациенты не доверяют отечественным лекарственным препаратам. Принято считать, что наши лекарства «не работают», они некачественные, и вообще — «импортное лучше». «Лента.ру» попросила экспертов рассказать, откуда берутся самые распространенные заблуждения о российских лекарствах и насколько они соответствуют действительности.

В топ-20 самых продаваемых в России в 2015 году брендов лекарственных препаратов, составленный DSM Group, входят только шесть российских. При этом из оставшихся 14 лекарств 12 имеют отечественные аналоги, и их стоимость в разы отличается от оригиналов. Однако по ряду причин потребители выбирают именно то, что дороже. Дело не только в агрессивной рекламе, в которую бренды вкладываются очень активно, говорят эксперты в фармкомпаниях. У россиян сложились определенные представления об отечественных и импортных лекарствах.

«Импортное просто лучше»
Это утверждение — одно из самых устойчивых. Как правило, никаких доказательств не приводится: лучше — и все. В фармкомпаниях признают, что некоторые основания для такого заявления есть, точнее — были.

Во-первых, под импортными обычно подразумеваются препараты, произведенные в Евросоюзе или США, — китайские или индийские средства в сознании массового потребителя к «хорошим импортным» не относятся, уточнил один из собеседников «Ленты.ру». И откуда появилось такое представление, в целом понятно.

Советский Союз производил субстанции (исходное вещество) и недорогие массовые препараты, но по большому счету собственной фармацевтической промышленности у него не было, рассказал «Ленте.ру» Роман Иванов, вице-президент по R&D и международному развитию бизнеса биотехнологической компании BIOCAD. В советское время большая часть фармацевтики поставлялась из стран-участниц Содружества экономической взаимопомощи — Венгрии, Польши, государств бывшей Югославии. Когда СССР не стало, фармацевтический рынок опустел — отечественная фармпромышленность оказалась неконкурентоспособной. Причин было множество: технологическое отставание, устаревший ассортимент и в целом ориентация государства на развитие сырьевого сектора, в то время как легкая, текстильная, пищевая промышленность получали внимание по остаточному принципу. Рынок заполнили иностранцы, в первую очередь фармкомпании из США и стран Европы. «Доступность лекарств резко снизилась. Нужно было объяснить, почему зарубежные препараты стоят так дорого. На мой взгляд, тогда и родился миф о том, что настоящие, качественные лекарства могут быть созданы только в странах ЕС и США и они по определению не могут стоить дешево», — считает Иванов.

Реальность помогала поддерживать негатив в отношении отечественных лекарств — регулирование отрасли фактически отсутствовало, на рынке появлялись откровенные аферисты, говорит Иванов. В результате и врачи, и пациенты не могли быть уверенными в том, что лекарства, выпускаемые в России, по качеству, эффективности и безопасности соответствуют зарубежным аналогам. Частично утверждение «импортное лучше» могло иметь под собой основу, констатирует эксперт, хотя на рынке в то время хватало и зарубежных лекарств, качество которых вызывало большие сомнения.

Сейчас ситуация кардинально иная, уверяет эксперт. С начала нулевых государство ужесточало регуляторные нормы. В 2010 году был принят закон «Об обращении лекарственных средств», серьезно изменивший правила доступа препаратов на российский рынок. Были введены обязательные клинические исследования для воспроизведенных препаратов — то есть теперь дженерик (копия оригинального препарата, патентная защита которого истекла — прим. «Ленты.ру») мог появиться в России только после того, как производитель докажет его эффективность и безопасность. Затем появились и другие документы, регламентирующие выход лекарств на рынок, причем новые законодательные акты и правила в основном уже были гармонизированы с аналогичными нормами, действующими в странах Евросоюза, говорит Роман Иванов.

1/1
Фото: Виктор Коротаев / «Коммерсантъ»
Последнее на сегодняшний день важное нововведение — соответствие производств, расположенных в России, стандарту GMP (надлежащей производственной практики). «Если производство организовано в соответствии с этим стандартом, качество лекарственных препаратов гарантировано», — подчеркивает топ-менеджер. Сейчас министерство промышленности и торговли проводит лицензирование и проверяет все российские фармпроизводства на соответствие GMP. «Компания BIOCAD проходила лицензирование и отечественных экспертов, и зарубежных. Наш опыт говорит о том, что уровень требований экспертных учреждений Минпрома абсолютно соответствует уровню требований зарубежных регуляторных органов», — говорит Роман Иванов.

Мнение о том, что импортные и отечественные препараты сейчас ничем не отличаются, поддерживают и в компании STADA, одном из ведущих производителей дженериков в мире. Российское подразделение компании — АО «Нижфарм» — выпускает лекарства не только для России, но и для зарубежных стран, в том числе и Евросоюза. В прошлом году около трети всего отечественного фармэкспорта пришлось на долю нижегородского завода. «Лекарственные препараты производятся в соответствии с утвержденной нормативной документацией, она может незначительно отличаться в части локальных регуляторных требований конкретной страны. Но говорить о принципиальных отличиях не приходится, качество препарата не может быть лучше или хуже ни в плане сырья, ни используемого оборудования, ни любых процессов. Все лекарства производятся по единой технологии, на одной производственной линии, из одного сырья», — говорит Дмитрий Ефимов, генеральный директор АО «Нижфарм», старший вице-президент STADA по России, СНГ и странам Юго-Восточной Европы.

Другими словами, современные российские лекарственные препараты не хуже и не лучше импортных аналогов — они просто такие же, констатируют эксперты.

«Дешевое не может быть хорошим»
Как рассказывала «Лента.ру» в предыдущих материалах цикла, современные разработки лекарств в большей степени сосредоточены в области биотехнологий. Новые препараты в сфере «традиционной» фармы почти не создаются, а практически у каждого оригинального лекарства уже давно есть дженерик. Он всегда дешевле — уже потому, что компании не нужно вкладываться в разработку. Если дженерик произведен в России, то его цена намного ниже импортного оригинала. Однако статистические данные показывают, что россияне по-прежнему предпочитают ибупрофену дорогостоящий нурофен, парацетамолу — панадол, а ацетилсалициловой кислоте — аспирин.

«Россия — один из немногих "брендозависимых" рынков. Не только в фармацевтике, но и в других отраслях. Приверженность бренду в сегменте luxury — это нормально, но в случае с лекарствами, в которых работает одно и то же действующее вещество, это необъяснимо», — считает топ-менеджер одной из фармкомпаний. По его словам, в США в первый же год, когда заканчивается срок действия патентной защиты, дженерики на 85 процентов вытесняют оригинальный препарат из ретейла: «Происходит мгновенное вымывание! Какая разница, какой это ибупрофен, если это ибупрофен? Только один стоит 20 долларов, а другой — доллар. Вам и аптекарь его посоветует».

1/1
Фото: Александр Коряков / «Коммерсантъ»
Научно-исследовательский и производственный комплекc BIOCAD
В большинстве стран Запада фармацевт обязан предложить покупателю более дешевый аналог при его наличии, поясняет собеседник «Ленты.ру». В России таких требований нет, поэтому, скорее всего, без просьбы сотрудник аптеки не станет рекомендовать вам никакие варианты, а может даже подсказать что-то более дорогое. Аптеки зарабатывают на этом, и им выгоднее продать то, что дороже, комментирует эксперт.

Дело даже не в том, что дженерик сам по себе стоит недорого. Российские препараты дешевле по объективным причинам, уточняет Роман Иванов из BIOCAD: «Если отечественные препараты не стоили бы дешевле, это было бы очень большим обманом потребителя. Прежде всего потому, что стоимость труда из-за девальвации рубля снизилась, а она вносит существенный вклад в себестоимость лекарственного препарата».

Но менталитет все же влияет на решение о покупке того или иного товара, и это прекрасно иллюстрирует история, рассказанная «Ленте.ру» представителем российской фармкомпании. Известный зарубежный производитель, специализирующийся на дженериках, во всем мире успешно продвигал свою продукцию с тезисом «такой же [как оригинал], только дешевле». В России этот тезис не сработал.

«Наши лекарства некачественные»
Такое мнение также появилось в 90-е, во время развала отрасли, и плотно укоренилось в обществе. Специалисты утверждают, что сегодня оно не имеет под собой никаких оснований.

«Качество — это категория, которую потребитель и производитель понимают несколько по-разному», — рассуждает старший вице-президент STADA по России, СНГ и странам Юго-Восточной Европы Дмитрий Ефимов. Покупатель называет некачественным препарат, который не приносит ожидаемого эффекта: «Тут часто включаются психосоматические реакции: дешево — значит, плохо, и наоборот — дорого, значит, лучше поможет».

Для специалистов, работающих в промышленности, качество — это прежде всего соответствие требованиями Государственной фармакопеи и нормативной документации производителя, продолжает Ефимов: «Если препарат произведен в соответствии с действующими требованиями законодательства, то российский он или импортный, с точки зрения качества, не имеет значения».

Основные критерии — эффективность, безопасность и качество препарата — выясняются еще до того, как он зарегистрирован Минздравом и допущен на рынок, рассказывает Роман Иванов из BIOCAD. Дженерик, произведенный в России, в ходе исследований оценивается ровно по тем же критериям, по которым оценивается дженерик при регистрации в ЕС. Причем российские правила регистрации, по словам участников рынка, в некоторых случаях даже более строгие чем, например, американские. «Требования к регистрации препарата как оригинального, так и воспроизведенных, как отечественного, так и зарубежного у нас очень строгие.

Второй важный элемент, обеспечивающий качество препарата, — стандарты GMP. Если завод, на котором производится лекарство, прошел соответствующую сертификацию, то, по словам экспертов, его продукции можно доверять. Данные о проведенных проверках и выданных сертификатах доступны на сайте Минпромторга или на сайтах фармкомпаний. Конечно, большинство потребителей не будут изучать эти источники, признает Роман Иванов из BIOCAD: «Фармкомпании должны шире информировать общественность — и медицинское сообщество, и пациентов — о своем соответствии современным регуляторным требованиям».
Есть третий элемент, который в нашей стране пока находится в начальной стадии развития, рассказывают собеседники «Ленты.ру». «В России создана система фармаконадзора. Но пока что, к сожалению, сталкиваемся с нежеланием врачей быть полноценно задействованными в ней», — говорит Иванов.

Система фармаконадзора подразумевает информирование Росздравнадзора о любых нежелательных побочных реакциях, которые могут быть связаны с применением того или иного препарата. Информацию должен, в первую очередь, предоставлять врач. Узнав от пациента о негативных явлениях, врач заполняет определенную форму. Этого может потребовать и пациент, или самостоятельно заполнить и направить извещение в службу. На основе поступающих сообщений Росздравнадзор делает выводы о необходимости проверки лекарств.

«Есть горячая линия у Росздравнадзора, есть горячие линии у производителей. Главное, если у вас есть понимание, что что-то пошло не так, и вы связываете это с приемом лекарственного препарата, — это обязательно должно быть донесено до сведения регуляторных органов», — подчеркивает Роман Иванов. «Большинство ответственных производителей, и BIOCAD в том числе, проводят очень активную работу среди врачей и пациентов, чтобы обо всех случаях нежелательных явлений или предполагаемой неэффективности лекарственных препаратов они сообщали в надзорные органы. Так, как это делается во всем мире», — добавляет эксперт.

«Наши лекарства делают из китайских субстанций»
Более продвинутые потребители, хорошо представляющие процесс производства лекарств, зачастую упоминают о том, что в России не производятся субстанции. Поэтому, утверждают они, российским производителям приходится закупать их в Китае, а китайское в общественном сознании — это всегда плохое.

До недавнего времени в этом была доля правды. Но, во-первых, в России довольно давно появились современные производства, организованные по полному циклу — от создания молекулы до упаковки товара. В этом случае субстанцию производят в рамках компании. Это касается и традиционных препаратов, и биологических. В случае со вторыми иначе поступить просто нельзя — использовать привозную субстанцию очень дорого.

Во-вторых, рассказывает собеседник «Ленты.ру», производство субстанций в силу множества причин мировыми производителями давно уже выведено в Китай. Там их закупает и Россия, и вся мировая «большая фарма». Качество работы местных заводов проверяют контролирующие органы разных стран, плохие заводы вносятся в черные списки. Ответственные компании следят за этим и обращаются к проверенным поставщикам.

В России есть свои производители субстанций, работающие в том числе и на экспорт. И они, к слову, серьезно укрепили свои позиции на мировом рынке в условиях девальвации рубля. До объемов Китая России в этом плане далеко, но конкурировать с Поднебесной в этом вопросе нет смысла, уверяет эксперт. «Производство химической субстанции за рубежом в большинстве случаев экономически оправдано. Это не особо маржинальный процесс. Он становится маржинальным, только если варить субстанцию тоннами. А для России варить тонны субстанций в большинстве случаев нецелесообразно», — объясняет он.

1/1
Фото: Роман Яровицын / «Коммерсантъ»
Фармацевтическая система качества устроена таким образом, что проверка осуществляется на протяжении всего процесса производства лекарственного препарата. «На этапе закупки сырья, как активных субстанций, так и вспомогательных веществ, и материалов происходит оценка производителя/поставщика, — отмечает Дмитрий Ефимов из STADA. — На этапе поставки — контроль условий хранения во время транспортировки. Поступление сырья и материалов на склад сопровождает контроль условий хранения, входной контроль и допуск сырья и материалов в производство. Уже в процессе производства осуществляется многоэтапный контроль от анализа полупродукта до изучения стабильности уже готового препарата».

При таком уровне контроля, заверяют производители лекарств, у ответственных компаний стремится к нулю вероятность проникновения фальсификата или некачественных материалов.

«Импортное работает, а наше — нет»
Подобные заявления можно услышать от знакомых, прочитать на специализированных форумах, с ним сталкиваются врачи. «Я всегда говорю пациенту, что есть российские препараты и их зарубежные аналоги, и что не всегда дорогой препарат оказывает лучшее действие, чем его более дешевый аналог. Однако я не раз сталкивался с утверждением пациентов, которые покупали лекарства за рубежом, что препараты "работали", а когда приезжали домой и покупали отечественные лекарства, то либо они не действовали, либо действовали хуже», — поделился с «Лентой.ру» Иван Тарасенко, генеральный директор клиники «Мединтерком» в Милютинском переулке.

В фармкомпаниях называют такие заявления «чистой психосоматикой». «Росздравнадзор неоднократно проводил статистические исследования по количеству поступающих сообщений о нежелательных побочных эффектах. Они специально сравнивали отечественный и зарубежный препараты. И ни разу не находили разницы. Это все — самоубеждение», — отмечает топ-менеджер отечественной фармкомпании.

«Если препарат так же поступает в кровь, в нем такое же содержание действующего вещества, такое же содержание примесей, а все это контролируется, то он просто по определению не может быть менее или более эффективным, — соглашается Роман Иванов из BIOCAD. — Если исключить какую-то мистику и влияние частички души французского производителя — все остальное, что объясняется законами биологии, физики, химии, будет ровно таким же».

Дмитрий Ефимов из STADA тоже ссылается на данные Росздравнадзора: согласно отчетам ведомства, процент выявления отклонений у российских лекарств при соотнесении его с количеством обращающихся на рынке серий не выше, чем у импортных. «Более того, в 2015 году доля российских препаратов среди изъятых регулятором из обращения серий снизилась на 11 процентов», — подчеркивает топ-менеджер.

Экспертиза на этапе регистрации — это гарантия того, что на рынок выходит препарат, по качеству, эффективности и безопасности аналогичный оригиналу. Следование правилам GMP гарантирует постоянство этих показателей во время выпуска препарата. Все это в целом контролирует уже упоминавшийся фармаконадзор, настаивает топ-менеджер BIOCAD. «Экстренные проверки Росздравнадзора или Минпромторга — это хороший дополнительный контроль. Но чтобы системно обеспечить уверенность в том, что на самом деле все нормально на предприятии, нужна работающая система фармаконадзора», — повторяет Иванов.

Но о фармаконадзоре пока что мало знают и пациенты, и врачи. «Я не знал, о том, что если сообщить о плохом или некачественном препарате в Росздравнадзор, то это замечание будет зафиксировано и учтено в статистических данных», — признался Иван Тарасенко. Он отметил, что для того, чтобы врачи активно включились в процесс, должна быть удобно отстроенная система жалоб, которая позволяла бы сделать это онлайн, быстро и корректно. «Эта система также каким-то образом должна учитывать правдивость этих жалоб как от пациента, так и от врача, и отсекать неадекватных или же заинтересованных лиц, например конкурентов», — добавил врач.

1/1
Фото: Роман Яровицын / «Коммерсантъ»
Фармкомпании уверены в том, что выстраивание цивилизованного рынка — это совместная работа государства, производителей, врачей и конечных потребителей препаратов. «Есть новая российская фарма и старая российская фарма. Фармкомпании из «новых» вложили очень большие средства в совершенствование своих производственных мощностей, в развитие своего продуктового портфеля. Они ориентируются в том числе и на экспорт, очень дорожат своей репутацией и стремятся к тому, чтобы работать по самым жестким нормам», — говорит топ-менеджер BIOCAD. Эти производители заинтересованы в том, чтобы отрасль была под максимальным контролем со всех сторон. Будет доверие к лекарствам — будут продажи у отечественных компаний. В отношении качества препаратов интересы производителей и потребителей совпадают.

Вопрос доверия
Эксперты в фармкомпаниях говорят: стандарты, которые сегодня применяются на производствах в России, практически совпадают с аналогичными стандартами в странах ЕС и США. Организованная государством система контроля позволяет допускать на рынок только качественные и эффективные препараты. На территории России находятся заводы многих мировых фармацевтических гигантов — то есть любой препарат любого бренда может оказаться, по сути, российского производства. Такие лекарства, по мнению экспертов, покупать сейчас даже более безопасно для здоровья, чем произведенные за границей.

«Контролирующие инстанции всегда имеют возможность внезапно прийти на завод, расположенный в России, изъять образцы лекарственного препарата, проверить их качество, условия, в которых препарат производится. В отношении зарубежных производителей такой возможности нет», — напоминает Роман Иванов. И подводит итог: «Современным отечественным препаратам в некотором смысле верить можно гораздо больше, чем импортным».

https://www.google.ru/amp/s/m.lenta.ru/articles/2016/06/27/medicine1/amp/

Енот. пишет: И лечиться ему в

Енот. пишет:

И лечиться ему в урюпинске

Вопрос тот-же, кто его туда пошлёт?

defender пишет: Кста: кто

defender пишет:

Кста: кто помнит переписку двух летней давности--? -- ну и кого из вас взлетевший доллар убил?

Многих, лично знаю.

Плюшкин пишет: при

Плюшкин пишет:

при капитализме, как не печально, слабые за борт вылетают...

Смотря, где. В западных странах живут получше наших, работющих. Круто!

Отправить новый комментарий

Содержимое этого поля хранится скрыто и не будет показываться публично.
Add image
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразовываются в ссылки.
  • Допустимые HTML тэги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <h1> <h2> <h3> <h4> <span> <br> <div> <strike> <sub> <sup> <nobr> <table> <th> <tr> <td> <caption> <colgroup> <thead> <tbody> <tfoot>
  • Можно цитировать чужие сообщения с помощью тэгов [quote]
  • Автоматический перевод строки.
  • Можно вставить изображение в текст без HTML-кода.
  • Можно вставлять видео тэгом [video:URL]. Поддерживаются Youtube, Mail.ru, Rutube и другие.
  • Текстовые смайлы будут заменены на графические.

Дополнительная информация о настройках форматирования

To prevent automated spam submissions leave this field empty.
Прикрепить файлы к этому документу (Комментарий)
Все изменения, касающиеся прикреплённых файлов, буду сохранены только после сохранения вашего комментария. Изображения больше чем 4000x4000 должны быть уменьшены Максимальный размер одного файла - 40 Мбайт , допустимые расширения: jpg jpeg gif png txt doc xls pdf ppt pps odt ods odp 3gp rar zip mp3 mp4 ogg csv avi docx xlsx mov.
Your browser does not support HTML5 native or flash upload. Try Firefox 3, Safari 4, or Chrome; or install Flash.

Компания Технолайф

Original design by My Drupal  |  Modified by LiveAngarsk.ru team